Глава 20. Татьяна

Смотрю в глаза Владимиру и понимаю, что верю. И согласна на все. Каждое его слово отзывается во мне и запускает приятные импульсы внутри. Я вся вибрирую и будто настраиваюсь на одну с ним волну. Это так необычно и даже немного пугает. Никогда не испытывала подобного, ни с кем. Такие острые, яркие и в то же время горячие чувства бушуют во мне впервые в жизни. И хочется верить, что это навсегда. – Какой ты самоуверенный, – игриво фыркаю, без труда высвобождаюсь из плена и сбегаю из машины, прихватив с собой щенка. За спиной слышу шаги и нарочно ускоряюсь, но Владимир все равно ловит меня около подъезда. Впечатывает в дверь и нависает сверху. – Далеко собралась? – хрипло шепчет, обжигая губы дыханием. – Подальше от твоих обещаний, – хихикаю и уворачиваюсь от поцелуя. Не в том уже возрасте, чтобы около подъезда целоваться. Соседи не дремлют. Особенно старушки. – Испугалась? – Вот еще. Открываю подъездную дверь, и мы поднимаемся по лестнице. Я несу щенка, Владимир – два больших пакета с его приданым. Даже удивительно, что там может быть такого объемного. – Думаешь, Брагин его не сожрет? – с тревогой спрашиваю я. – Все же малыш совсем. – Подавится, – хмыкает Владимир, а в глазах вспыхивает азарт. – Может, тотализатор устроим? – Дурак! – Смеясь, поворачиваю ключ в замке. Владимир входит первым, сгружает пакеты на пол и включает свет. Осторожно шагаю следом, крепко прижимая к груди возмущающегося щенка. Из комнаты выходит Брагин и, подняв хвост, лениво идет к нам. – Готов? – кошусь на Владимира, чтобы подстраховал, если что. – Да отпускай уже, – небрежно отмахивается и вешает пальто на вешалку. Шумно выдыхаю и пускаю Молотова на пол. Кот мгновенно считывает ситуацию, выгибает спину и шипит. Щенок на секунду зависает, оценивая обстановку и нового знакомого, а потом срывается с места прямо на него. Брагин подпрыгивает от неожиданности, буксует на гладком полу и пулей вылетает из прихожей. Молотов, смешно рыча, за ним. Дурдом начал свою работу. – Трусло, – хмыкает Владимир и расплывается в довольной ухмылке. Помогает мне снять куртку и вешает на крючок. – Он просто интеллигентный, – вступаюсь за своего кота. – Не каждый день вот так врываются на его законную территорию. – Нет, он просто трус, – качает головой Владимир. – Как и его тезка. – Возможно… Сдаюсь, не желая больше спорить и поворачиваюсь к нему. – Тань, я… – Накрываю его губы пальцами. Хватит уже разговоров. Сколько можно бегать от него, от себя… Гори оно все синим пламенем. Владимир все понимает без слов. Зарывается пальцами в мои волосы, чуть стискивает, заставляя откинуть голову, и впивается в губы требовательным поцелуем. Прижимаюсь теснее, выпрашивая продолжение. Владимир подхватывает меня на руки. – К тебе или ко мне? – хрипло спрашивает он, а я не могу сдержать смех, представляя себе неудобный диван, на котором недавно спал Владимир. – «У тебя» места мало на двоих, – подаюсь вперед и захватываю зубами мочку его уха. По телу Владимира проходит дрожь, а с губ срывается глухой рык. Сильнее стискивает меня и несет в комнату. Опускает на кровать и нависает сверху. – Сопротивляться будешь? – строго спрашивает он и выдергивает из джинсов ремень. На губах опасная улыбка, а в глазах пляшут черти. – Как пожелаешь, – томно шепчу я, встаю на колени и расстегиваю пуговицы на его рубашке. – Надо же, какая послушная. – Владимир стягивает с меня водолазку и снова целует. – Моя… – Мне нравится, – улыбаюсь и помогаю избавиться от рубашки. Ладонями жадно исследую плечи и грудные мышцы, разгоняя мурашки по его мощному торсу. Владимир едва слышно шипит и перехватывает инициативу. Распинает меня на кровати и буквально срывает остатки одежды. Чего я там хотела? Нежности? Глупости какие! Тянусь к нему сама и притягиваю ближе. Врезаемся губами, и мир перестает существовать. Страсть, дикая и необузданная, вырывается из-под контроля и захлестывает нас обоих. Владимир с азартом исследует мое тело, отыскивая чувственные уголки, а я выгибаюсь навстречу его ладоням и губам. Плавлюсь в удовольствии, будто в жерле вулкана. Сдаюсь на милость его силе и нежности. А он стремительно подводит меня к краю. С каждым толчком, с каждым поцелуем. Оргазм оглушает на несколько мгновений, разноцветной вспышкой взрываясь в сознании и разнося его на миллионы осколков. На выдохе шепчу одно только имя и рефлекторно впиваюсь когтями в широкие плечи. – Ш-ш-ш, ай, дикая моя кошка. – Владимир ловит мои губы и ускоряется. Несколько рваных толчков, и он замирает, изливаясь в меня. Вот же гад… но возмущаться нет сил. Мне слишком хорошо. Умопомрачительный секс. Лучший в моей жизни. Громко и тяжело дыша, Владимир скатывается на спину рядом со мной. – Оно того стоило, – хрипло выдыхает. – Что? – поворачиваю голову и ловлю его пьяный взгляд. – Воздержание. – Его улыбка становится шире. – Заморила меня голодом, жестокая женщина. – Полезно, – довольно усмехаюсь и прикрываю глаза. – Исключительно в оздоровительных целях. Тишина. Слышно лишь наше дыхание и собачий писк где-то там, за пределами этой вселенной. – Тань, твоя псина скулит, – сообщает Владимир, словно я сама не слышу. – Ты его притащил, ты и разбирайся, а я сплю, – демонстративно отворачиваюсь на бок. – Так, значит, да? – Он резко притягивает меня к себе и зубами впивается в шею. – Ну ладно. Мурашки разбегаются по коже, а из горла рвется хриплый стон наслаждения. Что со мной творит этот мужчина? Никому не отдам.