Глава 67

Я не звоню и не пытаюсь выяснить, как долго будет длиться эта прогулка, даже когда возвращаюсь домой после встречи со знакомым.

Забить на то, что Аделина до сих пор не вернулась, в список моих желаний не входит. Я просто не уверен, что смогу быть тактичным, если позвоню.

Тактичность меня успела достать, иначе ничего этого не было бы. Ни утреннего разговора, ни его результата.

Результат меня, разумеется, не радует. Меня не радует то, что на часах почти пять вечера. Я слоняюсь по квартире, не пытаясь садиться за работу. По большей части я задвигаю ее уже третий день, несмотря на то, что девушка, с которой живу, продолжает оставаться максимально удобной даже сейчас.

Не мешает, не требует внимания. Не отсвечивает.

Это, блядь, какая-то ирония, но меня не устраивает. Чем тише вокруг, тем не устраивает сильнее.

Я грею себе еду, но в итоге на разогретую тарелку просто смотрю. Оставляю ее на столе и отправляюсь на диван, дернув с тумбочки игровой джойстик. Это отличный способ разгрузиться, помогает и сейчас — поставить на перемотку следующие полчаса, вместо того чтобы отсчитывать по пять минут и воспринимать время как резиновое.

Я продолжаю жать на кнопки, даже когда дверь в квартиру хлопает.

Тупо продолжаю свой гоночный заезд, правда, не бездумно, потому что не реагировать на звуки шагов где-то в коридоре не выходит.

Я их слушаю, сканируя взглядом картинку на экране.

Они обрываются, когда Аделина заходит в ванную. Там она проводит минут пять. На общем фоне они уже не кажутся мне мимолетными, хотя я готов выдохнуть с облегчением.

Я отправляю джойстик в угол дивана и упираю локти в колени. Разминая пальцы, смотрю на свою ладонь, пока слушаю шаги уже за спиной.

Я не на лайте. Так вышло, что за все это время ситуация сложилась такая — сам не отсвечивать я не готов, поэтому спрашиваю:

— Как прогулялась?

Повернув голову, вижу, что Аделина проходит между кухонным столом и холодильником. Уже по частоте ее шагов я понял, что, проведя целый день на ногах, она ни капли не устала. Аделина двигается быстро. Быстро разворачивается, глядя на меня через комнату так, будто на месте ей стоять сложно. Будто мы остались в той же точке, из которой она ушла десять часов назад.

— Нормально, — отвечает Аделина.

Я киваю. Точнее, болтаю головой сам себе, снова глядя в пол между ног.

Логика требует решать проблему планомерно, но я… терпение уже растерял. Понять, как надо и как не надо, у меня не получается, поэтому решаю логику послать на хер.

— Я еще только второй раз слышу этот ответ, и он меня уже достал, — озвучиваю я.

Получилось не очень тактично, но мы впервые за три дня на одной волне, ведь в ответ я получаю всплеск эмоций, которые в себе тормозил.

— Что ты хочешь услышать?! — восклицает Аделина. — Я сама не знаю, что ответить. Я не знаю, как себя чувствую. Я пытаюсь это понять! Мне для этого нужно слышать поменьше вопросов. Больше слышать себя!

Встав с дивана, я доношу:

— Как я могу их не задавать, если мне не похер?!

— Я поэтому решила, что поживу у себя. Чтобы не мозолить глаза, — сообщает она. — Только возьму кое-что. Квартира до конца месяца за мной.

Этой информацией она срывает у меня чеку.

— То есть я опять в бане? — спрашиваю я.

— Мне просто нужно личное пространство! — выпаливает она.

— Личное пространство?

— Да!

Пульс забил мне слух так, что там шумит, а не гуляет эхо. Меня запаковало этим шумом конкретно, поэтому просто сжимаю зубы, минуту ожидая, пока прилив адреналина в венах схлынет.

Я не собираюсь усугублять, раз дела у нее такие неопределенные. Сжимая зубы, просто киваю.

— Ладно, — говорю я, двигаясь на выход. — Договорились.

Я перемещаюсь без ускорения, но по четко заданной траектории: зайдя в комнату, беру из шкафа толстовку, которую надеваю на ходу. В тишине затягиваю шнурки на кроссовках, достаю из шкафа куртку и спортивную сумку. Забрасываю ее на плечо.

Дверью не хлопаю, но с тринадцатого этажа спускаюсь пешком и за пару минут.

Примерно в таком же слепом режиме у меня проходит тренировка. Впервые за несколько недель по графику и в привычное время, только я к этому не стремился.

Я не тороплюсь ни по дороге туда, ни по дороге обратно, раз уж все вернулось в график.

Когда захожу в квартиру, свет везде выключен. Я не проверяю содержимое шкафа. Я во второй раз за вечер ставлю тарелку в микроволновку и, кажется, впервые за два часа разжимаю зубы. Чтобы поесть.