Глава 21

Ночь после пожара в беседке была долгой и беспокойной. Я ворочалась, и за закрытыми веками меня преследовали вспышки пламени, сильные руки, выхватывающие меня из огня, и темный, полный бури взгляд Каэлана. Его голос, сломанный и лишенный привычной ледяной оболочки, звучал в ушах навязчивым эхом: «Вы идиотка».

Утро застало меня разбитой. Я спустилась в лабораторию с темными кругами под глазами и с готовностью ухватилась за самую монотонную работу — перебирать и перемалывать в ступе сушеные корни валерианы. Ритмичные, дробящие движения хоть как-то помогали упорядочить хаос в мыслях.

Тетя Лира, бросая на меня оценивающие взгляды, молча поставила рядом кружку крепкого чая. Ее многозначительное молчание было красноречивее любых расспросов.

Дверь в лабораторию распахнулась, пропуская внутрь солнечный свет и… принца Рориана. Он был бледен, его обычно безупречный камзол цвета утреннего неба выглядел помятым, а в глазах читалась смесь обиды и решимости.

— Адель, — начал он без предисловий, — мы должны поговорить. Наедине.

Лира, вздохнув, отложила скальпель и вышла, бросив на меня на прощание взгляд, полный предостережения.

Рориан подошел ближе. От него пахло дорогим мылом и тревогой. — Вчерашний вечер… — он запнулся. — Каэлан… он вел себя неподобающе.

— Он спас мне жизнь, ваше высочество, — мягко напомнила я, не прекращая растирать корни. Ступка в моих руках была твердой и реальной, в отличие от зыбкой почвы этого разговора.

— Да, но… он держал тебя так… — Рориан сжал кулаки. — Как будто ты принадлежишь ему. А ты не принадлежишь ему, Адель. Ты… ты драгоценность. Редкая и прекрасная. И я не позволю ему обращаться с тобой как с… с инструментом в его экспериментах!

Я поставила ступку на стол с глухим стуком. — Ваше высочество, со всем уважением, но я не драгоценность и не инструмент. И уж точно никому не принадлежу. Я сама решаю, как мне себя вести и с кем общаться.

— Но он опасен! — воскликнул Рориан. — Он холодный, расчетливый фанатик! Он видит в тебе только аномалию, явление! Он не способен оценить тебя как женщину!

«А ты способен? — промелькнула у меня едкая мысль. — Ты видишь во мне забавную игрушку, личный талисман удачи».

— Лорд Каэлан, — сказала я вслух, подбирая слова, — честен со мной. Он не скрывает своих намерений. И в данный момент его намерения — защитить меня и понять природу того, что со мной происходит. А это, прошу заметить, в моих же интересах.

Рориан смотрел на меня с растущим отчаянием. — Ты защищаешь его. Боги, он уже втерся к тебе в доверие. Адель, он обманывает тебя! Он использует тебя!

В этот момент дверь снова открылась. На пороге стоял лорд Каэлан. Он был безупречен, как всегда, в своем темно-синем камзоле, но сегодня под ним виднелась кольчуга, а у пояса висел не церемониальный, а боевой кинжал. Его взгляд, холодный и острый, как алмаз, скользнул по Рориану, а затем устремился на меня.

— Мадемуазель Марсель, — его голос был ровным, но в нем вибрировала стальная струна. — Мне нужно поговорить с вами. Приватно. — Он специально сделал ударение на последнем слове, бросая вызов Рориану.

Принц вспыхнул. — Каэлан! Ты не имеешь права врываться сюда и приказывать!

— Имею, — холодно парировал Каэлан, не удостаивая его взглядом. — По решению Тайного Совета. Безопасность мадемуазель Марсель отныне является приоритетом государственной важности. И ее изучение — моей исключительной прерогативой.

Он сделал шаг внутрь, и его фигура словно заполнила собой все пространство маленькой лаборатории. Воздух снова стал густым и колючим, как перед грозой.

— Ты не можешь просто… — начал Рориан, но Каэлан перебил его.

— Могу. И буду. Ваше высочество, — наконец-то он посмотрел на принца, и его взгляд был подобен удару кинжала, — ваши… ухаживания… отвлекают мадемуазель Марсель и создают дополнительные угрозы ее безопасности. Вчерашний инцидент — прямое тому доказательство. Прошу вас, уделите внимание другим делам. Более подобающим вашему статусу.

Рориан побледнел как полотно. Это было не просто пренебрежение. Это было публичное унижение. Обличение его в некомпетентности.

— Ты… ты переходишь все границы, Каэлан, — прошипел он.

— Я охраняю границы, ваше высочество. Те, что отделяют порядок от хаоса. — Каэлан повернулся ко мне. — Мадемуазель, пройдемте. У нас мало времени.

Я стояла, чувствуя себя полем битвы между двумя этими мужчинами. Один предлагал мне позолоченную клетку восхищения, другой — суровую крепость изучения. И ни один не спрашивал, чего хочу я.

— Я еще не закончила с валерианой, — сказала я, указывая на ступку. — И, насколько мне известно, я все еще помощница лекаря Лиры, а не заключенная.

Каэлан нахмурился. — Обстоятельства изменились. Покушение с ядом, инцидент с огнем… Кто-то явно пытается вас устранить. Мои источники сообщают о возросшей активности в определенных кругах. Вам не безопасно здесь.

— А с тобой ей будет безопасно? — с горькой усмешкой вступил Рориан. — Или ты просто загонишь ее в свою башню из слоновой кости, чтобы ковыряться в ее мозгу пинцетами и заклинаниями?

Глаза Каэлана сузились. — Я предлагаю защиту, основанную на знании и логике. А не на слепом восхищении и пустых цветах.

Они стояли друг напротив друга — солнечный принц и ледяной маг, их вражда висела в воздухе почти осязаемой грозовой тучей.

И тут вошла тетя Лира. Она окинула взглядом всю сцену — взволнованного принца, холодного Каэлана, меня, застывшую между ними с пестиком в руке.

— В моей лаборатории не место склокам, — произнесла она ледяным тоном. — Ваше высочество, лорд Каэлан. Если вы хотите выяснять отношения, делайте это за ее пределами. Адель, корни не перемелются сами.

Ее слова подействовали как ушат ледяной воды. Рориан сжал губы, бросил на Каэлана последний ядовитый взгляд и вышел, громко хлопнув дверью.

Каэлан остался. Его взгляд был по-прежнему прикован ко мне. — Мадемуазель Марсель. Пожалуйста. Это важно.

В его голосе не было привычного приказа. Была… настойчивая просьба. Почти тревога.

Я вздохнула и отложила пестик. — Хорошо. Давайте поговорим. Но здесь. И без пинцетов.

Уголок его губ дрогнул. Почти улыбка. — Без пинцетов. Обещаю.

Он подошел ближе, и лаборатория снова стала маленькой. Он был так близко, что я видела мельчайшие трещинки в его маске холодности. Усталость вокруг глаз. Напряжение в скулах.

— Кто-то, — начал он тихо, — не просто хочет вас убить. Кто-то боится вас. Или того, что вы можете раскрыть. И этот кто-то имеет доступ ко двору и значительные ресурсы. До вчерашнего вечера у меня были подозрения. Теперь у меня есть доказательства. И вам нужно исчезнуть. Ненадолго.

Я смотрела на него, на его серьезное, озабоченное лицо, и понимала, что он говорит правду. И что какой бы сложной ни была его мотивация, желание защитить меня сейчас было искренним.

«Солнечный принц или ледяной маг? — думала я. — Возможно, правильный ответ — тот, кто не обещает рая, но готов спуститься в ад, чтобы тебя спасти».

Даже если его адом была холодная башня логики и анализа.