Глава 15. Морок

Бродячие собаки дрались у церковной ограды за обглоданную кость, пропуская мимо ушей гневные крики бабушек, пытающихся отогнать их подальше от церкви, дабы перенести непристойную свару в другое место. Приближение Василисы псы бы тоже проигнорировали, если б в её голову не пришла мысль проверить материал лекций по общей магии.

В основных сведениях значилось, что магия некромантов проявляется не только в способности распознавать, контролировать и упокаивать нежить, не только в умении чувствовать смерть и создавать неживые сущности. Очевидно, что смерти нет без жизни, эти два понятия – стороны одной медали: лицевая и оборотная. И поскольку некромант имеет колоссальную власть над второй, то способен влиять и на первую. Можно упокоить нежить, развеяв её или вернув покойников в исходное состояние, положенное от природы всем «не пробуждённым», а можно уничтожить, забрав питающую её магическую энергию – всю до последней капли. Необязательно аккумулировать тёмную магию в себе (при малом резерве сил и не безопасно), достаточно устроить её отток в окружающее пространство, в магическое поле, пронизывающее всё вокруг, как поля гравитационные и электромагнитные. Это как вскрыть артерию и отступить: нежить исчезнет без дополнительных усилий (если не найдёт источник сил – например, если стригой не напьётся крови).

Смотря на собак, Василиса вспоминала, что с живыми объектами можно поступить наоборот, но с тем же эффектом: если мёртвых магия смерти «поднимала», то живых убивала. Атакующий некромант, напитывающий противника магией смерти, мог ослепить его, сделав безжизненными его глаза; уничтожить, превратив сердце в неподвижный кусок гниющей плоти. Сэр Анку верно говорил, что убить живое существо – дело несложное, тут и магом-то быть необязательно. Особенностью некромантов было то, что их магию улавливали не только собратья, но и все живые организмы. Люди относили возникающий рядом с некромантами беспричинный страх к пошаливающим нервишкам и старательно не обращали на него внимания, а животные в панике разбегались, стоило некроманту проявить свои силы. Последнее утверждение Василисе и хотелось проверить – очень уж доставал её наглый козёл Агафьи Фёдоровны! Проклятое животное так и гоняло её по двору, стоило ему сорваться с привязи и обрести свободу. Если с хворостиной у неё не сложилось, может, появившаяся магия подсобит? Для чего и нужна магия, как не для укрощения злонравных козлов?!

Бочком подступая к собакам, она представила образ Елисея и отпустила магию стелиться к дерущимся псам...

Увы, эксперимент оборвался на стадии зарождения: рядом раздался волчий рык, и псы мигом сбежали, поджав хвосты и бросив кость раздора. Осталось гадать, кто же их напугал больше: она или Ян Вольфович.

– Не обязательно дожидаться директора, мы можем выйти на окраину, и я тебя верхом по прямой домчу, – предложил Ян.

Он стоял в куртке нараспашку, засунув руки в карманы белых брюк, и улыбался одними глазами – чёрными, почти как у Елисея. Прежде он бы продолжил речь перечислением несомненных достоинств доставки верхом: плавностью и скоростью хода, мягкостью шерсти на его загривке, который так приятно будет обнимать. Сто раз напомнил бы, как он ею очарован, и двести раз – что их определённо свела сама судьба. Когда он притворялся, что влюблён, то искрил весельем, поражал галантностью и оказывал ей повышенное внимание. Теперь же Ян был сдержан, малоразговорчив, а ставшие редкими комплименты утратили пышность и витиеватость. Василиса предпочла бы прежний игривый флирт, на который отвечала с такой же лёгкостью, чем этот взгляд – искренний, проникновенный, светящийся глубокой симпатией к ней. (Она даже в мыслях избегала слова «любовь», иначе чувство вины перед мужчиной стало бы слишком мучительным. Несмотря на то что она никогда его не обнадёживала! Несмотря на то что честно призналась ему в любви к другому. И несмотря на то что в своей долгой жизни вервольф уже не раз любил, когда-то был женат, имел взрослых детей).

– Беги один, я дождусь директора, – отказалась Василиса.

– Зачем? Если думаешь, что ему может понадобиться твоя помощь, то выкинь такие глупости из головы – директор у нас практически всемогущий и сил у него, как мало у кого найдётся. – Ян с лёгким подозрением прищурился.

– Ты умолчал о своём даре некроманта? Лучше меня чувствуешь состояние неживых? – Собранная в кулак воля позволила голосу Василисы не дрогнуть на последнем слове, а смотрела она строго на стелу, возвышающуюся на противоположной стороне площади. Её ровный тон успокоил зародившиеся было у Яна подозрения. Действительно, когда девушка признаёт объективную реальность и открыто говорит о неком лице как о нежити, её трудно заподозрить в любви к этому лицу. – Хочу зайти в церковь, поставить свечки за упокой родителей, но не знаю, имею ли теперь право в неё войти.

– Разумеется, имеешь! Ты такое же создание Всевышнего, как все прочие разновидности людей и нелюдей. Атмосфера покажется тебе несколько тягостной и святой воды тебе лучше не пить, но зайти в церковь со светлыми намерениями может даже полтергейст или кикимора.

Он поднялся по ступенькам вместе с ней и еле заметно по-волчьи сморщил нос, войдя под церковные своды. Атмосфера вправду показалась Василисе тяжёлой, словно пудовый каменный крест на грудь положили. От сосуда со святой водой она инстинктивно шарахнулась и задержала дыхание, проходя мимо лампады, источающей запах ладана. Казалось, иконы излучают неодобрение при виде её, а свечки жгли руки, пока она устанавливала их перед распятием. Что бы ни говорил Ян, отныне она ощущала себя в церкви чужеродным элементом. Вспомнился давний разговор:

«– Лешему не нравится церковь?

– Само собой, не нравится. Какой нечисти она понравится? Не смертельно, конечно, но приятного мало».

Когда запел церковный хор, голову Василисы сдавило тисками, перед глазами поплыл туман, и она поспешно выскочила на улицу. Отдышалась и хрипло спросила у приобнявшего её перевёртыша:

– Почему так, если все мы – создания Всевышнего?

– Эмоции имеют силу не шибко меньшую, чем разум и магия, а с древних времён священнослужители противопоставляли себя таким как мы, ненавидели нас и стремились извести. Их враждебностью к нам, убеждённостью в сатанинской природе нечисти в церкви пропитано всё: каждое слово песнопения, каждая строка книг, каждый мазок кистью на образах. Такая концентрация неприятия не может не сказываться на нас, прими это как данность, не соотнося с собой. Это наследие тысячелетий, когда-то заслуженная нечистью ненависть людей лично к тебе не относится.

– Неизменность твоей страсти к экспериментам вызывает уважение, – насмешливо произнёс Род Ваалович, бесшумно возникший из ниоткуда. – Как успехи в освоении левитации предметов?

Ян подавил смешок, а Василиса сердито насупилась. Вчера ей пришлось идти к лешему, чтобы перестало мутить от переизбытка яблок в организме: неумолимый географ требовал съедать все, что падали на пол. Она жалобно намекала на несварение, но противный корифей магической науки лишь приговаривал, что витамин С, содержащийся в свежих фруктах, способствует выработке веществ, стимулирующих мыслительные процессы и повышающих концентрацию на поставленных перед собой задачах. Свидетелей ее провального тренинга нашлось много, даром, что уроки к тому времени давно закончились. Складывалось впечатление, что заключённый в зеркале арестант по всем зеркальным поверхностям онлайн трансляцию её занятий проводит!

– Летите домой, не мешайте домашнее задание обдумывать и концентрироваться, – отвернулась от коллег Василиса. – Мне всё равно надо сразу в ОМИИ отправляться, чтобы на лекции не опоздать, Елисей Назарович мне портал откроет.

– Очень советую зомби пока не левитировать. Во избежание, – серьёзным тоном посоветовал географ и расхохотался при виде выражения лица своей ученицы. – Рад, что ты осталась в школе, с тобой свежая струя воздуха в наш мавзолей ворвалась. Уберечь бы тебя только...

Род Ваалович умолк, лихо подхватил вервольфа и исчез с ним в направлении Лысой Горы, невзирая на протесты Яна. Все окружающие в этот момент смотрели строго в другую сторону и удивительной пропажи не заметили, как прежде упустили из виду появление географа. Удобно быть божеством! Даже божеством, сложившим полномочия.

Она пересекла площадь, встав под клёнами: здесь растаявший на солнце снег обнажил сухие листья. Василиса взялась гонять их по небольшой аллее, ведущей к стеле: репетировать заклинание левитации. Лёгкий ветерок обеспечивал ей прикрытие от любопытства прохожих, объясняя им всё с точки зрения нормальных законов физики. Какое счастье, никто не заставляет её жевать опадающие на землю листья! Стараясь контролировать полёт всё большего их количества, она заметила между стволов тёмный силуэт, движения которого показались ей знакомы... Человек словно почувствовал её взгляд – он замер и обернулся лицом к ней.

Кленовые листья усыпали веером аллею: это был её отец!

Ахнув, Василиса прижала руки к груди, всматриваясь в силуэт и подмечая отсутствие тени, парение над землёй, просвечивающую сквозь тело стрелу стелы. Она видела призрак – узнаваемый, яркий призрак. Лицо отца исказилось нестерпимой болью, он умоляюще протянул к ней руки, как прежде во снах, – и она бросилась к нему без раздумий.

– Василиса, стой! – прозвучал за спиной голос Елисея. – Кого ты видишь, к кому бежишь?

– Там мой папа, он не перешёл через Калинов мост!

– Василиса, это морок. – Елисей возник рядом с ней, страшно бледный и больше, чем когда-либо, похожий на привидение.

Что с ним? И почему он не видит призрак, как это возможно? Василисе пришлось приложить невероятное усилие, чтобы вынудить себя остановиться и задуматься над происходящим, несмотря на заливающее душу стремление помочь духу отца. Стоп! Она же бежала в сторону стелы, вынуждая и Елисея нестись за ней – нестись в сторону своего захоронения, рядом с которым он теряет силы! Чёрт, из неё сделали ловушку-приманку для него!!!

Круто развернувшись, Василиса опрометью кинулась в обратном направлении, схватив за руку Елисея. Вокруг завыл ледяной ветер, в ушах грохотом загремели крики отца, становясь всё тише и тоскливей. В завываниях стихии ей слышался голос: «Дочь! Дочь! Неужели ты бросишь меня скитаться слабым, ни к чему не способным призраком? Я схожу с ума! Такая судьба невыносима... невыносима... невыносима...»

– Успокойся, мы далеко ушли, уже за городом, – шептал Елисей, обнимая её горячими потоками, согревая и успокаивая. – Ты должна твёрдо знать, что твоего отца нет в мире яви, нет ни в какой форме, он ушёл навсегда.

– К Рождеству станет хуже? – глухо произнесла Василиса, уткнувшись в широкую грудь своего прекрасного директора – та ощущалась совершенно материальной. Судя по истощению её сил, она в панике опять перелила в него почти весь резерв.

– Да. Помнишь, как ты ходила по школе, приговаривая: «Ничего не вижу, ничего не слышу»? Тебе нужно поступать так же, когда увидишь ушедших за грань близких тебе людей. Замостье – отличный психолог, оно нажмёт на самые больные твои точки, чтобы проявиться в этом мире через тебя. Оно будет стремиться заставить тебя действовать на эмоциях, без раздумий, под влиянием глубинного инстинкта помочь тем, кого ты любишь, и защитить их. Поэтому учись избегать спонтанности в действиях и внимательно следи за тем, к каким итогам приводят твои поступки. И учись отличать реальные образы от потусторонних подделок.

– Наведённый морок видит лишь тот, на кого его наводят?

– Да, это основной его признак. Остальные – косвенные, их бывает непросто разглядеть и осознать. Сегодня ты справилась на отлично.

– Отлично?! Я затянула тебя к... к...

Голос охрип, слова застряли в горле. Елисей нежно провёл по её волосам и отстранился, с лёгкой усмешкой сказав:

– Меня трудно упокоить, госпожа некромант. У меня заключён договор на охрану Перехода с самим Мирозданием, а оно не любит терять своих преданных слуг.

Опаздывающая на занятия Василиса бесстрашно протолкалась сквозь ряды зомби, оккупировавших ступеньки центрального входа в институт. Магией смерти эта толпа фонила за версту, но Василиса уже научилась определять ненастоящую нежить по глазам: прятать сверкающий в них живой интерес ко всему окружающему, свет разума и эмоций удавалось разве что старшекурсникам. «Зомби» на крыльце таким навыком ещё не овладели, поэтому их устрашающее «У-ууу!» искренне развеселило, как и обиженное бурчание за спиной: «Железные нервы у нынешних перваков!».

На лестнице она обогнала группу студентов, сопровождаемых личными скелетами-слугами. Неупокоенные волокли тяжёлые инкунабулы и длинные тубусы, покрытые вязью охранных чар. От души позавидовав опытным некромантам, Василиса поправила на плечах собственный тяжёлый рюкзак – ничего, скоро и она научится помощников себе создавать! Надо бы спросить, где ребята отыскали древнее захоронение, откуда можно поднять себе личного зомбика без кучи разрешительных бумаг.

– Привет! – окликнули её одногруппницы, спешно перечитывающие лекции перед началом занятия. – У тебя домашняя по рунам нормально получилась?

– Не очень, – вздохнула Василиса, доставая тетрадь и склоняясь над рисунками девушек. У Иры завитки ещё были как-то похожи на магический узор, а у Лены, как у неё самой, больше походили на детские каракули.

– Могу помочь, – помурлыкал над их макушками мягкий завораживающий голос. – Не безвозмездно, само собой, но договориться всегда можно.

Ира с приглушённым воплем отшатнулась от Дамиана, а порозовевшая Лена восхищённо уставилась на него с открытым ртом. Василиса пихнула подругу в бок, прошипев:

– Очнись, это демон! Дамиан, тебе запрещено совращать первокурсниц!

– О, приятно, когда тебя помнят, – ухмыльнулся рогатый красавец. – За подруг не волнуйся – девушки невлюблённые не особо интересны, то ли дело ты... Любовь – острая приправа к блюду.

– Я тебя не люблю, – выпалила ошарашенная Василиса.

– Так я не о себе, – ухмыльнулся Дамиан. – Любовь – чувство, которое чаще всех прочих приводит смертных к представителям моего вида. Иногда, когда перерастает в ненависть и желание мстить, иногда – когда жжёт желанием оторвать избранника от соперниц и присвоить, иногда – просто потому, что она есть... Посмотри, куда завела тебя твоя любовь. – Демон укоризненно поцокал, обводя рукой бродящих по факультету зомби, привидения, ведущие на погосты арки. – Приходи и ты ко мне, Василиса, всегда жду.

– Идите к демонам! – ругнулась на новоявленного преподавателя Ира и поправилась, добавляя неприглядности маршруту с учётом видовой принадлежности посылаемого: – К упырям и стригоям идите! Девочки, нам пора.

– Не отказывайся от мглы в своей душе, ведь лишь она способна указать путь к счастью там, где свет бессилен, – зашелестел в воздухе демонический шепоток.

Ира выдала тираду из отборных ругательств, ухватила замершую на месте Василису и потрясла её за руки, приводя в себя. Добившись, что взгляд подруги перестал быть бессмысленным и расфокусированным, она потащила её в сторону. Лена поспешила за ними, зло зыркая на чёртова красавца и втихаря грозя ему кулаком. Подруги тактично не стали уточнять, что имел в виду демон, только посмотрели на Василису соболезнующе. Основное правило некромантов – не лезть в душу коллег.

В аудиторию они ворвались под трель звонка. Преподавательница рунической письменности укоризненно качнула седовласой головой и начала занятие с высказывания, что всем неумелым рунописцам будет очень трудно даваться артефакторика. А неумело сотворённый артефакт ой как не стоит напитывать магией смерти! Это она заявляет со всей своей ведьминской ответственностью!

На тренинге по математическим основам элементарных чар Василиса поинтересовалась у преподавателя смыслом цифр, замеченных ею на потолке вестибюля первого этажа. Странная то была запись посреди сложнейших магических символов и законов, мешавшая ей спокойно спать по ночам. 2, 3, 15, 6, 6, 1 – она вызубрила эти цифры наизусть.

– Любопытно, что только вам бросилась в глаза и запомнилась эта надпись. Поневоле начнёшь верить в судьбу и предназначение, – огладил бороду бен Муса, откровенно заинтригованный вопросом. Одногруппники Василисы озадаченно наморщили лбы и недоуменно переглянулись: они на цифры совсем внимания не обратили. – По молодости лет я сам пробовал разгадать секрет этих последовательностей, но быстро переключился на более насущные проблемы. Видите ли, в последнем дневнике Мерлина есть упоминание, что он придумал великое заклинание некромантии и зашифровал, чтобы никто не смог использовать его во зло, а ряд чисел – ключ к шифровке.

– Некромантии?! – ахнула Василиса.

– Да, но поскольку не сохранилось никаких свидетельств того, что Мерлин был некромантом, эффективность его заклинания сомнительна. Тем более само заклинание без шифровки он нигде не записал, аргументируя это заботой о будущем человечества. Аргумент весомый, но, с другой стороны, из-за него возникают резонные сомнения, а было ли заклинание вообще, поскольку шифровку Мерлина разгадать пока никому не удалось. Впрочем, последнее тысячелетие никто и не старался особо, эволюция некромантических знаний и без того шла семимильными шагами.

– Да-да, но что там за шифровка? – У Василисы загорелись глаза.

– К данному ряду цифр прилагается информация, что он есть ключ к шифру, раскиданному Мерлином по страницам его дневника. Что представляют собой части шифра – никому не ведомо, но это неплохая тема для курсовой работы по теории магии. Возьмётесь? Но предупреждаю сразу – вы рискуете столкнуться со второй теоремой Ферма. То есть с теоремой, доказательство которой может оказаться куда сложнее, чем полагал тот, кто её сформулировал.

– Да, я помню, что доказательство нашлось спустя триста пятьдесят лет, хоть Ферма в дневнике писал, что доказательство у него уже найдено. Если я возьмусь разгадывать тайну, вы не сочтёте меня слишком самонадеянной?

– Я сочту тебя своей личной ученицей и пришлю тебе копию с последнего дневника Мерлина, – довольно усмехнулся бен Муса, потирая руки. – Так-с, а чем занята группа? Пока своё уравнение дорешала лишь Василиса. Остальные не сидят, развесив уши, а доделывают задания!

На теории охранных чар они дошли до пункта, что хорошая гримировка под мертвеца позволяет некроманту свободно бродить среди неупокоенных, не отвлекаясь на боевые и защитные заклинания. Следовательно, является для него самой лучшей охраной. Возможность изучать объекты приложения своих сил в естественной обстановке и привычной среде обитания тоже обеспечивается лишь удачным камуфляжем. Ясно, отчего по институту постоянно бродят лжезомби различной степени достоверности образа, и почему в конце года у них стоит практический экзамен по этому предмету. Количество кладбищенских практик будет идти по нарастающей. И не только кладбищенских.

Вывод подтвердил Влад Дракулич, радостно сообщивший, что сегодня они вновь присоединятся к магическому патрулю, расследующему занимательный случай... беременности.

– Беременности?! – хором ахнула вся группа, и Василиса побоялась представить, каким образом ожидание ребёнка может быть связано с некромантией. Неужели им опять придётся поработать палачами нерождённой души? Хоть когда-нибудь другие случаи у патруля бывают?!

– Дежурные духи не выпустят вас за пределы института с такими белыми лицами – примут за нежить, – хмыкнул Валахия. – То, что с беременностью дело нечисто, было сразу ясно – с проблемой к врачам обратился мужчина. – На гневные восклицания студентов вампир и ухом не повёл, невозмутимо заметив: – Синдром ложной беременности случается и у мужчин, это известное психосоматическое отклонение. Однако на этот раз симптомы ложной беременности были слишком ярко выражены: помимо проявлений токсикоза, сонливости и постоянной усталости, у больного начал расти живот. Ультразвуковые исследования и всевозможные анализы ничего не показали, врачи посоветовали пациенту соблюдать диету и сходить к психологу. Он честно выполнял рекомендации врачей, а тем временем его живот всё рос и уплотнялся, и мужчина начал ощущать, что в нём кто-то шевелится.

– Чем дальше, тем страшнее, – передёрнулся Тарас.

– Прочь все страхи на века, мы – некромантские войска, – прошептала Ира придуманную ею присказку, и нагнетаемая рассказом преподавателя атмосфера ужаса рассеялась, вся группа настроилась на рабочий лад. Их задача – разгадать загадку (или хоть глянуть, как с этим справятся профессионалы). – Что дальше?

– Мужчина становился всё слабее, врачи пытались отыскать в его теле какие-либо опухоли, но ничего не находили. К счастью, в итоге его направили в больницу к хирургам, а среди них много наших людей. Готовы посмотреть, что там за гадость в человеке завелась? Тогда прошу надеть медицинские маски, перчатки, халаты и проходить в портал.