19

Проходит неделя. Затем вторая. В начале третьего воскресенья я перестаю вздрагивать от каждого уведомления и, наконец, удаляю нашу переписку. Глупо хранить в памяти телефона «Мне нужна ты» от человека, который вычеркнул тебя из жизни сразу после того, как попробовал на вкус.

Я в ярости. Я в смятении. И больше всего я злюсь на себя за то, что до сих пор чувствую его пальцы на своем затылке. «Малая»… Это слово теперь зудит под кожей, как незаживающий ожог.

Апрель в этом году выдался аномальным. Весна навалилась на город сухим, почти летним зноем. Асфальт плавится, а вместе с ним мои остатки терпения. Скоро девятнадцать. Рубеж, который я встречаю с горой грязной посуды в ресторане и полным отсутствием перспектив.

— Ритка, ну чего ты киснешь, как вчерашние щи? — Баба Зина заходит в комнату, обмахиваясь газетой. — Оля вон говорит, у тебя день рождения на носу. Надо это… слово такое неприличное, все время забываю… Шоппинг! Денег у нас от кошачьего магната осталось полным-полно, не зря же мы неделю шерсть из углов выковыривали. Идите, проветритесь. Купите себе радость на каблуках.

Мы с Олей идем в торговый центр, и на этот раз я иду туда в соответствующем настроении, не как «кошачий психолог».

— Глянь, какая милая футболочка с корги! — Оля выуживает из вешалок что-то розовое и веселое. — Тебе такие нравятся, да?

— Нет, — отрезаю я, даже не глядя. — Корги пусть носят малые. А я больше не хочу ею быть.

Оля замирает, глядя на меня в упор, а я решительно направляюсь в отдел, мимо которого раньше проходила, даже не глядя.

Больше никакого «освежающего хвостика» и растянутых свитеров. Если Руслан когда-нибудь снова решит посмотреть в мою сторону, он должен увидеть не девчонку из соседнего подъезда, а женщину.

Мой выбор пугает даже Олю.

Черное мини-платье, которое обтягивает фигуру так, что в нем страшно дышать. Тонкая кожаная косуха, сидящая как вторая кожа. Узкие брюки, подчеркивающие каждый изгиб бедер. И, наконец, шпильки. Туфли и босоножки на тонких и высоких каблуках.

— Рит, это… это очень рискованно, — шепчет Оля, глядя, как я выхожу из примерочной в супер обтягивающей футболке, под которой отчетливо угадывается контур белья. — Ты в этом как… как лезвие. Острая.

— Сойдет, — бросаю я своему отражению, и на этот раз слово звучит жестко.

Я покупаю все. Каждую вещь, которая кричит о том, что я выросла. И пусть Руслан где-то там развлекается со своими шикарными брюнетками.