Глава четвертая

– Злишься на меня?

Я чуть не поперхнулась горячим шоколадом, услышав до боли знакомый голос, прозвучавший со спины. Обернулась и с немалым удивлением увидела Тернара.

– Я присяду? – спросил он. Тут же, не дожидаясь моего ответа, подвинул стул и опустился напротив меня.

В столовой в этот момент было удивительно малолюдно. Видимо, по причине слишком раннего времени. Я предпочитала завтракать в числе первых. И свободных столиков более, чем достаточно, и тихо вокруг. Самое то, чтобы перед началом нового дня посидеть в одиночестве и подумать о своем.

– А ты наглец, – процедила я, откинувшись на спинку и безуспешно пытаясь испепелить Тернара негодующим взглядом.

Подумать только: еще и улыбается так широко и безмятежно прямо мне в лицо! Как будто решил, что я забыла его вчерашнюю выходку на экзамене по артефактологии, когда он объединился с Энни и обвинил меня в попытке покушения на нее.

– Значит, все-таки злишься, – констатировал Тернар, продолжая улыбаться. Пожал плечами и добавил вкрадчиво: – Лапонька моя, ну не дуйся! Приношу свои искренние извинения за вчерашнее.

Меня аж передернуло от его приторного обращения. Отчаянно захотелось выплеснуть остатки напитка прямо в его ухмыляющееся лицо. Желание было настолько велико, что я на всякий случай отодвинула кружку подальше. А то мало ли. Вдруг все-таки не выдержу и сделаю так. Сейчас мне лучше затаиться и не участвовать в студенческих разборках. Вэлнара-то в университете нет, а Эйнар вряд ли придет ко мне на помощь.

– Слушай, я просто не мог поступить иначе. – Тернар с нарочитым огорчением всплеснул руками. – Я обязан был поддержать Энни, хотя и понимал, что она не права. Но поверь: я искренне обрадовался, когда все завершилось благополучно для тебя. Очень рад, что лорд Блекнар оказался в нужное время и в нужном месте.

В последнюю фразу он вложил максимум ехидства, и я с недоумением покачала головой.

Что ему от меня надо? Он ведь прекрасно понимает, что я не верю ему. Однако с каким-то маниакальным упорством продолжает оказывать знаки внимания.

– Тернар… – начала было я, желая от всей души послать привязчивого парня ко всем мертвякам бездны мертвых.

– Кстати, у меня есть подарок, – невежливо перебил он меня. – Надеюсь, это немного загладит мою вину.

Я сразу же подумала про помолвочное кольцо. Неужели у Тернара хватит наглости попытаться надеть его мне на палец прямо здесь? В таком случае я его точно чем-нибудь тяжелым огрею.

– Ты сбреднил, что ли? – раздраженно и не заботясь о вежливости фыркнула я. – Тернар, мне от тебя никаких подарков не надо!

– А я уверен, что тебе это понравится.

И Тернар ловким жестом балаганного фокусника вдруг вытащил из-под полы жилетки цветок. Настоящую ярко-алую розу, чей тонкий аромат приятно пощекотал мои ноздри.

– Как я понял, украшения тебя не прельщают, – проговорил он. – Но что насчет живых цветов? Только представь, как тяжело их вырастить, когда вокруг зима и холод.

Не дожидаясь моего ответа, положил розу около меня на стол.

Я воззрилась на нее с нескрываемым ужасом. Не удивлюсь, если цветок внезапно обернется какой-нибудь ядовитой тварью.

– Ты сошел с ума, – процедила я.

Встала, с грохотом отодвинув стул. И не сводила при этом глаз с розы, всерьез опасаясь, что вот-вот она отрастит какие-нибудь жуткие шипы, которые метнет в меня.

– Амара, обычно девушки гораздо благосклоннее принимают такие знаки внимания, – с негромким смешком заметил Тернар, который с нескрываемым любопытством наблюдал за моей реакцией на его неожиданный подарок. – Брось. Роза не укусит тебя.

Язык так и зачесался рассказать противному парню, куда я хочу засунуть ему эту розу. Но я мудро придержала ругательство. Не стоит нагнетать ситуацию.

Неожиданно от дверей столовой послышалось приглушенное восклицание. Я посмотрела в ту сторону, откуда донесся звук, и увидела Энни.

Блондинка замерла на пороге и неверяще уставилась на цветок, лежавший на столе передо мной. Потом очень медленно перевела взгляд на меня. Ее лицо при этом исказилось от ненависти, более того – пошло знакомой едва заметной рябью. Видимо, иллюзорные чары, которыми девушка вновь воспользовалась, не выдерживали напора эмоций, нахлынувших на девушку.

О, да она и впрямь как будто искренне влюблена в Тернара. Даже удивительно, что она в нем нашла.

А впрочем, парень весьма симпатичен и обходителен. Вряд ли Энни знает, какое жуткое будущее ее ожидает, если ей когда-нибудь не повезет стать его избранницей сердца.

И внезапно мне пришла в голову догадка, как хоть немного исправить положение.

– О, Энни! – Я приветливо махнула девушке и прощебетала. – Как хорошо, что ты пришла!

Тернар изумленно кашлянул, вряд ли ожидая от меня подобной реакции. Он еще продолжал улыбаться, но между бровей нарисовалась крошечная морщинка недоумения.

Хм-м… Сдается, сцена вручения розы была специально подстроена так, чтобы Энни ее увидела. Но интересно: что он этим пытался добиться? Ведь наверняка знал, что я подарок не приму. Выходит, зачем-то пытается вывести Энни на эмоции.

Девушка между тем неторопливо подошла к нам. Склонила голову к плечу, глядя на меня со злостью.

– Что тебе надо от меня, безродная? – прошипела по-змеиному. – Зачем звала?

– Да вот Тернар спрашивал моего мнения. – Слова лжи легко и непринужденно выходили из моего рта. – Как у девушки. Хотел знать, понравится ли тебе такой подарок. И я ему честно сказала, что ты будешь в восторге.

Взгляд Энни немного потеплел, иллюзорные чары на ее лице перестали трепетать, грозясь в любой момент исчезнуть. И я увидела перед собой всю ту же совершенную в своей идеальной красоте платиновую блондинку.

– Правда? – дрогнувшим голосом спросила Энни, с каким-то жадным ожиданием повернувшись к Тернару.

Улыбка окончательно исчезла с его губ. Парню явно не понравилось то, как я выкрутилась из неприятной ситуации.

– Вообще-то, эта роза для Амары, – прямо и четко сказал он.

Энни явно такого не ожидала. Ее лицо опять поплыло, подбородок мелко-мелко задрожал от обиды.

– Ай, да брось! – поторопилась я вмешаться. – Всем прекрасно известны твои чувства к Энни. Ты ее так вчера на экзамене защищал! – И громким шепотом, как будто по секрету, сообщила Энни: – Он просто стесняется.

Блондинка робко улыбнулась, приняв мои слова за чистую монету. Опять посмотрела на Тернара влюбленным взглядом.

– Бери, бери розу! – подбодрила ее я. – Он очень старался тебя обрадовать.

– Спасибо! – восторженно выдохнула Энни.

Торопливо схватила со стола розу, как будто опасалась, что я опережу ее. И полной грудью втянула в себя тонкий аромат цветка.

– Из вас получится очень красивая пара! – во всеуслышание объявила я.

К этому моменту столовая уже наполнилась студентами, поэтому я перехватила немало заинтересованных взглядов, устремленных на мой столик. Украдкой подмигнула насупившемуся Тернару и рванула прочь, не дожидаясь, пока он придумает, как выкрутиться из сложившейся ситуации.

Пусть теперь сам объясняется с Энни. Вряд ли он захочет портить с ней отношения и на глазах у всего факультета отнимать цветок.

В коридоре я осмелилась остановиться и перевести дыхание. Вдруг услышала несколько громких хлопков, как будто кто-то аплодировал мне.

– Доброе утро, Амара.

И я изумлением увидела господина Трелони Беркса, который бесшумно выскользнул вслед за мной из столовой.

Как он тут очутился? Я была уверена, что в столовой одни студенты.

– Здравствуйте, – вежливо отозвалась я.

– Позвольте выразить вам свое искреннее восхищение. – Мужчина доброжелательно улыбался, но почему-то чудилась мне в этом какая-то фальшь. – Потрясающе, как легко и непринужденно вы с минимальными потерями вышли из непростой ситуации!

– А вы видели все с самого начала? – удивилась я. Дождалась его утверждающего кивка и добавила с еще большим недоумением: – Не заметила вас.

– Профессия, знаете ли, обязывает держаться в тени и не привлекать к себе внимания, – пояснил дознаватель. Без паузы продолжил: – Но речь сейчас не обо мне. Я бы хотел поговорить с вами. Наедине.

– Опять? – не удержалась я от ехидства. – Но зачем? Простите, но с момента нашей последней беседы я не узнала ничего нового об убийстве госпожи Листрат.

– Зато я узнал кое-что интересное. – Трелони Беркс все так же радушно улыбался, но вот его взгляд был слишком цепким и оценивающим. И по моей спине пробежал холодок, когда он добавил с нажимом: – Боюсь, Амара, это не обсуждается. Мне очень нужно с вами обсудить кое-что. Считайте это приказом. И учтите, что лорд протектор дал мне широчайшие полномочия для расследования убийства.

Как-то пугающее это прозвучало.

– Хорошо, – медленно протянула я. – Как скажете.

– Прошу.

Господин Беркс любезно взмахнул рукой, предлагая мне следовать за ним. И я обреченно поплелась следом, чувствуя, как тревожно заныло в животе.

Императорский дознаватель привел меня в тот же кабинет на третьем этаже здания, где мы с ним разговаривали в прошлый раз. Кивком указал мне на стул, но сам садиться не стал. Вместо этого резким и каким-то нервным движением вытащил из-за пазухи камень связи, накрыл его ладонью и сказал, обращаясь к кому-то невидимому по другую сторону заклинания:

– Она со мной. Жду тебя.

Ох, не нравится мне все это! И я застыла около стула, не торопясь опуститься на него. С силой вцепилась в спинку, не понимая, что происходит.

– Вы слишком напряжены и испуганы, – с обычной своей вежливостью, но уже без улыбки проговорил Трелони. – И зря. Честным людям не стоит меня бояться.

В животе заныло еще сильнее. Слишком странно прозвучала эта фраза. Как будто меня к честным людям дознаватель не причислял.

– Пока мы ждем, расскажите, как проходит ваша сессия, – предложил Трелони. – Как я слышал, вчера на экзамене по артефактологии произошел какой-то несчастный случай? Причем вы имели к нему самое прямое отношение.

– Это был именно что несчастный случай, – огрызнулась я. – Неудачное стечение обстоятельств. В итоге было решено, что я не имею к этому никакого отношения.

– Удивительная вы девушка, Амара. – Трелони покачал головой. – Настоящий манок для неприятностей. Пожалуй, я впервые встречаю человека, который с таким завидным постоянством попадает во всевозможные проблемы.

В его тоне при этом прозвучало неприкрытое осуждение.

Хм-м… Почему он так говорит? Такое чувство, будто знает и про прошлые мои приключения. Но откуда?

– Почему вы так решили? – спросила я.

– Потому что провел в университете достаточно времени, – честно ответил Трелони. – Я умею задавать правильные вопросы, Амара. А еще я умею внимательно слушать, при необходимости не привлекать к себе лишнего внимания, но главное: быть в нужных местах.

– И что вы выяснили про меня?

Трелони вместо ответа приподнял указательный палец, призывая меня к тишине. Почти сразу после этого дверь без предупреждающего стука распахнулась, и в кабинет вошел Фредерик.

С момента нашей последней встречи высший оборотень ни на каплю изменился. Невысокий, кряжистый, рыжеволосый, с яркими изумрудными глазами дикого кота. Несмотря на морозную погоду, он по-прежнему красовался в жилетке на голое тело, которая на грани приличия подчеркивала внушительный рельеф его мускулатуры.

Любопытно, он-то что тут делает? Или это с ним говорил Трелони по камню связи? Но тогда по какой причине дознаватель его пригласил?

– Доброе утро, Амара, – поздоровался Фредерик, подходя ближе. Ухмыльнулся, обронив вдогонку: – Давненько не виделись.

– Доброе, – пискнула я. Перевела взгляд на Трелони и вопросительно вздернула бровь.

Теперь хотя бы понятно, откуда императорский дознаватель знает про мои былые беды. Наверняка Фредерик ему рассказал про выходку детишек Кристофера Реднара, которые едва не стоили жизни не только мне, но и Коннору.

– Присаживайтесь, Амара. – Трелони опять кивнул на стул.

– Спасибо, я постою, – отказалась я.

– Сядьте!

В голосе дознавателя внезапно прорезалась сталь. Да с такой силой, что я сама не заметила, как бухнулась на предложенное место. Выпрямилась, покорно сложив на колени руки, как самая послушная студентка в мире.

Ого, как он умеет! От невысокого полноватого мужчины с залысинами на голове и слегка рассеянной улыбкой в последнюю очередь будешь ожидать подобную властность.

– Спасибо, – тут же вернулся к своему обычному вкрадчивому тону Трелони. Добавил с извиняющейся улыбкой: – Простите, но я полагаю, что разговор выдастся долгим.

Не дожидаясь от меня ответа, вытащил из кармана сюртука носовой платок и осторожно промокнул глянцево блестящий лоб, затем сел напротив меня.

Больше стульев в комнате не было, поэтому Фредерик остался стоять рядом со мной. И это, признаюсь честно, слегка нервировало. Не очень приятно, когда над твоей головой кто-то нависает. Особенно если этот кто-то – высший оборотень, способный в одну долю секунды превратиться в дикого зверя.

– Итак, Амара, как вы, наверное, уже догадались, я бы хотел обсудить с вами ход расследования, – начал Трелони, беззвучно постукивая подушечками пальцев по столу перед собой.

– Я вас внимательно слушаю, – прошелестела я в ответ.

– Увы, похвастаться успехами я не могу. – Трелони тяжело вздохнул. – Совсем не могу. У меня нет ни единой зацепки. И это, признаюсь честно, меня крайне тревожит и злит.

Я промолчала, с интересом ожидая, что будет дальше.

– Никогда прежде я не сталкивался с подобной неудачей. – Господин Беркс досадливо поморщился. – Уже больше месяца я провел в университете. И что в итоге? Ничего. Полный ноль. Да, за это время я многое узнал про студентов и их жизнь. Но это никак не помогает мне в расследовании. Про убийство я знаю сейчас ровно столько, сколько знал в первый день своего появления здесь. Это… Это просто немыслимо!

Последнюю фразу он выдохнул с нескрываемым раздражением. Вновь выудил из кармана платок и вытер теперь все лицо. Его пальцы при этом едва заметно подрагивали.

– Очевидно, что убийца госпожи Листрат предпочел затаиться, – продолжил дознаватель глухо. – И это… странно. Очень странно. Я был совершенно уверен, что вскоре он даст о себе знать. Возможно, произойдет новое нападение. Однако проходят дни – и ничего не происходит. Почему так, Амара?

– Откуда мне знать? – фыркнула я.

– А вы попробуйте порассуждать, – мягко предложил мне дознаватель. – Знаете, иногда полезно услышать чужие выводы, пусть даже самые нелепые и нелогичные. Это помогает по-новому взглянуть на дело и обратить внимания на детали, которые прежде счел несущественными.

Чудно как-то. Почему он предлагает это именно мне? Как будто не мог найти более подходящего собеседника. Того же Фредерика.

Я украдкой покосилась на оборотня, который был подобен сейчас каменной статуи. На лице – ни малейшего проявления никаких эмоций. Глаза отрешенно смотрят куда-то вдаль.

Однако мой взгляд Фредерик почувствовал. Моргнул и подарил мне равнодушную ухмылку.

Не нравится мне это! Очень не нравится!

– Ну же, Амара, – поторопил меня Трелони, недовольный затянувшейся паузой. – Не стесняйтесь. Я вас очень внимательно выслушаю. Честное слово!

– Я просто не понимаю, почему вы просите именно меня об этом, – скептически произнесла я, не торопясь выполнить его просьбу.

– Потому что, как я вам сказал при самом первом нашем разговоре: вы имеете наипрямейшее отношение к убийству госпожи Листрат, – с обескураживающей честностью ответил Трелони. – На это слишком многое указывает. Именно вы обнаружили тело. И именно вас она собиралась завалить на зачете, получив за это достойное вознаграждение от ее величества.

– А вам не кажется, что прежде всего вам стоило бы переговорить именно с ее величеством? – с еще большим скепсисом поинтересовалась я. – Не подумайте, что я обвиняю в чем-то императрицу. Но…

И опасливо замялась, не завершив фразу.

Ох, Амара! Придержи язык. Кто-кто, а тебе уж точно лучше помалкивать о своих подозрениях. Императрица уже показала себя весьма мстительной и коварной особой.

– А кто сказал, что я с ней не беседовал? – Трелони хитро усмехнулся. – Кстати, именно Элизабет пригласила меня на разговор. Она была очень встревожена, когда узнала о произошедшем. Видимо, прекрасно понимала, что Филипп Реднар немедленно расскажет про подкуп. Что, в принципе, и произошло. Но ее величество утверждала, что не имеет ни малейшего отношения к убийству госпожи Листрат. И я с ней согласился.

– Поверили на слово? – язвительно спросила я.

– Поверил доводам разума, – спокойно исправил меня дознаватель. – Как ни крути, но убийство в первую очередь было невыгодно как раз императрице. Именно из-за гибели госпожи Листрат стало известно про то, что Элизабет весьма нечестным способом пыталась добиться вашего исключения из университета.

Вспомнился мой разговор с Вэлнаром в фамильном замке рода Блекнаров на Пустоши. Он тогда сказал примерно то же самое.

– В конечном итоге, Элизабет из-за этого пострадала тоже, – добавил Трелони. – Говорят, ее отношения с лордом протектором в последнее время ухудшились донельзя. Их, правда, и прежде нельзя было назвать дружескими, но Эйнар мудро держался в стороне от всех семейных разборок своего брата. А теперь между ним и императрицей развернулась чуть ли не открытая война.

– Странно, – пробормотала я себе под нос и тут же пожалела об этом.

– Что именно вас удивляет в этой ситуации? – немедленно клещом вцепился в случайно оброненное слово дознаватель.

– Странно, что вы считаете, будто их отношения ухудшились именно из-за этого, – неохотно пояснила я. – Поверьте, лорд протектор будет просто счастлив, если я закончу обучение в университете досрочно.

– В чем-то вы правы, – согласился со мной Трелони. – У разгоревшейся вражды между Элизабет и лордом протектором действительно немало причин. Но факт есть факт. В активную фазу их противостояние перешло именно после смерти госпожи Листрат.

Я неопределенно пожала плечами, не сильно удовлетворенная этим доводом.

После смерти госпожи Листрат много чего произошло. Но спорить с дознавателем я не собиралась. Иначе еще что-нибудь лишнего ляпну.

Господин Беркс неполную минуту наблюдал за мной. Убедившись, что я не намерена ничего говорить, с едва заметным разочарованием вздохнул.

– В общем, эта ниточка оборвалась, не дав мне никакой информации, – продолжил он. – Осталась лишь одна зацепка: способ убийства.

Я неосознанно поморщилась. Картина кровавой расправы над несчастной женщиной мгновенно всплыла в моей памяти.

– Как я уже сказал вам прежде: поражает жестокость содеянного. – Голос Трелони лился мягко и спокойно. – Все указывает на оборотня. Естественно, именно с оборотнем я первым делом и решил побеседовать. А именно – с Фредериком.

Уголки рта Фредерика дрогнули в слабой усмешке. Но его лицо сразу же вновь окаменело, скрывая любые эмоции.

– Все это время, все эти недели мы пытались выследить оборотня. – Трелони нервно забарабанил пальцами по столу. – По всей территории университета были расставлены магические ловушки, призванные засечь нужную пульсацию ауры.

Магические ловушки?

Я выпрямилась еще сильнее, ощутив, как тревожно екнуло сердце.

Я про это и понятия не имела. Надеюсь, эти ловушки действуют только на оборотней. Или же Трелони клонит к тому, что ему стало известно о существовании Айса?

– Конечно, дело осложнялось тем, что здесь много необычных существ, – Трелони не сводил с меня глаз, и мне очень не нравилось это. – Одни хранители факультетов чего стоят. Но Фредерик помог мне и в этом. Благодаря ему я получил слепки аур всех существ нечеловеческой природы, которые обитают на территории университета. Мегги. Демоническая кошка лорда Блекнара. Филин Гриннаров.

– У зеленых драконов хранитель факультета филин? – поспешно выпалила я, пытаясь хоть как-то отсрочить неминуемое.

Сдается, теперь я понимаю, куда ведет разговор дознаватель. И мне это очень не нравится.

– Почему вас это удивляет? – вопросом на вопрос ответил Трелони и пожал плечами. – Совы и филины всегда считались символами мудрости и целительства.

– А… – начала было я.

– Не перебивайте меня, Амара!

Окрик господина Беркса прозвучал подобно удару хлыста, и я вся съежилась на стуле.

– В каждую ловушку были заранее помещены слепки аур. – Трелони вальяжно откинулся на спинку стула, и на его губах заиграла неприятная ухмылка. – Теперь я был уверен, что оповещение сработает лишь в том случае, если ловушка засечет ауру неизвестного существа нечеловеческой природы. И моя задумка сработала. Действительно, не прошло и суток, как это произошло. Казалось бы: вот и найден преступник. Жестокий убийца, расправившийся с бедной женщиной! Необходимо объявить тревогу и окутать весь университет сетью поисковых чар, потому что теперь у нас есть отпечаток ауры подозреваемого. Следовательно, мы знаем, кого искать.

Айс!

От тревоги за хранителя я с трудом могла дышать. Мою грудь словно сдавило тисками немыслимой тревоги за лиса. Я видела его вчера вечером. Утром он не показывался. Но такие отлучки были для него обычным делом. Иногда он и несколько дней мог не показываться.

Однако теперь, когда я услышала от Трелони об устроенной им охоте, беспокойство тупой иглой боли впилось в сердце.

Неужели Айс попался? Но как его могли поймать без шума? Уверена, что мой лис дал бы настоящий бой за свою свободу. И в поединке между ним и Фредериком я бы, пожалуй, поставила именно на Айса, пусть последний и не восстановил пока полностью свои силы. Хранитель намного древнее оборотня, раз помнит уничтожение рода Уайтнаров. Да и в любом случае, такую схватку я бы точно почувствовала – слишком тесно мы связаны.

Если только…

И я сжала кулаки от леденящего душу предположения. А что, если Фредерик действовал не один? Что, если ему помогал тот же Эйнар? Кто-кто, а лорд протектор точно должен быть заинтересован в том, чтобы я осталась без столь могущественного защитника. Когда Айс вернет все свои способности – то Эйнар больше не сможет диктовать мне свою волю.

Видимо, волнение слишком явственно отразилось на моем лице, потому что Трелони понятливо хмыкнул и заботливо осведомился:

– Может быть, налить вам воды, Амара? Вы сильно побледнели.

Боюсь, я расплещу весь стакан – так сильно у меня трясутся сейчас руки.

– Нет-нет, все хорошо, – торопливо отмахнулась я от предложения дознавателя. Кашлянула и спросила максимально ровно: – Следовательно, вас можно поздравить с успехом? Как понимаю, вы все-таки поймали преступника?

– Вообще-то, нет.

Я торопливо опустила голову, пытаясь скрыть в тени радостную улыбку.

Значит, Айс все еще на свободе. Счастье-то какое!

Осмелилась взглянуть на Трелони и заметила, что он тоже улыбается. Вот ведь… нехороший человек! Сдается, теперь я понимаю, почему он считается одним из лучших дознавателей. Он играет со мной, как сытый кот играет с мышкой. То давая надежду, то жестоко отбирая ее. Чем же завершится этот допрос?

– И в любом случае, называть преступником то существо, которое засекли наши ловушки, слегка преждевременно, – продолжил господин Беркс. – Мало ли какие совпадения случаются в жизни. Очевидно одно: в университете есть еще кто-то, о ком большинство и не догадывается. Нечто магическое и нечеловеческой природы. Но виновно ли оно в гибели госпожи Листрат? Спорно. Возможно, эти два события абсолютно не связаны между собой. Поэтому я решил понаблюдать за поведением этого загадочного существа. И достаточно вскоре выяснил еще один любопытный факт.

Ожидаемо сделал паузу на самом интересном, доброжелательно глядя на меня.

– И что же вы выяснили? – глухо спросила я, опять напрягшись в предчувствии чего-то дурного.

– Это загадочное существо почему-то очень привязано к вам, – негромко сказал Трелони. – Можно сказать, оно ходит за вами по пятам. А точнее – ходит с вами рядом. Не всегда, конечно. Но чаще всего.

Да, я ожидала услышать нечто подобное. Но все равно вздрогнула, правда, сразу же попыталась небрежно усмехнуться.

– Неужели? – пробормотала я омертвевшими от волнения губами. – Какая неожиданность!

– Амара, не стоит. – Трелони неодобрительно зацокал языком и пригрозил мне указательным пальцем. – Вы совершенно не умеете врать.

– И в чем же я вам вру? – все-таки осмелилась я на вопрос.

Трелони укоризненно покачал головой. Посмотрел на Фредерика.

– Нет, – ответил он на какой-то невысказанный вопрос, словно прочитав его в глазах дознавателя. – Его в этой комнате сейчас нет, ручаюсь.

О чем это они? Или вернее сказать – о ком?

И вдруг я приглушенно ахнула, догадавшись. Ну конечно же! Речь опять про Айса. Трелони позвал Фредерика именно для того, чтобы отследить появление рядом со мной Айса. У высших оборотней воистину легендарное чутье, поэтому он с легкостью выполнит эту задачу.

Трелони подался вперед, вперившись в меня пристальным немигающим взором.

– Амара, – проговорил сухо. – Право слово, давайте не ссориться. Вы прекрасно понимаете, о каком загадочном существе я вам говорю, не так ли?

Я промолчала, судорожно пытаясь сообразить, как же надлежит поступить.

Демоны! И с Вэлнаром ведь не свяжешься, чтобы попросить совета или помощи. Этот проныра дознаватель с меня глаз не спускает. Вряд ли он выпустит меня из кабинета, не добившись ответа на все свои вопросы.

– Послушайте, я не люблю повышать голоса, – вкрадчиво продолжил Трелони. – И тем более ненавижу это делать, когда беседую с такими очаровательными молоденькими девушками. Но поймите. Я должен знать правду.

И опять я ничего не сказала, стиснув подлокотники стула так, что от напряжения у меня побелели костяшки.

– Амара… – Трелони устало вздохнул. – Мне очень жаль, но вы вынуждаете меня…

Он не успел договорить. Фредерик вдруг насторожился и совсем по-собачьи принюхался, хищно раздувая ноздри. Его глаза вспыхнули призрачным зеленым пламенем.

– Тихо! – низким гортанным голосом перебил он дознавателя.

Господин Беркс с недоумением сдвинул брови, явно не понимая, что происходит.

Фредерик неполную минуту стоял, продолжая прислушиваться к чему-то, ведомое только ему. Затем мотнул головой и посмотрел на Трелони.

– Одна из ловушек сработала, – сухо уведомил оборотень. – Но… Это не то существо, которое постоянно сопровождает Амару. Точнее сказать, это вообще не существо. Однако зафиксированный выплеск энергии очень похож на животную ярость по своей силе и специфике.

– Как это? – растерянно переспросил Трелони.

– Я сам не понимаю. – Фредерик всплеснул руками. – Это была очень странная вспышка. Как будто оборотень возник, создал несколько заклятий в бешенстве – и исчез без следа.

– Далеко отсюда? – отрывисто спросил Трелони.

– Совсем рядом, – ответил Фредерик. – Прямо за изгородью, где оканчивается территория Реднаров.

Трелони стремительно поднялся на ноги, резким порывистым движением едва не опрокинув стул. Удивительно, но для своего возраста и солидной комплекции двигался он сейчас очень легко и быстро. Глянул на меня сверху вниз и тяжело обронил:

– Амара, я очень расстроюсь, если не обнаружу вас здесь, когда вернусь. А когда я расстроен – то становлюсь совсем другим человеком. Гораздо менее приятным в общении. Ясно?

– Предельно, – процедила я.

Губы Трелони дрогнули, как будто он хотел еще что-то добавить. Но в этот момент откуда-то со двора вдруг послышались встревоженные крики.

– Что там происходит?

Дознаватель рванул к окну. Сплющил об стекло нос, но тут же отшатнулся. Выругался так, что уши у меня вспыхнули ярко-алым огнем смущения.

Ого! Никогда бы не подумала, что столь солидный господин знает такие ругательства.

– Фредерик, за мной, – отрывисто кинул дознаватель. И стремглав выскочил прочь из кабинета.

Что он там такое увидел?

Сгорая от любопытства, я тут же бросилась к окну. Как и Трелони чуть ранее, прижалась к стеклу.

И тут же вскрикнула от ужаса.

Сегодня был солнечный морозный день, поэтому все происходящее во дворе предстало передо мной как на ладони. И первым делом я увидела ярко-красные пятна на сверкающем белом снегу. Их было так много, что казалось, будто кто-то неосторожный выплеснул целое ведро краски. Несколько человек столпились около изгороди по другую сторону, внимательно разглядывая что-то. Кто-то пронзительно визжал на одной ноте.

Но вот из здания выбежал Трелони, и я поразилась скорости, с которой грузный дознаватель преодолел путь с третьего этажа. Рывком миновал магическую защиту факультета и потрясенно замер. Правда, почти сразу опомнился, бросил что-то негромкое – и студенты послушно расступились перед ним.

– О небо! – выдохнула я, торопливо прижав обе ладони ко рту – а то тоже бы завизжала от ужаса.

Слишком увиденное напоминало сцену расправы над госпожой Листрат. Правда, жертвой на этот раз стал Орнар.

Двоюродный брат императора лежал на спине, безжизненно раскинув руки и ноги. Остекленевшие глаза мертво уставились в небо. На смертельно бледном лице застыло какое-то странное выражение – нечто среднее между детским удивлением и обидой. И тем страшнее был контраст с огромной рваной раной на его груди. Кто-то неведомый жестоко вырвал ему сердце, как и нашей преподавательнице по истории.

– О небо, – тихо повторила я и осела на стул позади.

Получается, убийца опять вышел на охоту.