Глава 14

Откровение Каэлана повисло между нами невысказанной угрозой. Следующие несколько дней я провела в состоянии перманентной дрожи, ожидая, что из-за каждого угла на меня набросятся стража Совета Магов или же на голову свалится люстра по приказу какого-нибудь тайного врага. Но ничего не происходило. Только обычный придворный хаос, в котором мои личные катаклизмы терялись, как ручьи в бурной реке.

Тетя Лира, заметив мое состояние, ограничилась сухим замечанием: — Перестань ходить, как мышь на исповеди у кота. Это только привлекает внимание. Если уж быть мишенью, так делай это с размахом. По крайней мере, тогда все увидят, кто в тебя целился.

— Спасибо за совет, — проворчала я, перевязывая палец, который я только что порезала, роняя крышку от банки с пиявками. — В следующий раз, когда в меня будут стрелять, я обязательно устрою шоу с танцами и пением. Может, хоть аплодисментов дождусь.

Тем временем принц Рориан, казалось, решил, что лучшая защита для его нового «талисмана» — это держать его при себе. Меня то тащили на соколиную охоту (где я, споткнувшись, чуть не выпустила на волю любимого кречета его высочества, который, впрочем, тут же поймал улетающую утку, которую все остальные прозевали), то на поэтический вечер (где я, пролив вино на важный свиток, случайно проявила невидимые чернила, оказавшиеся похабными стишками о канцлере), то на прием в честь посла далекой южной страны.

Именно на этом приеме все и случилось.

Зал приемов «Золотой Рог» был одним из самых роскошных во дворце. Стены, обитые тисненой кожей с позолотой, гигантские камины, в которых пылали целые стволы деревьев, и столы, ломившиеся от дичи, фруктов и сладостей. Воздух был густ от смеси запахов — жареного мяса, дорогих духов, воска и человеческого пота.

Я, облаченная в очередное «нейтральное» платье, на этот раз тускло-сиреневого цвета, старалась держаться в тени колонн, по возможности за тетей Лирой, которая была здесь в качестве официального лекаря на случай, если кто-то переест или подавится косточкой.

Принц Рориан, сияющий в камзоле цвета спелого персика, восседал во главе стола рядом с послом — смуглым мужчиной в белых одеждах и тюрбане, украшенном изумрудом. Все шло чинно и благородно.

Именно в этот момент ко мне подошла леди Изабелла — та самая, что требовала от меня трюков в «Логове Дракона». На ней было платье из струящегося алого шелка, а в руках она держала изящный, расписной веер.

— Дорогая моя, — начала она сладким, как патока, голосом, — я просто обязана перед вами извиниться еще раз за свою бестактность в тот вечер. Позвольте предложить вам в знак примирения этот бездельный презент. — Она протянула мне веер. — Он сделан из перьев тропической птицы квезаль. Говорят, он приносит удачу.

Я с подозрением посмотрела на веер. Он и впрямь был прекрасен — перья переливались всеми цветами радуги. Но леди Изабелла не из тех, кто просто так раздает подарки. Особенно «простолюдинкам».

— Вы слишком добры, леди, — осторожно сказала я, принимая веер. — Но, боюсь, мне не стоит держать в руках что-либо хрупкое и ценное. Моя репутация говорит сама за себя.

— О, вздор! — она легонько хлопнула меня тем же веером по плечу. — Просто подуйте на него. Говорят, если подуть на перо квезаля и загадать желание, оно обязательно сбудется.

Ее улыбка была слишком широкой, а глаза — слишком блестящими. Мое внутреннее чутье, то самое, что предупреждало о падающих горгульях и летящих стрелах, забило тревогу. Этот веер был не просто подарком.

Я поднесла веер к лицу, делая вид, что хочу на него подуть. И в этот момент мои пальцы, всегда такие неуклюжие, дрогнули. Я не уронила веер. Нет. Я резко, будто отдергивая руку от огня, повернула его, и легкое движение воздуха от этого жеста направило струйку пыльцы с его перьев прямиком в лицо леди Изабелле.

Она ахнула и отшатнулась, зажмурившись. Почти сразу же ее лицо покрылось мелкими красными пятнами, а из глаз потекли слезы.

— Что… что это? — просипела она, пытаясь стереть с лица невидимый раздражитель.

В этот момент по залу прошел слуга с подносом, полным бокалов с игристым вином. Леди Изабелла, ослепленная слезами и паникой, сделала неловкий шаг назад и наткнулась на него. Поднос с грохотом полетел на пол, а бокалы разбились, обливая дорогой ковер и камзолы стоящих рядом гостей липкой жидкостью.

Всеобщее внимание, до этого сосредоточенное на принце и послу, разом переключилось на нее. Поднялся шум, смех, возмущенные возгласы.

Я же стояла с совершенно невинным видом, все еще держа в руках злополучный веер. Я подняла его и аккуратно понюхала. Сладковатый, едва уловимый запах горького миндаля. Цикута. Смертельный яд, который должен был попасть в мои легкие.

Леденящий ужас сковал меня. Это было не просто проделкой злой аристократки. Это было покушение.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с тетей Лирой. Она уже была рядом, ее лицо было жестким. Она взяла веер из моих дрожащих пальцев, поднесла к носу и тут же отшатнулась.

— Цикута, — прошептала она так, что слышала только я. — Нанесена на перья.

В этот момент к нам подошел лорд Каэлан. Он появился словно из ниоткуда, его темно-синий силуэт возник из толпы как воплощение холодного порядка. Он даже не взглянул на хныкающую Изабеллу, которую уже уводили ее служанки. Его взгляд был прикован ко мне.

— Мадемуазель Марсель, — произнес он, и в его голосе не было ни капли удивления. — Кажется, вы снова оказались в центре… событий.

— Это не я, — тихо сказала я. — Это веер…

— Я знаю, — перебил он он. Он взял у Лиры веер, аккуратно завернул его в носовой платок и спрятал в складках плаща. — Леди Изабелла… станет объектом пристального внимания моих людей. Но она пешка. Кто-то подсказал ей этот способ. Кто-то, кто знает о вашей привычке… поддаваться на провокации.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я прочитала не «я же говорил», а нечто более сложное — подтверждение его теории.

— Ваш дар, мадемуазель, не только делает вас мишенью. Он делает вас приманкой. Вы вытягиваете яд на свет, как губка. Ценой собственной безопасности.

Принц Рориан, наконец пробившись через толпу, подошел к нам, его лицо выражало беспокойство.

— Адель! Вы в порядке? Эта сумасшедшая Изабелла… она что, напала на вас?

— Все в порядке, ваше высочество, — сказала я, все еще чувствуя дрожь в коленях. — Просто… небольшой несчастный случай с веером.

— С веером? — Рориан посмотрел на меня с обожанием. — Боже мой, даже веера в ваших руках становятся оружием! Это восхитительно!

Каэлан бросил на него краткий, ничего не выражающий взгляд, затем снова посмотрел на меня.

— Вам не следует оставаться здесь. Лира, уведите ее.

Тетя Лира кивнула и, взяв меня под локоть, повела прочь из шумного зала. На прощание я обернулась. Каэлан стоял на том же месте, наблюдая, как мы уходим. Его фигура в темно-синем была островком спокойствия в море суеты.

В коридоре я наконец выдохнула.

— Он был прав. Кто-то пытается меня убить.

— Да, — коротко сказала Лира. — И, похоже, лорд Каэлан — единственный, кто понимает масштаб угрозы. Иронично, не правда ли? Твой главный обвинитель стал твоим единственным защитником.

Мы шли по пустынному коридору, и только теперь я заметила, что все еще сжимаю в руке что-то маленькое и твердое. Я разжала пальцы. Это была та самая брошка в виде опрокинутой вазы, подарок Рориана. Я схватила ее в момент паники.

Я посмотрела на ее острые, сверкающие грани. — Защитник? — тихо повторила я. — Или тюремщик, который предпочитает держать свой уникальный экспонат в целости и сохранности?

Я не знала, что страшнее — яд на перьях веера или ледяная, расчетливая опека лорда Каэлана. Но я знала одно: игра началась. И ставка в ней была — моя жизнь.