Глава 20

Алисия устало посмотрела на мужа. Она знала, что он врет. Два часа до этого Виктор ругался за закрытой дверью со своей подружкой Лилей. Они орали друг на друга в голос, не стесняясь прислуги и ее, Алисии. Ей казались странными эти крики, тем более что муж не разрешал повышать на него голос. Вообще. Никогда. Значит, ей, матери его ребенка, нельзя даже слова ему сказать повышенным тоном, а той, другой женщине, вдове его друга, все можно.

Все начиналось так красиво и замечательно. В Египте. На Рождество. Алисия приехала в Шарм-Эль-Шейх отдохнуть после окончания утомительного проекта. Она выбрала дорогой отель с австрийским менеджментом. Хотелось моря, тепла и солнца. И мечталось о головокружительном романе, ни к чему никого не обязывающем, с красавцем-мачо. В лобби-баре сразу по прибытии она провела рекогносцировку. В низеньких полукруглых креслах сидели толстые немцы с излюбленным пивом, компания молодых голландцев со сложными коктейлями в бокалах. В уголке две продвинутые арабские женщины, закутанные в пестрые платки, пили кофе из маленьких расписных чашечек. Ничего интересного. Французские окна открывали вид на террасу, где стояли огромные фикусы в кадках. Плетеные столы и кресла. Алисия вышла туда и уселась за свободный столик. Она устала от перелета, четыре часа, знаете ли. Ее номер не был готов. И приходилось ждать где-то с полчаса. Она попросила официанта принести ей капучино, закурила сигарету и принялась смотреть по сторонам. И тут она увидела их. Двух совершенных представителей мужского пола. Один, похожий на викинга, привлекал внимание грубой норманнской красотой, а другой походил на перса или грека и отличался красотой утонченной. Оба были одинакового высокого роста, хорошо сложены и одеты только в шорты. Пока мужчины шли по террасе, Алисия сделала окончательный выбор в пользу «грека». Ее всегда привлекали восточные мужчины. Оба красавца плюхнулись за соседний столик и заговорили… на русском. Алисия немного выучила этот язык, пока почти год работала фотокорром в московском филиале редакции. Жестом короля «викинг» подозвал официанта и заказал кофе… всего лишь кофе и сигары. Они говорили между собой очень тихо, и лишь изредка до Алисии долетали обрывки фраз про тренды, фьючерсы и голубые фишки.

Господа финансисты на отдыхе. «Интересно, они тут одни? — подумала Алисия. — Если так, то отдых окажется незабываемым. Которого б из них выбрать?»

— Смотри, вон немчурка на тебя глаз положила, — заметил «викинг», не сомневаясь, что его тут никто не понимает.

Она не обиделась на «немчурку», но тут же спросила сама себя, как этот русский догадался, что она немка? Ведь, кроме немцев, здесь полно шведов, австрийцев и голландцев.

«Грек», сидевший к ней боком, нехотя повернул голову и окинул равнодушным взглядом. По опыту Алисия знала, что так смотрят два типа мужчин— абсолютно счастливые в браке и представители меньшинств. Никакой жены рядом не наблюдалось, зато на пальце присутствовало тонкое золотое кольцо. Алисия могла поклясться, что этот золотой ободок украшен мелкими брильянтами. Слишком сильно колечко сверкнуло на солнце. Что ж, жаль, придется соблазнять его друга-«викинга».

Но в этот момент на террасу вышла настоящая русская красавица в прозрачной белой рубашке, одетой поверх купальника. Мужчины увидели ее и разом поморщились. Она, не обращая внимания на их гримасы, села рядом.

— Закажи мне виски, — томно обратилась девица к «греку».

— Обойдешься, — огрызнулся тот.

— Это еще почему? — вскинулась она.

— Потому что еще только час дня, и еще рано заправляться спиртным, — устало пробормотал «грек». — Лечи тебя потом от алкоголизма.

— А где остальные, Лина? — поинтересовался «викинг».

— У бассейна.

— Вот и иди к ним, ты нам мешаешь, — спокойно заявил он. А «грек» кивнул. Девица встала и с недовольным видом покинула террасу. Но проходя мимо Алисии и поняв, что та наблюдает за ними, смерила ее презрительным взглядом.

— Убил бы, — равнодушно сказал «викинг».

— Убей, а я найму тебе хорошего адвоката, — осклабился «грек».

— А сам? — хитро улыбнулся «викинг»

— Я б ее давно придушил, но мне нельзя…

Потом она видела их в ресторане во время обеда. В компании все той же красавицы-девицы, очень обаятельной женщины, блондинки лет тридцати, с годовалым ребенком на руках, и миловидной девочки-подростка. Кто кому кем приходится, Алисия не поняла. Ибо «грек» обнимал женщину, а «викинг» чистил креветки подростку. Потом все встали одновременно и удалились. Алисия заметила, что теперь малыша несла красотка Лина, а «викинг», проходя мимо вереницы тортов, стащил с одного клубнику и сунул в рот женщине, в этот момент девочка-подросток попыталась стукнуть «грека» в живот.

Алисия решила не заморачиваться на этой шведской семье, а найти более подходящего кандидата.

Вечером на ужине этой компании не оказалось, Алисия заскучала и попыталась выбросить их из головы.

Зато ночью в клубе веселилась одна Лина. И пользовалась большим успехом у голландцев. Один из них даже поплелся провожать русскую красавицу. Интересно, кому она наставляет рога?

Утром около бассейна Алисия увидела всю компанию. Женщина возилась с ребенком в детском бассейне. Красотка и девочка-подросток принимали позы на солнцепеке. Раскованная Лина улеглась на живот и расстегнула бюстгальтер, оставив на теле лишь ниточку стрингов.

Чуть дальше, в сторонке, стояли у кромки воды «викинг» с «греком» и с грустью смотрели на морскую гладь, где развевался красный флаг, говоривший всем и каждому, что сегодня купаться в море запрещено. Казалось, женщины и дети их не интересовали. Но Алисия заметила, что они мимоходом оглядывают мать и дитя в лягушатнике и двух любительниц загара.

Соотечественники Алисии, два толстых бюргера лет сорока, прогуливались вдоль бассейна с фотоаппаратом. Увидев одиноко загорающую красотку Лину, они радостно зацокали языками и стали фотографироваться на ее фоне. Девушка ничего не заметила. Зато заметили мужчины и переместили свое внимание с моря на бюргеров. Оба не сделали и шага, а наблюдали с интересом за фотосессией на фоне полуголой Лины. Наблюдали, как анаконда наблюдает за дичью. «Викинг» криво усмехался, «греку» происходящее совершенно не нравилось, но по какой-то причине он пока не вмешивался.

От бассейна птицей метнулась молодая женщина и, накинув на ничего не подозревающую Лину полотенце, затопала ногами на бюргеров, призывая их убраться. Те были явно разочарованы и обозлены таким поворотом событий. Один из них даже в сердцах толкнул женщину. Другой разразился тирадой про русских шлюх и свиней. Алисии стало стыдно за своих соотечественников. Но в момент, когда блондинка, потеряв равновесие, начала падать, оба мачо оказались рядом. «Грек» быстро подхватил женщину, а «викинг» нанес первый удар толкнувшему. Второй бюргер бросился на помощь. Но его подсек «грек». Сморщившись от боли, немец истошно закричал, призывая вмешаться граждан Германии и преподать урок русским свиньям. Немцев у бассейна оказалось большинство, и некоторые поспешили на выручку. Алисии стало страшно. Силы были явно не равны. Русских мужчин всего двое, а к месту драки подходили еще трое немцев. Молодые и сильные. И еще им хотелось крови. Но кровопролития не случилось.

— А что, Герт, покажем фрицам Сталинградскую битву? — весело сказал «викинг» и двинул одного из нападавших по скуле.

— И Курскую дугу тоже! — фыркнул «грек», нанося крепкий удар под дых другому.

Из бара подбежали еще несколько русских. Крепкие парни с бритыми головами и бычьими шеями.

— Оба-на! Пацаны, помощь не нужна? — осведомились они радостно.

— Спасибо, братки! Сами разберемся, — на ходу ответил «викинг», отбивая удар одного из бюргеров.

Братки остались наблюдать — не каждый день в этом респектабельном отеле случается хорошая драка, переходящая в откровенный мордобой.

— Вить, мне это уже надоело, — крикнул «грек». — Давай заканчивать спектакль.

— Угу, тоже мне нашли аниматоров, — хохотнул викинг. После этого оба мачо, особо не церемонясь, просто покидали противников в бассейн.

«Грек» тут же отошел к блондинке, прижимавшей к себе малыша, присел на корточки рядом.

— Как ты, Лилечка? — Он нежно погладил ее по щеке. Потом повернулся к стоящей рядом с матерью девочке:

— Сильно испугалась?

Девочка замотала головой, хотя в больших карих глазах плескался страх.

На красавицу Лину он старался не смотреть, полностью ее игнорируя.

Она попыталась сама что-то сказать ему, «грек» обернулся к «викингу», который, попрощавшись с братками, подошел и сел на край стоявшего рядом шезлонга.

— Ну что, Герт, размялись маленько? — спросил он, ощупывая разбитую губу.

— Да, молодость вспомнили, а то я уже закисать стал. Откуда пацаны?

— Из Владика. Они о тебе слыхали…

— Вот видишь, о тебе знают даже во Владивостоке, — робко подала голос Лина.

Но он смерил ее взглядом, пресекающим любые попытки продолжить беседу:

— Я еще не решил, что с тобой делать, дорогая!

И, увидев удивленный взгляд жены, добавил:

— Твоя сестра слишком дорого мне обходится.

Тут подоспела охрана отеля, и начались разбирательства, кто виноват.

Мокрые бюргеры винили русских и требовали консула, видя в случившемся политическую подоплеку. «Викинг» и «грек» просто объяснили ситуацию и в разборках не участвовали. Возможно, они и не догадывались, что дело могло кончиться большим штрафом. Тогда Алисия подошла к начальнику охраны, изображающему из себя Пуаро, и решительно сказала:

— Я все видела. Виноваты эти парни.

И указала на своих соотечественников.

«Викинг» посмотрел на нее с интересом. Что, собственно, и требовалось.

Он остался доволен увиденным. Рыжие волосы до плеч, фигура, как гитара, зеленые лукавые глаза.

— Теперь мне придется охранять вас от этих молодчиков, — заверил он на безукоризненном немецком.

— Да, теперь это ваш долг, — улыбнулась она в ответ.

— А? — Алисия кивнула в сторону женщин. Она уже разобралась в родственных связях этой компании, но хотела уточнить.

— Это гарем моего друга, — заржал «викинг». — А я не женат.

— Меня зовут Виктор Пахомов, — поспешил представиться он.

— Алисия Верленмайер, — ответила она.

Дальнейший отдых превратился для Алисии в головокружительный волшебный роман. С продолжением и дальнейшими обязательствами.

В феврале Виктор прилетел к ней в Мюнхен. И они провели неделю в любовном угаре. Ей он нравился все больше и больше. Самолюбию льстило, что он летает к ней, невзирая на часовые пояса и затраты.

В следующий раз, когда он прилетел к ней через месяц, она чувствовала себя отвратительно. Ее тошнило даже от зубной пасты и собственного отражения в зеркале. Виктор посмотрел на нее внимательно и самолично отвез в клинику. Он уезжал, не дождавшись результатов анализов, но предупредил:

— Если все подтвердится, не вздумай избавиться от ребенка.

В его глазах колыхнулись осколками льда.

Алисия не посмела ослушаться. Только позвонила и отрапортовала:

— Скоро ты станешь отцом!

В апреле он приехал мрачный. Они не занимались любовью, не бродили беспечно по улицам. Виктор все время сидел на балконе, молчал и, не переставая, курил. Он ссутулился и постарел. И Алисии пришлось разными психологическими приемами вытягивать из него, что случилось. Ей это удалось, но тогда самой захотелось молчать и курить. Там, в Москве, убили «грека». Алисия посокрушалась по поводу его бедной жены, с которой успела подружиться в Египте, а потом стала утешать своего мужчину. Ласками и любовью.

Виктор пытался вырываться к ней почаще, окружил ее всепоглощающим вниманием и, соответственно, такой же заботой, даже купил дом в пригороде и туда перевез Алисию. Но все равно это были встречи от случая к случаю. Он очень старался и был безупречен во всем. Только выйти замуж не предлагал. А она не настаивала.

Через девять месяцев после волшебного египетского романа Алисия Верленмайер родила девочку, которую по желанию отца назвали Таисией. Мать малышки не возражала, ей оказалось все равно.

Теперь Виктор пришел к ней и объявил, что ему необходимо срочно уехать в Россию. Он оставлял ее с новорожденным ребенком на попечение своей подруги, вдовы «грека», которую привез в мюнхенский дом перед самым рождением дочки.

— Ты скоро вернешься? — спросила она, нутром почувствовав его отрешенность и ложь.

— Не знаю, как дадут кредиты, — ответил он и поцеловал ее в лоб. Его глаза не выражали ничего. Ни любви, ни страсти, ни малейшего интереса.

— О чем вы говорили с Лилей? — поинтересовалась она без обиняков. — Почему она так на тебя кричала?

— Не обращай внимания, — буркнул он. И Алисия поняла, что эта тема закрыта.

— Когда ты уезжаешь? — с трудом выдавила она.

— Завтра утром.

— Ты бросаешь меня? Почему?

— Алис, ну что за глупости? Я по делам еду. Вернусь сразу, как все закончу, — тихо заверил он, ничего не желая объяснять. Бес попутал его завести семью. Обуза одна. Кстати, о Бесе, нужно позвонить ему перед вылетом…

Алисия отвернулась к стене. В глазах ее стояли слезы.

Виктор счел разговор законченным и отправился к выходу.

Он вышел из комнаты, неплотно прикрыв дверь, на ходу открывая мобильник.

— Все-таки подумай, Витя, — услышала Алисия голос Лилии. Они говорили на русском, но она и так все прекрасно понимала.

— Не боись, родная, прорвемся, — бесстрастно успокоил Виктор. — А если что и случится, не плачь понапрасну. Пацаны уже там. Герт и Кораб. Ждут меня, наверное. Куда я без них, а, Лиль?

— Береги себя, Витька, — сквозь слезы выдохнула Лилия и, немного справившись с собой, добавила: — У тебя только что родилась дочь. И ты ей нужен будешь еще лет двадцать.

— У нее есть мать, есть ты. Ты им помогай, ладно?

Лилия всхлипнула.

И Алисия лишь тогда поняла, что имел в виду ее муж.