Глава 8

Одеяло, в которое утыкался нос, пахло травяным мылом и дорогим мужским парфюмом. Слабо, почти неуловимо, но я все равно чувствовала. Понимала, что не дома, но мне тут было хорошо. Безопасно. Спокойно. И кто его знает, где теперь дом? Я привыкла так спать, зарывшись носом в край одеяла. Хорошо, что он не воняет табаком или спиртным.

Голоса ненадолго стало три, а потом совсем все стихло. И жуткий дождь тоже стих. Чувство близкой опасности вместе с предчувствием беды постепенно таяло.

Я поспала еще немного. Потом просто лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь уютной тишиной и ощущением того, как по щеке скользит солнечный лучик. За непогодой, похоже, последовал теплый день, что в Годдхене редкость.

Надо бы встать. Но не хочется.

Кончика носа коснулось что-то влажное и шершавое, погладило и исчезло. В следующий миг то же место слегка прикусили маленькие зубки. Не до крови, как вчера, но так, чтобы игнорировать безобразие было невозможно. Я возмущенно распахнула глаза.

Прятать половину лица в одеяле было отличной идеей. Безопасной, как выяснилось, стоило мне высунуть многострадальный нос.

На подушке сидел дракончик размером с мою ладонь и с любопытством поглядывал на меня синими глазищами с тонкими золотыми зрачками.

– Доброе утро, – пробормотала и со стоном перетекла в сидячее положение.

Часы, торчащие на столе среди бумаг, показывали восемь. Утра, судя по солнцу за окном.

– Но знаешь что? – Я потянулась тронуть драконыша, но он резво отпрыгнул от моих пальцев. – Ты совершенно не умеешь себя вести.

Живность с утверждением не согласилась, расправила крылья, демонстрируя себя во всей красе, мотнула небольшим хвостом… и впиталась в мою торчащую из-под одеяла коленку, расплывшись по ней рисунком, как только за дверью послышались шаги. Сон окончательно улетучился.

Внимание выхватило кресло, придвинутое к кровати. На его подлокотник была небрежно брошена рубашка, а на столике недалеко стояла ополовиненная кружка с чем-то, до сих пор источающим травяной аромат. Ночью горел камин, потому что вчера там было пусто, а сейчас лежат угли и некоторые до сих пор в оранжевых прожилках. И да, я находилась в той самой комнате, где вчера раздевалась.

Когда шаги максимально приблизились, дверь открылась.

– О, ты проснулась. – Еще не разглядев говорящего толком, по голосу я определила, что это другой близнец. Оно само как-то получалось. – Ну и концерт ты тут вчера устроила!

Кайен. И треклятая драконья прямолинейность.

– Я не нарочно, – пробормотала и натянула одеяло повыше, поскольку лишь сейчас обнаружила, что одета только в мужскую рубашку.

– Понятное дело, – согласился сосед. Он встал за креслом, оперся локтями на спинку и подозрительно рассматривал меня. – А что это было-то хоть?

Замечательный вопрос. Жаль, переадресовать его некому.

– Я почти ничего не помню.

– Как удобно, – фыркнул Кайен. Но не то чтобы он не поверил. – Ты испугалась дождя, билась в истерике, кричала, что весь город затопила чернота и что ты не хочешь исчезать. Мы страшно перепугались. Шейн даже сорвал с приема доктора Хонтхельна.

Как стыдно…

– Значит, он выходил под дождь? Шейнелл, я имею в виду. – Я облизала сухие губы и поняла, что со стороны сейчас выгляжу чокнутой. И все же следующий вопрос задала громко и нервно: – А где он сейчас?

Внутри жгутом заворачивался иррациональный страх.

– В столице, цел и невредим, – со смешком сообщил Кайен. – Мы с доктором, кстати, тоже. Спасибо за беспокойство.

Румянец пощипывал кожу на щеках. Язвы эти драконы. Все как один.

– Я просто…

– Понятно, если вспомнить историю твоих родителей, – махнул рукой сосед. – Но дожди в Годдхене совершенно безопасны. Честно, я сам проверял. Тогда произошло что-то странное. Даже городской совет руками развел, а уж они-то секут в странных делах.

Городской совет? Я думала, Годдхен слишком мал для чего-то подобного. Ладно, не важно.

Я знаю, что я видела. И никогда в жизни не была так уверена в себе. Мне точно не показалось. Жуткий дождь не был галлюцинацией, вызванной историей родителей. Что-то тут определенно происходит. Чувство такое, словно я невзначай оказалась в самом эпицентре местного шторма.

– Так твой брат уехал? – Я с трудом отодвинула мысли о необъяснимом.

– У нас в доме есть портал, но активировать его способен только Шейн. Он же тут дракон. – В голосе второго близнеца явственно читалась досада. – Здесь вообще все вертится вокруг Шейна. Кстати, он сказал, чтобы ты обязательно дождалась его.

Сказал. А вдруг у меня другие планы? Хотя, конечно, это справедливо, учитывая, что им пришлось со мной возиться.

– Хорошо.

Выдворив Кайена за дверь, я отправилась в ванную. Начинаю привыкать к чужим домам. И никакого смущения. Обозрела драконыша, который так с коленки никуда и не сместился, затем вымылась и наконец почувствовала себя человеком. Платье нашлось здесь же, в комнате. И возле лекарств обнаружилась бирка с указаниями, как и что принимать. Расческу я не нашла, поэтому кое-как расчесала волосы пальцами и в таком виде спустилась в гостиную.

Кайен устроился на самом удобном диване. У его ног стояла початая бутылка с темной, резко пахнущей жидкостью и пузатый бокал, а на столике были расставлены шахматы, и он иногда двигал фигурки. Потом поворачивал доску и «ходил» с другой стороны. Даже я видела, что получалась ерунда какая-то, хоть и не особо умела играть.

– Хочешь? – Он поднял бокал, из которого пил сам.

Желудок сжался, угрожая расстаться с содержимым, но, к счастью, содержимого-то там и не было.

– Нет, спасибо, – практически простонала я.

– Зря. – Он сделал глоток, поморщился. – Что ты в нем нашла, а?

– У нас с твоим братом ничего нет.

Приглашения от некоторых невоспитанных драконов не дождешься. Я выбрала себе место и села.

– Кроме метки.

– Ну да.

Он вновь потянулся к бокалу… но не нашарил его там, где оставил. Наклонился. Бокал лежал на полу, и вокруг разлилась резко пахнущая лужа. Меня снова начало мутить. Кайен ругнулся и налил себе еще. Отпил. Поставил.

– Если хочешь ему досадить, я к твоим услугам, – сообщил мне и раскрыл объятия.

– Не хочу.

Потянулся за бокалом. История повторилась. Упрямый почти дракон вновь наполнил бокал. Хотя лично я не советовала бы пить из него, после того как он дважды валялся на полу.

– Почему? Я тебе не нравлюсь?

А это что за безобразие?! Из-под моего длинного подола с вороватым видом вылез драконыш, шмыгнул к бокалу, сбил его хвостом, брезгливо отряхнул лапку, на которую попала алкогольная капля, и шустро вернулся ко мне.

– Когда надираешься с утра пораньше и несешь какую-то чушь? – скривилась, глядя на соседа. – Точно нет.

– Ты не понимаешь. – Кай протянул руку и опять обнаружил безобразие. Выругался на этот раз громче и выразительнее. – Он…

– Раскрылся, а ты – нет. И вообще, приперся тут, маячит перед глазами и мешает упиваться своей неполноценностью.

Глаза напротив странно заблестели.

– О, ты понимаешь!

– Давай лучше я приготовлю завтрак, – предложила, заметив, что он опять потянулся к бутылке. – Ты расскажешь немного о тонкостях взаимодействия с драконами. Потом попробуем сыграть в шахматы.

Обозрев ополовиненную бутылку, содержимое которой в основном было пролито, а не выпито, Кайен кивнул. Одновременно с этим я почувствовала, как левую лодыжку слегка кольнуло. Драконыш выбрал новое место. Похоже, мне досталась крайне непоседливая метка.

Готовить я не то чтобы полюбила, но прекрасно поняла, что, если хочется есть, без этого, как правило, не обойтись. Поэтому смирилась, позволила отвести себя на кухню и принялась там осматриваться. Нашла все нужное и решила повторить опыт с омлетом. В прошлый раз вышло съедобно, и я учла недочеты. Благо драконий братец оказался всеядный и сразу потребовал порцию побольше.

Ой, ноге щекотно… И не только ноге!

Пока я нарезала ингредиенты, драконыш устроился на столе и притворялся, будто сторожит, потихоньку таская кусочки ветчины и сыра. Он их ел! Во всяком случае, они исчезали у него во рту, и он даже порыкивал от удовольствия. И кусанул Кайена за палец, когда тот попытался его сцапать. Наше тайное общество покусанных разрасталось. Зато теперь близнецов снова не отличить. И один из трех драконов мне начинает нравиться.

Информация добывалась по крохам и добавляла красок в неясную пока картинку. Кайен, как оказалось, был не прочь поболтать. Я думала, родителей братьев тоже нет в живых, но выяснилось, что им перепала драконья страсть к путешествиям, и сейчас они покоряют какие-то там Драгоценные горы. А потом отправятся на край какой-то даже неизвестной лично мне страны, так далеко она находится, потому что там строят хитрый мост по их проекту. В общем, дома их в ближайшие годы не ожидается. Сыновья взрослые, вполне могут позаботиться о себе сами. А что цапаются, как дракон с морским демоном, так это всегда так было. Младший завидует, старший пытается воспитывать… а в итоге – ледяной шторм.

Про город тоже узнала. Совет здесь существовал негласно! То есть королева ни сном ни духом. Насчет градоначальника имелись какие-то официальные документы, но все остальное сорняком выросло на благодатной почве отдаленности от столицы и каких-то старых местных традиций.

Родители братьев вроде бы получили там наследственные места, но прогуляли пару десятков заседаний, и их выгнали. Негласно, потому что самих драконьих потомков в Годдхене к тому времени уже и след простыл. А мои родители, если верить Кайену, в этот совет входили. Как – непонятно, учитывая, что прожили в городе они совсем недолго.

В довершение завтрака я нечаянно сотворила кофейные пузырьки над кружкой собеседника. Сама не поняла, как вышло. Он сказал о родителях, я удивилась – и вот. Пузырьки летят, и аромат кофе на всю кухню.

– О-ой…

– Забыл сказать, – ничуть не смутился Кайен, – вчера твоя магия окончательно пробудилась. От сильных эмоций такое случается.

Пробудилась? Почему же я не чувствую разницы? Шейнелл говорил, что это не то же самое, как человеческий дар, который надо осваивать и развивать, но мне все равно казалось, что должны ощущаться изменения. Но нет, ничего подобного. Вода… она будто была частью меня. И так было всегда, просто раньше я не знала.

Подрагивающая от ожидания и недоверия ладонь зависла над моей кружкой. Мгновение спустя кофе в ней забурлил. Дыхание перехватило от восторга. А что еще я могу?

Только кислая мина Кайена заставила остановиться.

– Ну что, идем играть в шахматы? – спросила преувеличенно бодро.

Предполагала пережить несколько минут позора до того, как ему надоест, но выяснилось, что Кайен играет не лучше меня. Просто его брат запретил гулянки, и из развлечений остались одни шахматы. К середине первой партии игра превратилась в забавное состязание, кто хуже играет. Во время второй мы вошли во вкус. К третьей подключился драконыш, попытался подыгрывать мне, сгрыз пару вражеских фигур, получил нагоняй, а мы вынуждены были взяться за карты.

Время до появления Шейнелла пролетело незаметно. Но почему-то ему не понравилось, когда он застал нас с картами в руках, при этом Кайена – без рубашки, а меня в одной туфле.

– Какого мрака здесь происходит? – рыкнули над ухом… и в комнате стало невыносимо душно.

– Кай сказал, ты просил дождаться, – пожала плечами я.

– Уже Кай? – Недобрых ноток в низком голосе прибавилось.

Гостиную затянуло паром словно туманом.

– Успокойся! – Кайен встал, но из-за исходящей от его брата силы тот все равно казался выше. – Мы просто играли.

Хрясь. Драконыш забрался на доску. Хрусь. Фигурка королевы. О нет…

– Ты, – взгляд цвета штормового моря уткнулся в ожившую метку, – живо замер!

Ага, как же!

Хрум-хрум… Голова королевы покатилась по столу, достигла края и с грохотом запрыгала по полу. Хотя бы один из присутствующих не занервничал при виде злого дракона. Он повернулся к этому громкому типу хвостом и пошарил взглядом по оставшимся фигурам, но портить их пока не стал.

Я внутренне приготовилась вступиться за мелкого, но, как ни странно, его выходка разрядила атмосферу.

– Мрак, – пробормотал Шейнелл, опускаясь в кресло. – Развели тут бардак.

– Драконам не свойственна тяга к порядку, – протянул Кайен. – Странно, что ты не знаешь.

– Странно, что ты знаешь, – не остался в долгу старший брат.

Непримиримые взгляда столкнулись, разве что искры не посыпались.

– Есть хочешь? – поспешила вмешаться я. – У нас был омлет.

Взгляд Шейнелла переместился на меня, из враждебного стал испытующим, провокационным. Мгновение я еще как-то выдержала, потом заметно поежилась. Я вовсе не хотела его кормить! Просто испугалась, что они сейчас подерутся.

– Хочу, – сообщил дракон таким тоном, будто речь шла не о еде.

Торопясь скрыть разгорающийся на щеках румянец, я удрала на кухню.

– И кофе, пожалуй, – донеслось вслед.

– Кстати, я бы тоже перекусил.

Существовали все-таки вещи, в которых братья проявляли поразительное единодушие.

Вот так не успеешь оглянуться, а ты уже кухарка при двух драконах. Двух с половиной. Но с кухонными чарами я уже освоилась, так что сообразить быстрый перекус не составило труда. Себе заварила вкусный чай. И пришла в полнейший восторг, обнаружив, что подносы зачарованы и сами летят, куда надо.

– Насчет вчерашнего… – осторожно начала, вернувшись.

– Не надо, я все понимаю, – остановил меня Шейнелл.

Внутри стало тепло. Хоть кто-то.

– Моя сила проявилась, – желая попробовать ее, там, на кухне, я вскипятила воду с помощью своей магии, а не бытовых чар.

– Как я и предполагал, ты – морская ведьма, – кивнул Шейнелл, уплетая то, что лежало на его тарелке.

– Проблем из-за этого не будет? – опасливо уточнила я.

Вздох дракона заставил еще больше насторожиться.

– В Годдхене – точно нет, – произнес он, блуждая взглядом по стене. – В других местах стоит быть осторожнее. И да, чем дальше от моря, тем ты слабее.

– Буду знать, – кивнула, попивая ароматный чай.

Некоторое время болтали ни о чем. Но братья чудесным образом ухитрились не сцепиться, а я узнала, что Рози с родителями заглядывали, и Годдс приходила скандалить, но близнецы оставили меня у себя. Прощай, репутация. Впрочем, в Годдхене о ней иные представления. Почти у всех.

– Ну а что в столице? – больше из любопытства спросил Кайен.

– Королева хочет ее видеть. – Шейнелл внимательно посмотрел на меня. – А я хочу видеть документы, оставшиеся от признанной погибшей четы Исхельм.

Мир снова качнулся, угрожая перевернуться.

– З-зачем? – пролепетала я.

– Первое или второе? – хитро сощурился дракон.

– Все!

Бульк! Мы дружно повернули головы туда, где стояла кружка кофе для Шейнелла. О да… Брызги по всему столу, и совершенно счастливая мордочка драконыша торчит из темной ароматной жидкости.

Шейнелл ругался так, что у меня едва уши не превратились в раковины и не захлопнулись.

– Видишь ли, ты – единственное, что осталось от ее любимого паладина, – без особого восторга пояснил он.

– Да ладно?! – Мы с его близнецом оказались единодушны в своем удивлении.

– Да, – еще раз подтвердил дракон. – До того как влюбиться в сирену и бросить прошлую жизнь, твой отец имел тайную связь с королевой.

Не уверена, что этим стоит гордиться.

– Учитывая, что ты в курсе, не такую уж тайную, – вставил шпильку Кайен.

– Знаю только я, и мне никто не говорил, – как-то многозначительно уточнил Шейн. – Так что, Вери, во время встречи изображай неведение.

Тогда и помалкивал бы, зачем было меня просвещать!

– Все должно быть хорошо. – Шейнелл успокаивающе накрыл мою ладонь своей. – Она правда любила его, так что вряд ли тебя обидит.

– Почему она его отпустила?

Поступок ее величества казался мне странным.

– Наверное, Тамарин было тяжело его видеть, – предположил маг. – Как бы там ни было, Эйран Исхельм единственный из паладинов смог уйти со службы и жить какой-то другой жизнью.

Звучит нерадостно. Впрочем, эти маги сами выбрали такую жизнь и наверняка знали, на что шли.

В завершение разговора Шейн еще раз попросил предоставить ему доступ к информации о моем наследстве. Поначалу я отшутилась: мол, не собираюсь выходить за него замуж, так что мое финансовое положение его никак не касается. За что получила ответную шпильку: этот мерзавец заявил, что речи о женитьбе никто не вел и близкие отношения не всегда начинаются у алтаря. Насмешливые слова больно кольнули что-то чувствительное внутри. Гад! Покусай его дракон! Ну хотя бы драконыш.

Объяснения, что я сама подписывала счета непутевых родственников, не встретили никакой эмоциональной реакции. Он просто кивнул. Хорошо, что уж там, информации мне не жалко. Унизительнее, чем уже есть, мое положение сложно сделать.

На этой мысли интуиция шевельнулась и ехидно сообщила, что с нашим везением готовиться лучше к чему-то совершенно неожиданному.

Отпускать меня братья не хотели, видимо, идея обзавестись собственной кухаркой им понравилась. Но после того, как я поцапалась с Шейнеллом, а драконыш сбил со стола жутко старинную и страшно ценную вазу, защитные чары, опоясывающие дом и территорию, сделались проницаемыми.

Шейн пошел меня проводить. Естественно, для того, чтобы задержать в дверях.

– Что? – Я подняла на него глаза и притворилась, будто не понимаю.

Талию обвила сильная рука. Он притянул меня ближе, заставив чувствовать тепло и силу своего тела.

– Забросив все дела, я последние сутки занимался только тобой, – прямолинейно заметил дракон. – Как думаешь, я заслужил небольшую благодарность?

Гад. Плавучий.

Только если небольшую.

– Спасибо, – невинно взмахнула ресницами.

Он резко склонил голову и провел раздвоенным языком по моей нижней губе.

Откровенно. Неприлично. Захватывающе. Я забыла дышать, и коленки дрогнули. Тогда же с некоторым недоумением заметила, что вцепилась в дракона и лишь благодаря этому еще стою на ногах.

– Пожалуйста, – интимно прошептал он прямо в губы.

Домой удирала с такой скоростью, словно за мной проклятый дождь гнался.

Гнался, правда, не дождь, а пищащий драконыш, который почему-то впал в панику от того, что не успевал вцепиться в меня. Пришлось задержаться на крыльце и дождаться его.

Прыгнув мне в руки, малыш расплылся рисунком на запястье. Совесть слегка куснула. Я погладила кончиками пальцев изображение дракоши. И едва не упала, зацепившись за сложенные горкой подарки. Сладости и какая-то еда – все, что приносят обычно болеющему человеку. Соседи беспокоились и желали это как-то выразить. Решив, что заберу гостинцы потом, я вошла в холл.

Бутылка шумела волнами, да так неистово, что казалось, стекло сейчас разлетится острыми брызгами. Я присела рядом с ней и придвинулась ухом.

«Опасайся дождя…».

– Отличное предупреждение, – прошипела гневно. – Главное, своевременное!

Воцарившаяся тишина была мне ответом. Моя магия вызывала легкий шорох волн, так шумит море в самый спокойный день. И никаких голосов. Не понимаю, как это работает. Поймать бы подходящий момент и обсудить необычную находку с Шейнеллом…

Ближе к вечеру я забрала подношения в дом. Сладости и записка от Рози, пирог от пожилой четы по соседству, милые мелочи от других соседей. Некоторые были подписаны лишь инициалами. По привычке, поскольку все здесь друг друга знали. Но лично я в этих знаках потерялась. Впрочем, не важно, главное ведь внимание. Особенно приятно оказалось обнаружить чайный сбор от Илисы и украшенный глазурью пряник от ее брата. Обрастаю потихоньку связями.

Драконыш заинтересованно явил мордочку и клацнул зубами в сторону лакомств, но был щелкнут по носу и вновь обратился в рисунок. Как он может есть?! В смысле он же не настоящий. Ну или не совсем настоящий.

Я упражнялась с новыми способностями. Получилось вскипятить воду, заморозить, устроить локальный потоп в гостиной. Бытовые чары подыгрывали мне: сперва прибрали последствия небольшого наводнения, а потом выдали пыль, чтобы я могла ее смыть. Получилось! Правда, теперь руки подрагивали от усталости.

Умения не слишком полезные, но они есть, и это главное. Также я чувствовала в себе силу зачаровывать воду и призывать каких-то морских существ, но экспериментировать с этим пока не рисковала.

Морская ведьма. Магия воды. Представляю, как бы скривилась тетя Эрин! Картинка в воображении отозвалась злорадной улыбкой.

Последняя коробка… кажется, с печеньем.

– Аверни! – Услышав свое имя, я вздрогнула и едва не выронила коробку. – Подойди сюда, дорогая.

Дама из соседнего дома. Рядом с ней стоял мужчина в дорожной одежде. Вид у него был потерянный и расстроенный.

Я поставила коробку и сбежала по ступенькам.

– Знаешь эту девушку?

Мне продемонстрировали миниатюрное изображение.

Покачала головой. Надежда, вспыхнувшая и погасшая в глазах мужчины, отозвалась желанием что-то сделать. И я внимательнее всмотрелась в магический снимок. Будь он больше и четче, сразу бы поняла…

– Да! – воскликнула обрадованно. И незаметно натянула рукав, потому что почувствовала, что кто-то любопытный пытается явить себя миру и поучаствовать в событиях. – Я видела ее на берегу, она искала, где можно остановиться. И потом, на выступлении фокусника.

– А после? – вцепился в меня мужчина.

Не помню… Нет. Я пожала плечами.

– Это моя дочь, – пояснил приезжий. – Мы должны были встретиться здесь, но она пропала. Уже несколько дней. Все вещи на месте, но Эми нигде нет.

Мороз по коже. А ведь она вела себя странно… Мягко говоря.

– Может, уехала с каким-нибудь парнем? – К нам подошли мужчина и женщина. Не припомню, чтобы видела их в городе раньше. Значит, приезжие. – Местная атмосфера иногда кружит головы.

Красавица с роскошными черными локонами улыбнулась и подмигнула мужу. Тот тоже улыбнулся, будто зачарованный, и кивнул. Он смотрел на нее влюбленными глазами и, кажется, не замечал ничего вокруг, будто у них был медовый месяц. Хотя это точно не так. Обоим слегка за сорок на вид, и брачные кольца потемнели от времени. По этим украшениям всегда понятно, как давно пара вместе. С течением лет украшенные камнями ободки начинают выглядеть не так красиво. Поэтому почти никто их не носит, хранят где-нибудь в шкатулке, от глаз подальше. Но эти, похоже, вообще не снимали.

Хотела бы я, чтобы на меня муж так же смотрел лет через двадцать семейной жизни… А смотрела почему-то женщина с локонами. Внимательно, чуть склонив голову набок, не отводя глаз.

Огорченный и напуганный отец тем временем рассказывал свою историю. Странную и пугающую, надо признать. Он назвался торговцем книгами по магии. Помимо прочего, он собирал старые потрепанные экземпляры, приводил их в порядок, а потом продавал. Старшая дочь помогала. В последний год даже одна ездила. В нескольких близлежащих городах им доводилось бывать, всякий раз дочь что-то манило в Годдхен, но отец не хотел терять время. Так и не побывали. И вот когда у него самого было интересное предложение в другом месте, дочь получила информацию о ненужных книгах здесь. Их хотели отдать просто так, лишь бы не выбрасывать. И Эми сорвалась с места. Обмениваясь посланиями, они договорились, что девушка дождется отца здесь. И вот он приехал, а ее нет… Кроме меня, ее ни одна живая душа не вспомнила.

– С самого начала у меня насчет этого Годдхена было дурное предчувствие, – пробормотал торговец.

– Не надо пенять на наш город, коль воспитали непослушную дочь! – вспылила госпожа Дайль.

Я потихоньку улизнула домой. Драконыш под рукавом беспокойно возился. По дороге мазнула взглядом по дому близнецов. Губы закололо от воспоминания от прощальной ласки.

Сто-о-оп! Шейнелл мне очень помог. Так уж и быть, я даже готова признать, что он невероятно хорош. Но это ничего не меняет. Паладины не женятся, их жизни принадлежат королеве. Чтоб эта жадная тетка в короне подавилась! Я округлила глаза, потрясенная собственными мыслями. Очень правильно, потому что мгновение спустя они стали еще более неподобающими. Не женится, ну и что? Подумаешь. Гораздо хуже, что чувств никаких нет, кроме похоти. Он меня и не знает толком. Я так не согласна! Хочу, чтобы на меня мой мужчина смотрел так, как муж на ту женщину. Как будто она – весь его мир, и никакие королевы не имеют значения. К сожалению, такое счастье достается единицам, а остальным светят только мечты.

Подавила в себе неуместную зависть… и тут стряслось кое-что еще. Занятное. Занимательное, по крайней мере.

Стена дома близнецов будто исчезла. Нет, то есть она никуда не делась, даже не стала прозрачной, но я отчетливо разобрала разговор внутри. Причем слышно было так, будто он происходил на расстоянии вытянутой руки.

– Я бы на твоем месте не торопился, – сообщил Кайен не без злорадного ехидства.

– Вряд ли ты когда-нибудь окажешься на моем месте. – Даже я поняла подтекст, который вложил в ответ его брат. – Вопрос уже решен. Алисия собирает вещи.

Что еще за Алисия? Я застыла на месте. Плевать, как это выглядит со стороны.

– Зря ты так, она красотка, – мечтательно протянул Кай. – Не рановато ли избавляться от постоянной любовницы? Аверни еще ни на что не согласилась.

– Согласится.

Уверенно так. У-у-у, так бы морду и расцарапала!

– И что потом? Заберешь ее в столицу и поселишь у себя? – В голове младшего из близнецов явственно слышалось любопытство к жизни, которая ему не досталась.

– И избавлю тебя наконец от своего присутствия. – Старший, похоже, усмехался.

– Так себе честь для девушки из хорошей семьи…

Вот! Хоть одну дурную драконью голову посетила эта светлая мысль!

– Я – паладин, – напомнила вторая драконья голова. – Это честь для дочери любого аристократа.

Самолюбие такого размера не то что в источник – в море не влезет.

– Тогда заканчивай быстрее свое расследование и выметайся, – пробурчал Кайен. – Может, эти девицы не пропадают, а в море топятся, например?

– Не думаю.

– Или ты притягиваешь факты. Ты уже почти месяц тут торчишь – и ничего, никто не пропал.

Звуки становились все тише, пока не растаяли совсем. Я направилась к своему дому. Зла была так, что казалось, сейчас взорвусь гейзером. Он уже все решил! А мне, видите ли, честь! Гад плавучий. Еще и самовлюбленный в придачу. Как можно было подумать, что я займу место постоянной любовницы в его доме?!

Грохнула дверью, отгораживаясь от мира. Постояла минутку, прижавшись лбом к холодной каменной стене. Не дождется. Я ему еще покажу!

Холод камней и шум моря в бутылке действовали успокаивающе. Меня постепенно отпускало. Вместе с тем все более важным казалось окончание разговора. Таинственник прибыл в Годдхен, потому что здесь пропадают девушки? И Эми пропала. Личные страхи требовали привязать ее исчезновение к вчерашнему дождю, но, со слов ее отца, выходило, что она исчезла на пару дней раньше.

Повернулась, прислонилась к стене уже спиной и приподняла рукав.

Драконыш сейчас был рисунком, только живые глаза моргали.

– Значит, вот зачем он поставил мне метку? – спросила вслух. – На случай, если я пропаду?

Высунулась голова, будто дракоша вылезал из рисунка. Говорить он не мог, но кивнул вполне понятно.

– Боюсь спросить. Шейнелл хотел меня защитить или использовать, как наживку?

Движение драконыша очевидно значило, что он не знает. Или не хочет признаваться. Да я и сама не уверена, что хочу знать ответ.

Встретиться с его хозяином, впрочем, придется. Надо бы донести до него информацию об исчезновении Эми. Он, конечно, и так узнает, но в деле расследований чем быстрее, тем лучше. Я так думаю.