Глава 50

Кай шагнул ближе. Его силуэт заслонил собой свет луны, и даже мне, знающему звериное безумие, стало холодно от того, что я видел. Вокруг него воздух дрожал, как от жара кузни, и запах серы и крови ударил в нос.

Трое убийц отшатнулись, но не бросили оружия. Один, видимо самый дерзкий, вскинул топор:

— Демон… мы не боимся тебя. Мы убивали и похуже.

Кай чуть склонил голову, и в уголках его губ мелькнула улыбка. Но это была не улыбка живого человека — это была усмешка хищника, которому досталась слишком лёгкая добыча.

— Вы убивали стаи и детей, — его голос стал тёмным эхом, вибрацией, что пробирала до костей. — Но вы ещё не знаете, что такое смерть.

Он сделал движение рукой, и один из мужчин вдруг взвыл. Его тело выгнулось, руки выронили клинок, и я увидел, как кожа на нём вспыхнула изнутри, будто его прожигал огонь под кожей. Через мгновение человек рухнул, корчась и крича, пока его лёгкие не наполнились дымом и хрип не оборвался.

Я стиснул зубы. Зверь внутри меня бился, требуя крови. Я хотел сам… сам их разорвать, сам смыть эти шрамы их криками. Но я лежал в собственной крови, а Кай делал это вместо меня.

Двое оставшихся кинулись на него, отчаянные, разя клинками. Лезвия скользнули по его коже, но я увидел, как металл тускнеет, как будто сам боится его крови. Кай перехватил одного за шею — одним рывком поднял его в воздух, и звук ломаемых костей эхом отозвался в ночи. Тело он отбросил, словно тряпичную куклу.

Последний, побелевший от ужаса, всё же попытался ударить снова. Но Кай лишь взмахнул рукой — и пространство будто сжалось. Человек захрипел, его глаза вылезли из орбит, и он рухнул, даже не поняв, что произошло.

Тишина накрыла двор. Только моё тяжёлое дыхание и треск тлеющего портала.

Кай обернулся ко мне. Его силуэт был окутан тьмой и пламенем, глаза горели, как угли в ночи. Я с трудом приподнялся на локтях, чувствуя, как кровь липнет к земле, и в груди кипела ярость.

— Ты забрал… мою битву, — выдохнул я, срывая голос. — Это были мои… мои враги.

Кай медленно подошёл ближе, глядя на меня сверху вниз. В его взгляде не было презрения, лишь спокойная тяжесть.

— Ты был на краю, — сказал он ровно. — Они почти лишили тебя жизни. Я не позволю, чтобы твоя кровь пропитала землю по их воле.

— Это не твоя война… — рыкнул я, сжав зубы, но уже не в силах подняться. — Это мои шрамы… моя стая… моя ненависть!

Зверь во мне выл, требуя добить хоть одно дыхание из этих мерзавцев, но все они уже лежали мёртвыми. И это было как нож в сердце — я не отомстил.

Кай опустился на одно колено рядом со мной, тьма вокруг него чуть рассеялась. Его голос стал тише, почти человеческим:

— Не твоя ненависть сделает твою семью счастливой. А твоя жизнь.

Я хотел зарычать, вцепиться в него, выгрызть хоть кусок его силы — но в этот миг из дома снова донёсся крик Дианы. Тонкий, полный ужаса.

Моё сердце оборвалось. Я дёрнулся, пытаясь подняться, и кровь хлынула из новых ран.

— Диана! — хрип сорвался с моих губ.

Кай резко повернул голову к дому, и в его глазах полыхнул огонь ярости.