ГЛАВА 15

Остров Корень и вправду напоминал своими очертаниями корень какого-то растения — большое по площади основное "тело" с несколькими ответвлениями с одной стороны. На одном из этих ответвлений, которое было ближе к материку, стоял форт — старая крепость, обнесенная стеной в форме полукруга, с виднеющимися орудиями в бойницах. Вход в форт был расположен на прямом участке стены, обращенной к острову, к нему вела бетонированная дорога. Никакой растительности, кроме мха и тины, на этом ответвлении с фортом и у дороги к нему не было.

Зато растительность была на самом острове. К нему мы и переправились на четырех шлюпках в два захода. Как только отправился второй заход, наш кораблик снялся с места и дал деру, сначала скрываясь от форта за островом, пока его не обнаружили под стремительно светлеющим небом и не расстреляли из орудий.

Еще на корабле я сообщила капитану имена курсанта и солдата, принявших участие в уничтожении подлодки и поручила ему доложить обо всем командованию по возвращении. Мир должен знать своих героев, если мы не вернемся. Потому что задача перед нами была поставлена неимоверно трудная — захватить весь остров, вместе с его ответвлениями, включая форт.

Так, Шушпанчик, отставить сомнения, ты победитель или где? Вот и думай, как быстро тут победить, да и вернуться. Так. Первоочередной и более важной задачей, чем захват острова, Аппек назвал нахождение и обезвреживание ядреной бомбы, либо обнаружение ее отсутствия. И что нам делать сначала — захватывать остров или искать бомбу?

Я передала по цепи, чтобы старшина Д-17 ползла ко мне. Ах, да, я же не сказала — мы спрятали шлюпки и сами залегли в кустарниковой рощице рядом с берегом, на который высадились. Я приказала всем прятаться и не шуметь, пока я тут думаю. Не шуметь не для того, конечно, чтобы я спокойно думала, а для того, чтобы нас не обнаружили.

— Есть предложения? — тихо спросила я старшину сразу в лоб, когда она приползла, — Как вас учили действовать в таких ситуациях?

— Нужна разведка территории, — ответила она.

Похоже, у них там в училище тоже Сунь Цзы в почете.

— Сформируйте группу из нескольких человек. В состав скрытной группы разведки поручаю вам включить человека с прибором обнаружения бомбы. Перед оправкой группы всем ознакомиться со снимком острова, полученным с высоко летящего самолета, по возвращении нанести на него осмотренные места и объекты.

— Есть, — сказала старшина и змейкой растворилась в кустах и траве.

— Сержант, — позвала я залегшего рядом Заноя, — ты тоже сформируй группу из пары человек, мне нужны описания местных людей и предложения, кого из них можно похитить в качестве языка так, чтобы не поднялся переполох из-за его отсутствия. Не торопись, похоже, действовать мы все равно сможем только ночью. Так что главное — не попасться на глаза врагу.

— Слушаюсь.

Ну вот, задания розданы, можно и поспать. А, нет. Часовые нужны. Все, выставила. Остальным приказала отдыхать, пока есть возможность.

Приснилась мне баба Дуся, соседка по старой квартире на Земле, скрупулезно собиравшая сведения обо всех жильцах в ходе ежевечернего поквартирного обхода. Сегодня на ней была просторная футболка с сердечками и надписью "Пятый день без секса".

— Таисья, — сказала она мне, как всегда, — Я слышала какие-то тревожные звуки.

Я начала просыпаться, когда прямо возле моей головы раздалось неуверенное "Тяв?" Открываю глаза и встречаюсь взглядом с маленькой собачкой, вроде мальтийской болонки. Ухоженной, вычесанной, с бантиком на шее.

— То-оппи. — раздался неподалеку женский голос.

Это включило в собачке какую-то кнопку. Она залилась таким звонким непрекращающимся лаем, что я даже удивилась — она вообще хоть дышит? Эта шмакодявка настучала хозяйке обо всем и во всех подробностях, начиная с того, как она сегодня утром проснулась, поела, вышла погулять, занимаясь своими собачьими делами, а тут — вот. Ну я так думаю, что она лаяла об этом. Я быстро скинула с себя амуницию с оружием и комуфляжную рубашку, оставшись в одной черной открытой майке и в штанах, и встала во весь рост.

Ко мне подходила… я бы назвала ее "матрона". Дородная пожилая женщина с дорогим колье на шее.

— Здравствуйте, — приветливо улыбнулась я и сделала несколько шагов ей навстречу, — Ваша собачка? Какая милая.

— Да, это наша Топпи. А вы кто? — подозрительно сказала женщина.

— Топпи, Топпи, — ласково сказала я собачке, которая при этом замолчала и прислушалась, смешно подняв одно ушко, — хорошая девочка…

При этом я лихорадочно пыталась придумать, что наврать этой матроне на ее вопрос.

— Я — Тася, дочь одного офицера с подлодки, — рискнула я, — а вы?

— Я — жена заместителя начальника гарнизона.

— О, неужели вы — госпожа…

— Гленьки.

— Очень приятно познакомиться, госпожа Гленьки, — продолжала я расплываться в улыбке, уже начинающей сводить мне скулы.

— А мне — не очень. — заявила эта матрона, — Мой муж уже давно ознакомил всех со списком тех, кто укроется в убежище, и больше мы никого не принимаем. Оно не резиновое.

— О, что вы, я и не претендую. Разве я достойна быть укрытой в убежище, вместе с нашими лучшими воинами и их родными? Я скоро покину остров, папа уже нашел мне другое место.

Похоже, отходить от меня эта тетка не собиралась, да и собачка ее могла наткнуться на других солдат, поэтому я медленно двинулась к дорожке, ведущей вглубь острова.

— А что вы делали там, в кустах? — спросила Гленьки, пристраиваясь рядом.

Вот, блин, а если я по нужде присела, я должна перед ней отчитываться?

— Ходила на берег, пыталась увидеть перископ подлодки, — смущенно ответила я.

— Это невозможно, даже будь у вас бинокль, — снисходительно сказала матрона.

Внезапно перед нами открылась ровная площадка со стоящим неподалеку домом. Рядом виднелось еще несколько крыш таких домов.

— Симпатичный домик, — сказала я, — Всю жизнь мечтала пожить в таком. Но у нас только квартира в Бадибе. Была.

— Да, эти проклятые враги отобрали у нас уже почти всю страну. Но мы им скоро покажем. Все назад отыграем, и вы вернетесь в свой Бадиб.

— Знаете, госпожа Гленьки, — доверительно сказала я ей, — я уже завтра уезжаю, и мне так жаль, что я не увидела наше чудо-оружие. Хоть бы одним глазочком взглянуть.

— Что вы, аэродром охраняется и туда никого не пускают, — снисходительно сказала мне она, — а сама бомба находится в закрытом ангаре, так что вы ее никак не увидите.

— Неужели и вы не видели? — похлопала я ресницами.

— И я не видела, — признала она, — Мой муж привозил специальную машину для ее транспортировки на борт самолета. Ой, мне же надо приготовить праздничный ужин. У нас сегодня годовщина свадьбы.

— Поздравляю. Я тоже пойду, скоро обед. Главное, у меня окрепла надежда на успех нашего дела, — искренне сказала я, — Спасибо вам за это. До свиданья, госпожа Гленьки.

— Мы победим, — кивнула она, и ее слова прозвучали как привычная прощальная фраза.

— Мы победим, — вежливо возразила я и развернулась в сторону.

Возвращаться сразу обратно я не рискнула, чтобы, в случае чего, ей не пришло в голову искать меня в роще на берегу. Так что я прошла немного в сторону, и тут меня окликнул какой-то вооруженный субъект.

— Эй, девушка, вы откуда?

— Я от госпожи Гленьки, у них сегодня праздничный ужин, годовщина свадьбы, — ответила я чистую правду.

— Драх знает что. — выругался вояка, но интерес ко мне потерял.

Я услышала какую-то барабанную дробь. Ах, нет, это колотится мое сердце. Так, Шушпанчик, хватит тут разгуливать, давай, ноги в руки, и назад.

Я вернулась в рощу и узнала, что у обрадованных моим появлением солдат все спокойно, но ни одна из наших групп разведки еще не возвращалась. Обнадеживало то, что переполоха на острове не было.

Пообедала я сухпайком из саморазогревающегося термопакета, запила водой из фляжки, в которой когда-то плескался дорогой коньяк, да весь вышел. Впрочем, здесь и сейчас вода гораздо нужнее.

Сначала вернулись мои солдаты-разведчики. Мы нанесли выясненные ими объекты на "контурную карту" острова и я выслушала доклад. Единой формы на военных здесь не было, гражданские тоже ходят в разном. Языка они посоветовали брать вечером у офицерской столовой. Через некоторое время вернулась и разведка курсантов. Карта пополнилась новыми объектами, особенно интересным для меня был обнаруженный ими аэродром с двумя большими ангарами. Бомбу их прибор не обнаружил.

— К ангарам подходили? — спросила я их.

Как и ожидалось, нет.

— Мы не могли прочесать весь остров, — виновато сказали мне курсанты, — промеряли только там, где не было людей. Шахты для бомбы мы не нашли.

— Бомба не в шахте, — сказала я, — Мне удалось выяснить, что она в одном из этих ангаров, готовая к транспортировке в самолет. Слушайте все сюда внимательно. План действий такой: выставляем пост у крайнего домика отсюда, там живет некий господин Гленьки, высокопоставленный офицер. Он имеет доступ к бомбе, во всяком случае, обеспечивал доставку транспорта для нее. Берем этого господина, тащим сюда и договариваемся о сопровождении в ангар нашего специалиста по обезвреживанию бомбы.

На меня смотрели, как на бога. Да, черт возьми, я — Аполлон. То есть, Афродита, хотела сказать.

Возвращающегося домой в предвкушении праздничного ужина Гленьку брали курсанты. У них это получилось без шума и пыли — двинули его каким-то хитрым приемом по шее и, подхватив под руки, волоком притащили в кусты. Я отправила одного солдата затереть следы, если таковые имелись. Очнулся полковник — я уже знала, что означают такие погоны — довольно быстро, но приготовиться мы успели.

— Жить хочешь, Гленьки? — сразу спросила я, едва он открыл глаза и взгляд его прояснился.

— Что здесь… — начал было он, но Заной покрутил возле его глаз лезвием большого кинжала.

— Повторяю вопрос и считаю до двух, — сказала я, — Жить хочешь? Раз…

— Да. — злобно ответил заместитель гарнизона.

— Не шуми, отвечай вполголоса. Опусти глазки. Видишь, у тебя к пузу прикручена одна штучка? Это — бомба. Не такая шумная, конечно, как ядерная, совсем почти бесшумная, но тебе хватит. Это понадобится, если ты решишь поиграть в героя. Кстати, госпожу Гленьки и даже вашу милую Топпи тоже ждет печальная участь, в этом случае. И второй вариант — ты делаешь то, что мы тебе говорим, потом мы исчезаем, прихватив с собой бомбу с твоего пузика, ты возвращаешься домой, отмечаешь годовщину свадьбы и никому ни гу-гу о произошедшем сегодня. Понятно?

— Что именно вам от меня нужно?

— Проводишь одного человека в ангар аэродрома к ядерной бомбе. Он ее починит, и ты вернешься с ним сюда. Дальше я уже рассказала.

— Зачем ее чинить? — выкатил он на меня глаза, — Или… что вы хотите с ней сделать?

Я вздохнула.

— Ты точно хочешь это знать? Может, лучше не надо?

— Лучше не надо, — согласился Гленьки.

— Понятливый, — констатировал Заной.

— Какие у меня гарантии? — спросил полковник, — что будет так, как вы сказали, и вы меня отпустите?

— Ты и твоя шкура будут тебе гарантией. Нам нет смысла тебя убивать, ведь если ты расскажешь о произошедшем, тогда ты прослывешь предателем и тебя расстреляют. А твое убийство нами наделает много ненужного шума. Нам выгоднее, чтобы было все именно так, как мы рассказали. Все, твои вопросы кончились. Если тебе есть что сказать или посоветовать по предстоящему делу — говори.

— Нас могут задержать с вашим человеком и спросить у него документы.

— Где это может произойти?

— При входе в ангар.

Я посмотрела на Заноя.

— Что там с языком?

— Отправил группу, ждем.

Ожидание казалось вечностью.

— Гленьки, ты всегда в одно время домой возвращаешься? Твоя жена не пойдет искать тебя на службу?

— Чаще всего прихожу в одно время. Но бывает, что задерживаюсь. Не пойдет, — хмуро ответил полковник.

Наконец посланные за языком курсанты вернулись, таща бессознательного офицера. Мне дали его документы, которые я передала курсанту — специалисту по обезвреживанию бомбы.

— Приступить к выполнению задания, курсант Пэ-шесть. Мир надеется на тебя.

— Есть приступить к выполнению.