Глава 21
Почему-то, в отличие от сороконожки Варига, тень Шулера показалась мне разумной.
Словно это была не тень, а младший партнер… товарищ? Фамильяр!
Точно, фамильяр!
В памяти тут же всплыл Ворон с каталогом татуировок. Как там было? Чешуя дракона? Интересно, он умеет говорить?
В том, что тень Шулера меня понимает, я даже не сомневался.
— Умею, — усмехнулся дракончик, показав острые клыки.
— Кто здесь? — тут же отреагировал Бруно. — Вы это слышали?
— Спокойно, Бруно, — я поспешил успокоить своего товарища. — Всё под контролем. Ничему не удивляйся.
— Хорошо, — покладисто согласился здоровяк, но, судя по эмоциям, он здорово робел.
Мимоходом взглянув на его тень — волны мрака лениво перекатывались за Бруно, принимая форму то тролля, то огра — я уставился на дракончика.
«Ты меня слышишь?» — мысленно произнес я.
— Слышу, — вслух подтвердил дракон. — Но к мыслеречи стараюсь прибегать только в крайних случаях.
— Почему? — не удержавшись, поинтересовался я.
— Люди слишком быстро сходят с ума, — дракончик совсем по-человечески пожал плечами, а я заметил, как вздрогнули его крылья, сложенные за спиной.
— Шулер? — я вопросительно покосился на воина.
— Есть такое, — кивнул он. — Гудха говорит со мной напрямую, без мыслеречи. Но я давненько не заходил в Темные зоны.
Судя по лукавому прищуру дракончика, Шулеру необязательно было находиться в Темной зоне, чтобы его тень или фамильяр мог транслировать воину свои мысли.
Вот только Шулер об этом, видимо, и не подозревал.
С этим драконом надо держать ухо востро…
— Ты что, расист? — изобразил удивление Гудха, снова прочитав мои мысли.
Я же, не отвечая на провокацию, принялся мысленно перебирать способы ментальной защиты. Не забывая при этом внимательно отслеживать эмоции дракона.
Первым делом я окружил свою голову колючей проволокой, на что дракончик чуть ли не в открытую усмехнулся.
Следом пришел черед высоченной каменной стены, затем огненной сферы, ледяного куба, виртуальных двойников, но все было бестолку.
Дракончик лишь довольно щурился, раскалывая мою защиту словно семечки.
— О, — произнёс Гудха, когда я погрузил свое сознание в трехмерный лабиринт, — интересная придумка. Сам-то не заблудишься?
— Не для того я в школе геометрию учил, — недовольно проворчал я.
С одной стороны, попытку можно было считать успешной, да и мой учитель математики, Владимир Семенович Мелентьев, был бы горд, что я творчески подошел к практическому использованию его предмета.
Но с другой стороны, дракон был прав — простенький лабиринт я ещё мог худо-бедно представить, но что-то действительно сложное было мне не по силам.
— А если так, — пробормотал я, прибегая к поистине смертельному оружию.
«Я календарь переверну…»
Судя по удивленному виду фамильяра Шулера, я встал на верный путь.
«На лабутенах, на…»
«О боже, какой мужчина…»
«Мало половин, мало, мало половин…»
Российская попса, бессмысленная и беспощадная, всплывала из темных уголков моего подсознания и буквально заполняла собой все мое сознание.
«Лада седан — Ба-кла-жан!»
Можно как угодно относиться к отечественной эстраде, но то, что она западает в голову и безостановочно крутится там весь день — это неоспоримый факт.
И на неподготовленного зрителя, точнее слушателя, она производит неизгладимое впечатление.
Человек или примыкает к армии фанатов отечественной эстрады, или в ужасе бежит куда подальше.
Во втором случае не обойтись без противоядия в виде старого-доброго рока или, на худой конец, оркестровой классики.
И я очень надеялся, что неподготовленный мозг дракона капитулирует.
— Какой любопытный мотивчик! — воскликнул Гудха. — Как там? Мало половин мало-мало половин! Какая экспрессия, какая глубина!
Я посмотрел на довольного собой дракончика и сокрушенно покачал головой.
Это и вправду была капитуляция. Окончательная и бесповоротная. Вот только не его, а моя.
Дракон же, в очередной раз прочитав мои мысли, расплылся в покровительственной улыбке.
— Неплохая попытка, — он с усмешкой похвалил меня и с издевкой добавил. — Для человека, разумеется.
Умом я понимал, что это шутка, и что он хочет раскачать меня на эмоции, даже понимал, что здесь, в Темной зоне, он имеет на это право, но…
Но я уже отвык от такого отношения.
Ярость вспыхнула сама собой и, дохнув во все стороны жаром, с клекотом вырвалась из груди.
Моя аура приняла форму феникса, и царящий в коридоре полумрак испуганно отпрянул в стороны.
— Хватит! — пискнул Гудха, прячась за Шулера. — Ты же сейчас сожжешь теневой каркас зоны!
Но я и не подумал слушать дракона и, наоборот, усилил свой нажим.
Моя аура, сила рода и суть феникса переплелись таинственным образом, и за спиной распахнулись огненные крылья, похожие чем-то на страницы раскрытой книги.
— Да всё! — заорал дракон. — Хватит, прошу! Не буду я лезть тебе в голову! Не буду!
Бруно, не понимая, что происходит, и действуя скорей на инстинктах, обнажил клинок и перегородил коридор.
Наверняка его терзали мучительные сомнения, почему голос идет со стороны Шулера, и что вообще происходит, но ни на секунду не позволил своим эмоциям перехватить контроль.
— Михаил, он прав! — Шулер прикрылся рукой от отблеска пламени и шагнул назад. — Ну же!
Я выждал ещё несколько секунд и усилием воли свернул свои… крылья.
На голове мрачно полыхала диадема, за спиной трепетали огненные крылья, а в руку так и просился клинок.
Нет, у меня был зачарованный меч Эслава, но… это было не то.
— Начнем сначала? — предложил я, загоняя проявившийся свет вовнутрь себя.
— С превеликим удовольствием, — тут же отозвался дракончик.
Он с опаской выглянул из-за Шулера, с грустью осмотрел опаленный коридор и недовольно продолжил.
— Меня зовут Гудха, и я местный… наблюдатель.
— Наблюдатель? — усмехнулся я и тут же нахмурился. — Впрочем, как скажешь. Мы здесь за другим.
— Золотой пьедестал, я знаю, — кивнул дракон. — Прямо по коридору и до конца. Главное, никуда не сворачивать.
— Почему? — тут же уточнил я.
— Проверка, — Гудха пожал плечами. — Золотой пьедестал получит только тот, кому он нужен сильнее всего.
— Ясно, — кивнул я. — Значит иллюзии всякие будут?
— Нет, конечно! — дракончик возмущенно махнул хвостом. — Это же Теневые червоточины! Ты отсюда хоть куда попасть можешь!
— Ладно, — я посмотрел на Бруно и Шулера, — А они так и будут зависать?
— Тут время течет по-другому, — охотно пояснил Гудха, — пока твое внимание не направлено на спутников, для них времени нет. Но как только ты о них думаешь или обращаешься, они, м-м-м, отмирают.
— Вот как… — я с сомнением посмотрел на своих спутников.
Теперь стало понятно, отчего они себя так вели.
Выходит, они сейчас стали походить на сам Золотой пьедестал — только выпустишь из головы, как мысль потихоньку забывается.
— Почему так произошло?
— Ты про своих товарищей или про Пьедестал? — уточнил Гудха.
— Про товарищей.
— Все из-за твоей короны и… феникса, — с явной неохотой ответил дракон. — И откуда только ты его взял?
— Что не так с Диадемой? — я не повелся на уловку Гудхи.
— Изначально она стала притягивать к себе все тени с этой зоны, — дракончик смерил меня задумчивым взглядом и невпопад поинтересовался. — Не будешь больше огнем жечь?
— Если не дашь повода, не буду, — пообещал я.
— Слава Сети! — буркнул Гудха и, выйдя из-за правой ноги Шулера, уселся на его сапог. — Долго объяснять, как тут все устроено, но твои друзья перестали существовать для Темных зон.
— Вот как… — пробормотал я, обдумывая пришедшую в голову мысль. — Ты сказал Темные зоны?
— Ну да, — подтвердил дракончик. — Если они здесь не застрянут и не превратятся в Теней, то смогут беспрепятственно посещать любые Темные зоны, даже несвязанные.
— Несвязанные? — я с трудом удержался от того, чтобы не подпрыгнуть от радости.
Если есть несвязанные темные зоны, значит есть и связанные! А значит, путь в Первый пояс есть!
— Да, несвязанные, — дракончик неожиданно навострил уши и обернулся назад. — Знаешь, Михаил, — в его голосе мелькнула тщательно скрываемая тревога. — Я могу рассказать много чего интересного, но, боюсь, мы можем не успеть.
— Почему?
— Видишь ли, — Гудха перестал всматриваться в полумрак коридора и уставился мне в глаза. — Твоя аура полыхнула слишком ярко.
— И? — меня ни на секунду не покидало ощущение, что дракончик специально тянет время, поскольку информацию из него приходилось тянуть чуть ли не клещами.
— И сейчас зона должна отреагировать.
— Гудха…
Видимо, в моем голосе мелькнуло что-то такое, что заставило дракончика перестать валять дурака.
— Сюда идут Объятья мрака, — Гудха поерзал на сапоге Шулера и покрутил в воздухе своим хвостом. — Это такие теневые крылья, которые вычищают из зоны все лишнее.
— Шулер и Бруно? — тут же уточнил я.
— Шулера я точно прикрою, — немного подумав, ответил дракон. — А вот Бруно, прости, не сдюжу. Только если ненадолго.
— А если я решу проблему с этими Объятиями? — что-то мне подсказывало, что у меня ничего не выйдет, но не спросить я не мог.
— Эта зона перестанет существовать, — с готовностью ответил Гудха. — С тобой точно ничего не случится, а вот с твоими спутниками шансы пятьдесят на пятьдесят. И если Шулера я подстрахую, то Бруно…
— Ясно, — поморщился я. — Так себе расклад.
— Зато тем, кто выживет, больше не надо будет бояться Темных зон! — с напускной жизнерадостностью заявил дракончик. — Вы их просто напросто не будете видеть!
— Здорово, — кисло подтвердил я. — Какие ещё варианты?
— Добраться до пьедестала, — тут же отозвался Гудха. — Вот только…
— Только что? — я из последних сил сдерживал рвущееся наружу раздражение.
Дракон совершенно точно был непрост и преследовал свои личные цели.
Об этом говорили его эмоции, об этом кричала моя Чуйка, и это подтверждала его оговорка про Сеть.
Местные про Сеть слыхом не слыхивали, а значит Гудха попал сюда с Порога.
И, судя по тому, как уверенно он себя здесь ведет, а также по излучаемой фоном скуке, он здесь довольно давно.
Соответственно, он как пить дать попытается использовать меня в своих комбинациях.
Возможно, лучшим решением было бы выпустить свою ауру и выжечь эту Темную зону изнутри, но тогда я потеряю возможность попасть в Первый пояс без полномасштабной войны.
Значит, придется подыграть дракону, но быть настороже.
— Только если кто-то из них, — дракон кивнул на моих товарищей, — свернет, на одну Тень в зоне станет больше.
— Если ты присмотришь за Шулером, то Бруно…
— Нет, — Гудха разочарованно покачал головой. — Я не могу туда идти.
Можно было узнать причину, но я нутром чувствовал, что, во-первых, Гудха сказал правду, а во-вторых, времени остается всё меньше и меньше.
— Ладно, — мозг, как это и бывало в минуты надвигающейся опасности, начал работать, как часы. — Я пойду один, а ты в это время присмотришь за Шулером и Бруно.
— Как я уже сказал… — начал было дракон, но я его оборвал.
— К сути, Гудха!
— Мне нужен золотой браслет, — дракончик перестал ходить вокруг да около и четко обозначил свой интерес. — Ты его сразу увидишь, он лежит на красной бархатной подушке.
— Если он там, то я его тебе принесу, — пообещал я. — Договор?
— И дашь послушать те удивительные песни? — прищурился дракон. — И ту, которая «Лада седан»?
— Господи, Гудха, ты серьезно?
— Это принципиальный вопрос!
— Да ради Бога! — кто я такой, чтобы стоять между драконом и Тимати?
— Договор, — тут же подтвердил Гудха и довольно улыбнулся. — Приятно иметь дело с разумным, а главное нежадным человеком! Я, Гудха Мрачный, Хранитель Седьмой Сокровищницы Вритры Великолепного, дозволяю взять тебе одну вещь кроме пьедестала!
Дракончик расправил плечи, выпятил вперёд покрытую матовой чешуей грудь и стал походить на облеченного властью государственного деятеля.
Такое невозможно подделать, а значит мои догадки про возраст Гудхи верны. Что до Вритры Великолепного — я точно где-то слышал это имя.
— Золото — это хорошо, — я медленно кивнул головой, пытаясь понять, откуда идет чувство тревоги. — Но больше всего меня волнуют теневые червоточины.
— Тут все просто, — вся важность Гудхи тут же улетучилась, и он снова начал ерзать на сапогах Шулера. — Зона будет показывать тебе то, что тебя волнует. Обычно это или семья, или возлюбленная, а может быть заклятый враг.
— Так, — кивнул я, — это понятно.
— Шагнув в червоточину, обычный человек имеет шанс оказаться именно в том месте, которое он видит. Не буду объяснять, от чего зависит вероятность, ты все равно не знаешь теорию теневых струн.
— Ну и не надо, — ничуть не расстроился я. — Ты же сказал — обычный человек…
— Все верно — подтвердил Гудха. — В твоем случае, — он кивнул на мою Диадему, — шанс составляет сто процентов. Не обойдется, конечно, без мороков, но ты их легко различишь. Тьма действует слишком уж топорно. Я бы даже сказал предсказуемо.
— То есть я смогу оказаться в том месте, которое мне покажут? — переспросил я, беря на заметку инфу про возможные мороки.
— Абсолютно верно, — кивнул дракончик. — Это будет то самое место. Более того, в твоем случае это будет ещё и та же самая линия вероятности.
Мне было дико интересно послушать про линию вероятности, к тому же у меня у самого имелись на этот счёт определенные мысли, но Чуйка уже вовсю подгоняла.
— В общем-то это все, — Гудха пожал плечами. — Если доберешься до конца, возьми сначала мой браслет, затем свой подарок, и только потом прикоснись к Пьедесталу.
Мне очень не понравилось его «если», но я лишь молча кивнул.
— Я смогу скрывать твоих друзей от Объятий мрака не более десяти минут, — Гудха оценивающе посмотрел на Бруно, чья тень превратилась в огромного великана, который держал в руке вырванную с корнем вековую сосну. — Возможно одиннадцать.
— Мне хватит пяти, — самоуверенно отозвался я и шагнул вперёд.
Дракон усмехнулся, но переубеждать меня не стал.
— Ах да! — Гудха сделал вид, что вспомнил что-то важное. — Даже если у тебя за плечом будут висеть Объятья мрака, не вздумай оглядываться, понял?
— Не оглядываться, — послушно повторил я, с трудом удержавшись от того, чтобы посмотреть на Бруно и Шулера. — Не сворачивать. Взять браслет на бархатной подушечке и прикоснуться к пьедесталу.
— И подарок, подарок не забудь!
— И подарок, — кивнул я, на деревянных ногах шагая вперед — в вязкую темноту коридора.
Из глубины души вмиг всплыли все детские страхи, и я замер — мне показалось, что где-то сбоку шевельнулась тень наемного убийцы.
По идее, если смотреть вперёд, то было видно теряющийся во мраке коридор, но если расфокусировать взгляд, то тьма тут же приходила в движение, вызывая животный ужас.
Пять минут… Да такими темпами я не то, что до Пьедестала, до червоточин не доберусь!
Рассердившись на себя, я шагнул вперед, но не успел пройти и нескольких метров, как по правой стене появилась распахнутая дверь.
Умом я понимал, что нужно идти дальше, что туда не надо даже смотреть, но голова повернулась сама собой, и я застыл на месте, не веря своим собственным глазам.
В комнате, прикованная цепью к дальней стене, стояла… Принцесса Рив.