64

Неделя прошла относительно спокойно, если не считать двух ложных выездов. В первом случае неуравновешенный отвергнутый любовничек попытался устроить акт мести для своей несостоявшейся невесты. Основательно “приняв на грудь”, он ворвался в дом дамы сердца и из револьвера ранил отца девушки. Слава богу, не смертельно. Но самой виновницы дома не оказалось, поэтому мужчина пошёл на её поиски, жалуясь на женское коварство и размахивая оружием. Ещё до нашего прибытия повязали его несколько военных, встретившихся опасному дебоширу на пути.

Вторым же оказался любитель нехороших веществ. Находясь в своём неадекватном мире, он, к счастью, никого не покалечил. Просто отмахивался в притоне саблей от привидевшихся ему чудищ. Ловко запушенный Лапшиным табурет попал обдолбышу точно в голову и вырубил его.

В остальное же время мы почти скучали, зарывшись в бумаги и пытаясь по ним вычислить Ильина. Тем более, материалов у нас скопилось много. Люди обер-прокурора как следует прошерстили все больницы и госпиталя, пытаясь выявить сообщников упыря. Всех подозрительных я потом лично проверила своим даром - простые люди. Но было и несколько интересных личностей. Правда, задержать их не получилось. Они либо скоропостижно умерли, либо уволились и исчезли в неизвестном направлении. Причём и смерти, и исчезновения случились в одно и то же время. Аккурат на следующий день после нашего неудачного рейда в Николаевский госпиталь.

Ильин в очередной раз был на шаг впереди. Но мы всё равно не оставляли попыток его вычислить по отрывочным сведениям жизни предполагаемых сообщников. Благо жандармерия и полиция потрудились на славу, завалив нас бумагами по самую макушку.

- Всё не то, - в один из вечеров первым сдался Юрий. - Упырь подвесил перед нашим носом морковку, и мы идём за ней послушным осликом. До чего же основательная сволочь этот Ильин! Нигде не наследил!

- Спорное утверждение, - возразила я. - Мы знаем, кто он. А это уже немало.

- И что с того? Завтра Ильин купит новый паспорт и под очередным вымышленным именем уедет куда-нибудь за границу или на наши курорты. И всё. Можем хоть обыскаться, но ничего путного не найдём.

- Обязательно так и сделает. Но вы, Юрий, опять упускаете тот момент, что пока наш упырёныш не совершит третью серию убийств, никуда из Петербурга не денется. И отсиживаться в норе тоже не станет - ему ведь надо всё подготовить для правильного окончания ритуала. Так что рано или поздно он обязательно где-нибудь засветится. Поэтому давайте заново смотреть все бумаги по делу, а не посыпать голову пеплом.

На днях нам должны передать отчёты по чудесного излечившимся владельцам загородных поместий. Почти уверена, что кого-то из них и подцепил на свой привычный крючок Ильин.

- Будем надеяться, - вздохнул Саблин. - Ирочка, вы не забыли, что послезавтра намечается банкет в нашу с вами честь? Родители просили напомнить, что вам надлежит прибыть к ним завтра в полдень, чтобы мы смогли вместе поехать в наш загородный особняк. Именно там и состоится празднество.

- Забудешь тут… Признаться, боюсь его больше, чем встречи с бесноватыми. С последними даже легче: огрел дубинкой и в Кресты! С гостями подобное не прокатит.

- Ира! Вы, как всегда, бесподобны в своих сравнениях! - рассмеялся Юрий. - Но можете не волноваться. Я всегда буду рядом, так что оружие смело оставляйте дома. Да и публика намечается сплошь приличная. Кстати, Константин Петрович тоже приглашён, поэтому знакомые лица вам гарантированы.

- Да? Сам Победоносцев? Впервые буду рада встречи с ним.

Взяв с собой Анфису, на следующий день я явилась к Саблиным точно в назначенное время. Да не просто явилась, а с двумя объёмными чемоданами, набитыми платьями и прочими, необходимыми каждой приличной женщине вещами. Словно не на три дня собралась, а на ПМЖ.

Александр Григорьевич и Софья Константиновна встретили меня тепло. Уже как свою. Отобедав, мы погрузились в экипажи и направились в загородный особняк Саблиных. Увидев его, я проморгалась от удивления. Именно это роскошное здание я лицезрела в своём сновидении! Получается, оно пророческое? Тогда…

- Первыми у нас родятся девочки! - выпалила я на всю карету. - Близняшки!

- Вы уверены? - удивлённо спросил Александр Григорьевич.

- Да. Со мной недавно сон случился странный. Пересказывать его не стану, но в нём точно был ваш особняк. И если дом оказался реальным, то и две девочки из сна тоже не на пустом месте взялись.

- И давно это, Ирочка, с вами? - отчего-то нахмурившись, поинтересовалась Софья Константиновна.

- Что именно?

- Вещие сновидения.

- Впервые такое. Софья Константиновна, кажется, вы взволнованы. Отчего?

- Поговорим позже, - ушла от ответа она. - Сейчас не до этого.

Внутреннее убранство родового поместья Саблиных поразило меня своим великолепием. Войдя в вестибюль, я словно преступила порог другого измерения. Пол был выложен крупными плитами благородного серого мрамора, отполированного до зеркального состояния. Центральное место занимала широкая парадная лестница. Она являлась не просто конструкцией, а архитектурной поэмой. Массивные, покрытые лаком ступени из дуба и потемневшие от времени до шоколадного цвета, были покрыты тёмно-бордовой ковровой дорожкой. Резные перила извивались плавной волной. Взявшись за них, я словно почувствовала тепло сотен прикосновений всех тех, кто когда-либо поднимался по этой лестнице.

Очутившись на втором этаже, мы прошли через широкие двустворчатые двери в гостиную. В ней царил уютный полумрак. Мягкая мебель, обитая зелёным бархатом, позолоченные часы, стоящие на камине, китайские вазы - всё гармонировало между собой и приводило в восторг.

В столовой, как и на лестнице, царствовал дуб. Резные панели на стенах, массивный буфет с витыми колоннами и огромный круглый стол… Да тут не есть надо, а экскурсии водить!

И, наконец, библиотека. Я сразу же захотела в ней поселиться. Здесь пахло пылью знаний, кожей переплётов и чем-то ещё, незнакомым, но безумно волнительным. Книги, выставившие тёмные бордовые и зелёные корешки, стояли на стеллажах от пола и до потолка, заполняя собой всё пространство стен. В центре - основательное кресло с высокой спинкой. Рядом с ним стол, покрытый зелёным сукном, и торшер.

- Как же здесь волшебно… - отчего-то шёпотом произнесла я.

- Отрадно, что вам понравилось, - довольно ответил Александр Григорьевич. - По мне, это сердце дома. Приезжая сюда, я частенько сбегаю в библиотеку, когда хочу немного отдохнуть от окружающего мира. Наливаю в бокал вина, открываю книгу и погружаюсь в полную негу. И судя по вашим восторженным глазам, Ирочка, вы намереваетесь поступать так же. У меня появился конкурент!

- Меня всё приводит в восторг, а не только библиотека. В вашем особняке каждая вещь имеет свой голос, свою историю и правильное место, создавая ощущение не простого богатства, а неповторимого уюта.

- Лучше и не скажешь, - кивнула Софья Константиновна. - Я, когда впервые оказалась здесь, моментально влюбилась в дом. И он меня тоже сразу принял. Сколько лет прошло, но никак не могу привыкнуть к этому благословенному месту.

- Тогда отчего же вы живёте в столице? - спросила я.

- К сожалению, здесь мало людей, особенно зимой. А мы с мужем пока что ещё не до конца состарились, чтобы долгое время обходиться без общества. К тому же Юрий по долгу службы должен находиться в Петербурге. Хочется быть рядом с сыном. Но лето стараемся проводить в особняке. Пусть мужчины занимаются своими делами, а я хочу показать вашу спальню. Заодно и пошушукаемся.

Мои апартаменты, так как простым словом “спальня” это назвать было нельзя, произвели не менее яркое впечатление. Одна кровать с балдахином была достойна того, чтобы её воспевали в стихах! Софья Константиновна вежливо разделила мои восторги, но неожиданно быстро посерьёзнела.

- Ирина, не хочу откладывать важный разговор. И надеюсь, что он останется между нами.

- Вы про сон? - насторожилась я.

- Именно. Как вы знаете, я тоже подобное изредка вижу. Иногда хорошие вести несут в себе сновидения, иногда страшные, но… Началось всё, когда мне было семнадцать лет. Приснился статный красавец поручик. Он вёл меня к алтарю. Вы не представляете, Ирочка, сколько счастья я тогда испытала! Когда проснулась, даже расплакалась из-за прерванного сновидения. Как вы догадываетесь, тем поручиком был Александр Григорьевич. Когда мы через год с ним впервые встретились, я сразу же узнала его и поняла, кто будет моим мужем.

- Пока не вижу ничего ужасного, - улыбнулась я.

- Всё не так просто… - вздохнула Софья Константиновна. - Через десять дней после того сна нелепо погибла моя подруга. И так почти каждый раз: вначале вещее сновидение, а потом трагедия. Не всегда заканчивающаяся смертью, но обязательно случающаяся в течение нескольких недель. В последний раз я видела кошмар с вашим участием. А теперь и вы заглянули в будущее. Несмотря на то что светлое, но оно обязательно потребует свою плату. Ни Александру, ни Юрию я об этом никогда не рассказывала, иначе они с ума сойдут от волнения за меня. Но вы обязаны знать.Берегитесь, дорогая. Беда уже стоит на пороге.

- Спасибо, Софья Константиновна. Учту. Но ни мне, ни Юрию опасность не грозит, раз оба были в том сне.

- Вы себя видели в нём? Как бы со стороны?

- Я осознавала себя, своё присутствие. Всё как обычно в подобных случаях.

- Вы себя видели? - уже с нажимом повторила вопрос она.

- Нет.

- Плохо. Моя мать тоже обладала кой-какими способностями. И перед смертью ей приснился сон. Вроде бы тоже хороший, но она впервые со стороны себя не видела. Наутро мама позвала меня и сообщила о своей скорой кончине. Объяснила, с чего у неё такие предчувствия. Вскоре её не стало…

- И что? - начала закипать я от такого “карканья”. - Во сне я видела дочерей и отчётливо понимала, что они именно МОИ!

- А вот это странно, Ирочка… Нужно подумать. Быть может, судьба ваша ещё не до конца предрешена. Понимаю, что сейчас выгляжу полоумной старухой, но вы всё равно прислушайтесь к моим словам.

Настроение на день было испорчено. Юрий решил, что я опять разнервничалась из-за завтрашнего сабантуя, поэтому окружил меня заботой и лаской. Но это мало помогало. Софья Константиновна явно не запугивала меня, а искренне пыталась предостеречь. Ещё год назад я бы отмахнулась от подобных суеверий, но перемещение в прошлое и встречи со всякой потусторонней нечистью сильно изменили моё мировоззрение. Что-то грядёт…