Глава 14

Фреда

Две недели мы работали словно чужие.

Я воротила нос от Ральвига, а тот делал вид, что ему все равно.

И меня это еще больше злило и раздражало. Буквально до бешенства, до темноты в поле зрения.

Я была уверена, что тиргон после кафе пошел спать с Мельмерой и утешился на славу.

Однако же на мои намеки и вопросы он отвечал очень странно и туманно.

Мол: «А ты завидуешь?»

Или: «А тебе-то какое дело до наших отношений с хэльфийкой?»

«Я же не спрашиваю тебя про Фальдива».

«Я ведь не лезу в твои постельные истории».

Казалось, он ведет себя так потому, что они едва ли не каждый день предаются бесстыдным животным страстям в доме тиргона…

Мои подозрения подогревало и то, что Ральвиг в последнее время не ночевал в Тае.

Видимо, не хотел, чтобы его застукали с хэльфийкой в абсолютно недвусмысленных обстоятельствах.

И это злило меня еще больше.

В итоге — Ральвиг говорил, я огрызалась, а он парировал — не спускал, как до этого.

Я поддевала его — тиргон отвечал, а временами даже и сам атаковал словесными ерничаниями и нелепыми шуточками.

В общем, мы жили, как кошка с собакой.

Тая была между нами, как рефери на поединке боксеров или борцов.

То и дело обоих одергивала.

Сетовала, что мы «на ножах» и ей, бедному звездолету, приходиться быть между двух огней из-за симбиотов.

Однако же почему-то именно она умудрялась на какое-то время утихомирить тиргона.

Он начинал общаться нейтрально вплоть до моего первого замечания, вроде: «Да уж… Боевой вылет и облет территории — это вам не с Мельмейрой покувыркаться и приласкаться».

Он фыркал, отвечал колко и с подковыркой — и все опять становилось на круги своя…

Казалось бы! Это мой шанс сохранить потоки без узла хонтра и получить возможность потом сделать Нейфа вторым симбиотом.

Но я была просто сама не своя.

Слава богу, вызовы попадались легче легкого, для первого класса, как выражались в МЧС.

То звездолет терял управление, опалив аппаратуру в короне звезды.

То путешественники терялись в астероидных полях и звали на помощь.

То сталкивались маршрутные корабли. Но не серьезно — так, самую малость.

У нас это считалось штатными вылетами.

То, что не требовало особого мастерства, усилий и делалось почти машинально.

Облет вверенной нам территории тоже проходил спокойно, размеренно.

Как ни странно, но во время заданий и в ситуациях, которые требовали внимания и концентрации, мы с Ральвигом работали, как одно целое.

У нас все получалось с налету, без запинки… Ни один другой экипаж берга так не умел, по крайней мере, так нам сообщали спецы отряда быстрого реагирования МЧС.

У нас было полное взаимопонимание и даже взаимопроникновение… когда это требовалось.

А затем — снова склоки, ссоры, злость и бессилие…

Я уже было даже отчасти расслабилась, пока нас не послали в то самое место…

Вызов заранее выглядел угрожающе. Тем более что мы еще никогда не сталкивались с террористами, заложниками и прочим.

Это был первый наш такой случай.

Ральвиг неожиданно стал каким-то другим.

Заботливым, вежливым, практически ласковым.

Смотрел с поддержкой и заметным волнением.

Реагировал на каждую реплику и взгляд.

Из чего я снова сделала вывод, что нам досталось сложное дело.

Но я тогда даже не могла и предположить — насколько все ужасно закончится.

***

— Что там за вызов? — уточнил Ральвиг, который отходил к механикам — что-то там обсудить. Вообще в последние дни он много времени проводил в машинном и аппаратном отделениях.

— Да странно все, — отозвалась я. — Вот сам послушай.

Первым шло сообщение с базы:

«Тут говорят, туристический звездолет то ли потерял управление, то ли капитану стало плохо, а второй помощник не справляется… В общем, надо проверить… Не очень понятно. Если ложный вызов — вернетесь на базу».

Далее проигрывались вызовы пострадавших:

«Мы тут… в общем, все плохо. Капитан не может управлять звездолетом, второй помощник вообще растерялся. А у нас тут такое… такое… Пожалуйста, прилетайте быстрее…»

«Корабль вообще потерял управление… Непонятно, что и как делать. А у нас тут туристы, и их много…»

«Мы очень ждем помощи от МЧС. Капитан не может ничего сделать и его помощник, видимо, тоже. Вокруг астероиды или кометы… Или вообще что-то странное».

Выглядело так, словно сигнал глушат, и не все куски сообщения передаются.

Ральвиг удивленно на меня покосился.

— Второй помощник не может взять управление на себя?

— Может, неопытный или место опасное? Рядом черные дыры, корона звезды? Вон про кометы еще говорят… Может, магнитная аномалия с астероидами. То есть требуется опытный звездолетчик.

— Обычно перед вылетом пилотов проверяют на куче аппаратуры, берут все анализы. Тем более если речь о туристическом транспортнике. Как ему могло неожиданно стать плохо? Да и помимо помощника есть, как минимум, автопилот и нанобот. Они подсказывают и корректируют, если летчик вдруг не справляется с ситуацией. Что могло такое случиться с тем транспортником, что даже и этот механизм не работает?

— Да черт его знает. Несчастный случай?

— Ну допустим. Координаты?

Я ткнула пальцем в виртуальные экраны.

— Та-ак… Значит, они летели на планету семи вулканов. Ну, допустим. Но вулканы-то на планете. А корабль, я так понимаю, находится тут…

Ральвиг ткнул лучевой указкой на жирную точку призрачного экрана.

— Я тоже не поняла. Но мы же точно не знаем всю обстановку и ситуацию. Может, столкнулись с каким-то объектом. Может, метеорит врезался в двигатель. Может, что-то из аппаратуры банально заело, плохо работало. Капитан полез проверять и повредился…

— Сам капитан? А механики и аппаратчики там на что? Ворон посчитать? И что может, в принципе, пойти не так на туристическом маршруте? Их же проверяют тысячи раз!

— Ну я не знаю, — я развела руками.

— Вызов проверить мы просто обязаны. Таковы правила галактической МЧС. Но что-то мне во всем этом очень не нравится.

— Да ла-адно! Простой вылет. Какая-нибудь ерунда, судя по данным. А то и — вообще ложный вызов, кто-то банально подстраховался. Сколько уже мы раз сталкивались с подобным? Прибыли — а там все уже разрешилось. Слетаем, посмотрим — вернемся на базу… Давай уж излишне-то не драматизировать.

— Вот именно это мне и не нравится. Как-то все выглядит слишком уж просто, при этом вопросов возникает немало…

— Ладно. Если вдруг что, вызовем подкрепление. Еще несколько кораблей быстрого реагирования и основную команду МЧС.

— Если у нас времени будет достаточно, — Ральвиг покачал головой, и мы стартанули.

Полет занял приличное время.

Планета семи вулканов — Хаан-драл-балкан — располагалась в дальнем участке нашего сектора, фактически на границе с соседним, чужим.

Планету мы заметили сразу, а вот звездолета не было видно в ближайшем к ней космосе.

— Странно, — удивился Ральвиг, включая все сканеры и датчики Таи на максимум. — Ну и где они? Что? Все-таки ложный вызов? Причем хулиганский? Позвонили ради хохмы?

— Очень не хотелось бы, — вздохнула я. — Ведь это же… это же нехорошо. А если кому-то реально нужна помощь?

— Всякое бывает. Напились, нагулялись и решили развлечься. Вызвать МЧС, чтобы мы прилетели — а никого нет.

— Идиоты! — вспыхнула я.

Ральвиг подмигнул.

— Все нормально. Разберемся и вернемся на базу. Уточни-ка еще раз координаты.

— База! Запрашиваю координаты повторно. На месте корабля нет и следов его нет.

На экраны опять высыпали цифры.

— Мы тут! Но тут никого нет! — возмутился Ральвиг.

— Сейчас попробуем с ними связаться.

Несколько минут мы барражировали возле Хаал-драл-балкан.

И хотя все вроде бы выглядело банальной шуткой, я почему-то начала волноваться. Аж кончики пальцев немного покалывало.

Было ощущение как перед бурей. Вроде все тихо, спокойно, природа умиротворенно и сладко подремывает… А потом — бац — молнии режут небо желтыми скальпелями, гром угрожающе рокочет вдали, и все на земле сечет градом. Причем размером с куриное яйцо.

Вот именно так я себя сейчас чувствовала.

Косилась на Ральвига, а он то подмигивал, то улыбался, словно и не было всех этих дней, когда мы друг с другом цапались постоянно. А я… я… я принимала поддержку Ральвига как в первый раз, с восторженной благодарностью. Чувствовала — без нее мне на сей раз никак.

Мы снова стали одним целым, невзирая на все его шашни с Мельмейрой. Возможно, даже перед этим дежурством они провели бурную ночку вдвоем.

Но мне сейчас было на это плевать, и Ральвигу Дельмеру, кажется, тоже.

Он смотрел на меня так… как давно не смотрел.

Как на нечто крайне важное в жизни. Чего лишись — и все, у тебя словно почву выбили из-под ног и повалили…

Я невольно улыбнулась Ральвигу, и в эту минуту ответила база:

— Экипаж Таи, пострадавшие вышли на связь и сообщили, что корабль отнесло каким-то наложенным силовым полем. Он сейчас находится ближе к звезде. Будьте осторожны с короной и протуберанцами.

— Наложенным полем? — я поразилась. — Ты что-то подобное тут замечал?

— Нет. Хотя просканировал местность и на предмет странных аномалий.

— Так может это все-таки глупая шутка?

Я сама не верила своим же словам.

— Не знаю. Все становится еще более странным, — Ральвиг нахмурил густые черные брови. — Существуют некие силовые аномалии, которые ученые называют бродячими. Они появляются и пропадают. Но в этом секторе они до сих пор не замечены.

— А может быть так, что они вдруг стали тут появляться сравнительно недавно?

Тиргон был моим живым справочником. Куда дольше искать что-то в сети, нежели спросить у того, кто знает этот мир сильно лучше.

Ральвиг прожил тут тысячи лет или около того, я не спрашивала.

Я же — всего несколько месяцев и многое еще не успела узнать.

— Все может быть, — вздохнул Ральвиг. — Но у меня какое-то нехорошее предчувствие.

— У меня тоже, — добавила я.

— Ладно. Спокойно! Мы со всем разберемся. В конце концов — мы один из лучших бергов в команде!

Я кивнула, однако внутри разрасталось, дергая за нервы, ощущение близкой беды.

Вот будто бы она, как человек, шла к нам навстречу, и минута за минутой приближали нас к страшной развязке.

Сканеры и датчики вдруг просигналили, что звездолет найден в короне звезды. В довольно-таки опасном ее месте.

— Параметры подходят под присланные с базы? — уточнил Ральвиг у автоматики.

— Да, второй, параметры полностью соответствуют, — послышался ответ голосового помощника. — Даже участки, где обшивка звездолета менялась в результате метеоритных дождей после экскурсии в зону Эльмерелл.

— Там постоянно по космосу летает компашка метеоритов? — вспомнила я.

— Да. И туристические звездолеты, в принципе, к встрече готовы, достаточно защищены. Просто после множественных вылетов часть обшивки полностью обновляется.

— Экипаж «Эвереста», прошу связи! С вами говорит экипаж Таи шестого отряда МЧС двадцатого сектора, — послал сигнал Ральвиг.

— Да! Мы вас слышим! Пожалуйста, помогите!

— Летим! — ответил второй.

Однако, когда отключил связь, покосился на меня и произнес:

— Как-то все-таки странно они просят. Как будто напоказ сильно переживают.

— Я тоже заметила, — я вздохнула. — Звучало как эдакая пьеса по радиосвязи…

— В любом случае, корабль в опасности. А значит, нам следует действовать.

— Давай! — согласилась я с помощником.

Мы начали медленно, маневрируя между местами выбросов плазмы из короны звезды, приближаться к звездолету, просящему о помощи.

«Что-то мне во всем этом ужасно не нравится» — неожиданно подала голос и Тая.

Однако выбора уже не оставалось.

Мы, лавируя между сгустками плазмы, подобрались к кораблю и пристыковались.

Резко стартовали и начали тащить его в безопасное место, подальше от протуберанцев. Когда дело было закончено, Ральвиг включил связь:

— Ну что там? Что там за проблемы у вас с капитаном?

— Он совсем плох, совсем уже плох, — раздался по связи голос с акцентом. Обычно так на межгалактическом говорили ормы. Их речевой аппарат не совсем мог воспроизвести государственный язык.

— А что с ним? Что говорят медики? Какие прогнозы?

— Медики с ним. Прогнозов не знаю. Но нам нужен другой капитан… и еще желательно новый штурман. Там у них в рубке управления что-то взорвалось. И все, кто там находился, здорово пострадали. В итоге, вести корабль оказалось совсем некому.

— А сама-то рубка в каком сейчас состоянии? — вмешался Ральвиг.

— Мы тоже не знаем. Двери заблокировались и оплавились. Надо вскрыть и попытаться лететь.

— Так давайте мы вас отбуксируем куда-то и там уже разберетесь, — сходу предложила я пострадальцам.

— Нельзя! В рубке могли остаться туристы.

— Туристы? В рубке управления звездолетом? У вас там, что, все пьяные в хлам? Туристов в такие места не пускают! — поразился Ральвиг.

— Я не знаю… Я простой официант из ресторанного сектора. Так нам сообщил помощник капитана как раз перед тем, как совсем уже вырубиться.

— А где механики? Где вообще все?

— Здесь! — рыкнули по связи уже совсем другим голосом. Судя по низким гортанным нотам и говору это был ардикотт. — Либо вы сейчас идете сюда, либо мы убьем экипаж и туристов.

— Вы кто вообще? — резко потребовал Ральвиг.

— Мы — объединение свободной Ма-аты!

— Террористы, — шепотом сказал тиргон.

— Что вам от нас нужно? — спросил уже громко.

— Вот зайдете в корабль — тогда и обсудим. Наши требования и наши условия сделки.

— Я приду! Второй на Тае! — вызвался Ральвиг.

— Мы требуем первого, второго и бомбардира сюда обязательно! — рыкнул голос. — Иначе через десять минут заложникам каюк, как выражаются люди.

Связь выключилась, а Ральвиг посмотрел на меня — глаза в глаза, и рубанул:

— Ты не пойдешь! Я… то есть… мы не можем тебя потерять!

— Я пойду! Ты же их слышал! Первый, второй и бомбардир идут обязательно…

Лей спокойно поднялся со своего места, готовый ко всему, как обычно.

— Капитан, мы их переиграем, — сказал без малейшего страха.

— Никто не знает, кто первый на Тае, кроме МЧС и секретных отделов. Мы можем взять любого с собой.

— А если они возьмутся проверить? Попросят связаться с живым кораблем? Ты один без первого этого не сможешь.

— Ну и пусть! — упрямо настаивал Ральвиг.

— Я пойду! — рыкнула я еще громче прежнего. — А ты со своей Мельмейрой иди нянчиться.

Тиргон вдруг приблизился в один шаг, взял мою голову за подбородок и произнес:

— Я… не встречаюсь с Мельмейрой!

— Что так? Уже надоела?

Общая нервозность и обстановка «хуже некуда» делали свое дело. Я больше уже не могла сдерживаться — эмоции рвались наружу злыми словами и резкими жестами в сторону Ральвига.

— Я не виделся с ней с того дня! И ни разу не переспал! Даже не поцеловался! — гаркнул он на всю рубку управления.

Я аж опешила. Он все это время лишь притворялся?

— А прикидывался ты для чего? Почему сразу-то мне не сказал?

— Ребята, нам дали десять минут, — вдруг напомнил нам бомбардир. — Нет времени на перепалки. Идем?

— Да! — крикнула я.

Ральвиг только покачал головой и глухо сказал:

— Держись за меня. Сзади, если вдруг что.

— Да. И я ее тоже прикрою, — добавил Лей, и мы двинулись к месту стыковки с бедовым «Эверестом».

Вот не зря говорят — как вы яхту назовете, так она и поплывет, пусть даже речь о звездолете.

На «Эвересте» столько погибло…