ГЛАВА 17

Бандит ничего мне не ответил. Он встал из-за стола, и, раздувая ноздри, сказал:

— Забейся в свою "берлогу", Шушпанчик, и не высовывайся. А если высунешься — ходи с оглядкой. Иначе и не увидишь, от кого пулю словишь.

— Спасибо за предупреждение, — серьезно сказала я, — Только не трудись меня выслеживать, Волчара. Я скоро сама приду к твоему логову, в котором ты, похоже, пригрел того, кого я разыскиваю. За ним приду, не за тобой. А если ты будешь помехой в этом и угрозой — тебе не жить. Но у тебя еще есть время передумать. Выдай мне его. Ты получишь не только обещанные деньги. Я придумаю и помогу создать для тебя бизнес. Для твоего севера. Богатый бизнес.

— Поздняк метаться, Шушпанчик, — хрипло рассмеялся довольный Волчара, отходя от стола спиной вперед, — Зачем мне налаживать новый бизнес? Я заберу твой. А денег мне гость отвалит, когда я тебя замочу. У него их всяко больше, чем у всей семейки Айнэнэнаев.

— Ты ведь знаешь уже, откуда они у него? — торопилась спросить я, пока бандит еще разговаривал.

— Догадываюсь, — ухмыльнулся тот, и вышел из обеденного зала.

— Что за хрень тут еще, а, Шушпанчик? — спросил Дрын, — Что за загадочный гость? Я думал, речь о какой-то шушере, наехавшей на твоего члена банды, но тут, видать что-то другое.

Я немного помолчала, потирая пальцы. Сосредоточенно думала. С одной стороны, Смотрящий говорил, что если объявить о том, что беглец — всемирно известный Фодрич, тут за версту несет интересами содружества, и моя охота на него меня выдаст. С другой стороны, мне могла понадобиться поддержка авторитетов, или хотя бы отсутствие помех с их стороны. А то так сегодня Фодрич купил Волчару, завтра купит Перо, и буду я скакать по всему Глеффату в попытках его поймать, как та блоха, еще сто лет.

— Мэр Принси поделился со мной одним секретом, — начала я врать, — Поскольку тамошние жители не считают себя уголовниками, они относятся к преступникам так же, как весь остальной мир. С осуждением, так сказать. А еще они сотрудничают со службой безопасности по некоторым вопросам. Нет, уголовной части Днища это не касается — вы же знаете, протестанты сюда не суются. Но на своей территории они соблюдают все законы, кроме брачных. В общем, к ним поступила информация, что сбежавший с Зинтага генерал Фодрич находится на Глеффате, а поскольку он перед побегом развелся с женой, то он, скорей всего, в Принси.

— А что это мэр так разоткровенничался с тобой? — подозрительно спросил Перо.

— С учетом моей личной истории, — вздохнула я, — Это ведь генерал был главой того заговора и агентурной сети, которую выловили тогда на Тауине. И в которую в свое время впуталась и я. И мэр, узнав, что я ненавижу за это Фодрича всей душой, похвастался, что он велел собрать в мэрии всех жителей Принси, переместившихся через таможню после исчезновения генерала. И мол, сейчас он будет выявлять среди них Фодрича. Предложил мне понаблюдать за этим через стекло комнаты для допросов. А я была там вместе с Рейной. Она входила к задержанным и разносила им напитки. Один из задержанных вскочил и по-зинтагски заявил, что она похожа на Таисию Айнэнэнай, что она ее младшая сестра или сама Таисия. Схватил испуганную девчонку и приставил к ее шее отбитый стеклянный фужер. Так, с заложницей, он и вышел из мэрии, а потом скрылся.

— Что же ты его не пристрелила, как Однорукого, прямо там? — спросил Колун.

— Я хотела, даже пистолет достала. Но меня схватил за руку охранник мэра и не дал выстрелить. Рейна, к счастью, осталась жива, а мэр уверился в том, что этот человек — именно Фодрич и посетовал, что тот покинул Принси, и у них не получилось его изловить и получить плюшки от содружества за это.

— Что получить? — поднял брови Перо.

— Не знаю, что им обещали. Но что-то точно обещали.

— И тогда ты тоже захотела получить те плюшки? — подыграл мне Смотрящий, — Твой поиск обидчика этой Рейны вышел слишком уж громким.

— Я… надеюсь, что за это меня простит муж. Что он не будет со мной разводится, и мы еще будем вместе. С ним и с нашим сыном, — опустила я голову.

Подумала о Клиффорде, о том, как сильно я скучаю, и неподдельная слеза скатилась у меня по щеке.

— Бабы, — сплюнул Дрын.

— Какой ты авторитет, если только и мечтаешь, что выбраться отсюда? — презрительно спросил Перо.

— Какой есть, — вздохнула я, промокая щеку салфеткой, — Вы же помните, я стала авторитетом вынужденно.

— Ну, как родитель, я ее понимаю, — пожал плечами Смотрящий.

— Но пока я все-таки местный авторитет, — твердо сказала я, словно и не плакала вовсе только что, — поэтому скажу вот что. Этот Фодрич — не уголовник, он не наш человек. Он даже не тауинец, как все мы и как весь наш народ. Он проник на Глеффат под видом другого человека, который уже жил до этого в Принси, занял его место. Где настоящий Нис Тэмтэмбай — можно догадаться. Таким образом, он нарушил законы не только содружества. Он нарушил все понятия Днища. Его необходимо найти и убить или упаковать и отправить подарочек содружеству. Не плюшек ради, а наших понятий. А Волчара пригрел его у себя. Тоже пошел против понятий.

— Заметили — Волчара ушел один? — спросил Смотрящий, — Раньше он всегда уходил последним или вместе со всеми.

— Он говорил со мной почти открытым текстом про Фодрича, — добавила я, — И не мог не думать, что я вам расскажу все, что знаю.

— Словно он сам ушел из авторитетов, — сказал Перо.

— Словно списал нас, — сказал Колун, тяжело глядя перед собой.

Все помолчали, оценивая новый расклад.

— Из логова Волчары этого Фодрича будет трудно выковырять, если они там закроются, — задумчиво продолжил Колун, — ты же не видела его крепость, Шушпанчик? Волчара хвалился, что она неприступна, а осада бесполезна, потому что его цитадель автономна и самообеспечена полностью.

Что? Опять крепость? Вот за что мне это, а?

— А еще у Волчары много оружия, — сказал Перо, — Он всех силовиков под себя старался подгрести.

— Готовился к войне с вами, что ли? — спросила я.

— Хрен его знает, — досадливо бросил салфетку Дрын, — Я всегда думал, что он просто параноик.

Колун и Перо кивнули.

— У нас мало бойцов, даже у всех вместе взятых, будет не больше, чем у одного Волчары, — сказал Перо, — если после этого он пойдет на нас — перещелкает по одному, как орехи. А мы все со своими силами против одного него — тоже неизвестно, чем кончится.

— А если… — решилась я, — У меня в банде есть Пульха Старшина. Она воевала как раз против сил Фодрича в составе взвода добровольцев. Что, если она посодействует привлечению военных из большого мира?

— Ты рехнулась? — спросил Колун, — Чтобы мы сами впустили сюда содружество, которое ринется потом наводить тут свои порядки?

— А если не ринется? Если впустить их только на одну операцию? В конце концов — это не наша война. К нам уже проник этот чужеродный элемент — беглый генерал. У него есть враг — содружество. Нам здесь не нужны ни тот, ни другое. Так дадим им возможность друг с другом схлестнуться и убраться отсюда. Зачем мы будем своих силовиков подставлять?

— Затем, что это наши дела. — сказал Дрын, — Мы здесь власть, и должны всем показать, что авторитет — это не дутый шарик.

Остальные молчали, не возразили Дрыну. Мое предложение не прошло. А жаль.

— Ладно, я в любом случае буду действовать, как собиралась. Пойду на север со своими. Разведаю, как там и что. Может, еще и не понадобится война.

— Или тебя Волчара мочканет, как обещал, — усмехнулся Перо.

— Ага. Но тогда у вас не станет одной проблемой меньше. Симбиоз Волчары и Фодрича останется против вас. Или же вам придется отдать Волчаре мою банду и сделать вид, что против понятий он не поступал.

— Не страдай, Шушпанчик, — усмехнулся Дрын, — под Волчару мы не ляжем. Отомстим за тебя, хы-хы.

— И на том спасибо, — отразила я усмешку.

В "берлоге" я объявила всей банде большой поход. Вернее, почти всей. Ведун где-то путешествовал. Неожиданно отказался идти Винтиль.

— Простите, госпожа Шушпанчик, я идти не могу. Никак не могу.

Спрашиваю о причине, он — "не могу", спрашиваю "боишься?" — молчит.

— Винтиль, ты в банде уже давно, и под моим руководством не первый день. Ты же стреляешь хорошо, Пульха тебя натренировала. Даже Кент с Мухой идут, даже Красява, а ты — не можешь?

— Простите, госпожа Шушпанчик, но я — по финансам. Я не могу воевать. Не могу.

Разозлилась я и выгнала Винтиля из банды. Нет, с одной стороны, он ко мне в солдаты не нанимался. С другой — все-таки состоял в членах банды, не просто наемником на зарплате был, делил с бандитами деньги, тренировали его тут физически, кормили, стрелять научили… Это как бы предполагает, что в случае чего ты за банду идешь как за себя. А он даже признаться не мог, что боится. Или хоть другую причину бы придумал, я б, может, сделала вид, что поверила.

Я вздохнула.

— Может, еще кто-то "не может"? Сейчас — удобный шанс, чтобы соскочить без последствий для себя. Дальше может быть опасно.

— Мы с тобой, Шушпанчик. — твердо пропищала Пульха.

Ну, в ней-то я и не сомневалась. Эх, мне бы сейчас мой прежний добровольческий взвод во главе с сержантом Кригом Заноем, да только все добровольцы разъехались по своим мирам и домам, занялись своими семьями да науками… Больше никто не соскочил. Мы собрали сумки и легли спать, собираясь выходить поутру. Но поход пришлось немного отложить.

По заведенному мной порядку вход к нам во двор постоянно охранялся — днем двумя силовиками, ночью — одним силовиком и приданным ему в усиление стареньким андроидом. Утром обнаружилось, что мы потеряли обоих. Парень был убит тихим выстрелом из пистолета с глушителем, а андроид самоотключился после того, как сунул свою руку в ручку двери и заблокировал ее. Убийца или убийцы внутрь не проникли — забор у нас был высоким и с острыми осколками по его верхнему краю. На улицу мы вышли через здание издательства, находящееся по соседству. Убийцы просто не знали, что у нас есть этот проход, а то бы воспользовались им. Я проверила нашу основную дверь на наличие мины-гранаты, и только тогда мы ее открыли.

Кто именно был или послал убийц, догадаться несложно, с высокой долей вероятности. Волчара.

Пришел притихший Чекушка, принес записку от Смотрящего. Этой ночью были также убиты Колун и Перо. Дрын ночевал в борделе, и убийцы его просто не застали. Охранники казино сказали, что видели троих людей в плащах с капюшонами, серыми тенями в предрассветной мгле скользнувшими со второго этажа здания казино "Маржа", где у Дрына была квартира. Пустая в тот момент, по счастью. Сам Смотрящий этой ночью отстреливался. В его дом проникнуть не легко, вдобавок сработала сигналка, разбудившая таможенника. Кого-то он убил или ранил — возле дома обнаружилась кровь. Трупов нет, впрочем.

Смотрящий написал, что Дрын и он сам будут держать собственную оборону, поэтому бойцов мне не дадут. Решать, как жить дальше, будем после того, как я вернусь из похода.

А еще Смотрящий попросил вернуть в банду Винтиля. Этот гадский финансист, оказывается, работает на него. Постукивает обо всем, что происходит в банде.

Я написала Смотрящему ответную записку, где изложила состояние наших дел. Винтилю разрешила вернуться. Просто подумала — ну я же в банде не надолго, а Смотрящему в тягость сейчас нового бандита вербовать, не уймется ведь. Пусть уж лучше известный нам стукач будет. Опять же, за финансами-то нужно следить кому-то. Никому в банде про "двойное дно" Винтиля я не сказала — проболтаются ведь, да и ни к чему им знать это.

Так что выступили мы в поход только после обеда — сперва похоронили погибшего, помянули, да провели для Винтиля инструктаж по охране особняка в наше отсутствие.

А еще мне пришлось сделать то, что я откладывала так долго, вопреки рекомендациям службы безопасности содружества. Как вы помните (а если не помните, так я напомню), в камне моей серьги было три маленьких серых горошины, разного тона. Самая темная — это защита от прослушки и визуального наблюдения, а вот самую светлую я использовала теперь. Это была защита кожи от повреждения и проникновения через нее посторонних предметов. Она образовывала по поверхности тела тончайшую незаметную внешнему взгляду пленку. Подчеркиваю — внешнему. Потому что поверхность глаз так же покрывалась этой пленкой, и мое зрение стало монохромным, как у полного дальтоника. Причем эта дурацкая пленка пропускала все выделения изнутри наружу, но ничего не впитывала в себя, в результате чего приходилось часто вытирать пот. Теперь вы понимаете, почему я не воспользовалась такой, казалось бы, полезной штукой раньше? А полезная она потому, что не пропустит пулю. Правда, предупредили меня, может быть небольшое сотрясение мозга при попадании пули в голову. Ну в общем, такая вот девайсина. Я бы с удовольствием одела в такие же всю банду, но эта штука была секретной, использовалась только отдельными лицами службы безопасности при исполнении операций.

Бандиты мои все посуровели. И до того было ясно, что не на прогулку идем, но вот так сразу начать со смерти ближнего мы готовы не были. Что порадовало меня, однако — никто явно не дрейфил. Даже укурки и Красява скорее были злы на Волчару, который очевидно захотел загрести в свои лапы все Днище. А как он управляет своими землями, все были наслышаны от Рейны. Никто не хотел для себя такого счастья.

Некоторое расстояние мы проехали на поезде, а потом пошли пешком. Двигалась банда хоть и на север, но не по той дороге, что вела кратчайшим путем к логову Волчары. Сперва я хотела выполнить обещание, давно данное Рейне — сопроводить ее к матери, чтобы она могла "отпроситься" или просто предупредить ту о том, что на какое-то время уходит в большой мир к своему отцу. Шушпанчик свое слово держит.