Глава 9

Внутренний хронометр показывал 03:15 ночи. Моя каюта, стандартный жилой блок на восемь квадратных метров, погрузилась в мертвую, давящую тишину. Скудное освещение дежурных ламп отбрасывало на стены длинные, искаженные тени.

Я сидела на полу у узкой койки, скрестив ноги, и дрожащими пальцами собирала микроскопический передатчик. Детали сливались перед глазами. Мое тело было чужим. Мышцы болели, кожа горела фантомными прикосновениями, а в низу живота все еще пульсировал тяжелый, постыдный жар — последствия того безумия, которое сотворил со мной Арес в раздевалке. И того дикого срыва с Кайаном в серверной.

Я зажмурилась, до боли стиснув в пальцах плату передатчика. Не думай об этом. Не думай о них. Собирай. Мне нужно было отправить этот проклятый код с чертежами «Призрака» на частоты «Эклипса». Прямо сейчас, пока орбита станции проходит сквозь радиационный пояс газового гиганта, который заглушит отслеживающие алгоритмы Совета. А потом — бежать. Взломать систему утилизационных шлюзов, забраться в мусорный контейнер, выброситься в космос с аварийным маяком — что угодно, лишь бы исчезнуть с этой станции. Лишь бы больше никогда не видеть эти два лица.

Крошечный диод на передатчике мигнул зеленым. Готов. Я судорожно выдохнула, вставляя накопитель данных в слот. Палец лег на сенсор отправки. Осталось всего одно нажатие, одна секунда, которая оправдает всю мою грязную, унизительную ложь…

Звук, разорвавший тишину, был подобен выстрелу из плазмомета. Резкий, пронзительный писк терминала над дверью. Красный индикатор блокировки мгновенно сменился на ядовито-желтый. Это был не взлом. Это был прямой, бескомпромиссный приказ системы — код высшего, генеральского доступа.

Герметичные створки шлюза с шипением разъехались в стороны. Я вскочила на ноги так резко, что едва не смахнула передатчик с койки. В груди образовалась ледяная пустота. Мой взгляд метнулся к дверному проему. Они вошли одновременно. Кайан Вульф и Арес Вейд.

Два лучших пилота элитного корпуса. Два альфы. Два демона, которые, кажется, выкачали весь кислород из моей крошечной каюты одним своим присутствием. Но то, что заставило мою кровь застыть в жилах, было страшнее их внезапного появления.Они больше не смотрели друг на друга с ненавистью.

Их ауры, такие разные — обжигающее, хаотичное пламя Кайана и поглощающая, мертвая черная дыра Ареса — сейчас слились в единый, монолитный фронт. Они стояли плечом к плечу, перекрывая единственный выход. Оба в черной, небрежно накинутой форме. У Кайана разбита губа и багровеет ссадина на челюсти. У Ареса — рассечена бровь, и темнеет свежий кровоподтек на скуле.

Они дрались. Из-за меня. А теперь пришли вместе. Кайан поднял руку, и на его ком-браслете вспыхнул синий огонек. Дверь за их спинами с лязгом сомкнулась.

— Блокировка уровня «Дельта», — бархатным, смертельно опасным голосом произнес Вульф. В его глазах плясало первобытное безумие. — Никакие сигналы больше не покинут эту каюту. Даже писк мыши.

— Что вы здесь делаете? — мой голос должен был звучать твердо, но он сорвался, выдав мой животный, пульсирующий страх. Я попятилась, пока лопатки не впечатались в холодный пластик стены.

Арес сделал первый шаг. Медленно. Неотвратимо. Его ботинки глухо ступали по металлическому полу.

— Смотрим, как рушится твоя жалкая империя лжи, Ариана, — ровным, бездушным тоном процедил Вейд. Он посмотрел на передатчик, лежащий на койке. — «Эклипс» будет разочарован. Их лучшая игрушка сломалась.

Имя Сопротивления, произнесенное его губами, ударило меня под дых. Я перестала дышать. Они знают. Они знают всё.

Инстинкт самосохранения, вбитый годами тренировок, сработал быстрее, чем осознание катастрофы. Моя рука молниеносно метнулась к столу. Я схватила тяжелый металлический термос и со всей силы, с диким криком метнула его прямо в голову стоящего ближе Кайана, а сама рванула в сторону, пытаясь дотянуться до кнопки аварийной пожарной сигнализации.

Но я недооценила их рефлексы. Рефлексы солдат, чей мозг способен рассчитывать траекторию полета метеоритов на околосветовой скорости. Кайан даже не увернулся. Он просто вскинул руку, и термос с глухим грохотом отлетел в стену, оставив вмятину на пластиковой обшивке. В следующую долю секунды Арес оказался передо мной. Я не успела даже моргнуть, как его железные пальцы сомкнулись на моих запястьях. Он выкрутил мои руки и одним безжалостным рывком впечатал меня спиной в стену над койкой, надежно фиксируя.

— Пусти! Отпустите меня, ублюдки! — закричала я, впадая в абсолютную панику. Я била его коленями, извивалась, как выброшенная на берег рыба, но Арес навалился на меня всем своим тяжелым, литым телом, прижимая так, что хрустнули ребра.

— Дергайся сильнее, Стил, — прошипел Арес мне в самый рот, его темные глаза прожигали меня насквозь. — Покажи нам свою настоящую суть. Покажи нам того самого агента, который расплачивается собой ради куска военного кода.

Из моих легких вырвался отчаянный всхлип. Я была зажата. Абсолютно беспомощна. Кайан подошел ближе. Его запах мгновенно смешался с запахом Ареса. Вульф остановился вплотную ко мне с другой стороны. Теперь я была заперта между стеной и двумя хищными, пышущими яростью мужскими телами.

Кайан поднял руку и грубо, властно схватил меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Его пальцы жестко впились в мои щеки.

— Ты думала, мы тупые? — прорычал Вульф. В его взгляде билась такая концентрированная, обжигающая обида, что мне стало по-настоящему страшно. — Думала, что я настолько ослепну от того, как ты стонешь подо мной, что забуду проверить свой собственный сервер?

— Ты был просто инструментом! — выплюнула я, защищаясь единственным оставшимся оружием — яростью. Я знала, что эти слова ранят его гордость, и хотела ударить побольнее. — Вы оба! Вы просто зажравшиеся, самовлюбленные идиоты!

Пальцы Ареса на моих запястьях сжались до хруста костей.

— Инструментом? — тихо, зловеще переспросил Вейд. Его бедро еще сильнее вжалось между моих ног, заставляя меня невольно охнуть. То ли от боли, то ли от предательской вспышки наслаждения, которую мое глупое тело все еще испытывало к нему. — Значит, когда ты час назад кричала, что принадлежишь только мне… это была работа агента?

Слезы разочарования, злости и абсолютного крушения брызнули из моих глаз. Я не плакала с того дня, как вступила в «Эклипс». Но сейчас моя легенда, моя жизнь, мои принципы были раздроблены в пыль.

— Вы не понимаете! — я сорвалась на истеричный крик, запрокинув голову. По щекам покатились горячие капли. — Этот ваш Совет… если они запустят «Призрака», свободные колонии будут уничтожены! Они выжгут целые планеты, потому что их корабли станут невидимыми! Я делала это ради миллионов жизней!

— Нам плевать на Совет, — отрезал Кайан, наклоняясь так близко, что его губы мазнули по моей мокрой щеке. Он слизнул мою слезу горячим, шершавым языком, отчего по моему позвоночнику пробежал электрический разряд. — Нам плевать на политику. Нам плевать на «Призрак».

— Нас волнует только то, что ты посмела играть с нами, — добавил Арес, и его голос спустился до хриплого шепота, пропитывая воздух сексом и насилием. Его грудь тяжело вздымалась, притираясь к моей.

Напряжение в каюте скакнуло до критической отметки. Я чувствовала, как их возбуждение, их гнев и их собственничество сплетаются в удушающий кокон. Кайан провел ладонью по моей шее, его большой палец надавил на то самое место, где под воротником скрывался старый синяк, оставленный им, и новый укус, оставленный Аресом.

— И что теперь? — прошептала я, почти теряя сознание от этого коктейля из страха и желания. Мои ноги слабели. — Сдадите меня трибуналу?

— Трибунал? — Кайан издал низкий, бархатный смешок, в котором не было ни капли веселья. — Если мы отдадим тебя Совету, они выпотрошат твой мозг. Они накачают тебя транквилизаторами, сотрут личность и превратят в пустую оболочку. Ты перестанешь существовать.

Меня затрясло.

— Я лучше сдохну.

— Ты не сдохнешь. Ты останешься здесь, — ровно произнес Арес, его мертвый взгляд вперился в мои губы. — Потому что мы не собираемся отдавать то, что забрали.

Я непонимающе уставилась на них сквозь пелену слез.

— Мы пришли с ультиматумом, птичка, — Кайан убрал руку с моего подбородка и опустил ее на мою талию, собственнически сминая ткань кадетской рубашки. — Ты никуда не летишь. Твои игрушки из «Эклипса» никогда не увидят эти чертежи. Ты остаешься на этой станции, под нашей юрисдикцией.

— Я не стану вашей пленницей!

— Ты уже ею стала, — Арес ослабил хватку на моих запястьях, переплетая свои длинные горячие пальцы с моими. Он развел мои руки в стороны, распиная меня на стене. — Выбора больше нет. Ты сама открыла этот ящик Пандоры, Ариана. Ты хотела, чтобы мы потеряли контроль? Ты заставила нас ненавидеть друг друга.

— Но теперь, — Кайан шагнул вплотную, так что я оказалась буквально зажата в тисках между ними двумя, чувствуя их каменный рельеф, их жар и их бешеный пульс. Вульф наклонился к моему уху, его дыхание обжигало кожу. — Теперь мы поняли, что нам не нужно выбирать.

Осознание того, что он говорит, ударило меня так сильно, что перед глазами поплыли черные круги.

— Что? — выдохнула я побелевшими губами. — Вы… вы сошли с ума.

— Возможно, — мрачно согласился Арес, его губы коснулись моей шеи, заставляя меня выгнуться в его руках. — Но это ты нас такими сделала. И расплачиваться за это ты будешь перед нами обоими. В этой самой комнате. Прямо сейчас.

— Мы уничтожим твою легенду, — шептал Кайан, целуя мою ключицу, пока его руки скользили под мою рубашку, обжигая обнаженную кожу. — Мы вытравим из тебя агента. Мы заставим тебя забыть и Сопротивление, и Совет. Мы заставим тебя кричать наши имена до тех пор, пока ты не признаешь, что принадлежишь только нам двоим.

Я задохнулась. Мой мозг кричал об опасности, но тело — мое предательское, голодное тело — уже сдалось на милость победителей. Они не оставили мне выхода. Два хищника загнали меня в угол, перекрыли доступ к кислороду и предложили единственное возможное спасение — сгореть вместе с ними в эпицентре этого безумного, запретного огня.