Глава 14

Пробуждение получилось не таким приятным, как я рассчитывала, с учетом прошедшей ночи. Во-первых, мне было холодно. Одеяло частично съехало на пол, другой ткани на мне не предполагалось, так что я сначала начала крупно дрожать, а уже потом проснулась.

Во-вторых, на меня кто-то смотрел. Недобро. Опасно, можно даже сказать. Я почувствовала это еще до того, как открыла глаза, и некоторое время лежала, пытаясь оценить обстановку. Не получилось. Еще и драконыш куснул кончик носа, намекая, что пора бы мне уже что-то сделать. Почему именно мне, а не дракону?

Моргнула. Проклятье! Где этот дракон?! В комнате его точно не наблюдалось. Зато рядом с кроватью стояло одно из созданий Сольма… Мрак, в этом трудно определить девушку. Я нервно сглотнула и натянула одеяло. Не хватало еще, чтобы проклятые девицы на меня пялились!

Драконыш опасливо фыркнул.

– Ты пойдеш-шь со мной, – проскрежетала она.

Ага, непременно. Я крепче вцепилась в одеяло, которое почему-то совсем не грело. И дрожь даже не думала отступать, напротив, усилилась.

Покрытые струпьями руки вспыхнули искрами. Мгновение – и магия соткалась в огромную сияющую сеть. Драконыш жалобно икнул. Про́клятая замахнулась.

– Замри! – неожиданно для себя самой велела я.

Море, что я несу?! Но… неожиданно сработало. Глаза посланницы Сольма остекленели. Я перевела дыхание. И что теперь? Надолго ли хватит воздействия сирены?

Где-то близко послышались шаги. Шейнелл!

Дальше получилось даже забавно. Звуки приблизились, открылась дверь, дракон вошел в комнату. Мгновением раньше моя метка вспомнила, что создана защищать. Ну, в меру возможностей. Окрыленный этим пониманием, драконыш выпятил грудь и ударил в про́клятую струей воды. Она покачнулась… и буквально влетела в объятия Шейна.

Дрожать и хихикать одновременно было отвратительно неудобно.

– Знаешь, – глубокомысленно сообщил Шейн, разглядывая свалившуюся ему в лапы девицу, – было как-то логичнее, когда мне в руки падала ты.

И попытался оттереть с плеча что-то склизкое, но еще и руку испачкал.

– Извини, – зачем-то сказала.

– Словесными извинениями не отделаешься, – протянул он с предвкушением.

– Ты где был?!

Мне тоже было на что обидеться.

– Плавал.

Волосы влажные. Доказательство. Видимо, где-то неподалеку есть водоем.

– Фы-ы-ыр… – Драконыш не утерпел и принялся жаловаться.

Да, точно.

– Меня тут украсть пытались, – перевела на человеческий язык.

Драконыш подтверждающе кивнул.

– Вот как? – Шейнелл легко нейтрализовал чужое заклинание, после чего уже его магия окутала лазутчицу сизой дымкой. – Ни на минуту вас оставить без присмотра нельзя.

Вот и не оставлял бы!

Ругаться, когда трясет от холода, было как минимум неудобно, так что я не стала озвучивать ценнейшее замечание. Чем быстрее разберемся здесь со всем, тем быстрее получится вернуться домой. Надо сосредоточиться на этом.

– Что думаешь с ней делать? – уточнила из-под совершенно не греющего одеяла.

Это потому, что оно промокло насквозь.

– Отправлю в столицу, – решил дракон. – Пусть маги посмотрят. Вдруг ее еще удастся спасти.

Хороший план. Мне нравится. Особенно если сбудется.

Стоило ступить на холодный пол и застучать зубами громче, как муж обдал меня теплым воздухом. Да, так значительно лучше. Завидую дракоше, который завалился на спинку, подставил теплу пузико и пофыркивал от счастья. А я вынуждена одеваться…

Полет тоже не стал приятным впечатлением. В этот раз с нами был груз, и Шейнелл торопился.

Ну, хоть жителей Годдхена мы немного удивили. Завидев нас, люди запрокидывали головы, показывали другим и живо принимались обсуждать. Как же, морской дракон взлетел! Подобного здесь давно не случалось. Жаль, нельзя никому рассказать про древний свадебный обряд. И кольцо лучше снять, как только окажемся дома. Кстати, где мы теперь будем жить?

Муж приводит жену в свой дом, это общепринято, правильно и логично. И маленькая корыстная сирена внутри меня хотела именно так. Но тот, что в Годдхене, – это не совсем его дом. А в столицу, туда, где жила любовница, не хочу, даже если мне позволят сжечь все внутри, а потом переделать под себя. Совсем не хочу! Жить будет хорошо возле моря… и у меня там родительское наследство.

Приземлились. Дракон на заднем дворе – для Годдхена это почти нормально. За то я и полюбила это место.

Небольшим импульсом силы Шейнелл задал плененной рабыне Сольма направление, и кокон из силы и того, что когда-то было девушкой, медленно поплыл к дому. Мы направились следом и даже поругаться по дороге успели. На брак у нас оказались примерно одинаковые взгляды, и Шейнелл пребывал в уверенности, что я теперь живу в его доме. Пришлось напомнить, что это, скорее, дом Кайена… и что у меня там личные вещи. Очень личные. Последнее прозвучало жалобно, чтобы дракон сдался.

Все время пререканий он грел мою руку в своей, так что мне даже понравилось с ним спорить.

– Не думай, что ты в безопасности, – предупредил муж. – Я сейчас проверю все в доме и закрою тебя чарами. За дверь ни ногой. И не впускай никого. Даже друзей.

– Ну тебя!

Представить, что Рози или Илиса с братом имеют отношение к пропажам, я не смогла бы ни за что.

– Аверни, я серьезно.

Кивнула. Он же не отвяжется.

– С советом я разберусь. – Он почему-то в этом не сомневался, хотя причины такой уверенности оставались мне неясны. – Но, если не удастся решить проблему с Сольмом, тебе нельзя будет жить вблизи от воды.

Что?.. Морская бездна, только не это… Я похолодела, как услышала. Даже моя метка впала в оцепенение.

Крылечко. Муж тепло поцеловал меня в уголок губ, согревая. Одновременно это было обещанием, что все наладится. Но как? Существовал лишь один способ, но Тамарин не вступится за меня, и мы точно не знаем, что творится на дне. Только то, что власть у Сольма и он отыгрывается на всех. Как будто остальной мир целиком виноват, что мама его не любила!

Щелкнул замок. Едва мы перешагнули порог, как нас окружил грохот шторма. Мгновение спустя, будто учуяв присутствие людей, к нему добавился голос, звучавший где-то далеко-далеко: «Помогите!»

Реакция Шейна была мгновенной – затолкать меня к себе за спину и заслонить нас обоих щитом.

«На помощь!..».

Паладин выругался, обвел взглядом холл.

– Уходим, – скомандовал отрывисто.

– Почему? – удивилась я. – Это просто голос из бутылки.

– Откуда?!

По выражению в его голосе я поняла, что сморозила глупость.

– Из бутылки, – повторила… на всякий случай виновато.

Защиту он развеивать не спешил.

Пришлось пояснить:

– Я нашла ее на пляже, еще когда пошла туда в первый раз. И забрала себе. Иногда из нее слышны голоса, и… они не всегда пугают. Иногда советуют что-нибудь.

Проговорила это и поняла, как безумно звучат мои слова. Да уж. Даже знать не хочу, какими словами муж сейчас обо мне думает! Однако отчитывать он не стал, вполне спокойно спросил:

– Какие советы?

– Ну… – Я смутилась, но… ладно, что уж терять! Нелепее выглядеть просто невозможно. – Она говорила, что ты симпатичный. И что надо остерегаться дождя. Правда, к тому времени я сама это уже поняла.

– Насчет меня – тоже? – Он… не дразнил, просто спрашивал.

Отмолчалась. Иначе кое-чье самомнение раздуется и перестанет помещаться в одном драконе!

– Понятно, – сообщил Шейнелл и убрал щит.

Кому понятно?! Я чуть не взвыла.

Муж взял бутылку с подставки, повертел в руках, рассматривая под разными углами.

– Вери, чудо мое, тебя в детстве не учили, что приносить домой всякие странные предметы, особенно если от них веет магией, не стоит? – приторно ласково поинтересовался дракон.

Жар залил лицо и пополз вниз по шее.

– В детстве я была послушной девочкой и ни с чем магическим не сталкивалась, – ответила не совсем так, как хотела.

– Сейчас наверстываешь, да? – с пониманием предположил супруг.

Во весь рост встал жизненно важный вопрос: как не прибить благоверного в первые же дни совместной жизни? Драконыш тоже не вытерпел. Сначала рисунок от меня отделился, обрел объем. Потом маленькие лапки сползли вниз по ноге. Осторожно, чтобы не поранить меня коготками. Затем дракоша выбрался из-под моей юбки, фыркнул, прошлепал к Шейну… и выразительно на него зарычал. Осуждающе, даже угрожающе.

Тот изумленно приподнял брови.

– Что-что?

– Р-ры! – повторил мелкий и для пущей убедительности продемонстрировал зубы.

Шейнелл едва бутылку не выронил.

– Еще раз так сделаешь – из дома выкину. – Очень важный паладин явно не привык, чтобы на него рычали.

Малыш фыркнул и повернулся к нему хвостом. Хвост, правда, едва заметно подрагивал. Кто-то испугался, но очень старался этого не показывать.

– Он меня защищает, не смей его обижать! – Я подхватила дрожащего дракошу с пола. – Сам метку поставил, теперь не жалуйся!

– Это было случайно, – пробурчал дракон.

– И необратимо, – напомнила я. Мелкий уже расплылся рисунком по моей ладони. – Не бойся этого деспота, он на самом деле хороший, просто характер у него поганый.

Рисунок моргнул и уставился на меня с сомнением.

– Правда-правда!

– Сумасшедший дом, – оценил ситуацию Шейн.

– Так что там с бутылкой? – Я решила попробовать направить ситуацию в мирное русло. – Она проклята?

По тому, как он принялся воспитывать меня, я ждала как минимум чего-то смертельно опасного. Но этот невыносимый тип, каким-то непонятным образом ставший моим мужем, покачал головой.

– Нет. Это «шепот сквозь пальцы».

– Что?

– Заклинание такое. – И, перехватив мой непонимающий взгляд, все же объяснил нормально: – Нужна бутылка и магические способности. Колдующий прикладывает пальцы к губам и негромко проговаривает свое послание. Оно запирается в бутылке. И рано или поздно кто-то его услышит.

– Но… этот голос давал мне советы и всякое такое, – засомневалась я.

У дракона же всему имелось обоснование:

– А это, моя милая, уже ты сама.

– Я?!

– Сирены интуитивно меняют почти любые чары таким образом, чтобы они были вам удобны.

Ах да. Точно. Проклятье! Жалко как-то стало.

– Получается, одна из переданных Сольму девушек обладала магическими способностями и звала на помощь, как умела? – Я, наконец, постаралась принять истину.

– Но спасать ее, как ты понимаешь, уже поздно. – Шейнелл щедро плеснул в эту истину мрачных красок.

Мы с драконышем горько вздохнули. Как же все беспросветно…

Бутылку Шейнелл забрал с собой. Ненавязчиво, но неотвратимо он старался оградить меня от всего, что могло бы напугать или вызвать беспокойство. Еще и драконышу велел присматривать, и теперь тот, раздувшись от гордости, всюду следовал за мной по пятам и иногда наступал на подол. Становиться рисунком категорически отказывался.

– Мой герой, – улыбалась я.

Похоже, он считал, что слова следует воспринимать серьезно. Вон какая мордочка важная. И крылья расправил.

Кольцо пришлось снять и спрятать в шкатулку. Я словно кусочек сердца от себя отрывала. Чуть не расплакалась. Драконыш взлетел ко мне на плечо и тепло лизнул в щеку. Поддерживает. Впрочем, куда больше отвлекло то, что он часто и шумно хлопал крыльями, стараясь скопировать, как летал большой дракон.

– Давай назовем тебя как-нибудь? – предложила я.

Все равно надо было чем-то заняться. К тому же раз мы с Шейном поженились, хоть и тайно, вряд ли эта мелочь чешуйчатая уже куда-нибудь денется.

– Фырк. – Драконыш согласно кивнул.

Однако с именем у нас не задалось. Три предложенных мной варианта дракоше не понравились… а потом в дверь позвонили, и мелкий со всех лап и крыльев рванул смотреть, кого там принесло. Я направилась следом, на ходу вспоминая, что Шейн строго запретил впускать даже Рози.

Ну, Рози-то я бы все равно впустила. Пришла, правда, не она.

– Фыр, – доложил дракоша.

Можно подумать, я поняла.

Повезло, что возле двери имелось окно.

– Аверни? – Остаться незамеченной не получилось. – Я могу оставить цветы и приглашение здесь, но было бы удобнее, если бы ты открыла. И вежливее.

Эсмонт. По-прежнему невероятно привлекательный, но в этот раз его внешность такого уж впечатления на меня не произвела. Разве что было немного страшно. И непонятно: совсем обнаглел – таскаться с цветами к замужней сирене?

Мелкие зубки осторожно куснули за ногу. Ах да, никто же не в курсе про замужнюю.

– Приглашение у меня уже есть, – напомнила сдержанно, не торопясь распахивать дверь.

– Мать поменяла дату, – буднично сообщил он.

Начинаю думать, что устроить праздник, не изменив в ходе подготовки пару раз день торжества, просто невозможно. Раз уж даже самой королеве это не под силу.

Прежде чем открыть, я проверила, могу ли заслониться щитом в случае чего. Могу.

– Великолепно выглядишь, – сообщил сын Годдс, скользнув по мне взглядом от носков туфель до немного растрепанной макушки.

Как будто, открой я в грязном драном платье и со следами бурного веселья на лице, он бы сказал не это же самое.

И цветы протянул. Розовые розы.

– Отрепетировал на предыдущих невестах, выбранных мамой?

Увы, умение вовремя прикусить язык сиренам чуждо.

– Раньше она так никогда не делала, – спокойно ответил Эсмонт.

Забавно, но… в других обстоятельствах я бы сочла партию неплохой. Проглядывало в этом парне что-то искреннее. Настоящее. Но из Годдс, подозреваю, свекровь бы вышла еще та.

– Почему ты согласился? – спросила прямо.

– А разве ты не была изначально готова к договорному браку? – Взгляд зеленых глаз остался прямым. – Вот и я – тоже. К тому же ты оказалась интересной. И привлекательной.

– Спасибо.

Цветы все же приняла. На них не ощущалось никакого воздействия.

Я лишь сейчас заметила, что драконыш где-то спрятался.

– Не за что.

Постояли, поразглядывали друг друга. Нет, он ничего, во всех смыслах. Просто не моя история.

– Извини, но я не выйду за тебя замуж, – предупредила честно.

– Знаю.

– Тогда что ты здесь делаешь?

Странно, но сын совершенно не похож на родителей.

– Притворяюсь, – заявил он и небрежно прислонился плечом к дверному косяку.

Чары его не спустили с крыльца, хоть и внутрь тоже не пускали.

– Как это?

– Мать считает, если мы будем общаться, ты неизбежно влюбишься в меня. А твой дракон благородный. Хоть королева и отдала тебя ему, но, видя, как тебе плохо, он откажется от такого подарка, и наш брачный договор все же будет подписан. – Несостоявшийся жених весело подмигнул. – Я делаю вид, что верю в этот план и участвую в его воплощении.

– Предполагается, что и я должна поучаствовать?

А я притворяюсь, что не замужем. Какая бурная у меня, оказывается, личная жизнь.

– Два поклонника веселее, чем один, – заявил Эсмонт и, махнув мне на прощанье, сошел с крыльца.

Скрипнула калитка. У одного королева, у другого мать… А нормальные женихи где-то существуют?

Дни, когда должно произойти что-нибудь значимое, поначалу всегда маскируются под самые обыкновенные. Даже удачные, как правило. Этот так и вовсе начался чудесно. Сквозь сон я почувствовала солнечный луч, скользящий по щеке к ключице, и как дракон целует в уголок губ. Медленно, дразняще, мм…

– Фыр.

Поцелуи сместились на шею, стали влажными и куда более многообещающими.

– Шейн…

– Фыр, фыр! – Драконыш запрыгнул на подушку.

Проклятье.

Я перехватила руку мужа, которая как раз добралась до груди. Вопросительный взгляд… и он все понял без слов. Мне было как-то неловко, когда мелкий здесь. И нечего так ухмыляться! Я как раз подумывала выбраться из кровати, умыться и продолжить утро чаем, как…

– Ви-и-и!

Драконыш был схвачен и куда-то унесен. И исключительно тот факт, что я запуталась в одеяле, спас паладина от утреннего семейного скандала.

– Что ты с ним сделал?! – попыталась возмутиться, когда муж вернулся.

– Выставил за дверь.

Сильные руки опрокинули меня обратно на кровать.

– У него там блюдце с молоком и круассан с шоколадом, – уточнил Шейнелл.

Прикосновения дурманили. Каждый новый раз это было совсем по-другому. Тяжесть горячего тела возбуждала. Чувства обострились. Казалось, еще миг, еще один удар сердца, и полетят искры. Брызги. Дыхания не хватало. Мыслей не осталось. Я ощущала себя одним целым со своим драконом и хотела, чтобы это длилось бесконечно.

Чай приготовил Шейн. Мне потребовался почти час в горячей ванне с пеной и маслами, чтобы прийти в себя. Понятия не имела, что так можно начинать утро! От образов, оставшихся в голове, до сих пор щекам жарко. И под кожей тоже становится жарко, если сразу же их не отогнать. В общем, к тому времени, как я спустилась, завтрак уже был готов. Но меня заинтересовал только чай, который Шейну пришлось готовить дважды, поскольку он имел неосторожность повторить мою ошибку: отвлечься на миг. Бульк! – и у драконыша уже своя ванна. Без пены, зато с обжигающе горячим чаем.

Забравшись с ногами на стул, я наблюдала. Шейн выругался, взял другую кружку.

– Хватит на него воздействовать, – проворчал паладин.

– Мм?

– Сила сирены делает метку такой, как удобно тебе.

Аромат усилился. Почти готово.

– Сам знаешь, оно получается интуитивно. – Я не смогла скрыть улыбку. – Это невозможно контролировать. И мне нравится как есть.

Все еще безымянный драконыш благодарно фыркнул.

– В том-то и дело, – заметил дракон.

Давить он не стал. Насколько я его знаю, тоже был слишком счастлив. И его тоже все устраивало как есть, хоть он в жизни не признается. Впрочем, следующие его слова, прозвучавшие через продолжительный отрезок времени, заполненный молчанием, только подтвердили эту мою догадку:

– Мне врали. Брак – не такая уж поганая штука.

Глазюки из чашки взглянули на него недоверчиво, будто драконыш тоже только что об этом узнал.

– Кто эти ужасные люди? – Я с трудом сдерживала смех.

– Мужчины тоже иногда обсуждают личную жизнь, – открыл еще одну тайну Шейн. – Редко. И среди магов, с которыми я работаю, почти все женаты.

Я все-таки прыснула и под столом уложила ноги ему на колени.

– Объяви им выговор, – посоветовала с серьезным лицом.

– За что?

– Нельзя вводить непосредственное начальство в заблуждение.

Пока он не ушел, мы успели между поцелуями выяснить, что у нас нормально получается. Даже хорошо. Почти идеально. Брак в смысле. Перешли бы и к более интересному занятию, но драконыш окатил нас чаем. Паршивец мелкий!

Может, мне тоже надо нарисовать Шейну метку, чтобы ему скучно не было? Идея большому дракону категорически не понравилась, и он умотал в столицу. До вечера.

Я повторно привела себя в порядок и как раз искала на полках книгу, где было бы много имен, но звонок в дверь отвлек. На этот раз – Рози.

– Как я соскучилась! – Подруга намеревалась наброситься на меня с объятиями, но внезапно осеклась. – У вас с драконом все было?!

Предательский румянец пополз по щекам. Проклятье!

– С чего ты взяла? – Недоумение вышло неубедительным.

– Ты так расцвела, и взгляд другой. – Розетта улыбнулась с видом опытной замужней дамы. – Вери, как же я за тебя рада!

Объятия все-таки состоялись, только по другому поводу.

– И как?

Я покраснела еще отчаяннее.

– Правда, что драконы – потрясающие любовники?

Небо!

– О таком не принято спрашивать! – Мрак. Я сейчас даже себе напомнила тетю Эрин.

– Да ладно, – отмахнулась Рози, взяла меня под руку и буквально втащила в дом. Чары не противились. – Это же между нами девочками!

Бедствие длилось несколько минут. Меня откровенно пытали, я, естественно, отмалчивалась и смущалась, Рози дразнила. Не то она додумывала ответы, не то что-то в лице выдавало меня с потрохами. Попутно подруга завистливо вздыхала и сетовала на собственную отсутствующую личную жизнь. Не понимаю, как Шейн может сомневаться в ней? Она же такая… непосредственная.

Спасение пришло от драконыша. Привычным образом. Просто когда ты мелкий и умильный, делать ничего не надо, достаточно просто сказать свое коронное:

– Фырк.

Рози повернула голову на звук и пропала.

– Он такой хорошенький!

Драконыш возлежал на розах. Точнее, розы были разбросаны по небольшому столику, а уже сверху изволила устроиться моя метка. И шипы его, кажется, особенно не заботили. Шейн, увидев вчера безобразие, даже про розы ничего не спросил. Так что ладно.

– Можно посмотреть?

– Конечно.

– А потрогать?

Я закатила глаза. Вот что мелкая фырчащая живность делает с нормальными вроде бы подругами! Рози смотрела влюбленным взглядом на дракошу, сюсюкала, тискала и даже обронила, что сама не отказалась бы завести эдакую прелесть. Правда, когда я уточнила, что в комплекте идет дракон побольше, энтузиазма у нее резко убавилось. Вот так-то.

Восторги в сторону моей метки никак не помешали мне рассказать про Эсмонта с розами.

– Это всего лишь прием, – пожала плечами Рози. – Мы с родителями тоже идем. Соглашайся!

– Попробую уговорить Шейна.

Розетта скорчила кислую рожицу. Видимо, не особо поверила в успех мероприятия.

– Нет, какой он все-таки лапочка… – Подруга опять отвлеклась на драконыша, любезно подставившего пузико для поглаживаний и почесываний.

– Заведи себе котенка, – посоветовала я.

– Фыр! – возмутился дракоша.

Ну да, разумеется. Как я посмела сравнить его с каким-то котом!

– Вряд ли мне разрешат, – вздохнула подруга.

– Тебе-то?!

Похоже, я что-то пропустила.

– Родители в последнее время какие-то нервные. Я к тебе сбежала из-под домашнего ареста, – осторожно пожаловалась Рози и бросила на меня быстрый взгляд, чтобы проверить, слушаю ли. Я слушала. – Даже не поняла толком за что! Ушла без разрешения, дерзила, но знаешь, по-моему, это надуманный повод. Может, это из-за Эсмонта?

– А что с Эсмонтом? – растерялась я.

Сын Годдс производит неплохое впечатление. Но чтобы он и Рози… Возможно.

– В том-то и дело, что ничего! – досадливо выдохнула Розетта.

– А хотелось бы? – догадалась я.

– Ну… да.

Находиться на месте допрашиваемого ей не понравилось, кто бы сомневался. Но я оторвалась по полной! Выведала все и с подробностями. Каждую деталь. Которых, увы, набралось не так много.

Новый парень в городе, причем не из приезжих, а свой, конечно, не остался незамеченным, и местные девушки попытались привлечь его внимание. Приглашения на прогулки и предложения «помочь сориентироваться в Годдхене» он игнорировал. Близняшки нарвались на резкий отказ, и выслушать его пришлось не им самим, а их родителям, которые чуть не сгорели со стыда. Впрочем, им было не привыкать. И теперь сестрички тоже скучали под домашним арестом. Рози же предпочитала более тонкие методы. Как бы невзначай попадалась ему на глаза – Эсмонт вежливо здоровался, однажды даже покупки помог до дома донести. И руку галантно поцеловал. Флиртовала – он либо не понимал, либо притворялся, что не понимает. Один раз недоуменно приподнял бровь. Убедившись в редкостной твердолобости объекта своего внимания, Рози вроде как случайно поскользнулась и упала прямо ему в руки. У меня же это сработало, хоть я и не специально! Эсмонт, конечно, поймал. И ничего.

– Вот я и думаю, может, он родителям на меня пожаловался? – окончательно загрустила подруга. – Никогда не видела их такими напряженными. Папу. Мама еще ничего, просто ей его настроение передается. У них так всегда.

Любящим семьям тоже не чужды внутренние трудности. Любопытное открытие.

– Вряд ли, – покачала головой я. – Мне кажется, Эсмонт бы так не поступил.

– С близняшками же поступил! – возразила ныряльщица.

– Ну ты сравнила!

Длинный вздох отражал всю степень ее страданий. Путем немного притянутых за уши рассуждений мы все же пришли к выводу, что Эсмонт ее не сдавал. Было здорово сидеть с ногами на мягком диване и обсуждать с лучшей подругой девичьи мелочи. И драконыш перебрался к нам, ему же тут брюшко почесывают! Я все же рассказала, что Шейн ради меня взлетел, и призналась, что очень счастлива. Жаль, нельзя говорить о свадьбе… Потом мы даже имя моей метке попробовали совместными усилиями придумать. Кончилось тем, что называемый от нас со всех лап удрал!

– Странно, что тебя до сих пор не хватились, – заметила я, провожая гостью до двери. – Понятно же, что в первую очередь у меня искать надо.

Рози напустила на себя хитрый вид.

– У няни я отпросилась, а родители еще не вернулись. Папа взял ключ и отправился на одну из встреч совета, а мама, пользуясь его отсутствием, уехала к подруге. Так что очередной незаслуженный нагоняй мне не грозит.

Она не привыкла к строгости и все еще была немного обижена на родителей.

Внимание же мое зацепилось за одну крошечную деталь.

– Ключ?

– Ну да. Без его помощи не пройти в их тайный зал… или как там они называют это место? Мама говорит, у взрослых мальчиков свои игрушки. – Она помахала мне, прощаясь. – Все, я побежала!

Ключ. Ключ! Разгадки самых запутанных тайн приходят именно тогда, когда нужно. В который раз убеждаюсь. Я бросилась в отцовский кабинет, который в последнее время оккупировал Шейнелл. Кажется, ключ хранится где-то там. Я как-то натыкалась на него, когда перебирала вещи. Тот самый ключ, который чисто символически вручили отцу за спасение города.

Оказалось, подарок имел другой смысл. Разумеется! Я ведь знала, что родители входили в этот официально несуществующий совет. Пугающие типы, которые опасались таинственника, тоже оттуда. Я это уже давно поняла.

Вот все и встало на свои места. Почти все.

Где же этот треклятый ключ?! Ведь я его точно видела… Аккуратность взволнованной сирене оказалась несвойственна. Я перерыла полки, вытащила ящики стола и из них тоже все вытащила… Нашла! Золотой ключ размером приблизительно с ладонь. Тяжелый. И… старомодный, что ли.

Вопрос, что делать дальше, не стоял. Я не успела толком подумать об этом, как ключ в моих руках засветился. И от него потянулась золотая нить. Прочь из дома, по улице, к центру города.

Собрание странного совета проходит как раз сейчас. Ключ меня направляет. То есть не совсем меня, а владельца, наследника места, но так уж случилось, что это я и есть. Ох. Как не вовремя!

– Шейн почувствует, где я?

Драконыш отвлекся от какого-то документа с печатью, который увлеченно грыз, и издал короткое:

– Фыр.

Я не поняла, «да» это или «нет».

– Оставим ему записку.

Отыскав среди учиненного беспорядка ручку, я быстро написала, что нашла ключ и иду за нитью. На всякий случай, вдруг что. Шейн, конечно, разозлится, потому что велел мне никуда не ходить, но кто же знал, что в моих руках окажется разгадка от его расследования.

– Фыр, – заметил драконыш.

Я опять ничего не поняла. Набросила плащ и пошла за нитью. Видела ее, похоже, я одна. Не считая метки, устроившейся на спине и обвившей удлинившимся хвостом шею. Другие люди попадались нам навстречу, приветствовали, кое с кем мы обменивались парой фраз. И все. Ничей взгляд не задержался на светящейся нити, один конец которой скрывался в моем кармане, а второй терялся в сплетении городских улиц. И никто не учуял магии. Отлично.

Отделавшись от очередных соседей, я ускорила шаг. Площадь… поворот, не доходя до нее, еще поворот. Попетляв по узким улочкам, я добралась до книжного магазинчика, который мне показывала Рози в одну из наших первых прогулок. Нить утыкалась в его стену, там и терялась. Стена? Абсолютно обычная. Нет, я уже поняла, что ключ – не сувенир и не символ. Просто как-то привыкла использовать ключи по-другому.

Ну что ж… Попробуем. Успела только достать его из кармана. Нить исчезла. Зато с еле слышным шорохом один из камней сдвинулся в сторону, и открылась замочная скважина. Дверь, правда, так и не была обозначена, но, похоже, у каждого дома свои странности.

Провернувшись, ключ сам выпал в мою ладонь, которую я удачно успела подставить. Убрала его и быстро шагнула в проход, который сразу же закрылся. Темнота поглотила меня. Воздух показался густым, неприятным.

Однако мгновение спустя страх отступил, глаза более-менее привыкли к темноте, и я обнаружила, что стою на верху лестницы, круто уходящей вниз. А там – поворот, из-за которого виден слабый свет и слышны голоса. Обычные, мирно что-то обсуждающие голоса. Я даже парочку знакомых определила.

Собрание, похоже, в самом разгаре.

– Фыр, – тихонько сказал драконыш и, сделавшись объемным, слегка прикусил мне ухо.

Разумное предостережение. Интересно, где-то в мире существует девушка, которая в такой момент прислушалась бы?

– Мы все равно уже здесь, – прошептала я и начала спускаться.

Сопение, оказывается, может иметь выражение «не говори потом, что я не предупреждал».

В полной уверенности, что не издала ни единого звука, я сошла с последней ступеньки, свернула… и обнаружила, что меня ждут. И лица все такие знакомые. Старшие мужчины всех семей с нашей улицы.

Предсказуемо, учитывая, что они вроде как элита. И папа Рози здесь. Мрак.

– Аверни? – Именно он со мной и заговорил.

В каменных, напитанных магией стенах знакомый голос звучал иначе. Ничего удивительного, что я лишь сейчас узнала одного из похитителей. Того, который вроде как не хотел мне зла. Дважды мрак. Чувствую себя так, будто меня предали. Это… как в мерзком болоте искупаться.

– Я нашла в папином кабинете ключ и… пришла, – взяла себя в руки и заговорила. – Извините, что помешала.

– Аверни… – повторил Хейль Орна как-то виновато.

– Боюсь, тебе придется задержаться, – хищно сверкнул глазами человек в длинном пиджаке с крупными пуговицами, который стоял за ним.

Не припомню его, хотя он точно из местных. Да без разницы.

– И тоже пропасть? – Я решила, что пора раскрыть карты.

– Нам жаль.

А это муж госпожи Дайль, низкорослый, с лысиной. Еще недавно он тоже казался неплохим человеком.

Ай! Чуть не хихикнула. Драконыш щекотно шмыгнул под воротник и, не превращаясь в рисунок, съежился на плече. Его выдавало только теплое дыхание, которое я чувствовала кожей.

– По слухам, своих вы раньше не трогали, – заметила прямолинейно. – Или я недостаточно своя?

Смутился не только папа Рози.

– Он обещал, что на тебе все прекратится, – глядя в пол, сказал господин Орна.

– Девушки больше не потребуются, – добавил еще один член совета.

Банда какая-то, а не городской совет, честное слово!

Я сделала осторожный шаг назад.

– Вы же не думаете, что я буду смирно стоять и ждать, пока меня приносят в жертву?

Готова была развернуться и бежать, но в руках типа с самым противным голосом блеснул амулет-ловушка.

– Лучше замри, себе же хуже сделаешь, – проскрипел мужчина, с которым мы раньше не встречались.

Холодная бездна! Я оцепенела от страха. Амулет вспыхнул ярче… а мгновение спустя пылью осыпался на сапоги того, кто его держал.

– Вери, поднимайся, живо, – скомандовал любимый голос. – Остальные замерли. Именем короны, вы арестованы.

Сказал так, будто уже и приговор вынес.

Переведя дыхание, я взбежала по ступенькам. По пути неотвратимо осознавала, что влетит мне от мужа по первое число, но, даже несмотря на это, с трудом подавила желание повиснуть у него на шее. Впереди несся драконыш, спрыгнувший с плеча. Добежал, уцепился коготочками за штанину, взобрался на плечо к Шейну и принялся фырчать ему в ухо. Ябедничает. У, предатель! Утешало немного только то, что Шейнелл мелкого не понимал точно так же, как и я.

– Ты ничего не докажешь, – попытался отбиться самый неприятный… хотя с недавних пор никто из присутствующих во мне добрых эмоций не вызывал.

– Записывающие заклинания я освоил еще в первом семестре первого курса, – сухо бросил Шейнелл. – К тому же паладину не всегда нужны доказательства.

Жаль, Шейн не врезал ему. Ох, Вери, стоп! Как же трудно порой подавить в себе сирену.

– Рози все знала? – Я выглянула из-за плеча паладина и ловко увернулась, когда он попытался задвинуть меня обратно.

Одновременно заметила, что он явился не один. Вместе с ним на узком пространстве у начала лестницы как-то помещались Кайен и незнакомый мне маг. Кажется, последнего я видела в конторе. Вывод: муж взял с собой тех, кому хоть сколько-то доверяет и кто с наибольшей вероятностью не донесет королеве. Ну и три мага производили на так называемый совет больше впечатления, чем один. Задерживаемые даже не попытались сопротивляться.

– Конечно нет! – замахал руками отец моей подруги. – Прошу, не говори ей. Что угодно, только…

– Никто из наших близких не имеет к происходящему отношения, – вклинился… если не ошибаюсь, это мэр Годдхена.

Шейнелл скривился. Не то не поверил, не то происходящее было ему глубоко противно.

– О близких надо было думать, когда совершали преступления, – отрезал он.

Лица у наших соседей сделались какие-то… одинаковые. Нет, я не верю! Не могу это принять! Они все – обычные люди, строго присматривающие за детьми и обсуждающие с соседями надоедливых приезжих. Помню, Рози упоминала, что почти у всех есть капля морской крови, но… Нет. Безумие какое-то.

– Именно о них мы и думали, – ответил тот, с противным голосом.

– У нас не было выбора.

– Иначе повелитель всех вод заберет у нас наших детей…

Что-то тут точно не так. Не так, как показалось изначально.

– То есть вы делали это не ради денег, камней и ценных морских растений?

До Шейнелла тоже дошло.

– Нет, разумеется, – покачал головой мэр.

Он вышел вперед, выражая тем самым, что готов говорить за всех.

– Тогда зачем?

– У Годдхена всегда были особые отношения с повелительницей всех вод. – Мэр тяжело сглотнул и переступил с ноги на ногу, неловко шаркнув подошвами. – Многие века ее подданные, если вдруг желали жить земной жизнью, уходили сюда и смешивались с нами.

– Эти россказни я с детства слышал, – не выдержал дракон.

Показалось, что мэр с трудом сдерживал желание отвесить наглому мальчишке подзатыльник.

– Была еще одна хитрость. – Увы, роскошь воспитывать паладина он позволить себе не мог, так что все-таки перешел к сути: – Семьи, у которых в роду были такие предки, не могли завести ребенка без частицы магии повелительницы вод. Считалось, что это гарантия нашей ей верности на случай чего, но она никогда этим не пользовалась. Под водой несколько королев сменилось, а в хрониках Годдхена – ни единого упоминания.

Трясущаяся ладошка прижалась к губам. Кажется, я понимаю…

– Но новый повелитель вод потребовал платы, – продолжал мэр. – Это было чудовищно. Поначалу мы, конечно, воспротивились, и тогда дочь Гехсов просто рассыпалась брызгами. Ты не знаешь, ты тогда уже уехал учиться.

– А я припоминаю что-то такое, – возбужденно произнес Кайен. – В городе про этот случай почти не говорили. Зато мы с соседскими мальчишками одно время часто обсуждали эту страшилку.

– Наши дети подвластны ему, и он может в любой момент их уничтожить, – закончил мэр. – У нас не осталось выбора.

На некоторое время в тайном зале повисла тишина.

Клянусь, сейчас я ненавидела Сольма как никогда! Мерзавец! Чудовище! Правильно мама сделала, что ушла от него. И ведь не победить его…

Впервые на моей памяти дракон принимал решение так долго. Он сомневался. Обдумывал. На лбу обозначилась морщинка. Я внутренне готовилась спорить с ним, хотя сама представления не имела, как выйти из сложившейся ситуации. Веками сложившейся. Никому не должно было быть плохо, но появился Сольм, будь он проклят!

Кай придержал меня за руку, предостерегая от попыток вмешаться. Надо же, как я предсказуема.

– Этот водяной недоделанный Аверни не получит, – заговорил наконец Шейн. – Вы все разойдетесь по домам, но только после того, как я получу от вас магические клятвы. Обещаю, я найду способ защитить ваших детей.

Смелое обещание. Никто не поверил, я думаю. Выхода тем не менее у них не было. Один за другим соседи говорили то, что паладин хотел от них услышать. Там было о том, что они не могут причинить вред мне, помогать Сольму за спиной у Шейнелла и пытаться хитрить.

Мэр шел последним.

– От вас мне потребуются хроники, – предупредил Шейн.

– Но там…

– Просто дайте их мне! – рыкнул дракон… и по тайному залу поплыл густой туман. Шейн выругался сквозь зубы. Вернул силу под контроль. – К утру.

Мэр ушел вверх по лестнице. Прошуршал, открываясь, а потом закрываясь, проход.

Кровоточащий нос мой благоверный постарался утереть незаметно, но от меня его движение не укрылось.

– Это еще что?!

– Удерживать контроль над почти десятком взрослых людей не так-то легко, – ответил за него Кай.

– Э… Что?

Драконы. Других слов нет.

– Пришлось их подчинить, – нехотя пояснил Шейнелл. – Добровольно они бы мне эти клятвы не принесли.

Спине стало колко и влажно. Его могущество временами пугает.

– Ты вышла замуж за телепата, – сказал вслух Кай то, что я уже и так сообразила. – Поздравляю.

Последнее – искренне, что приятно.

– А ты откуда знаешь? – Шейнелл спрашивал о нашем обряде, а не о чем-то еще.

– Одраконившись, я начал чувствовать тебя, как настоящий близнец, – широко улыбнулся младшенький.

Признанием он почти нарвался на клятву, но внушение на него не подействовало. А для иных мер Шейнелл слишком устал.