Глава 21

Федор

Жара. Похожая на кисель: вязкая, душная, влажная. И вода в море как кисель – противно теплая. И низкие тучи над городом – почти как в Питере.

Нам не повезло с погодой. В этом году в сентябре было нетипично мало солнца, зато дожди через день. Хоть и короткие, но после них нечем дышать. Даже привычная к постоянной влажности Зоя жаловалась, что чувствует себя мокрой тряпочкой.

Мы оба были такими вот мокрыми тряпочками. Ноль эмоций, полная апатия. Равнодушно ходили на море, равнодушно гуляли по городу, сидели в ресторанах, о чем-то разговаривали.

Равнодушно занимались сексом – иногда.

Пожалуй, только первый раз, в день приезда в этом был какой-то намек на страсть. Зоя меня удивила, потому что давным-давно не проявляла инициативы. Похоже, она и сама этому удивилась. Хотел бы я знать, о чем она думала тогда.

Или... да нет, пожалуй, не хотел бы.

В конце первой недели мы жарились на пляже. Даже, скорее, вялились, потому что солнце затянуло тусклой дымкой. Сильно парило – к ночи снова обещали грозу.

— Намажь мне спину, — попросила Зоя, опустив шезлонг и перевернувшись на живот.

Я взял флакон, вылил немного молочка на ладонь, размазал по ее спине, приподняв застежку лифчика. И вдруг краем глаза заметил, что тоже самое делает молодой парень, ровесник Макса с Денькой.

Эта пара расположилась в нескольких метрах от нас, на расстеленных полотенцах. Наклонившись к своей жене или подружке, парень втирал крем, и это было настолько чувственно, что кровь бросилась в уши... и не только в уши. Хорошо, что сидел на корточках.

Когда-то и мы были такими. Ездили загорать на озера в Кавголово. Находиться рядом полураздетыми было невыносимо, надолго терпения не хватало. Уходили в лес, находили полянку поукромнее и там отрывались на всю катушку. И куда только все делось? Сейчас дотрагивался до Зои – и ничего. Абсолютно. Просто крем, просто спина. Как будто штукатурку по стене растирал.

И что-то во мне переклинило. Почему-то теперь я везде замечал влюбленные пары, от которых сексом тянуло, словно жаром от печки. И я завидовал, чувствуя себя остро обделенным. Старым? Ну да, мне было с кем трахаться, только руку протяни. Но не осталось той магии, от которой захватывает дух. Поэтому и не хотелось, а если и хотелось, то так... по велению гормонов.

Чемодан без ручки, подумал я, глядя, как девушка везет за собой чемодан на колесиках.

Наши отношения – тот самый пресловутый чемодан без ручки. Нести тяжело, бросить жалко. И что, интересно, перевесит?

Раньше я плохо представлял, что такое семейный кризис. Почему-то думал, что это ссоры, скандалы, измены. А оказалось, что это как затяжная изматывающая болезнь. Прежнего уже нет, нового еще нет – и неизвестно, будет ли. А если будет, то какое.

Я не хотел разводиться. Даже если и приходили иногда такие мысли – нет, все равно не хотел. Но при этом понимал, что жить так, как сейчас, мы вряд ли сможем. Что-то должно измениться.

В последний вечер мы сидели на террасе ресторана «Панорама» — одного из самых дорогих в Батуми. Солнце село, багровая полоса над горизонтом вызывала какое-то тягостное, тревожное чувство. Я подумал, что вряд ли захочу приехать сюда снова. Ведь вернуться хочется туда, где было хорошо.

— Федь, может, нам и правда к какому-нибудь психологу сходить? – спросила Зоя, глядя на закат сквозь бокал вина. – Семейному? Не получается у нас.

Я даже выдохнул с облегчением, когда она это сказала – вслух. Кто-то должен был это сделать, и я малодушно обрадовался, что Зоя опередила, что не пришлось делать этого мне.

— Не получается, — согласился, отпив большой глоток вина.

— Я думала, может, отпуск что-то изменит, но... нет.

— Зой, чтобы психолог помог, надо, чтобы мы оба хотели помочь себе. И чтобы знали, чего именно хотим. А ты знаешь, чего хочешь?

Она посмотрела на меня растерянно, покачала головой.

— А ты знаешь?

— И я не знаю. Знаю только то, что не хочу разводиться. Ты мне нужна. Но так, как у нас сейчас... мне не нравится. И это мягко сказано. Думаю, тебе тоже.

— А если он поможет понять, чего мы хотим? Разобраться в себе?

— Хорошо, — сдался я. – Давай попробуем. Только где его найти – нормального? Сейчас каждый суслик агроном. Психолух. Не на Авито же искать.

Зоя молчала, и я почувствовал знакомое раздражение.

Легко сказать: а давай к психологу пойдем. Ну хорошо, давай. А дальше что? Где их вообще берут – психологов? По знакомым спрашивать? Не знает ли кто годного? Прямо как плакат вывесить: караул, у нас жопа.

Зоя, ты правда этого хочешь? Чтобы все знали, насколько у нас все плохо?

— Ладно, я поищу, — сказала она неуверенно.

Все ясно. Ничего ты не найдешь. А если и найдешь, то ничего хорошего из этого не выйдет.

Мы вернулись домой, забрали Миньку – вот кто был по-настоящему счастлив! Отчитались детям, что приехали, что все в порядке. В ответ получили их дежурное «все норм».

Денька путешествовал по Китаю и вел тревелог. Алена познакомилась с семьей своего Гриши в Астрахани и обещала привезти его к нам в какие-нибудь выходные. Лена по-прежнему лежала в больнице, Макс проводил у нее все свободное время.

Вышли на работу, начались будни. Зоя все так же мыслями была где-то далеко. О психологе больше не говорила, а я не напоминал. По вечерам ужинали, обменивались новостями: дети, родители, работа, что происходит в мире. Потом расходились по своим углам. Ложились спать, иногда занимались сексом.

Все это было блеклым, как наступившая осень, но спустя какое-то время я понял, что больше не переживаю. Как будто махнул рукой, смирился. Жил дальше. По инерции. По привычке.