ГЛАВА 2

Всем известно — иногда наше прошлое преследует нас и никак не хочет отпускать. Прямо как "родимые пятна капитализма" не хотели исчезать из социалистического общества Советского Союза, как мне бабушка говорила. Вроде она Ленина при этом цитировала. И вот — наглядный пример неотвязного прошлого перед вами. С локтя-то я Игорька моментально стряхнула и шаг в сторону от него сделала, да поздно было. Вы правильно догадались, переместился он со мной.

Но у меня, конечно, чувство долга стоит на первом месте, а скандалы с бывшими мужьями — на тридцать восьмом. Ладно, вру. Ни на каком месте они у меня не стоят вообще, ибо дело это пустое и безнадежное. Поэтому я первым делом огляделась, чтобы оценить обстановку, как и советовал мой личный авторитет, а по совместительству гуру… сэнсэй… лао ши… в общем, учитель высокого воинского искусства Сунь Цзы, краткое изложение учения которого я читала еще во время войны, чтобы хоть чему-то научиться в тактике и стратегии.

А обстановка была следующей: большой зал, в котором иногда появляются люди, а иногда — реже — исчезают. Вроде все как на тауинской и на зинтагской таможне, только народу меньше. Так, да не так. Андроид-таможенник тут тоже был, но выглядел он паршиво. В заклепках каких-то, одноглазый, и вместо легкой улыбки — неподвижный оскал. Кроме того, рядом с таможенником стояла пара накачанных парней, а за ними располагался кабинет, в который по очереди входили все прибывшие люди. Ни одно из лиц на всей таможне не излучало доброжелательности или любезности, не было даже просто нейтральных. Все были угрюмыми и хмурыми. На меня, как обычно, пялились. Ну а теперь-то что? Выгляжу как классическая тауинка. Впрочем, нет. Я выгляжу как тауинка из высшего общества, если судить по одежде, ухоженности и драгоценным серьгам в моих ушах. А еще я банально была тут самой красивой. Неудобная внешность, слишком яркая.

— Девушка, а мы где?

Бабуркин очнулся, придурок. Что я только в нем нашла в свое время? Молодая была, глупая. Маринка Климова еще под руку подпевала да ахала от неземной красоты нашей пары, вот я и повелась. Отправить его назад на Землю я не могла. Это бы увидели, как я Васю вызываю, оплачиваю и разъясняю Игорьку суть своих действий перед его добровольной — никак иначе — отправкой. И вся моя операция была бы сразу провалена. Необходимо было сделать вид, что я вообще его впервые вижу. Я повернулась к разинувшему рот Игорьку и тихо сказала, помогая себе отсутствующе-холодным взглядом:

— Жить хочешь?

— Д-да, конечно.

— Тогда слушай, не перебивай и запоминай. В кафе ты меня не видел. Встретился случайно со своей первой женой Таисией, выпили кофе, поболтали о своей прошлой совместной жизни. Запомнил?

— Почему первой женой? Второй у меня не было.

— Да? Ну и дурак. Еще один раз перебьешь, и тебя тут похоронят. Я спрашиваю — запомнил?

— В кафе с Тасей поболтали — запомнил.

— Тася расплатилась с официанткой и ушла, а потом в ее деньгах обнаружилась незнакомая монета. Ты эту монету взял в руки и услышал женский голос, который тебя спрашивал, что ты хочешь. Ты ответил, что мечтаешь попасть в другой мир. Монета сразу исчезла, а ты оказался тут. Запомнил? Повторяю — Тасина монета тебя привела сюда.

Игорек кивнул. Было видно, что ему до ужаса хочется задать вопросы, но мой ледяной взгляд и окружающая недоброжелательность его отпугивали. Не говоря уж о самом факте нахождения неизвестно где.

— А после того, как ты сможешь все это рассказать, ты попросишь об одном — чтобы тебя вернули на Землю. Вежливо и слезно попросишь, понял? Но самое главное во всем этом — меня ты никогда раньше не видел. — прошипела я, — Просто полез ко мне с вопросами уже тут, а я с тобой на незнакомом языке заговорила. Имей в виду, Игорек, тут тебе не игрушки. Тут правит криминал. Не послушаешься меня, и за твою жизнь никто гроша ломаного не даст. На сегодня ты свой лимит ошибок уже исчерпал. Иди давай вон к тому роботу.

Я демонстративно махнула рукой у андроиду и отошла от Игоря. Он пошел, куда я его послала. Лучше бы он еще в кафе это сделал. Я, немного еще постояв и уняв волнение, тоже пошла сдавать багаж на проверку вместе с отпечатками ладоней. Встала в очередь, пропустив между собой и Игорьком какого-то мужчину.

— Игорь Бабуркин, вы не перенесли на Тауин ничего запрещенного. — громко по-русски оповестил андроид после проверки его ладоней и вдруг добавил, — Игорь Бабуркин, вы не имеете иммунитета к местным болезням. Вам необходима комплексная инъекция. Оплатите препарат и медицинскую манипуляцию.

— А сколько это стоит? — озадачился мой первый бывший.

— Игорь Бабуркин, комплексная медицинская и обучающая инъекция стоит полтора космокредита.

— А в рублях это сколько?

— Игорь Бабуркин, валюта планеты Земля на материке Глеффат хождения не имеет и к оплате не принимается.

— Но у меня нет никаких кредитов.

— Игорь Бабуркин, без инъекции вы не можете покинуть здание таможни и пройти на Глеффат. Возвращайтесь обратно.

— А как это сделать?

— Игорь Бабуркин, оплатите перемещение на Землю и будете возвращены.

— Дай угадаю — перемещение я тоже должен оплатить местными деньгами? — поймал кураж Игорек.

— Игорь Бабуркин, вы угадали верно.

За мной уже очередь образовалась, все недоумевающе слушали чужую речь.

— Так что ты мне посоветуешь, с учетом того, что у меня нет этих космокредитов? — спросил, между тем, Игорь.

— Игорь Бабуркин, у вас нет права находиться на Тауине без иммунитета и знания языка и обычаев. Вы должны вернуться на Землю. Вы не можете быть перемещены на Землю без оплаты.

— За меня может заплатить кто-то другой?

— Игорь Бабуркин, за вас может заплатить кто-то другой.

— Кто это может сделать?

— Игорь Бабуркин, это может сделать кто-то другой.

Тут сзади начали потихоньку скандалить:

— Ты че напираешь? Думаешь, если будешь тереться о мою спину, тот чувак быстрее с андроидом побазарит?

— Да кому сдалась твоя спина, у меня своя есть.

— Вот и трись ею об кого-то другого, а не об меня.

— Ты офигел, что ли? Когда я своей спиной об тебя терся?

— Да вот только что. И не спиной, а передом. Че ты мне вообще тут про свою спину загибаешь?

— Моя спина — загинаю, как хочу.

— Вот и загинай свою, раз хочешь, а мою не загинай.

— Эй, андроид, че там за дела, сколько мы тут стоять будем? — спросили у меня из-за плеча.

— Смард Чекушка, сколько вы будете стоять, мне неизвестно. Дела здесь связаны с отсутствием денег на инъекцию или на обратное перемещение на другую планету.

Вообще-то у того человека фамилия звучала по-другому, но переводилась она именно как чекушка, поэтому я и назвала вам ее, подозревая, что это просто кличка. Как оказалось впоследствии, правильно подозревала.

— Вызывай кого-то из банды Однорукого, им рабы нужны, они за него заплатят.

Ой, чего-то дело куда-то не туда пошло. Я, конечно, судьбой Игорька все годы после нашего развода не интересовалась, и он мог уже миллион раз влипнуть в неприятности, но вот так, на моих глазах… Шушпанчик этого допустить не может. Хм… даже с риском провалить операцию? Я вздохнула. Будем рисковать по минимуму.

— Андроид, сколько там стоит эта инъекция? — громко спросила я, — Я заплачу за этого человека, чтобы нам тут до конца жизни не застрять.

— Анна Айнэнэнай. — громко обратился ко мне робот, и я вздрогнула, так как впервые меня назвали этим именем, — Вы согласны заплатить полтора космокредита за комплексную инъекцию Игорю Бабуркину?

— Да. — неприязненно ответила я.

Я бы могла заплатить и за его перемещение на Землю, но это было слишком дорого для постороннего человека, и у всех такое сразу вызвало бы много вопросов. Хотя полтора космокредита — это тоже довольно много. И так все дружно повернули ко мне свои заинтересованные лица. Ах, да — андроид назвал мое имя, и им стало ясно, кто я. Ну, как они думают.

Откуда-то из-за стола, за которым сидел робот, выдвинулось искусственное щупальце и вкатило в плечо Игорьку инъекцию. Он пошатнулся. Накачанные парни, все это время равнодушно стоявшие возле андроида, подхватили Бабуркина и отнесли к стене, где положили его на пол. После этого очередь двинулась. Мужчина передо мной быстро прошел проверку у робота и отправился в кабинет позади него.

— Анна Айнэнэнай. Вы не имеете при себе ничего запрещенного. Вы деклассированы и обязаны находиться на Глеффате.

Ну славтегосподи, первую проверку прошла. Дверь в кабинет позади андроида не открывалась — предыдущий посетитель еще не вышел. Оттуда не доносилось ни звука — шумоизоляция была на высоте. Подождем. Между тем, вскоре за мной и тут заняли очередь.

— Госпожа, вы так прекрасны и щерды, позвольте по древнему обычаю облобызать вам ручку? — спросил Смард Чекушка.

Я брезгливо отдернула руку.

— Осмелюсь просить щедрую госпожу и мне пожертвовать на поправку здоровья, — ничуть не смутился Чекушка, — А если госпожа готова платить только за устранение неудобств, то я всегда готов эти неудобства для нее создать.

Я взглянула на него как на идиота и промолчала.

— Вижу, госпожа мне не верит, — вздохнул этот прилипала, — Тогда я скажу господину проверяющему в этом кабинете, что вы появились на таможне вместе с тем инопланетянином, которому давеча оплатили инъекцию, а потом вроде его и знать не знаете.

Упс, Шушпанчик, тебя шантажируют. Конечно, в фильмах часто говорится о том, что шантажистам уступать нельзя, иначе они так и будут тянуть, пока у вас есть что тянуть. Но создатели фильмов не были в такой ситуации, как я. Я ему, конечно, заплачу, чтобы он промолчал. Вот только надо это как-то замаскировать.

— Не интересно, — лениво сказала я, — можете предложить что-то более полезное, чтобы заработать пожертвование на поправку здоровья?

— А что госпожу интересует? — оживился Чекушка.

— Мне понадобятся советы о том, как здесь устроиться. Вы ведь здешний, живете на Днище?

— Госпожа чрезвычайно проницательна. — деланно восхитился Чекушка, — Буду счастлив побыть ее советчиком.

Я бросила ему четвертак, который он ловко поймал и сразу сунул за щеку. Я отвернулась и мы еще немного постояли молча. Потом вышел предыдущий посетитель и оставил гостеприимно раскрытой дверь в кабинет. Ну что же, пойдем и мы к господину проверяющему.

Проверяющий был не один. За ближним столом сидела полная женщина, которая попросила меня выложить из саквояжа все свои вещи, а также снять ювелирные украшения. Для осмотра, как пояснила она.

— Это фамильные серьги и перстень, я не могу их отдать, вдруг вы их украдете? — заартачилась я.

Я говорила, что это женщина? Нет, это бабища. Она медленно поднялась из-за стола, нависла надо мной и вдруг ткнула мне в шею шокером. А потом равнодушно повторила приказ. Было больно. Я реально испугалась и послушалась. За всем происходящим внимательно наблюдали глаза мужчины, сидящего за дальним столом. Бабища перебирала и трогала мои вещи, а также проводила над ними какой-то штукой, искателем… уж не знаю чего. Этой же штукой она поводила и вдоль моего тела. Не найдя ничего предосудительного, разрешила забрать все обратно, а потом кивнула мне в сторону дальнего стола.

— Госпожа Айнэнэнай, присаживайтесь, — по-доброму улыбнулся мне мужчина с голубыми глазами-буравчиками.

Я бы даже поверила в эту доброту, если б не видела, как он спокойно наблюдал за нападением на меня его сотрудницы.

— Вы уж простите нашу Фрю, она делает то, что положено по инструкции, — все же счел нужным объясниться он.

— Фрю? — растерянно нахмурилась я.

— Ну да, Фря — это ее прозвище, или кличка. У нас на Днище, видите ли, почти все носят прозвища вместо имен или фамилий. Это часть местной культуры, морально подбадривает жителей и способствует, если угодно, чувству патриотизма.

— А у вас какое прозвище? — спросила я.

— Можете обращаться ко мне "господин Смотрящий", — ответил мужчина, — но мы сейчас будем говорить о вас. Видите ли, мне надо убедиться, что вы — именно та, за кого себя выдаете.

— Да кто же сам сюда захочет перемещаться? — фыркнула я.

— О, содружество постоянно пытается внедрить сюда своих агентов.

— Зачем? — индифферентно спросила я.

— Боюсь, если я стану это объяснять, мы опять удалимся от вашей персоны, а там ведь ждут своей очереди и другие прибывшие.

— Подождут, — продолжала я отыгрывать жену Дэниела, — А что будет, если вы решите, что я — шпион?

— Да ничего страшного. Мы просто отправим вас обратно.

— Да? Ладно, признаюсь. Я — шпион.