Глава 6

Я испытывал двоякие чувства.

С одной стороны — неимоверное облегчение от того, что никто не будет копаться у меня в мозгах и удовольствие от блестяще реализованного плана.

С другой стороны — мне было паршиво. Я чуть ли не физически ощущал, как постепенно превращаюсь в Алексиса Громова или в Якова Ивановича.

Убираю мешающих мне людей чужими руками. Изворачиваюсь и хитрю. Рублю пешки.

А ещё, мне было немного обидно.

Из всех вариантов Тирум выбрал самый простой, проигнорировав все советы про подстраховку и ложный след.

В итоге, когда наш караван вернулся на два бархана назад и благополучно нашел «упавшего» с верблюда мага, Десен устроил самую настоящую истерику.

Первым делом он бросился к бездыханному магу, и проверил не пульс, нет! Амулеты! Ксуров работорговец снял с мага амулеты и только потом начал истерить.

Он забрал у Тирума хлыст и добрых десять минут гонял Хануриков между барханами.

Пару раз прилетело и мне, но я, в отличие от рабов, не побежал и лишь покрепче прижал к себе мелких, чтобы, не дай Бог, их не зацепило.

Уж не знаю, что щёлкнуло в голове у Десена — то ли ему стало неинтересно бить спокойно стоящего человека, то ли почувствовал расплывающуюся вокруг меня злость, но…

Ограничившись парочкой скользящих ударов, он сплюнул на песок и сосредоточился на Хануриках.

И только набегавшись и спустив пар, он попытался разобраться в произошедшем.

— Как?! Как! — Десен без остановки наворачивал круги вокруг мага. — Как он мог умереть?! Его убили! Тирум! Я знаю, что это был ты! Ты давно на Горица зуб точил!

Тирум же, как мы и договаривались, с ненавистью смотрел на бездыханного мага и едва слышно шептал себе под нос: «Это должен был быть я!».

Слава Богу на это у бедуина хватило мозгов или памяти, причем получалось у него до того натурально, что даже я чуть было не поверил.

Десен же и вовсе не знал на кого подумать.

В итоге работорговец, никому не доверяя, сам осмотрел лопнувшую упряжь и нашел камень, об который маг якобы долбанулся виском.

— По идее, у него был защитный амулет, — в конце концов Десен самолично принялся снимать с погибшего все за исключением одежды, рассуждая при этом вслух. — Любого убийцу проморозило бы до костей. Вот только… защитный амулет разряжен, а второго трупа я не наблюдаю.

— Может это был Серый? — предположил то ли Зуй, то ли Кроп.

— Не неси чушь, — с раздражением отозвался Десен. — Все знают, что это байка пустынников.

— Говорят, его видели в Городе, — не согласился Зуй. — А Чистые обещают за его голову награду.

— Ерунда, — фыркнул Десен. — Да и потом, ты же сам сказал, что его видели в Городе. А нам до него ещё четыре дня топать!

— Может быть он того, — Кроп почесал затылок. — Ну, как бы, нашел ближайшего мага и убил его? Все знают, что он ненавидит магов.

— Нет, — Десен наконец-то закончил снимать с убитого все, что только можно. — Это всё чушь. На песке только наши следы. Это или кто-то из нас…

Он с подозрением посмотрел на Тирума и нацепил себе на шею амулет мага.

— или… несчастный случай.

Было видно, что Десен сам не верит в то, что говорит и вынужден держать хорошую мину при плохой игре.

По идее, он мог приказать Зую и Кропу убить Тирума, но что-то его останавливало. И я даже знал что.

Одно дело лишиться магической поддержки, другое — потерять вдобавок ещё и воина, а то и двух. Ведь кто знает, чем закончится поединок между Тирумом и бойцами Десена?

К тому же, Тирум не походит на безобидную овечку и вряд ли сдастся без боя.

Конечно, вряд ли что-то произойдет за четыре дня до Города, но всё же.

Я это понимал, Тирум это понимал, и сам Десен это тоже понимал. Поэтому работорговец с явной неохотой приказал двигаться дальше, даже не озаботившись похоронами мага.

Наш поредевший караван продолжил путь, вот только сейчас Десену было не до разговоров.

Он ехал рядом с Зуем и Кропом и время от времени косился на Тирума.

Тирум же, позабыв все мои наставления, моментами забывался, и на его лице расплывалась довольная улыбка.

А ещё он то и дело поглядывал на юго-восток, словно решая — остаться или свалить уже сейчас.

Мне, к слову, было бы выгодно, если бы он остался, но повлиять на решение бедуина я не мог.

Да и выглядело бы это в высшей степени странно.

Одно дело подходить к нему, когда никто не видит, другое — на глазах у Десена.

Поэтому и приходилось наматывать шаги, волноваться и поглядывать на бедуина — останется или нет…

Но, нет худа без добра — пока я вертел ситуацию и так, и эдак, на востоке начало светать.

— Встаем на стоянку! — приказал Десен. — Кроп, выдай рабам по балахону!

Всё ясно.

Десен и не думал использовать силу снятого с Горица амулета для того, чтобы поставить навес. А может быть, просто-напросто, не умел.

С одной стороны, жаль, я оценил божественный тенёк, который давал навес, с другой — мне не привыкать.

Главное, что никакая сволочь не будет рыться у меня в голове!

Ханурики растянули шатер для своих господ, ну а мы с пацанами, перекусив выданными сухарями, укрылись от поднимающегося солнца под балахонами.

У Эда и Сёмы нашлись ветки, колышки и две короткие веревки — видимо, это была не первая их стоянка, проведенная без навеса.

Они споро, пока воздух был прохладным, растянули балахон, накидали сверху веток и накинули сверху ещё один.

— Так жарить поменьше будет, — пояснил мне Эд, хитрым образом закрепляя балахон сбоку так, чтобы под него не задувал суховей.

В итоге, мы обзавелись хоть и тесным, но уютным укрытием от палящего солнца.

Вот только…

— Надо бы Звене помочь, — задумчиво протянул я, наблюдая, как женщина безвольно уселась на песок, даже не думая искать укрытие от солнечных лучей.

— Не надо, — буркнул Сёма.

— Погибнет же.

— Не погибнет, — поддержал товарища Эд. — Её сейчас заберут.

— Заберут? — переспросил я.

Пацаны переглянулись и промолчали. Я же сначала не понял, а потом, когда появился Кроп и потащил женщину в шатёр, ка-ак понял.

Умом я понимал, что ничего сделать не смогу, но сидеть и смотреть, как воин тащит ушедшую в себя девушку за собой, не мог.

— Эй ты, — я аккуратно приподнял край нашей «палатки» и ловко выполз наружу. — Оставь её в покое.

В спину донеслось глухое «Зря», а Кроп сначала даже не понял, что я обращаюсь к нему.

— Ты глухой?

— Ты мне что ли? — он, развернувшись, с удивлением посмотрел на меня.

— Тебе. Оставь Звену в покое.

— Знаешь, скелетик, — Кроп кинул на меня издевательский взгляд, — ты понравился Десену, поэтому я сделаю вид, что ничего этого не было.

Он словно в насмешку надо мной ухватился за волосы девушки и дернул её к себе.

Что-то говорить в таких случаях бессмысленно, поэтому я просто пошел на Кропа.

Сжатые кулаки, мрачный взгляд исподлобья — я бы на месте Кропа поостерегся со мной связываться.

Но воин видел перед собой лишь исхудавшего мальчишку, поэтому он глумливо расхохотался и лениво произнес:

— Наказание.

Тело тут же скрутило болью, и я сам не заметил, как уткнулся носом в песок. Мышцы казалось вот-вот лопнут от напряжения, а зубы сотрутся в порошок.

Отпустило меня только тогда, когда Кроп скрылся в шатре. Вместе со Звеной.

Я же, полежав немного на всё ещё прохладном песке, поднялся на ноги и, подарив шатру многообещающий взгляд, направился обратно к мелким.

— Я же говорил, — Сёма дождался пока я вернусь на свое место и неодобрительно уставился на меня.

— Ты, Михаил, до сих пор не понял в каком положении находишься, — добавил Эд. — Пусть хорошее расположение Десена и временное перемирие с Тирумом не вводит тебя в заблуждение.

— Для них ты товар, — безжалостно добавил Сёма. — Не считай себя уникальным.

— Я не…

— Да брось, — Сёма скептически покосился на меня. — Каждый попаданец верит, что он и только он изменит мир к лучшему.

— Устроит научно-техническую революцию, — хмыкнул Эд.

— Изобретет калаш, бюстгальтер и молнию-застежку, — кивнул Сёма. — Увы, но всё это огромное заблуждение. Особенно здесь.

— Особенно здесь?

— В этом мире форточники-попаданцы — это что-то естественное, — Сёма немного поерзал под своим балахоном, устраиваясь поудобней. — Они попадают на Порог с завидной регулярностью.

— Откуда информация?

Честно говоря, мелкие меня немного пугали. Уж слишком они были рассудительными, слишком хладнокровными.

На мгновенье я даже поверил, что будь у них арбалет, они бы, не раздумывая, им воспользовались.

Правда, им, как и мне, нельзя поднимать руку на Десена. И даже если мы избавимся от Зуя, Кропа и Тирума, то толку не будет. Власть Десена никуда не денется…

И к слову, с каких это пор «я» превратилось в «мы»?

Я покосился на пацанов и вынуждено признался сам себе.

Не знаю в какой момент, но я взял на себя ответственность за их жизни. Пусть они и строят из себя умников, но они маленькие мальчики, которые без меня просто не выживут.

Ну а то, что они более-менее разбираются в текущих реалиях — это хорошо. Это может быть полезно.

Эти мысли пронеслись в голове за считанные доли секунды, и я вернулся в здесь и сейчас.

— Мы умеем слушать и слышать, — неохотно протянул Эд. — Что же до Порога, то у каждого местного есть амулет, который используется наподобие паспорта.

— С детства как надевают, так всю жизнь и носят, — кивнул Сёма. — А ещё раньше здесь было что-то вроде нашего интернета…

— Интернета? — заинтересовался я.

— Местные через раз поминают некую Сеть, — подтвердил Эд. — Мы думаем, раньше у них было что-то типа всеобщего реестра…

— Говорят, — Сёма понизил голос, — Сеть до сих пор работает, если вплотную приблизиться к стелам.

— А ещё говорят, — Эд перебил своего товарища, — что все эти стелы специально были разрушены?

— Разрушены?

— Ну да, вроде как, случилась какая-то катастрофа, или что-то вроде этого, — Сёма пожал плечами, словно говоря, что он не отвечает за правдивость услышанного. — В общем, стелы были разрушены, и только в Лесу осталось какое-то Древо.

— Любопытно…

Я заложил руки за голову и уставился в балахон, выполняющий роль потолка.

Вот почему с момента появления на Пороге я не увидел ни одного системного уведомления. В том мире со стелами всё было в порядке, а в этом — наоборот.

И это… удручало.

Ведь если местная Сеть не работает, то, значит, и не работают выданные в предыдущем мире задания?

А может мои навыки и умения тоже не работают?

Враз стало не по себе, но я тут же себя успокоил — сейчас главное восстановить форму, а там уже видно будет.

Но даже если взять текущие условия, то я однозначно крепче обычного человека.

Удары хлыстом были, конечно, ощутимые, но рассечением кожи и не пахло! Да и потом. Я вроде скелет-скелетом, а спокойно отмахал целую ночь на своих двоих.

Значит, всё не так плохо, как кажется.

Я едва заметно улыбнулся, но тут же нахмурился.

До Города оставалось идти примерно четыре дня, и за это время мне нужно успеть избавиться от ошейника. Но для начала…

— Эд, Сёма, — я покосился на пацанов. — Мне нужно найти подход к Звене. Подскажете чего дельного?

— Зачем тебе? — вздохнул Семён.

— Не уверен, что вам нужно знать.

— Михаил, — пацан вздохнул так, будто рядом со мной лежал дед, а не девятилетний пацан. — Твоя задумка с Тирумом и магом сработала, мы с Эдом оценили.

— Оценили, — подтвердил Эд.

— Но ведь в следующий раз тебе может не повезти. Расскажи, что ты хочешь сделать, и мы со своей стороны подскажем, с какой стороны лучше сунуться.

Я со скепсисом посмотрел на пацанов, но тут же одернул себя.

Эти малявки только что дали мне неплохой расклад по Порогу, не говоря уже про инфу о работорговцах. Да и суждения у них… зрелые, что ли?

Да и потом, раз уж решил действовать сообща, то прочь всё сомнения! Вот только…

— Маленькие вы ещё, — проворчал я, чувствуя, как краснею.

Увы, но говорить с мелкими на некоторые темы было для меня очень стеснительно.

— Со Звеной что ли покувыркаться захотел? — расстроенно протянул Эд.

— Не думаю, — покачал головой Сёма, поймав мой возмущённый взгляд. — Хочешь использовать её для кражи еды?

— Не совсем… — я посмотрел наружу и, убедившись, что Ханурики расположились с другой стороны шатра, а рядом никого нет, решился. — Хочу поссорить Зуя и Кропа.

— Хм, — задумался Сёма, переглянувшись с Эдом. — Интересная мысль.

— Особенно сейчас, — кивнул Эд. — Когда нет мага.

— Хочешь оставить Тирума наедине с Десеном? — для девятилетнего мальчика Сёма слишком хорошо соображал.

— Если повезет, — кивнул я. — Но как минимум хочу выбить кого-то из их тандема.

— Через Звену? — уточнил Сёма. — В принципе… — пацан уставился в потолок, — … может сработать.

— Я думал разыграть карту ревности, — поделился я. — Ну и чтобы она публично унизила кого-то одного, а второго попросила о защите. К примеру, сказать, что Зуй — импотент, а Кроп самый сильный воин, из тех, кого она видела.

— Коварно, — одобрительно усмехнулся Сёма. — Эд?

— Я с ней поговорю, — кивнул пацан и, заметив мой вопросительный взгляд, пояснил. — Я похож на её сына, которого… ну, в общем, есть шанс, что она меня послушает.

— Дожили, — Сёма покачал головой, — действуем, как америкосы! Сплошной шантаж, подкуп и игра на слабостях.

— Знаешь, Сёма, — меня не на шутку зацепили слова пацана. — Не будь этой мерзости, — я ткнул в ошейник. — Я бы их голыми руками перебил. Сейчас же… нужно как минимум выжить. И какими бы без-честными не казались некоторые мои поступки…

Я тяжело вздохнул, вновь возвращаясь к больной теме.

— Просто… Если бы дело касалось исключительно одного меня, я бы ни в жизнь не опустился до такого. Но… слишком многое стоит на кону.

— Не хочется умирать, да, Михаил? — криво улыбнулся Семён.

— Хочется не хочется, — я с досадой махнул рукой, — кого это волнует! Просто нельзя. Нельзя умирать.

— И нам, — эхом откликнулся Эд, посмотрев на меня… с уважением?

— Наш человек, да? — Сёма покосился на Эда и, обменявшись понимающими взглядами, развернулся ко мне.

— Операцию «Любовный треугольник» объявляю открытой! Эд!

— Я! — тут же отозвался парень.

— На тебе Звена. Найти подход, показать варианты, зарядить на ссору.

— Есть!

— Михаил!

— Я! — чего уж греха таить, несмотря на всю серьезность ситуации, я не удержался и решил подыграть пацанам.

— Твоя задача — отвлечь Десена!

— Есть, — усмехнулся я. — А что будешь делать ты?

— А я, — Сёма хищно усмехнулся, — раздобуду нам еды.

Еда — это хорошо. Текущих запасов с лихвой хватит на сутки, но у меня такое ощущение, что всё, что я ем, идёт на восстановление организма.

— Ну и последнее, — Сёма впился в меня требовательным взглядом. — У тебя есть мысли, что делать дальше. Ведь до Десена нам никак не добраться, а бежать имеет смысл только недалеко от Города, да и то, только нам. Твой ошейник слишком навороченный.

— Мы не будем никуда бежать, — я покачал головой и почувствовал, как на губах появляется жестокая улыбка. — Что до Десена, то слушайте, как мы поступим.