87

Наконец, дорога приводит нас домой. Внедорожник мягко разрезает городские сумерки. Мегаполис встречает нас привычным гулом и неоном, который после тишины хлева кажется лесом нового уровня — электрическим, вибрирующим, вечно бодрствующим. Я прижимаю телефон к уху, слушая длинные гудки, и наконец слышу мамин голос.

— Да, мам, доехали… — шепчу я, глядя на сосредоточенный профиль Руслана. — Все хорошо. Да, он рядом. Передам.

Улыбаюсь, выслушивая бесконечные наказы и «приветы», и чувствую, как Рус накрывает мою ладонь своей, переплетая наши пальцы.

— Мы теперь тут живем? — спрашиваю я, когда машина сворачивает в квартал у реки, застроенный элитными высотками из зеркального стекла и тяжелого темного камня. Башни уходят так высоко в небо, что их верхушки теряются в низкой облачности.

— Да. Ту квартиру я продал, Рита, — роняет он, когда мы ныряем в подземный паркинг, освещенный холодным белым светом. — И дом в лесу тоже. Не хочу, чтобы в нашем будущем оставались тени прошлого. Там работали чужие люди, там ломали двери, там стены помнят страх. Забудь. Это новое место. Теперь нас никто не найдет.

Смотрю на него и чувствую, как с плеч спадает невидимый груз. Перелистнуть страницу. Сжечь старые мосты. Я не просто рада — я чувствую, что начинаю дышать заново. Старый квадратные метры были клеткой, пусть и золотой, а это место… это только наше.

Лобби комплекса больше похоже на зал современного музея: бесконечные мраморные полы, в которых отражаются точечные светильники, живые стены из тропических растений и тишина, которую не нарушает даже звук наших шагов.

Скоростной лифт взлетает на пятидесятый этаж так бесшумно, что я понимаю это только по заложившим ушам.

Когда Рус открывает массивную дверь и делает шаг в сторону, пропуская меня вперед, у меня перехватывает дыхание.

Квартира не просто большая — она кажется бесконечной. Пространство гостиной залито мягким, теплым светом, а панорамные окна от пола до потолка открывают вид, от которого кружится голова. Город — как на ладони: расчерченный огнями проспектов, сияющий артериями дорог, живой и покорный.

Но главное не в этом. Квартира буквально утопает в цветах. Сотни кремовых роз. Огромные охапки в тяжелых вазах стоят на полу в гостиной, заполняя углы. Нежные бутоны на кухонном острове из черного камня.

Воздух пропитан их тонким, сладковатым ароматом, смешанным с запахом новой отделки и дорогого дерева.

— Рус… это все мне? — я медленно обхожу гостиную, касаясь кончиками пальцев прохладных лепестков.

— А кому еще? — он идет следом, не снимая пиджака, наблюдая за моей реакцией. — Хотел, чтобы ты сразу поняла: здесь только твой мир.

Он проводит меня дальше, показывая комнаты без лишней суеты. Просторный кабинет, гардеробная размером с мою деревенскую комнату, и, наконец, спальня.

Она огромная. Кровать стоит так, что просыпаясь, ты видишь только небо и шпили высоток. Здесь роз еще больше — они повсюду, превращая комнату в сказочный сад.

Я подхожу к окну, прислоняюсь лбом к прохладному стеклу. Под ногами — бездна огней. За спиной — мужчина, который ради меня стер наше прошлое и построил новый мир.

— Тебе нравится? — он подходит сзади, кладет ладони мне на талию, притягивая к себе.

— Мне страшно, Рус, — шепчу я, оборачиваясь в его руках. — Страшно, что это сон.

— Тогда я сделаю так, чтобы ты не хотела просыпаться, — он наклоняется, и в его поцелуе я чувствую обещание, которое он сдержит.