Глава 25

— Где они? — на Оута, в отличие от меня, слова сержанта не произвели никакого впечатления.

— Ждут на площади, — отрапортовал Жижек, выпячивая грудь колесом.

— Ну пойдем, тогда, — вздохнул капитан, с сожалением поднимаясь из-за стола. — Да не робей ты, Миш! Всё нормально будет.

В принципе, я и не сомневался, что всё будет нормально. Вот только личность князя, хоть я его и не видел, вызывала во мне противоречивые чувства.

С одной стороны, я понимал, что князь — опытный политик, и, скорей всего, его прибытие на заставу связано с очередной политической комбинацией.

С другой, меня восхищала основанная им гимназия.

Наш учитель литературы, Алексей Александрович, всегда говорил, что государственность начинается с семьи и детского садика.

Что дети — это будущее страны и что правительство, забывшее про важность образования, неминуемо проиграет в большой политической войне.

И я, наблюдая сначала за своими одноклассниками, а потом однокурсниками, был с ним полностью согласен.

Большинству было плевать на знания, на поиск любимого дела и самореализацию. Всё, что хотели 80 % моих знакомых — потусить на вписке и списать полугодовую аттестацию.

Здешняя гимназия отличалась от наших школ как небо и земля.

Серьезный упор на практику, мотивированные гимназисты, престиж образования — всё это сквозило в каждом движении, в каждом поступке гимназистов.

Ну а социальный лифт, позволяющий одаренным вольникам учиться в одном классе с дворянами меня и вовсе восхищал.

Быть гимназистом было почетно, образование ценилось, и это был, как я понимаю, лишь один из путей к обеспеченной жизни.

Ну а человек, подобравший команду отличных управленцев, не мог не восхищать.

— Да я и не робею, — поморщился я. — Просто как-то… тревожно, что ли?

— Это все аура, — усмехнулся Оут, спускаясь вслед за Жижеком по лестнице. — Хотя тебя не должно особо накрывать, у тебя своя ого-го!

— Аура? — переспросил я, действительно начиная ощущать пусть и далёкое, но настойчивое влияние.

— Аура управителя, — кивнул Оут, неосознанно ускоряя шаг. — Третий ранг. Я видел князя дважды. И оба раза хотелось упасть перед ним на колени.

Хм, нет уж, увольте. Ни перед кем на колени я падать не собираюсь.

Хотя раньше бы не счел зазорным преклонить одно колено перед сильным лидером, но сейчас… Я сам иду по пути лидера.

И все сильные мира сего могут быть для меня только союзниками или партнерами, но никак не сюзеренами!

Слышать такие речи из уст мальчишки, конечно, смешно, но… Я знаю куда иду и вижу свою цель.

Пусть она и кажется слишком далёкой, слишком нереальной…

Но всё тот же Алексей Саныч любил повторять: «Целься в Луну, даже если промахнёшься, всё равно окажешься среди звёзд».

— Михаил? — окликнул меня Оут. — Ты смотри при князе так не зависни.

Мы как раз выходили с территории казарм, и здесь влияние княжеской ауры ощущалось ещё сильнее.

— Не думаю, что получится, — усмехнулся я, наскоро приводя свой внешний вид в порядок. — Это ж насколько тяжело находиться рядом с ним?

— Князь отлично контролирует ауру, — успокоил меня Оут. — Но гильдейским сейчас не позавидуешь.

— Это точно, — согласился я, выворачивая на главную улицу.

— Сэр! — Жижек отчего-то не спешил нас догонять, всё больше и больше замедляя шаг. — Разрешите остаться в казармах?

— Не разрешаю, — холодно ответил Оут. — Терпи, сержант. Это отличная тренировка. Нам ещё… — капитан покосился на висящий под крышей макрис, — кхм, ну ты понял.

— Есть терпеть, — уныло отозвался Жижек. — Так тошно!

— Жижек!

— Молчу, молчу…

Я мысленно хохотнул, сохраняя на лице маску невозмутимости. Всё-таки Жижек — забавный тип, который умеет разрядить любую ситуацию.

— Вон они, — Оут кивнул головой в сторону любопытной компании, выстроившейся на площади.

Слева стоял Дионисий, забыл его отчество, вроде бы Викторович? Рядом с ним Акакий Иванович — представитель князя.

По центру находился кряжистый мужчина, похожий на медведя. На его плечах висел меховой плащ, а сам он был одет в строгий сюртук.

Издалека лицо князя было видно плохо, но окладистая борода сразу же бросалась в глаза.

Князь с интересом рассматривал обильно потеющих представителей гильдий, которые явно чувствовали себя не в своей тарелке.

Да что там не в свой тарелке, им явно было плохо!

Чем ближе мы подходили, тем лучше было видно, как корежит гильдейских.

Женщина то краснела, то бледнела, крепко вцепившись в руку своего спутника. Ну а мужчина еле стоял на дрожащих ногах.

По его лбу катились ручьи пота, а мимика его лица, казалось, живет своей жизнью. Правый глаз дёргался, губы то скатывались трубочкой, то растягивались в неестественной улыбке.

— Борщит князь, — шепнул мне Оут. — Ещё немного и не с кого будет спрашивать.

— А чего с них спрашивать? — удивился я. — Может они и вовсе не знали про выкрутасы Гонди?

— Ты вроде разумный парень, — покачал головой Оут, — но иногда такой наивный. Всё они знали. Просто их сделали козлами отпущения. И вообще, ты в курсе, что ваши УГи были с сюрпризами?

— В смысле? — нахмурился. — Ребята ничего такого не говорили.

— Зато мне Олег много чего рассказать успел, — скривился Оут. — И про изношенные пружины, и про гремучее зелье в коленных суставах и про дисбаланс встроенных накопителей.

Я сглотнул, а по спине запоздало пробежал холодок страха. Я, конечно, подозревал, что подарок гильдейских будет с подвохом, но чтобы до такой степени…

Ох не зря мы пригласили отца Мирона, ох не зря! Славик бы точно не увидел эти подарочки… опыт ещё не тот.

— Если б не кузнец, хана бы вам пришла на пятой минуте боя, — подтвердил мои мысли Оут. — И где только такого спеца нашли?

— Сам расскажет, — шепнул я, понижая голос, поскольку до князя оставалось с десяток шагов. — Он теперь с нами до конца.

— Добрая весть, а теперь делай как я! — кивнул Оут, переходя на чеканный шаг, и повысил голос, на ходу обращаясь к князю: — Глава заставы, капитан Оут для доклада прибыл!

Конец его фразы закончился одновременно с последним шагом, и мы с капитаном замерли перед князем.

Моё тело сработало само — сказалась память предков, и строевой шаг у меня вышел не хуже, чем у капитана.

Князь одобрительно хмыкнул и с интересом посмотрел на нас.

Сбоку с облегчением выдохнули гильдейские, а я, наоборот, напрягся.

Стоило князю посмотреть мне в глаза, как на плечи навалилась свинцовая глыба.

Захотелось упасть на колени и склонить голову, забиться к какой-нибудь угол или щель — хоть куда! Лишь бы избавиться от невыносимой тяжести взгляда.

Я скрипнул зубами, чувствуя, как колени, наперекор моему желанию и воле, начинают подгибаться.

«Помогу», — слева послышался тихий голос отца.

«Выше нос, племяш!» — донеслось справа.

Тело налилось силой, дрожь прошла, и я гордо выпрямил спину.

Князь хмыкнул и наклонил голову набок, вперяя в меня свой пронзительный взгляд, и недавняя невыносимая тяжесть показалась мне лёгким пёрышком.

От дичайшей нагрузки захрустели кости, заскрипели сухожилия, а по верхней губе побежало что-то теплое и мокрое.

— Терпи, — еле слышно шепнул Оут, которому тоже приходилось несладко.

Эх, как бы мне сейчас пригодилась поддержка рода — моих дедов, прадедов и так далее! Но увы, вместо них я почувствовал лишь присутствие нашего классного, да Светозара.

Стало чуть полегче, но в следующий же миг тяжесть навалилась с новой силой. Но хуже всего, что мне резко захотелось в туалет.

И когда я уже почти сдался, не выдержав двойного давления, прямо передо мной появилась едва видимая тень Рив.

Она, склонив голову набок — один-в-один, как князь — посмотрела на меня… с любопытством.

Упасть на колени на глазах у любимой? Обидно, но бывает и такое. Обделаться перед ней?! Да черта с два!

Мои плечи сами собой распрямились, мышцы свело, а сам я твердо взглянул в глаза Рив. Та задумчиво усмехнулась и, бросив напоследок обнадеживающий взгляд, исчезла.

— Силён! — князь прикрыл глаза и давление тут же исчезло, словно его и не было. — Ежели все гимназисты такие, то я спокоен за будущее нашей земли.

Я промолчал, не зная, что на это отвечать и как вообще обращаться к князю.

— Когда я узнал, что гарнизон заставы вместе с гимназистами сумели отбить Волну я не поверил, — князь холодно посмотрел на Оута. — Но увидев запись…

Князь покачал головой, а я на миг увидел перед собой не могущественного и уверенного в себе правителя, а уставшего Воина.

В бороде появились проблески седины, под глазами темные круги от хронического недосыпа, лоб испещрён многочисленными морщинами.

Да и на эмоциональном плане князь излучал прежде всего вселенскую усталость.

— Триста восемь демонов, — князь повернулся к своему представителю. — Я правильно сказал, Акакий Иванович?

— Не считая сотни мелких паучков и дюжины вспомогательных конструктов!

— О как! — князь запустил пятерню в бороду и взглянул на управляющего «Золотым мечом». — А вы что скажете Дионисий Викторович? Ведь это вы, если не ошибаюсь, подарили пятёрке Дубровского УГи?

— По итогам вчерашней схватки, на счету у пятёрки, точнее семёрки Дубровского свыше двухсот поверженных демонов! А учитывая, что для выполнения задания нужно было одолеть всего двадцать, то на лицо десятикратная норма, и за всю историю «Золотого меча»…

Князь едва заметно прищурился, и Дионисий Викторович неожиданно икнул.

— В общем, — управляющий, несмотря на свой хлыщеватый вид, дураком не был, поэтому сразу понял намёк. — Пятёрка Дубровского поставила новый рекорд и пока что вырвалась на первое место в наших состязаниях!

Ого, мы что, обошли Громова?

— И если пятёрка Громова не успеет набрать двадцать очков до конца месяца, то…

— Практика гиманзистов завершается сегодня, — перебил Дионисия князь.

— Но… — Дионисий тут же погрустнел, — наши зрители…

— Вместо них прибудут выпускники гимназии, — князь всё-таки подсластил пилюлю.

— Что ж, — Дионисий с явным сожалением посмотрел на меня и вопросительно взглянул на князя, — тогда можно я…?

— Можно, — подтвердил князь, — и даже нужно.

Хлыщ откашлялся, принял пафосную позу и торжественно провозгласил:

— За великолепную игру и достойное поведение…

— Кхм, — негромко кашлянул князь, и управляющий тут же ускорился.

— Пятёрка Дубровского награждается высшей наградой наших состязаний! А именно… Золотым мечом!

Дионисий шагнул ко мне и на вытянутых руках протянул мне красную бархатную подушку, на которой красовался… золотой меч.

— По причине недомогания Романа Дубровского, меч вручается представителю пятёрки… Михаилу Иванову!

Князь едва заметно усмехнулся, но управляющий этого не заметил. Я же молча пожал плечами. Ну а что поделать, если у меня такая фамилия?

— Прошу! — Дионисий торжественно вручил мне клинок и тут же затараторил, — Но и это ещё не всё! Наши зрители настолько прониклись вашим достойным поведением, безграничным мужеством и высочайшей доблестью, в особенности…

— Кхм-кхм…

— Что мы решили сделать подарки каждому участнику текущих состязаний!

В руках Дионисия как по волшебству появились забавного вида очки — точь-в-точь, как у нашего физика — Тараса Ивановича.

— Окуляр Инженера для уважаемого Милослава! — управляющий вручил мне закрытый футляр.

— Бионический протез второго ранга для достойного Мирона! — Дионисий сунул мне второй футляр и извиняясь добавил. — Изначально мы планировали Громовой молот, но посчитали, что протез будет нужнее.

Я благодарно кивнул, в очередной уже раз меняя первоначальное мнение о Дионисии.

— Грамота торговца первого ранга для Филиппа Крудау! — Дионисий Викторович протянул мне туго свернутый свиток с золотой сургучной печатью.

Сбоку, не сдержавшись, присвистнул Оут и даже князь с удивлением взглянул на управляющего.

Про гильдейских я и вовсе молчу. Те смотрели на Дионисия, как на предателя рода человеческого.

— А вот этот макрис — подарок непревзойденному Михаилу, который без сомнения стал любимчиков наших зрителей.

Управляющий протянул мне небольшую коробку, в которых обычно дарят обручальные кольца.

— Это необычный макрис. Он позволит при активации обратиться к нашим зрителям практически из любой точки нашего мира!

Ого! На мой взгляд — это самый крутой подарок. Возможность обратиться к сотням тысяч людей… бесценна.

Похоже, так считал только я и, судя по горящим глазам, сам Дионисий. Что князь, что Оут отнеслись к подарку как к чему-то несерьезному.

— Ну а подарок Роману я вручу лично, ес… э-э-э, когда он придет в себя! Так же как несравненным Алексии Громовой и Айне Пылаевой! Ну и конечно же остальные гимназисты также получат именные подарки и статус почетных участников «Золотого меча»!

— Благодарю вас, Дионисий Викторович, — кивнул князь, перехватывая беседу в своих руки. — Ну а теперь, нам предстоит решить один важный вопрос.

Князь перевел свой тяжелый взгляд на задрожавших гильдейских.

— Совет гильдий обвиняется в намеренном покушении на гимназистов моего княжества. Я уж молчу о намеренном разрушении инфраструктуры заставы, взятой моим княжеством в аренду.

Так вот что мы здесь забыли! Аренда — хитро придумано. Наверняка ещё лет эдак на сто.

— Неужели гильдии хотят объявить дворянству и лично мне… войну?

Князь говорил спокойно и даже тихо, но каждое его слово будто выжигалось в мозгу.

Ну а стоило ему сказать про войну, как гильдейские и вовсе перестали дышать.

— Я могу простить покушение на себя, — веско произнес князь. — Но не на детей.

Гильдейские побледнели, а женщина и вовсе попыталась упасть в обморок.

— Но сегодня вашу судьбу будет решать… Михаил.

Князь кивнул на меня, а я чудом сдержал охватившие меня эмоции. Вот же старый интриган! Решил столкнуть лбами дворянство и гильдии, оставшись в стороне?

Я посмотрел на стоящего передо мной мужчину в меховом плаще, которому, казалось. было плевать на стоящую на улице жару, и поклонился.

Я до сих пор не понимал, как обращаться к князю, и, к сожалению, не услышал от Оута или Дионисия подсказок.

Что ж… Кажется ешё в школе я читал одну интересную книгу про попаданца, и в ней князь требовал обращения на «ты».

— Благодарю тебя, княже, — судя по удивлению, которое так и хлынуло со всех сторон, я сделал что-то не то. — Гильдейские уже выплатили контрибуцию?

Князь вопросительно посмотрел на гильдейских, и мужчина, то краснея, то бледнея, проблеял:

— Это, м-м, какая-то д-досадная ошибка! М-мы бы ни в жизнь…

— Я скажу так, — мне не нужно было смотреть на гильдейских, чтобы чувствовать их страх и ненависть. — Или управляющего Гонди к вечеру доставляют к нам, или… боюсь даже представить, что сделают с вами родители моих друзей.

— Увы, но управляющий Гонди исключен из гильдии на прошлой неделе и действовал он на свой страх и риск…

Вот же подстраховщики чертовы! Дурное дело нехитро — мигом сообразили, как задним числом увольнять неугодных!

— Что до раненых… Лучший целитель уже на пути на заставу, — выдавил из себя гильдиец. — Жизнью клянусь, что каждый из гимназистов будет жить! Более того, каждый из попавших под удар Волны, получит Малый курс укрепления тела!

— Мм… Наша пятёрка тоже получит всего лишь Малый курс? — я тут же уцепился за слова гильдийца, чьего имени я так и не удосужился запомнить.

— Ваша пятёрка получит Средний курс, — скрипнул зубами мужчина.

— А лежащий при смерти Роман?

— Высший, — мужчина со злостью пихнул локтем свою спутницу и та, выйдя из ступора, согласно кивнула. — Роман Дубровский получит Высший курс укрепления тела!

— … И всё? — князь с разочарованием посмотрел на меня. — У вашей пятёрки и у тебя, Михаил, разве не осталось больше никаких претензий?

— От лица нашей пятёрки будет говорить наш лидер, Роман Дубровский, — я пожал плечами, — когда придёт в себя. Что до меня лично… Конечно у меня остались претензии, но где я и где гильдии…

— Считаешь, что ты слишком слаб, чтобы тягаться с ними? — предположил князь.

Ну или не предположил, а попытался взять меня на слабо — спровоцировать на глазах у всех зрителей «Золотого меча».

— Это очевидно, — я улыбнулся князю. — Мне ещё учиться и учиться.

— А по вашему ночному бою и не скажешь, — покачал головой князь. — Что ты, что твои друзья действовали на уровне шестёрок-семерок. А Оут, — князь кивнул на капитана, — и вовсе исполнил на уровне десятки. Если это слабость, то что тогда сила?

— Во-первых, княже, нам помогали почти все жители заставы. И торговцы с их зельями и свитками, и… простые люди.

Я в самый последний момент удержался от того, чтобы упомянуть Кабула и его товарищей. Думаю, такая слава не пошла бы им на пользу.

— Один только Грозовой свиток «Гнев небес» чего стоил! Опять же УГи, подаренные уважаемым Дионисием…

Я посмотрел на гильдейских, решая про себя, стоит говорить про подлянки в предоставленных ими УГах или не стоит.

Решил не раскрывать карты раньше времени и продолжил:

— Поэтому, да. Я трезво оцениваю наши и свои возможности. Увы, но пока что я слаб.

— На что ты готов пойти ради Силы? — вкрадчиво уточнил князь, смотря на меня своим немигающим взглядом.

— На все, — твёрдо ответил я, — если оно не заденет мою Честь, не погасит Волю или не притушит огонь Любопытства.

— Достойный ответ, — немного помедлив, промолвил князь. — Тогда вот тебе моя награда!

В руках князя появился свиток со знакомой мне печатью и гербовая нашивка.

— Михаилу Иванову авансом даруется дворянство!

Оут, не сдержавшись, победно хлопнул меня по плечу, но я радоваться не спешил, ожидая подвоха.

— И ему выделяется надел в нашем княжестве с правом покупки недвижимости на данной заставе!

Так, последнее — это здорово, а вот насчет надела нужно всё хорошенько разузнать — наверняка там есть какой-нибудь сюрприз.

— Михаил обязан доказать своё право на владение наделом в срок до Инициации! Иначе, дворянство будет аннулировано!

А вот и подвох!

— Помимо этого, все гимназисты будут немедленно доставлены к стеле, чтобы каждый мог повысить ранг!

А вот это хорошо. Не знаю, остался ли на заставе Кабул и его статуи, и вряд ли мне получится это выяснить…

— И дар от меня лично! — князь сунул руку за пазуху и вытащил оттуда черную перчатку с вьющимися по ней серебряными узорами. — Михаил Иванов имеет право вызвать на дуэль любого Одаренного, будь тот дворянин, родович или княжеский чиновник…

Неплохо, вот только почему так занервничал Оут?

— Михаил Иванов имеет право немедленной аудиенции со мной…

Тоже интересная опция, которой я вряд ли воспользуюсь.

— Михаил Иванов имеет право объявлять войну за сферы влияния, но должен действовать строго по положению Чести.

А это, скорей всего, свинья гильдейским — князь всё же не отказался от мыслей наказать их моими руками.

— Михаил Иванов имеет право на найм приключенцев и основание своего родового святилища.

Так, ну это понятно, попытка привязать меня к земле. Спасибо, но нет. Этот момент я для себя уже решил.

— И последнее. Михаил Иванов, по достижению совершеннолетия и при условии отсутствия у меня насле… других наследников…

Оговорка князя про «других наследников» была настолько очевидная, что её точно заметили все вокруг!

Мне же, после фразы про «достижение совершеннолетия» и «отсутствие наследников» резко разонравилась и сама речь князя, и его чертов подарок.

— … имеет право претендовать на должность выборного князя!

Князь протянул мне перчатку и я, машинально её взяв, неверяще посмотрел на хмурого капитана.

Похоже, мне только что подложили здоровенную свинью.

Князь только что практически открытым текстом заявил, что в случае чего именно я буду его наследником. Интересно, меня сейчас будут убивать или для начала похитят?

И ещё больше интересно — какие цели преследует сам князь.

Я криво улыбнулся и выдавил из себя:

— Благодарю, княже.

После чего перевел взгляд на перчатку, да так и остался стоять с открытым ртом:

Десница князя

по умолчанию:

+1 к рангу Воина, +1 к рангу Инженера, + 1 к рангу Мага

после присяги:

+2 к рангу Воина, +2 к рангу Инженера, + 2 к рангу Мага

Особенности:

ранги полноценно функционируют, пока перчатка надета (при снятии происходит безвозвратная потеря ранга)

для полноценной работы необходимо принести присягу князю

Скрыто

Скрыто