Событие пятнадцатое, · в котором я открываю свли глаза и обнаруживаю, что не помню 8 лет жизни, ко всему я замужем!

Казалось, я бреду сквозь молочно-густой туман, который застила все перед глазами. Я уже долго брела, монотонно ступая вперед. Что я ожила увидеть впереди? Почему так стремилась? Возможно, все было в голосах. Непохожие друг на друга, громки и тихий, но произносящие лишь одно слово "… Элла…"

… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла… Элла…

И я шла вперед, в желании узнать, кого голоса так настойчиво зовут…

***

Когда я впервые пришла в себя и открыла глаза, то увидела белоснежный потолок, который тут же закрыла чья-то голова. Я успела рассмотреть только белоснежные, как и потолок, короткие волосы, которые были очень странно подстрижены, и бледно-серые, оттенка стали, глаза, в которых плескало беспокойство. Затем меня опять утянула в свои сети темнота.

Во второй раз, перед глазами появилось лицо мамы… постаревшее, с впалыми щеками и мешками под глазами.

— Элла! — вскрикнула она и её глаза заполнили слёзы.

Я попыталась было попросить воды, так как меня сильно душила жажда, а ещё лучше яду, так как все тело ужасно болела, но тьма вновь потянула сознание за поводок.

На третий раз я вначале немного полежала с закрытыми глазами, а потом только открыла и вновь увидела забавно подстриженного незнакомца.

— Элла! — позвал он. — Элла! Я так рад, что начала приходить в себя! Тебе что-нибудь нужно?

Мне нужно было в туалет, но не стану же я, в самом деле, незнакомцу говорить о столь личном времяпровождении, поэтому я спросила:

— Кто ты?

Лицо нахмурилось, и в глазах цвета стали появилась такая боль, что мне, казалось, я ощущаю её в груди.

— Моё имя Килиан.

— А моё Элла, — говорить было трудно, вдобавок боль давило на тело, словно тески, но я все равно назвалась.

— Я знаю, — мне грустно улыбнулись и спросила: — Тебе больно?

— Да.

Голова тут же исчезла, и я почувствовала, как прогибается кровать — видно он с неё поднялся.

Звук шагов и голос Килиана:

— Мисс Инди, Элла пришла в себя и ей больно.

Ещё шаги и встревоженный голос мамы:

— Сейчас, я сбегаю за лекарем! Дай ей пока воды, Килиан!

Глова вновь закрыла потолок — двигать головой я не могла. Казалось, что моё тело налилось свинцом, и кровь почему-то не спешило отвечать на мой зов, и облегчить мои страдания.

— Пить будешь?

— Буду.

Мне протянули тряпочку с водой, из которой пришлось воду высасывать.

— А кружку трудно дать?

— Тебе пока нельзя двигаться, — извиняющееся произнёс Килиан. — Когда усмиришь свою кровь, тогда кружку с водой и получишь.

Если бы я в этот момент пила воду из кружки, то точно бы подавила, а так только изумленно фыркнула:

— Откуда ты знаешь о моей крови?

— Я много чего знаю о тебе, а ещё я чувствую твою боль.

— Вытягиваешь мою боль заклинание? — не поняла я.

— Нет, — покачал он головой. — Только чувствую, и ничего не могу с этим поделать, и от этого моё сердце разрывается от боли.

— моё тоже, — тихо произнесла я.

— Извини, что добавляю тебе проблем.

Уточнить, каких именно проблем, мне не дала влетевшая в комнату мама с лекарем.

Лекарь облегчим бою боль, после чём-то напоил (опять через тряпочку!) от чего я провалилась в сон.

***

Четыре дня прошли для меня словно в аду. Я лежала не двигаясь, пила через тряпочку, и в минуты бодрствования умирала со скуки, так как тот покацанный блондин больше не появлялся. Мама с лекарем мне разговаривать строго запретила, и если я возмущалась, напаивали сонным зельем. Так что на четвертый день я не выдержала и решила подняться с кровати.

Было трудно, тело слушалось с неохотой и нежеланием, но я все же заставила его принять горизонтальное положение, правда, при этом, чуть не упав и не разбив себе нос.

Дверь была открытой, поэтому я без проблем (если не считать проблемой короткие перебежки от мебели к мебели) выбралась из комнаты и направилась по стеночку вдоль коридора.

Обстановка узналась — это был мой дом. Хотя комната, из которой я выбралась, подобной узнаваемости не отличилась.

Неожиданно дверь, возле которой я остановилась передохнуть, подло меня подвела, открывшись внутрь и потянувшей меня за собой. Я уж думала, что теперь меня запрут в комнате ещё и из-за дополнительных увечий, как меня поймали крепки руки и изумленный мужской голос вскрикнул:

— Элла?! Что ты тут делаешь?!

Я подняла взгляд и в шоке вытаращилась на державшего меня молодого человека.

— Ястреб?.. — пораженно пробормотал, и замахала головой.

Это точно не может быть Ястреб, ведь Ястребу намного меньше лет…

День рожденья! Я же обещала прийти!

— Ты узнала меня, Элла? — не менее пораженно пробормотал парень, а затем развернул меня за плечи и заглянул в глаза: — Элла, ты, правда, меня узнала?

— Нет, я вас не знаю, — попыталась выдернуться, но парень держал крепко. — Отпустите меня!

— Малиновка, я — Ястреб. Ты же узнала меня.

— Не может быть! — испугано вскрикнула я. — Ястреб мой ровесник, а вы уже явно взрослый дяденька! Отпустите или закричу!

Не знаю, какие из слов на него в этот раз подействовали, но мои плечи выпустили из захвата. И все бы хорошо, если бы моё движение было не слишком резким, а телу не требовалось опора для нахождения в горизонтальном положении.

— Элла! — закричал "дяденька", хватая меня за руки.

Я испугано вскрикнула, так как ещё одни руки схватили меня за талию. Резко подняв голову вверх, я выдохнула с облечением, так как поймал меня Килиан.

— Какого черта ты делаешь, демон? — прорычал блондин, и его глаза заполнились цветом золота, а зрачки хищно вытянулись.

— Ух, ты! Дракон! — восторженно воскликнула я.

На меня кинули недовольный взгляд. С чего это? Я же впервые дракона так близко вижу, так что за это можно было понять моё восклицание. Переведя не менее недовольный взгляд на "дяденьку", дракон зарычал:

— Отпусти её, демон!

— Сам отпусти, дракон!

Оба "дяденек" были намного выше меня, особенно того, кто демон, от чего мне лишь оставалось смотреть на них снизу вверх, переводя взгляд с одного лица на другое. И лица эти явно не вызывали в душе желание влезать в их спор.

А потом я почувствовала злость, гнев, раздражение…. И они точно не могли быть моими! Потому что мне было неловко и даже страшновато!

Дракон взглянул на меня и прорычал громче:

— Эдмон, не нарывайся. Отпусти. Её нужно отнести в комнату.

— Это ты, Килиан, притормози коней. Элла, меня узнала, в отличие от тебя, — его ухмылка лучилась самодовольством. — Правда, Малиновка, — подмигнул мне "дяденька".

Боль была такой силы, что если бы неё чувство, словно она принадлежит не мне, то я точно подумала, что у меня сердечный приступ!

Выдернув одну из рук их захвата демона, я сжала рубашку на груди и простонала:

— Что со мной?

— Элла, — Килиан схватил меня на руки, и демону пришлось выпустить мою вторую руки, — извините. Это я виноват.

— Почему?

— Потому что ты чувствуешь мои эмоции.

— Почему я их чувствую?

Килиан замялся, а "дяденька" ядовито выдал:

— Что? Боишься открыть правду?

— Нет, — резко ответил он ему, а затем перевел взгляд на меня и тихо произнёс: — Все дело в том, что наши души связаны, Элла.

— Но как?..

— Потому что мы муж и жена.

Я перевела потрясенный взгляд с одного мужского лица на другое и ошарашено произнесла:

— Но я не могу быть замужем. Я ещё не совершеннолетняя!

— Элла, что ты последнее помнишь, перед тем как проснуться в той комнате? — аккуратно уточнил Килиан, и я вновь почувствовала в сердце боль.

— Помню? — я сжала лоб. — Я была у Ястреба, а потом вернулась в школу. — Я подняла на Килиана взгляд, чувствую, как у меня на глазах наворачиваются слёзы. — У него завтра должно было быть день рождение. А я, получается, не пришла. И он решит, что я его бросила. Сколько прошло времени? — вцепилась я в надежу.

— Элла, — произнёс демон, так как дракон отвел взгляд, и моё сердце вновь забилось сильней от боли, — прошло больше восьми лет, просто ты их забыла. И я — Ястреб.

— Восемь? Лет? — медленно повторила я. — Но почему я не помню?

— Историю нужно начать с начала, поэтому лучше, чтоб её начала твоя мама, или Саша, — произнёс Килиан. — А уж потом мы дополним от себя. Но сначала тебе нужно отдохнуть.

Все мои возражения погасили на корню, а потом меня отнесли в кровать, напоили зельем и я заснула.

***

Я сидела на берегу озера и с раздражением кидала в озера камушки, нарушая гладь.

Вчера вечером меня привели в гостиную, заполненную моими родственниками, и я впервые убедилась в том, что фраза про забытые восемь лет была не шуткой. Мои родители постарели, а братья и сестры выросли. Вдобавок, у меня появился ещё один младший брат — Стивен.

Несмотря на выставленные факты, я все равно не могла поверить, что забыла восемь лет своей жизни! Дядя Саша объяснил, что это случилось из-за того, что мне вернули мою кровь. Оказывается, восемь лет назад меня похитили, выкачали из меня кровь и, когда я спаслась, дядя с бабушкой поделилась своей. Похитителей поймали совсем недавно, и хотели вернуть мне кровь после суда, но все случилось по-другому. Около трех недель назад меня подстрелил отец моей подруги Лизы. Я потеряла много крови, и мне срочно нужна было сделать переливание, поэтому из меня удалили кровь дяди с бабушкой, и влили мою. Двенадцать дней я не приходила в себя и на тринадцатый наконец-то очнулась.

Поначалу мне боялись рассказывать эту историю, так как в прошлом, у меня, оказывается, часто случались провалы в памяти. Так же я постоянно забывала людей, имена или моменты из жизни. Но сейчас этого не случилось. Выслушав историю, я ничего не забыла. Может из-за того, что не могла поверить в том, что это случилось со мной?

Потом Килиан и Эдмон, который действительно оказался повзрослевшим на восемь лет Ястребом, рассказали мне о нашем неком подобии любовного "треугольника". Это история меня поразила не меньше, чём про похитителей и кровь. Особенно про наше с Килианом замужество, которая может расторгнуть всего одна богине, неизвестно где находящаяся.

Затем пришла Лиза со своим отцом Алексеем. Оказалось, знакомы мы были с ней недавно. И подстрелил меня её отец от испуга, потому что в их мире не было магии. Я простила его. Может из-за того что не помнила, что именно произошло, а по рассказу получалось, что я тоже была виновата. Может из-за взгляда Лиды. Её потухший взгляд и какой-то безнадежный вид произвели на меня сильное впечатление. Казалось, что это она меня случайно подстрелила. А может она винила себя в этом, ведь помогая ей, я оказалась в такой ситуации.

Десертом вечера стало зеркало, которое я потребила принести. И что увидела в нем? Что я почти не изменилась! Как была невысокого роста, с плоским передом и задом, так и осталась! Хотя присмотревшись, все же разница была видна: черты лица стали немного взрослей, а волосы стали намного короче, хотя я, в помнящие годы, носила косу до задницы. Да и грудь, признаться, все же немного округлилась.

Заснула я с тяжелой головой, и вот с утра решила прийти к озеру и обдумать все. Думалось плохо. Все эта ситуация была и оставалась для меня словно прочитанной книгой. Я принимала, и в то же время отрицала эти забытые восемь лет. Хотела вернуться назад в прошлое и в то же время вспомнить эти восемь лет.

— Привет.

Я подняла голову и увидела возвышающуюся надо мной фигуру Килиана.

— Привет.

— Что делаешь? — он присел рядом.

— Пытаюсь всё обдумать и что-нибудь для себя решить, — ответила, пожимая плечами, потом схватила камень и запульнула его в озеро.

— Элла, я кое о чём вчера не рассказал тебя, — спустя пару минут произнёс.

Я посмотрела на него с легким ужасом и неровно протянула:

— Неужели мы…. Мы с тобой уже?..

— Нет-нет, — поспешно произнёс дракон и замахал руками. — Мы только целовались. И ты ещё девственница.

— Да? — признаться, я была поражена. Хотя думаю, была бы поражена не меньше, если бы узнала, что уже нет. Какое-то двоякое ощущение.

— Я умолчал о двух вещах, и об одной ты не знала даже в прошлом, — со вздохом произнёс Килиан.

— Почему не рассказал? — тихо спросила я, даже не зная, что чувствовать.

— Потому что вначале я не думал, что у нас с тобой будут какие-либо отношения, а потом, как-то не было времени. Да это и не слишком хорошая история.

— Но сейчас ты хочешь мне её рассказать? Почему?

Дракон нервно пожал плечами и ответил:

— Я просто хочу рассказать тебе о своих чувствах. — Немного помолчав, он принялся исповедоваться: — На самом деле, впервые я встретил тебя не в академии, а за много лет до этого. Понимаешь, на мою расу было наложено проклятье: мы не могли прикасаться к другим расам, только к своей. Из-за этого мы стали вымирать. Нас было и так мало, но живем мы долго, поэтому поначалу не видели в этом проблем. И спохватились, когда было уже слишком поздно: у нас стали рождаться дети с психическими и генетическими отклонениями. Тогда мы и стали искать решение, которое могло нас спасти. Я тоже вызвался, и по своей глупости попал в мир Гортемзии, где на меня надели рабский ошейник, блокирующий магию, и продали одной дамочке… — он резко замолчал, и моё сердце заполнила такая боль, ненависть, призрение и гнев, что невольно схватила руки дракона и сжала. Он на меня не взглянул, но мне и не нужно было, я и так ощутила его благодарность. — Я пробыл там восемь месяцев, пока меня не спасла ты.

— Я?! — голос вышел скептичен.

— Ты, Элла, ты, — теперь он меня взглянул с благодарностью и нежностью. — Ты тоже попала в тот мир, и тебя сделали рабыней, но не игрушкой, а как магической единицей. И ты устроила бун, зародила в рабах надежду, и спасла многих. В том числе меня.

— Охренеть, — поражено пробормотал я.

Килиан слегка улыбнулся и произнёс:

— Тогда я увидел не девушку, богиню. Ты для многих стала богиней, пришедшей рабам на помощь. Поэтому мне так трудно было узнать тебя в той помятой, не выспавшейся девушке с грязными волосами, которая пришла за нами на распределении в Академию. Я узнал тебя тогда, когда ты рассказал нам легенду о своей семье. Это стало для меня шоком. И ещё большим шоком задание Музара.

— Какое задание? И ты знаешь Музара?

— Можно сказать: ты нас познакомила, — пояснил дракон. — А вот задание — это уже вторая вещь. Ты помогла нам снять проклятье с драконьего рода. — Килиан в крации рассказал про путешествие в двойник мира и про задание, которая нам дал мой бог покровитель, за возможность туда отправиться.

— То есть, — медленно протянула я дрожащим голосом, рефлекторно выдернув руки из захвата дракона, — ты и я… должен?..

— Тогда это тебя ни капельки не смутило и не напугало, — насмешку в голосе он и не подумал скрывать.

— Подожди! — подняла я руки. — Но ведь ты сказал, что мы ещё нет?.. Почему тогда?.. — не знала, как задать вопрос, так как неловкость и смущение действительно испытывала.

— Мы пытались, — но многозначительно промолчал, — но ты вспомнила одно из своих похитителей, а потом было не до этого.

— Значит, — медленно проговорила с навалившимся осознанием, — мы должны будем…

— К сожалению, да, — решительно кивнул дракон головой.

Его "к сожалению" неожиданно задело мою женскую гордость (и откуда она только вылезла?), но потом я поняла, что оно относилось, совсем не к моей "идеальной" фигуре.

Мы замолчали. Я не могла читать мысли Килиана, но благодаря связи чувствовала, что сейчас его мучает тоска, боль и ещё страх. Потом он тяжело вздохнул и произнёс:

— Я хотел, чтоб ты узнала нашу историю, перед моим уходом. Хотел, что ты поняла: поначалу я чуть ли не боготворил тебя, из-за понимания, что именно ты меня спасла из рабства, хотя и не показывал своих истинных чувств. Но влюбился я именно в девушку по имени Элла Шторм, с её недостатками и достоинствами.

— Ты уходишь? — изумлено спросила, почему-то чувствуя сожаление. Может это из-за того, что Килиан был первым, кого я увидела, придя в себя. Или из-за нашей эмоциональной привязки. Я испытывала его чувства, поэтому подсознательно доверяла, зная, что обмануть меня он из-за этого не сможем.

Килиан глянул на меня и грустно улыбнулся кончиками губ, а я запоздало вспомнила, что он тоже может чувствовать мои эмоции.

— Я хочу найти богиню, которая связала наши души, и попросить её разорвать связь. В этом мне согласился помочь твой дядя Александр.

— То есть, ты хочешь развестись?

— Я не стану тебя неволить этим браком, особенно после того, как его вспомнила демона, — его голос был ровный и холодный, но сердцем ощущала его боль и понимала, что слова дались ему нелегко. — Я уйду сразу, как тебя станет лучше.

— И ты даже не будешь за меня бороться? — тихо спросила, опустив взгляд на камень возле ног. Захотелось схватить его и запульнуть в голову дракону.

— Элла, я боролся за тебя, когда ты не знала меня и не помнила его. Но если тогда, я не смог пробиться через твою стену и достичь сердца, то сейчас и подавно не сумею. Однажды я думал, что мне почти удалось: мы тогда были в одном мире на празднике плодородия. Сотни барабанов, тысячи голосов и людей, и мы танцевали среди них, и, — дракон кинул на моё лицо быстрый взгляд, — и целовались. Тогда я подумал, что ты наконец-то примешь мои чувства. Но ты, наоборот, лишь сильней отдалилась от меня. Стала игнорировать, а при нашем последнем разговоре мы поссорились. Я спросил прямо: почему ты стала меня избегать? А в ответ услышал, что у меня завышенная самооценка, раз я так решил, и что налаживать со мной никаких отношений ты не собираешься. Но даже тогда у меня ещё был шанс, но теперь, когда ты забыла меня и вспомнила Эдмона, у меня не осталось и его.

У меня просто не находилось слов, что на это ответить.

— Сказать по правду, — Килиан усмехнулся, и я чувствовала, что насмехался он над собой, — мы не слишком то и ладили. Я тебя постоянно бесил и раздражал.

— Почему? — изумилась не на шутку. Сейчас дракон не вызывал во мне этих чувств, наоборот, я он располагал меня к себе. Не только из-за связи, но и из-за того что прямо сумел рассказать мне обо всем, ничего не скрывая и не исковеркивая факты в свою пользу.

— Я пытался пробиться через твою броню и сильно ревновал — этим и доводил. Тогда ты, из-за похищения, мало кого подпускала к себе. Удивительно, что Лиза стала тебе подругой. И, признаться, это первый раз, когда мы спокойно разговариваем, без тычков и язвительных замечаний.

— Точнее, когда я с тобой нормально разговариваю? — уточнила я.

Грустная улыбка была мне ответом.

А через несколько дней мне стало намного лучше, и Килиан ушёл.

***

Вечером в мою комнату (точнее это была гостиная комната, которую я пока занимала) робко постучали.

— Входите, — крикнула я, от скуки готовая лезть на потолок.

Дверь нерешительно открылась, и в комнату заглянула Лиза.

— Можно? — неуверенно спросила девушка.

Вид у неё было, как человека страдающего бессонницей: черные круги под покрасневшими глазами, нездоровый цвет лица, растрепанные и кое-как собранные в хвост волосы.

— Можно, — кивнула я головой.

Лиза вошла в комнату и медленно подошла к моей кровати, склонив голову и выражая всем своим видом, словно шла на эшафот, честное слово.

— Я хотела поблагодарить тебя и ещё раз извиниться, — тихо произнесла девушка.

— Сто раз было мало, так ты решила извиниться сто первый? — со смешком спросила. — И не стой ты, присаживайся, — хлопнула я ладонью по кровати.

Она присела на край и тяжело вздохнула.

— Если бы я знала, что все так повернется, то отправилась домой ещё тогда, когда ты мне предложила в первый раз, — страдальчески протянула Лиза, потупив взгляд.

— И много раз я предлагала? — с удивлением поинтересовалась.

Мне говорили, что Лиза была моей подругой, тогда почему я хотела её отравить домой?

— Один. Когда мы в первый раз встретились. Ты тогда предложила отправить меня домой, а я сказала, что в книгах про попаданок главных героинь ждут обычно приключение. Ты мне предложила составить тебе компанию, а потом я учила тебя пить текиллу. — Она вновь тяжело вздохнула. — Ты столько для меня сделала, показала удивительных места и вообще. А я… — девушка всхлипнула и спрятала лицо в ладонях.

— Эй-эй, Лиза, — растерялась я.

Девушка зарыдала громче.

— Но, а теперь, то что?! — выбила её реакция меня из колей.

— Ты запомнила моё имя! — через всхлипы заревела она.

— Я теперь всех имена запоминаю, — ответила, пожимая плечами.

— Это из-за проблемы с кровью? — спросила Лиза, поднимая на меня покрасневшие глаза. — Я не знаю, что у тебя случилось. Ты мне не рассказывала.

Я замешкалась. Килиан говорил, что я никого к себе не подпускала после похищения, значит и Лизу я не пропустила через свою броню.

— Нет-нет, ты не подумай, — взволновано произнесла девушка. — Я всё прекрасно пониманию, и не хочу сказать, что ты была плохой подругой. Это я… — она вновь начала всхлипывать.

Я закатила глаза и покачала головой.

— Лиз, ну не начинай. Все ведь обошлось.

— Только ты всё забыла. И Килиана… — она осеклась.

Я ухватилась за её слова:

— Мне Килиан сегодня утром рассказал, что у нас с ним были не ахти какие отношения. Он меня раздражал, и я его постоянно бесила.

— Мне, кажется, ты так защищалась, — пояснила она, успокоившись.

— Защищалась?

— Угу, — кивнула Лиза головой. — Ты ему очень нравишься. Я поняла это сразу, как увидела, как он на тебя смотрит. Мне кажется, он тоже начал тебе нравиться, но ты боялась впустить его в своё сердце, поэтому он тебя все время раздражал, и ты грубила ему. Если бы ты ничего к нему не чувствовала, то просто бы не обращала на него внимание.

— А Эдмон? — Назвать демона Ястребом я не могла. Эдмон отличался от того Ястреба, которого я помнила. И дело было не только в возрасте. Эдмон был язвительным и грубоватым, а Ястреб для меня остался загадочным и благородным. Вдобавок, я ощущала рядом с ним неловкость: Эдмон слишком давил на меня тем фактом, что он был в прошлом Ястребов. И ещё раздражение, из-за того, что он насмехался над Килианом, что я его забыла, а Эдмона, наоборот, вспомнила. Казалось, он не мог понять тот факт, что для меня это два совершенно разных демона.

— Я не думаю, что у тебя были к нему какие-нибудь положительные чувства. Он постоянно грубил и язвил, а ты отвечала ему взаимностью. — На несколько секунд задумавшись, Лиза произнесла с легкой улыбкой. — Я думаю, Килиан тебе больше подходит.

— Почему? — это вопрос меня действительно заинтересовал.

— По его поведению. Пока ты была в отключьке, он чуть с ума не сошел. Нет, не подумай! — Она взволнована на меня посмотрела. — Мы все очень переживали за тебя, но Килиан… Он не отходил от твоей кровати, постоянно тебе звал, утверждая, что ты придёшь на его голос. Не спал, почти не ел, не мылся. Дней где-то через шесть, как тебе перевезли сюда, Эдмон что-то сказал ядовитое, про его волосы, так Килиан схватил ножек и обкорнал свою шевелюру.

Так вот почему у него была прическа жертвы близорукого парикмахера, потерявшего свои очки!

— Так что, Элла, если ты потеряешь такого парня как Килиан, то будешь дурой. Прости, за резкие слова.

— Он решил сдаться, — тихо прошептала я, вновь ощутив сожаление. — Он сказал, что собирается найти богиню и развестись со мной.

— Правильно, — уверено кивнула девушка головой.

— Правильно? — раздражено повторила я.

— Элла, ваш брак был случайным. Да ты ему все уши прожужжала, про то, что нужно, найти скорей богиню и развестись! Думаешь, ему хочется давить на тебя фактом вашего замужества? Особенно, после того, как ты потеряла о нём воспоминание? Или ты бы радушно отнеслась к факту, что незнакомый парень является твоим мужем и из-за этого качает права на тебя?

В её словах была не капля, а целая цистерна истины. Если бы Килиан попытался заявить на меня права как муж, то только дулю и посылание в одно интересное место получил бы, а не как не радужные обнимания.

— Он сказал, что не буде за меня сражаться, — ещё тише добавила я. — Что у него нет шансов, из-за того, что я вспомнила Ястреба.

— Ты любишь Эдмона? — с некой печалью спросила Лиза.

— Мне нравился Ястреб. Очень сильно, — призналась я. — Но понимаешь, Ястреб и Эдмон, словно два разных парня. Ястреб был такой хороший: добрый, отзывчивый и благородный. Он рос в доме "брошенок", но при этом всегда вел себя с достоинством. Впервые я увидела его, когда он защитил нескольких ребят от местных хулиганов. Ястреб меня заинтересовал, я стала наблюдать за ним, потом познакомилась. Но знаешь, что, — я перевела на девушку грустный взгляд, — я тоже не спешила пускать Ястреба в своё сердце. Он не знал ничего обо мне, даже имени. Я боялась. Боялась впускать в сердце людей ещё до похищения. Но тогда я решила, что на следующий день, как приду к нему, у него должно было быть как раз день рождение, расскажу ему о себе. Но следующий день затянулся на восемь лет и теперь я не готова открывать сердце незнакомому парню, который когда-то был Ястребом.

— Значит, у Килиана всё же есть шанс? — со счастливой улыбкой, спросила Лиза.

— Не знаю, — призналась, закусив губу. — Понимаешь, Лиза, я сейчас совсем не готова заводить отношения с кем либо. Мне нужно восстановить восемь лет своей жизни!

— Ну вот, ты опять прячешься в раковине! — с недовольством воскликнула девушка, сложив руки на груди. — Тут к гадалке не ходи, чтоб понять: если ты будешь трусить, то до старости останешься одна!

— К гадалке не ходи? — медленно протянула и задумалась.

— Это просто выражение моего мира.

— Нет, — поморщилась я. — Я о том, чтобы действительно сходить к гадалке.

Лиза прыснула в кулак и с недоумением на неё покосилась.

— Что смешного?

— Просто ты уже предлагала сходить к гадалке, когда ко мне прицепился полубог — пояснила Лиза и добавила: — Теперь мне кажется, что ты ходишь к гадалке, когда не знаешь что делать.

— Не всегда, — буркнула и, нахмурившись, спросила: — Какой полубог?

Лиза рассказала мне про поход к экстравагантной художнице Элионне и её мужу Аскольду — Богу Похотливости, и про ток, как их сын полубог Артур заинтересовался девушкой.

— Он к тебе приставал? — с ужасом спросила я.

— Ну, — девушка замешкалась, неловко отвела взгляд. — Он пару раз появлялся, пока тебе не было, а потом я попросила твою маму закрыть ему пути телепортов сюда.

— И ты ещё говоришь, что я хорошая подруга! — вскрикнула с раздражением на себя.

— Но ты же не виновата в случившемся! — запротестовала девушка.

— Ты с ранением тоже, — резко парировала я и решительно приподнялась: — Значит, идем к гадалке!

— Но тебе же нельзя подыматься, Элла! — встревожено воскликнула Лиза и попыталась меня уложить обратно, но я решительно встала на ноги. — Твоя мама меня убьет, а потом воскресит и меня повторно убьет Килиан!

— Мы быстренько смотаемся туда и обратно, и никто ничего не заметит, — заговорчески шепнула, натягивая штаны. — Или ты меня отпустишь одну?

— Вот жжешь, — хмуро буркнула и со вздохом произнесла: — Только быстро!

— Обещаю! — улыбнулась я и натянула рубашку.

Из дома пришлось выбираться словно воришкам. Дом был закрыт от "окон" телепортов, и создавать портал можно было только на улице. Вдобавок, я решила воспользоваться "аркой", так как была ещё в себе не слишком уверенной. По дороге нам попалась лишь одна служанка, которую я быстро усыпила сонным заклинанием, а потом мы на пару с Лизой спрятали бесчувственное тело в подсобке. Вылезали мы из окон на кухни, а потом под покровом сумерек быстрыми перебежками от дерева к дереву добежали до арки и скрылись в "окне" активированного телепорта.

***

Гадалка Тадария была хорошей подругой моей бабушке — и это было минус. Но я всё равно решила пойти на риск и отправиться именно к ней, так как не знала никого лучше в понимании рун.

Когда я постучала в дверь небольшого, приземистого дома, расположенного в яблочном саду, госпожа Тадария без лишних слов впустила нас внутрь, кинув в спину предупреждение:

— Ох, и влетит тебе за это, Элла.

— Максимум, что мне сделают — запрут в комнате на пару дне, — отмахнувшись, и присела на старый диван, украшенный вышитым покрывалом зеленого цвета, кинула Лиде сесть рядом.

— Сочувствую, Элла, твоему горю, — произнесла гадалка, присаживаясь в плетеное из лозы кресло, украшенное гроздьями винограда. — Это трудно вытерпеть, но ты сильная.

— Спасибо, — искренне ответила я.

На столе стояла три небольших белые кружки вытянутой формы и без ручек, белые квадратные блюдца с рисунком цветка лотоса, чайник в форме самого лотоса и блюдо с порезанным яблочным пирогом.

— Нас ждали? — с удивлением спросила Лиза.

— Мы пришли к гадалке, а не шарлатанке, — с насмешкой пояснила я, уж больно изумленное было у девушки лицо. — Она ждала нас ещё до того, как мы с тобой познакомились.

— Немного позже, — с лукавой улыбкой медленно растягивая слова произнесла госпожа Тадария, а затем укоризненно на меня взглянула: — Могла бы представить меня своей подруге.

— Ой, да, простите, — стушевалась я. — Госпожа Тадария.

— Лиза, — смущенно буркнула девушка.

— Я знаю, — гадалка загадочно улыбнулась и разлила нам божественно пахнущий чай. — Угощайтесь, — гостеприимно махнула она на пирог.

Мы попробовали чай, который на вкус не уступал запаху, пирог, и затем Лиза смущенно произнесла:

— Вы совсем не похожи на гадалку.

— А на кого я похожа? — заинтриговано спросила госпожа.

— На деловую женщину, — призналась девушка, оглядев гадалку смущенным взглядом.

Госпожа Тадария была одета в деловой костюм: черные брюки, белая рубашка с жабо, пиджак, туфли с острым носком. её короткие волосы, были уложены набок, на лице неброский макияж, ногти квадратной формы с бежевым маникюром, а из украшений лишь серебреный браслет и изумрудные камушки-серьги, под цвет глаз. На вид ей было лет сорок пять, хотя на самом деле перевалило уже за четыреста лет. Господа была тоже полубогиней — её мать была Богиней Судеб.

Фыркнув, женщина ответила серьёзно:

— Предсказание чьей-то судьбы — это серьёзное дело, а не маскарадный фарс. Но если тебе будет более комфортно в обществе женщины в разноцветном костюме, то я могу переодеться.

— Нет-нет, — быстро пробормотала Лиза. — Так даже лучше.

Госпожа польщено улыбнулась, и девушка ещё больше смутилась.

— Думаю, пора приступать, — через пару минут произнесла гадалка и воскликнула: — Тэлль!

В комнату впорхнула фей размером с ладонь, тоже в деловом черном костюме и с золотистыми крыльями. Увидев её, у Лизы ошарашено полезли на лоб глаза и губы поджались, чтоб не растянуться в улыбке. Фея никак не отреагировала на реакцию девушка, а вот гадалка вновь фыркнула.

— Убери со стола. И принесли гадальные принадлежности.

Взгляд у Лиды стал заинтересованный. Ей явно было интересно, как маленькая фея сможет убрать со стола. Фея застала над столом, махнула рукой, рассыпав над сервизом золотистую пыль. Посуда поднялась в воздух и полетела вслед за феей.

— Ого! — невольно воскликнула с восхищением девушка, заработав ещё одно веселое фырканье, притом и от меня тоже.

Фея вернулась спустя пару минут и за ней летели небольшие три шкатулки и одна средних размеров. Проследив за тем, как шкатулки спикировали на стол, фея, молча, удалилась, лишь склонив голову на благодарность гадалки.

— Начнем с тебя, — кивнула госпожа Тадария на Лиду. — Выбери шкатулку, которая нравиться.

Девушка рассмотрела шкатулки и кивнула одну из небольших, которая была с резьбой цветков шиповника. Внутри оказались карты.

— Возьми их, Лиза, перетасуй и раздели на три одинаковые колоды.

Пока девушка тасовала колоду, гадалка отодвинула остальные шкатулки на край стола, чтоб не мешали.

Взяв первую отделенную колоду, господа Тария произнесла:

— Здесь то, что было.

Разложив колоду на стол, она внимательно рассмотрела расклад, потом собрала карты, вернула в шкатулку и взяла среднюю.

— Здесь то, что сейчас.

Проделав то же самоё, что и с первой, она взяла третью колоду.

— Здесь то, что было.

На этот раз она рассматривала расклад намного внимательней и дольше. Потом вновь собрала колоду, положила к другим и произнесла:

— Выбирай следующую шкатулку, Лиза.

— Э… и это все? — пробормотала в непонимании девушка.

— В смысле? — несмотря на серьёзный тон, в глазах у гадалки плясали лукавые смешинки.

— Вы же ничего не сказал, — все ещё была в непонимании девушка.

— А ты что-нибудь спросила? — теперь смешинки задели и губы, вытянув их в улыбку.

— Ну, я думала, что вы разложите карты и скажите, что видели, — Лиза явно чувствовала подвох, но не могла понять, где именно.

— Тебе так это надо? — загадочно вопросила гадалка. — Ты разве не знаешь своё прошло и настоящее?

— Но… но ладно, а будущее?

— И что именно ты хочешь узнать? Какой у тебя будет муж и сколько детей?

— Ну, хотя бы…

— Лиза, — остановила я девушка и резко сказала: — Не спорь и выбирай следующую шкатулку.

Девушка кинула на меня непонимающий взгляд, недовольно нахмурилась и указала пальцем на самую большую шкатулку. В нём оказался шар. Я с раздражением цыкнула, а госпожа Тария развила руки и произнесла.

— Элла, ты сама видишь: ей это не надо. Это и понятно, ведь её сюда привела ты.

— Кто-нибудь объяснит, что тут происходит? — требовательно вопросила Лиза.

— Это означает, что к гадалке у тебя нет вопросов. Карты и шар лишь показуха, которые используют неопытнее гадалки. Не то не то, но сможет тебе точно посоветовать, что делать дальше.

— Но я действительно хочу знать, как мне избавить от внимания Артура! — воскликнула девушка.

Одна из шкатулок, украшенная листья плюща, резко отворилась. В ней были руны.

— О, это уже что-то! — с довольной улыбкой воскликнула господа Тадария, поднесла руку к шкатулке и вдруг остановилась, резко вскинула голову, внимательно посмотрела на изумленную Лизу и спросила: — Ты действительно хочешь избавиться от его внимания?

А вот и перепутье.

— Да, — уверено, но с легким удивлением произнесла Лиза.

— Как хочешь, — пожала гадалка плечами и занесла над рунами руки и сказала что-то на непонятном языке.

Руны взлетели в воздух и опустились на стол. Внимательно их разглядев, господа Тадария усмехнулась и произнесла:

— Сделка.

— Сделка? — спросили мы одновременно.

— Да, — кивнула она головой. — Предложи ему сделку. Если в течение месяца он не сможет тебя соблазнить, не используя свою силу, то он тебя отпустит.

— А если выиграет? — дрогнувшим голосом уточнила Лиза.

— Тебе назначать ставки, так как следовать моему совету или нет, — ответила гадалка, вновь загадочно улыбнувшись. — Ваша судьба, Лиза, только в твоих руках.

Я резко взглянула на госпожу Тадарию, но промолчала… пока.

Вернув руны в шкатулку, гадалка провела над ними рукой и узоры на шкатулках поменялись, как и их расположение.

— Теперь ты, Элла.

Я указала на шкатулку с маками. В ней обнаружились карты. Без слов протянув мне колоду, я потасовала её, отделила одну колоду, а остальные положила назад в шкатулку.

— Постой, — с непониманием протянула Лиза, — но ты же сказала, что карты и шар — это лишь фарс.

— Лиза, ты знаешь о своем прошлом, а я нет! — раздражено ответила я.

Девушка притихла.

Госпожа Тадария разложила карты, рассматривала, задумчиво, несколько минут и произнесла:

— Элла, что ты хочешь уточнить? У тебя есть три вопроса.

— Почему меня предал Дориан? — задала я первый вопрос.

Мне рассказали, что именно он узнал моей секрете, а потом выдал и спланировал похищение, и я не понимала почему.

— Зависть, желание достичь, соперничество, разочарование, зависть, злость. Ты чём-то себя раскрыла, сама, по своей глупости и не осмотрительности, он узнал и разочаровался. Притом в себе. Глупый самовлюбленный мальчишка, который не смог стерпеть задетую гордость. Ты была для него целью, он жаждал её достичь, а когда узнал, кто ты на самом деле, понял что это невозможно. Отсюда и разочарование в себе, зависть. Притом очень огромная. Она и толкнула его на предательство. Ничего нового. Даже скучно.

Теперь понятно. Мы были соперниками. Осталось только узнать, как именно я себя выдала, но на это вопрос тратить не стану. Лучше у родственников уточню.

— Почему Музар дал мне именно это задание, за проход в двойник мира? — второй вопрос.

— Нет! — решительно ответила гадалка. — Нельзя. Ты сама должна понять. Вместо этого вопроса, я могу рассказать, почему родители в этом году отдали тебе на попечительство адептов. — Она ехидно улыбнулась. — Согласна? Или задашь другой вопрос.

— Говори уже, — если бы не эта улыбочка, то я проигнорировала её слова, но уж больно она заинтересовала.

— Это придумал твой отец с директором. Выбрали лучших представителей в академии, с мыслью, что тебе кто-то понравиться. И не прогадали.

— В смысле? — невольно спросила я и выругалась. — Ты это специально?! Ты не хотела, чтобы ты задавала трети вопрос!

Вся её насмешливость исчезла, оставив серьёзность, с которой она на меня взглянула.

— Значит ответ бы мне не понравился, — хмуро произнесла я. — Ладно. Отвечай на вопрос.

Пожав плечами, госпожа Тадария ответила:

— Интерес, влечение, удивление, страх, паника, защита. Дракон тебе понравился. Хотя, — она сощурилась, — тут скорей сыграли его чувства. И именно их ты испугалась в первую очередь. Чего ты же о себе такого плохого мнение? Элла, когда тебя любят, то принимаю всю. Это твоя жизнь и лишние, на твое мнение, детальки из неё невозможно выкинуть. Да и у твоего дракона жизнь была не сахар, так что хватит думать, что ты его не достойна. Нет честно, вы как два самокритичных идиота. Вначале он думал, что не достоин тебя, потом ты стала так считать. Когда ты наконец-то угомонишься и откроешь своё сердце для любви! Или до старости будешь трусить?

Лиза глянула на меня с насмешкой и протянула:

— Я же говорила.

— Да-да, вы все были правы, — отмахнулась с раздражением я. — А теперь я хочу…

— Поздно, — прервала меня господа Тадария, улыбнувшись кончиками губ.

Дверь резко открылась и на пороге обнаружилась хмурый отец и разъяренная мама.

— Элла Филиция Маргарет Шторм!

Очень разъяренная, раз она назвала моё полное имя.

Я кинула обиженный взгляд на гадалку, а она в ответ развела руки в сторону.