Глава 18. Прогулка по кладбищу

То, что суббота как бы день выходной, преподавателями ОМИИ ПАСК во внимание не принималось. На первой паре все внеплановые заочники первого курса писали контрольную работу по изученным вербальным заклинаниям, описывая методику и сферу их применения. Тут важно было не запутаться в тонкостях: заклинание ваде-эт-мори лучше срабатывало на нежити телесной (созданной и самоурождённой), а для бесплотных сущностей было рекомендовано заклинание развеивания «диссолвере». Желающим получить высокий бал за контрольную требовалось к каждому типу вербального воздействия на нежить добавить расчётную формулу его канвы, созданную на основе уравнений математической магии. Охранные чары тоже требовалось и назвать, и рассчитать, и пространственную структуру их магического плетения изобразить в масштабе и с пояснениями. Помимо многократно отработанного «Нон пропиус», были ещё заклинания маскировки (под каждый вид телесной нежити, а их ужас сколько!) и заклинания, позволяющие спрятаться от агрессивных мертвецов в недрах земли. Выбравшиеся из могил покойники ни при каком раскладе не желали добровольно ложиться обратно в гроб – явление, легко объяснимое психологией нежити (да-да, был в расписании и такой предмет). Отсюда следовало простое правило: хочешь спрятаться от неупокоенного – прячься там, откуда он вышел!

– Проходить сквозь стены и пролетать сквозь потолки могут многие. Со знанием дела улечься в могилу может только некромант! – вещал на лекциях преподаватель по вербальным заклинаниям. – Если у вас когда-то возникало желание провалиться сквозь землю – это давал о себе знать потенциальный дар некромантии. Бубнение про «клаустрофобию» антинаучно, поскольку первое, что даёт человеку дар некроманта – любовь к замкнутым пространствам. По понятным причинам, да-да, по этим самым. Итак, запоминаем: «селаре» – «спрятаться». Рыть себе яму необязательно, земля расступится и поглотит вас сама, надо лишь сделать вот такой пасс руками...

И студенты, проливая кровавый пот, строчили на листах формулы и описывали пассы и требуемый при заклинаниях эмоциональный настрой. Эмоции – одна из основ магических воздействий, и одна из самых крепких основ!

– Усталые вы мои некромантики, надо вам отдохнуть, погулять, – с сочувствием встретил Валахия свою группу, с опаской просочившуюся в зал для практических работ. Круглое помещение с каменным полом, высоченным потолком и выходом к могилам было уже знакомо им до малейшей выщерблины в плитах под ногами, до малейшего завитка на арке ворот. На уточнение, где же им гулять, последовал ожидаемый ответ: – На свежем воздухе, разумеется! Среди вековых сосен и прекрасных памятников, под солнечными лучами параллельных измерений, где царит вечное лето.

– Лето – друг некромантов, зимой у нас в России не сезон: мало какая нежить из ледяной могилы откопается, – флегматично поддержали студенты, без лишних подсказок ярко представив себе, на какие именно памятники им предлагают любоваться, и где те расположены.

– Вот-вот, а руководство факультета всячески облегчает жизнь юных адептов науки. Так что гуляем в удовольствие, прислушиваемся к себе, к окружающим, к тем, кто рядом, кто под вами и над вами. Сегодня у обитателей погоста выходной, постарайтесь им его не испортить.

– Задание будет?

– Да, присмотрите себе покойника на понедельник, одного на группу хватит. Со следующей недели будем учиться не только упокаивать, но и поднимать.

– А как его присмотреть? Каковы критерии отбора? – напряглись студенты.

– Да никакие, выбирайте, кто вам симпатичней. Только сегодня не откапывайте и к себе домой не уносите, я на могилу бронь поставлю.

– Чёрный юмор, куда без него, – проворчал Руслан. – Ничего, ребята, после всех практик и кладбищ поедем по озеру кататься.

– Люблю оптимистов! – подмигнул Валахия. – Чего ждём? Проходим, проходим, толчею не устраиваем.

Залитое солнцем кладбище мистического ужаса не вызывало. Эффект отсутствия страха был явлением чисто психологическим, поскольку некроманты прекрасно знали, что многие виды нежити одинаково активны в любое время суток. И не только нежити домашней, такой как домовые, огневушки и прочие, но и нежити кладбищенской. Слабо светящееся привидение в потоке солнца рассмотреть сложнее, чем в темноте, однако из того, что вы его не видите, не следует, что оно не стоит за вашей спиной. Ночными хищниками были упыри, гули и вурдалаки, а те же стригои предпочитали охотиться днём и оно логично: ночью на кладбище слишком мало объектов их охоты. Ведь стригоев (в отличие от прочих) привлекала исключительно живая кровь и исключительно кровь человеческая. И стригои мялись рядом со студентами, выполняющими домашние работы, а те раздражённо отмахивались от них.

– Изыди, свет загораживаешь, – возмущались ведьмы, подсыпающие кладбищенской земли в какой-то порошок. – Эй, некроманты, сгоните в дальний угол свой реквизит!

– По инструкции не положено, сегодня выходной, все на свободном выгуле. У факультетов тёмной магии и артефакторики мелкие бесы на солнышко выпущены, и что-то никто не возмущается, а они нам, между прочим, призраков распугивают!

– Каким цветом у вас стригои светятся? Зелёненькие есть? – донёсся крик с другого конца кладбища и сменился радостным воплем при положительном ответе. – Отравленные!!! Гоните их на нас, нам токсикологические пробы на яды сделать надо!

Троица студентов с эмблемой факультета зельеварения помчалась к стригоям, но избыток энтузиазма сыграл против них: нежить метнулась наутёк. Разума у неё хоть и не было, но с инстинктом самосохранения наблюдался полный порядок.

– Тьфу, – ругнулись старшекурсники, без суеты занимавшиеся своим делом. – Приманивать нежить надо, прима-ааанивать, а не в догонялки с ними играть. Развели бега на кладбище, как на стадионе!

Бурчание старших магов имело массу оснований. Бегали тут не только зельевары и не только за стригоями. Стайка привидений с гиканьем гнала по погосту троицу визжащих перваков: привидения думали, что началась игра. Преследуемые думали примерно так же и попутно замеряли интенсивность магического поля преследователей на участках различной степени освещённости. Урождённым некромантам не приходилось тратить время в институте на первоначальные навыки овладения силами, у них сразу шла углубленная программа изучения нежити.

Студенты постарше, столпившись в тени дуба, допрашивали прикрученного к дереву магическими сетями призрака в рыцарских латах. Рыцарь лепетал молитвы на латыни, периодически прерываясь на слёзные моленья отпустить его восвояси, произносимые на чистейшем русском.

Группа ребят с символикой незнакомого пока Василисе факультета откуда-то раздобыла саркофаг и упорно пыталась его вскрыть. Внутри саркофага отчётливо сопели и крепко держали крышку изнутри. Ребята чесали в затылках. Одна половина группы предлагала позвать некромантов и шарахнуть для начала заклятием упокоения, а потом снова поднять вредного фараона. Вторая половина возражала, что так эксперимент будет недостаточно чистым, лучше активировать отпирающий артефакт, силу которого нежити не перебороть.

Словом, все вокруг были заняты делом.

Шагая по погосту и бренча привычно пристёгнутой к поясу лопатой, Василиса, согласно рекомендации преподавателя, прислушивалась к своим внутренним ощущениям. Удивительно, но здесь, в окружении тысяч готовых восстать мертвецов, ей было спокойнее, чем в Энске на съезде молодых специалистов. Здесь она... могла быть собой! Её окружали прекрасно понимающие её люди, от которых ей не надо прятать тёмные силы, а сложная, многоплановая иерархия неупокоенных казалась более простой и незамысловатой, чем система школьного образования. Да и правила тут были проще, и они не менялись каждый месяц, а требования не множились и не увеличивались в объёме, как дрожжевое тесто.

– Какого беса лысого вы его разделили?! Мы же просили только поднять! – проорали рядом, и Василиса с любопытством оглянулась. Из раскрытой могилы ползли две половинки зомби (верхняя и нижняя), стоящие рядом некроманты смущённо плели заклинания «сборки», а девушки с факультета тёмной магии гневно потрясали тетрадками.

Невдалеке прошагал Дамиан и ехидно ей подмигнул. Следит он за ней, что ли? Высший демон – не мелкий бес и не низшая нечисть, согласно законам он уравнивался в правах с остальными видами живых разумных существ. Наверное, на лекциях по магической юриспруденции им доступно растолкуют, отчего нечисти, официально стоящей на стороне Зла и склоняющей людей к этому Злу, позволено вольно разгуливать по институту.

Под ногами вдруг почувствовалась жизнь. Отвлёкшаяся на чужие практические работы и философские размышления Василиса в панике отскочила в сторону, а из-под земли донёсся гневный, сильно приглушённый вопль: «Не топочи, как слониха, опилки с крышки сыплются!» Двоечник пересдаёт зачёт по заклинанию «селаре»? Интересно, как она справится с таким испытанием? Ей представилось, как она мирно лежит в тишине, темноте, на пуховой подушечке... Да, если сверху бегать не будут, то нормально сдаст зачёт. Основная сложность – научиться магическим способом дыхание задерживать, чтобы небольшого запаса кислорода на долгий срок хватило.

Размеренная конструктивная суета институтского кладбища умиротворяла. Группа Василисы разбрелась кто куда, уступая дорогу бегающим, прыгающим, летающим студентам, призракам, скелетам. Из высокой сосны выскочили два эльфа, вытряхнули из сетей полтергейста и скрылись обратно в дереве. Брошенная в одиночестве нежить испуганно прижималась к шершавой коре ствола, озиралась кругом и кричала:

– Куда вы меня отправили?! Чтоб мне в монастырском подвале сгинуть, только не говорите, что в институ-уут! Давайте лучше в зеркало, а?! Заберите меня отсюда, я больше так не буду-ууу!

На дорожку вылетела студентка, убегающая от гогочущего призрака. Ей тоже уступали дорогу, Василиса в первый момент также отскочила в сторону. А потом насторожилась: в отличие от прежних «игроков в пятнашки», лицо этой девушки было смертельно бледно.

Она не наслаждалась погоней! Василиса давно научилась читать по лицам учеников кто говорит правду, а кто пытается приврать, кто боится, что его спросят, а кто только делает вид, что боится. Лицо девушки отражало неподдельный ужас, и оно было знакомо Василисе: юная некромант была с её потока, с внеплановых заочников.

– Нон пропиус! – выкрикнула Василиса, выставляя щит между бегущей и преследователем, и погрозила кулаком призраку: – Пошёл прочь, не мешай людям своё дело делать.

– Так весело же было! Злая ты и скучная, – заканючил призрак, мельтеша за щитом, и провыл протяжно: – Тосклива судьба твоя! Против скуки даже боги борются тщетно!

– Развеивание – отличная вакцина против скуки. Одноразовая. – Василиса грозно прищурилась, и призрак тут же умчался, прихватив с собой новенького полтергейста.

– С-спасибо, – выдохнула девушка. – Некромантия – не моё, пора забирать документы. Меня уже нежить бесплотная как котёнка гоняет!

– Он не специально, он думал – развлечение такое вам обоим. – Василиса присела рядом с ней на холмик земли.

– Это ещё хуже, – печально вздохнула девушка. – Боюсь представить, как бы он напугал меня специально.

– Почему заклинанием в него не запустила? Охранные чары не выставила? На помощь не позвала?

– От страха онемела и растерялась дико, могла только бежать. Похоже, впрямь все вокруг думали, что я так с нежитью играюсь. Никому не страшно, только мне! – Девушка разрыдалась.

– Страшно порой бывает всем, – возразила Василиса. – Фактически, самое опасное – утратить ощущение опасности, особенно для некроманта. Наш страх порождён инстинктом самосохранения, так слава богу, что он есть.

– Хочешь сказать, у меня просто инстинкт самосохранения развит лучше, чем у других? – бледно улыбнулась девушка.

– Да, как-то так. Но это же твой инстинкт, он обязан подчиняться твоему разуму, а не парализовывать его в случае нападения. Приучись автоматически выстраивать щит при испуге, а не бежать, и дело в шляпе.

– Надо будет попробовать, – воодушевилась девушка. – За щитом уже не так страшно, будет время разобраться, что к чему... Спасибо ещё раз!

Девушка поднялась и вдруг словно раздвоилась: за её спиной проступил ещё один женский образ – бледный и призрачный. Пустые глаза сконцентрировались на Василисе, бескровные губы прошептали: «Молодец, доченька». Прозрачная рука потянулась к ней, ненормально удлиняясь и утончаясь, и Василиса не сразу сообразила, что оглушающий вопль «А-ааа!!!» сорвался с её собственных губ.

– Твою ж нечистую силу!!! – со всех сторон донёсся истошный крик студентов. – Кто упокоил моего мертвеца?! Кто этот гад, я вас спрашиваю?!

Потусторонний облик матери развеялся. Девушка, спасённая от шаловливого призрака, упала на колени и, последовав совету, укрылась щитом. Умница, быстро схватывает информацию, авось и не бросит учёбу. Только бы саму Василису не выгнали с факультета: как и предупреждала Яга, упокоить чужого покойника – вопиющая невежливость в среде некромантов! Какая жалость, что магия согласна счесть заклинанием любой вопль, если в него вложено достаточно эмоций!

Одногруппники подбежали к Василисе, встревоженно спрашивая, что случилось. Определив персону, устроившую массовый саботаж практических работ, к ней придвинулись старшие курсы.

Дыхнуло холодом, магическая аура, окутывающая кладбище, резко усилилась, будто вспыхнула миллионом огней. Среди могил возникла фигура Хель с развевающимися чёрно-белыми локонами волос.

– Экранирующие чары надо ставить на время экспериментов. Кто пренебрег техникой безопасности – сам себе виноват, – прозвучал ледяной голос замдекана, и все недовольные поспешили сделать вид, что возмущались вовсе не они. – Василиса, ты видела морок?

– Д-да...

– Тринадцатый учитель. Настолько слабое звено, что они пробиваются вслед за тобой даже сюда... Нам с Сетхом надо усилить защитный полог, – пробормотала Хель. – Учись спокойно, подобное в ОМИИ не повторится. Прошу прощения, что тебе выпало такое испытание на практике, но ты молодец – быстро взяла страх под контроль.

– Не хотела тревожить... – Окончание фразы: «своего директора», Василиса проглотила, но её, безусловно, поняли.

– Ну, совсем не потревожить не вышло, – усмехнулась Хель. Демонстративно помахала рукой – и концентрация силы в окружающей ауре заметно снизилась. – Будь осторожнее за порогом института и пологом Лысой Горы.

Замдекана исчезла. Товарищи Василисы робко подступили ближе, и Руслан, откашлявшись, сказал:

– Может, хватит по кладбищу бродить? Выберем того покойника, на которого Василиса уселась?

Погодите, холмик был чьей-то могилой? Да уж, сильно она привыкла к кладбищам и мертвецам, ничего не скажешь.

...

Пять минут назад

Руководство факультета некромантии занималось своей научной работой, попутно снисходительно наблюдая за суетой вверенной их попечению молодёжи. Экран транслировал поочерёдно разные квадраты кладбища, порой резко смещая ракурс при всплесках чьих-либо сильных эмоций. Девушка-первокурсник, кандидатка на отчисление, привлекла их особое внимание. Высшая нечисть горячо надеялась, что начинающая некромант сумеет справиться с собой. Блокировка сил и пожизненное осознание, что ты утратил часть дарованных тебе природой способностей, волей-неволей сказывались на качестве жизни человека. Когда за девушку вступилась другая первокурсница, Хель довольно заулыбалась.

– Помнишь скептическую реакцию Василисы на наше утверждение, что уже имеющееся у неё образование не стоит списывать со счетов? Как хорошо она говорит с испуганной девочкой! Кстати, слышал, что Мухаммед бен Муса аль-Хорезми всем преподавателям дал понять, что впадёт в неистовый гнев, если кто-то переманит к себе его личную ученицу и будущую дипломницу? Девушка намерена биться над загадкой Мерлина – хороший старт для молодого мага, многие с этого начинают, пока не перейдут к изучению современных разделов высшей магии. Кто знает, возможно, до сих пор всем предыдущим исследователям просто не хватало воображения, чтобы нащупать разгадку? У Горенко отличные способности к математической магии, я уже сейчас предвижу, что дальнейшее обучение ей грозит двойное: аспирантура у людей и магическая магистратура у нас заодно.

Ответить своей верной заместительнице Сетх не успел: лицо учительницы лысогорской школы тревожно исказилось, на нём без видимых причин проступил безумный ужас. Датчик напряжённости магического поля факультетского кладбища отклонился на максимум, предупреждающе загудев, и Хель исчезла из деканата. По её возвращении Сетх озабоченно сказал:

– Из девчонки выходит идеальная приманка для Хранителя.

– A posse ad non valet consequential. Или, как это звучит на русском: «По возможному ещё не следует заключать о действительном». Слишком большой жертвой Замостье подавится.

– Главный смотритель реки и всех Калиновых мостов не разделяет твоей убеждённости: Велес опасается передачи сил.

– Чёртовы эмоции порой опасней армии химер, – прищурилась Хель. – Поздравляю, Сетх, возможно, у нас среди перваков-заочников учится будущая Хранительница Перехода.