Глава 14 · Алтарь Деактивации: Бюрократическая версия
Лестница в подземелье оказалась именно такой, какой Морган её помнил: узкой, крутой и абсолютно негостеприимной. Ступени, вырезанные прямо в скальной породе, за сто лет отполировались до блеска, не от усердия уборщиков, а от бесчисленных ног, прошедших здесь во время войны. Морган помнил, как спускался по этой лестнице в ночь перед решающей битвой. Тогда ступени дрожали от гула армии, собравшейся наверху. Сейчас единственным звуком было эхо их шагов да бормотание Гарольда, комментировавшего происходящее для Кристалла.
— Дорогие подписчики, мы приближаемся к Алтарю! Сердцу Цитадели! Месту, где сто лет назад было наложено проклятие, едва не уничтожившее королевство! Обратите внимание на базальтовые прожилки в стенах, они естественного происхождения и, по моей теории, усиливают магическую проводимость!
— Гарольд, — не оборачиваясь, бросил Морган, — ты вообще спал последние сто лет? Или только снимал стримы?
— Личам не нужен сон, Хозяин. Это одно из преимуществ не-жизни. Можно работать круглосуточно.
— Работать? Ты снимаешь стримы про камни!
— Это образовательный контент! И не только про камни. Ещё про архитектуру, историю, некромантию, грибы…
— Да-да, я помню. Шампиньоны на троне.
— Между прочим, после того как я показал ваш трон в прямом эфире, мне пришло шесть сообщений от подписчиков. Трое спрашивали, можно ли вырастить такие же шампиньоны дома. Двое интересовались, не проклят ли гриб. И один предложил купить его за три золотых.
— Гриб⁈ С моего трона⁈ Кто-то хочет купить гриб с моего трона⁈
— Коллекционеры, Хозяин. Очень специфическая аудитория. Я подумываю открыть лавку сувениров.
Морган хотел ответить, но осёкся. Они вышли в подземный зал.
Алтарь казался всё тем же, каким он его помнил. И одновременно — совершенно другим.
Это была огромная круглая платформа из чёрного камня, в центре которой возвышалась стела высотой в два человеческих роста. Поверхность стелы была испещрена рунами, теми самыми, которые Морган вырезал столетие назад собственноручно. Руны складывались в слова на древненаречии, языке настолько старом, что даже эльфы помнили его смутно.
Вокруг стелы пульсировало багровое сияние, то самое, что они видели в день активации проклятия. Но сейчас оно было неровным, дёрганым. Словно кто-то включил магический свет, а потом забыл выключить, и он мигал уже сорок лет, раздражая всех, кто проходил мимо.
И ещё кое-что изменилось.
Над стелой висел магический экран. Полупрозрачный, мерцающий, он напоминал окно, зависшее в воздухе. И на этом экране светилась надпись, выполненная аккуратным, немного педантичным шрифтом:
«АЛТАРЬ ДЕАКТИВАЦИИ ПРОКЛЯТИЙ. ВЕРСИЯ 3.0. ОБНОВЛЕНО 40 ЛЕТ НАЗАД. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ».
Морган уставился на экран.
— Гарольд, — медленно произнёс он, — что это?
— Ах, это, — лич поправил очки. — Помните, я говорил, что сорок лет назад сюда проник искатель приключений? Некто с ником «Светлый Меч 88». Он пытался активировать Алтарь, чтобы снять с себя какое-то мелкое проклятие. Ключа у него не было, поэтому он просто нажал на всё подряд. Алтарь воспринял это как команду обновления.
— Обновления⁈
— Да. Видите ли, Хозяин, Алтарь — это не просто камень с рунами. Это сложное магическое устройство с элементами самообучения. Когда «Светлый Меч» потыкал в него пальцами, Алтарь решил, что интерфейс устарел. И обновился до версии 3.0.
Морган закрыл глаза. Открыл. Экран не исчез.
— То есть, — сказал он ледяным тоном, — Алтарь, который я создал на древненаречии, теперь имеет интерфейс?
— На древненаречии, — подтвердил Гарольд. — Но с элементами современного магического программирования. Очень удобно. Есть меню. Кнопка «Отмена». И система подсказок.
Морган подошёл ближе. На экране действительно светились пункты меню, выполненные на древненаречии, но с использованием современных магических символов:
1. НАЛОЖИТЬ НОВОЕ ПРОКЛЯТИЕ
2. ПРОДЛИТЬ СУЩЕСТВУЮЩЕЕ
3. ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ
4. НАСТРОЙКИ
5. ОБ АЛТАРЕ
Агнес подошла к стеле и принялась читать руны. Её лицо, обычно спокойное, приобретало всё более озабоченное выражение.
— Дедушка, — сказала она наконец, — тут проблема.
— Какая?
— Древненаречие — это язык, у которого нет категории возвратных глаголов.
— И что?
— Это значит, что формула отмены, которую ты записал на обороте карты, синтаксически неверна. Ты написал: «Проклинаю не проклинать». Но «не проклинать» — это возвратная конструкция. А в древненаречии нет частицы «не» в том смысле, в каком мы её используем. Там отрицание строится через отдельную морфему.
Морган моргнул.
— Агнес, можно попроще?
— Ты написал грамматически неправильную фразу. Алтарь может её не понять.
— Но я же говорил эту фразу сто лет назад! Когда накладывал проклятие! И Алтарь понял!
— Когда ты накладывал проклятие, ты использовал утвердительную конструкцию. «Проклинаю» — это утверждение. Алтарь легко обрабатывает утверждения. А вот «не проклинать» — это отрицание действия, которое уже совершено. Алтарь может интерпретировать это как команду «проклинать в обратном направлении». Или как «проклинать с учётом регресса». Или вообще выдать ошибку.
— Ошибку⁈
Экран мигнул. И выдал новую надпись:
«ВНИМАНИЕ. ОБНАРУЖЕНА ГРАММАТИЧЕСКАЯ НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ. ПОЖАЛУЙСТА, УТОЧНИТЕ ФОРМУЛИРОВКУ».
— Я же говорила, — вздохнула Агнес.
Морган уставился на экран. Потом на Агнес. Потом на Гарольда.
— Как уточнить формулировку⁈
— Ну, — Агнес открыла портфель и достала свои записи, — есть несколько вариантов. Первый: «Снимаю проклятие с условием регресса». Но «регресс» — это термин из современного магического права. Древненаречие его не знает. Алтарь может не принять.
— Второй?
— «Аннулирую проклятие в одностороннем порядке». Но «аннулирование» — это тоже современная концепция. И к тому же Алтарь может потребовать компенсацию за односторонний разрыв договора.
— Какую компенсацию⁈
— Магический НДС, — мрачно ответила Агнес. — Я заметила это в настройках. Алтарь обновился до версии 3.0 и теперь автоматически добавляет налог на магические операции.
Морган открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Ты хочешь сказать, — медленно произнёс он, — что для отмены проклятия мне нужно заплатить магический налог?
— Боюсь, что да.
— СКОЛЬКО⁈
Агнес пробежала глазами строки на экране.
— Согласно текущему курсу… проклятие такого уровня… сроком на сто лет… с учётом инфляции… плюс штраф за просрочку отмены… — Она замолчала, подсчитывая.
— АГНЕС!
— Десять тысяч золотых. В магическом эквиваленте. Или двадцать лет общественных работ. Или пять лет условно с конфискацией трона.
Морган сел на пол. Прямо на холодный камень.
— Десять тысяч, — прошептал он. — За моё собственное проклятие. На моём собственном Алтаре. Который я сам построил.
— Который ты сам построил и забыл обновить, — поправил Гарольд, не отрываясь от Кристалла. — Дорогие подписчики, это драматический момент! Чёрный Владыка столкнулся с бюрократией! Ставьте метки сочувствия!
— Гарольд, я тебя сейчас в бюрократию превращу! — рявкнул Морган. — И не посмотрю, что ты лич!
— Это не поможет, Хозяин. Личи устойчивы к бюрократии. Мы сами — её порождение.
Тео, который всё это время молча слушал, робко поднял руку.
— А может, попробовать третий вариант?
— Какой? — хором спросили все.
— Ну, — Тео замялся, — «Проклинаю не проклинать». Может, Алтарь просто не расслышал? Давайте скажем погромче!
— Тео, — Агнес посмотрела на брата с жалостью, — Алтарь не уши. Это магическое устройство. Оно не «слышит». Оно анализирует грамматическую структуру.
— А вдруг сработает? — упрямо сказал Тео. — Деда, попробуй!
Морган вздохнул, поднялся, подошёл к стеле и громко, отчётливо произнёс:
— ПРОКЛИНАЮ НЕ ПРОКЛИНАТЬ!
Экран мигнул.
«ОШИБКА. ВЫ ИСПОЛЬЗОВАЛИ ДВОЙНОЕ ОТРИЦАНИЕ. ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕФРАЗИРУЙТЕ ЗАПРОС».
— Я же говорила, — повторила Агнес.
— Ладно, — Морган потёр виски, — давайте думать. У нас есть формула, но она грамматически неверна. У нас есть Алтарь, который требует уточнений. У нас есть налог, который мы не можем заплатить. Что делать?
— Можно подать апелляцию, — предложила Агнес. — Согласно магическому праву, любое заклинание можно оспорить в течение ста лет с момента активации.
— Прошло сто лет и один день.
— Тогда можно подать апелляцию на отказ в принятии апелляции.
— Это работает?
— Теоретически — да. Практически — такие дела рассматриваются годами. У нас нет времени.
Лорелея, сидевшая на ступеньках и наблюдающая за спором, подняла руку.
— А можно я предложу вариант? Не юридический. Театральный.
— Валяй, — обречённо сказал Морган.
— Интонация, — сказала Лорелея. — Вы, юристы, мыслите словами. А магия — она как театр. Ей важна подача. Может, Алтарю всё равно, что именно сказано? Может, ему важно, КАК сказано?
Агнес нахмурилась.
— Ты предлагаешь сыграть формулу? Как роль?
— Почему бы и нет? В конце концов, Морган был Чёрным Владыкой. Он умел подавать себя. Пусть вспомнит, как говорил сто лет назад. С той же интонацией. С тем же напором.
Морган задумался.
— Это безумие, — сказал он.
— Безумие — это сидеть в подвале и спорить о возвратных глаголах, пока наверху лозы пожирают город, — резонно заметила Лорелея.
— Справедливо.
Морган встал. Расправил плечи. Посмотрел на стелу. И вдруг изменился. Это было почти незаметно, но каждый в зале это почувствовал. Плечи распрямились. Глаза потемнели. Голос, когда он заговорил, стал глубже и резче, тем самым голосом, который сто лет назад отдавал приказы легионам.
— АЛТАРЬ! — произнёс он. — Я, МОРГАН ДЕЙЛ, БЫВШИЙ ЧЁРНЫЙ ВЛАДЫКА, НЫНЕ ПЕКАРЬ, ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ!
На экране появилась новая надпись:
«ЗАПРОС ПРИНЯТ. ИДЁТ ОБРАБОТКА…»
Все затаили дыхание.
«ОБРАБОТКА ЗАВЕРШЕНА. ПОЖАЛУЙСТА, УТОЧНИТЕ: ВЫ ХОТИТЕ ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ ПОЛНОСТЬЮ ИЛИ ЧАСТИЧНО?»
— Полностью! — рявкнул Морган.
«ПОДТВЕРДИТЕ ДЕЙСТВИЕ. СКАЖИТЕ „ДА“».
— ДА!
«ВНИМАНИЕ. ДЛЯ ЗАВЕРШЕНИЯ ОПЕРАЦИИ НЕОБХОДИМО ОПЛАТИТЬ МАГИЧЕСКИЙ НДС. СУММА: 10 000 ЗОЛОТЫХ. СПОСОБ ОПЛАТЫ: НАЛИЧНЫЕ, МАГИЧЕСКИЙ ПЕРЕВОД, КРЕДИТ».
— Кредит? — переспросила Агнес. — Алтарь выдаёт кредиты?
«ПОДТВЕРЖДАЮ. ПРОЦЕНТНАЯ СТАВКА — 15% ГОДОВЫХ. СРОК — ДО 50 ЛЕТ. ДОСРОЧНОЕ ПОГАШЕНИЕ БЕЗ ШТРАФОВ».
— Дедушка, — медленно произнесла Агнес, — Алтарь предлагает тебе ипотеку на проклятие.
Морган уставился на экран.
— Я не буду брать кредит на отмену собственного заклинания! Это унизительно!
— А какие варианты? — спросил Тео. — У нас нет десяти тысяч.
— Можно договориться о рассрочке, — предложила Агнес. — Первый взнос — символическая сумма. А остальное, когда спасём мир.
— Ты серьёзно предлагаешь торговаться с Алтарём⁈
— Я юрист, дедушка. Торговаться, моя профессия.
Агнес шагнула к стеле.
— Уважаемый Алтарь! — начала она. — Мой подзащитный, Морган Дейл, в прошлом известный как Чёрный Владыка, желает заключить соглашение о поэтапной оплате магического НДС. Первый взнос в размере имеющейся у нас суммы. Остальное в течение года с момента снятия проклятия.
На экране забегали строчки.
«ЗАПРОС НА РАССРОЧКУ ПРИНЯТ. ОЦЕНКА ПЛАТЁЖЕСПОСОБНОСТИ…»
— Какая ещё оценка⁈ — возмутился Морган. — Я сто лет пекарню держу! У меня стабильный доход!
«ДОХОД ПОДТВЕРЖДЁН. НАЛОГОВАЯ ИСТОРИЯ: ОТСУТСТВУЕТ. ВЫ НЕ ПЛАТИЛИ НАЛОГИ ПОСЛЕДНИЕ СТО ЛЕТ».
— Я был Тёмным Владыкой! Какие налоги⁈
«СОГЛАСНО МАГИЧЕСКОМУ КОДЕКСУ, ДАЖЕ ТЁМНЫЕ ВЛАДЫКИ ОБЯЗАНЫ ДЕКЛАРИРОВАТЬ ДОХОДЫ. У ВАС ЗАДОЛЖЕННОСТЬ ЗА СТО ЛЕТ. ПЛЮС ПЕНИ».
— Сколько⁈ — прошептал Морган.
«ДВАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ. БЕЗ УЧЁТА НДС».
Морган снова сел на пол.
— Это конец, — сказал он. — Меня погубила бюрократия. Не герои. Не светлые маги. Не драконы. Налоговая.
— Дедушка, не драматизируй, — сказала Агнес. — Я могу оспорить задолженность. Срок давности по налоговым преступлениям пятьдесят лет. Ты можешь не платить за первые пятьдесят.
— Это всё равно пятнадцать тысяч!
— Зато не двадцать.
Морган посмотрел на внучку. Потом на Алтарь. Потом на экран с кредитной ставкой. И вдруг расхохотался.
— Знаете, — сказал он, отсмеявшись, — сто лет назад я был величайшим злодеем этого мира. А теперь я сижу в подвале собственной крепости и торгуюсь с магическим интерфейсом о рассрочке. Если это не кара богов, то я не знаю, что такое кара.
— Это не кара, — заметила Лорелея. — Это комедия. Жанр такой.
— Я в главной роли, — вздохнул Морган. — И мне не заплатят.
— Заплатят, — возразил Гарольд, наводя Кристалл. — Подписчики уже скидываются. Я объявил сбор средств на спасение мира. За час собрали сорок три золотых и один бутерброд.
— Бутерброд⁈
— С сыром. Очень вкусный, судя по описанию. Правда, его нужно забрать в Эльмсфорде. Но это мелочи.
Морган смотрел на экран Алтаря. Тот всё ещё ждал ответа.
— Ладно, — сказал он наконец. — Агнес, оформляй рассрочку. Тео, не трогай ничего. Лорелея, не пиши пока пьесу. Гарольд, прекрати собирать бутерброды. Идём спасать мир. В кредит.
Агнес уже строчила магическое заявление, ловко управляясь с интерфейсом Алтаря. Строчки на экране сменяли друг друга, и в какой-то момент появилась финальная надпись:
«СОГЛАШЕНИЕ ЗАКЛЮЧЕНО. ПРИСТУПАЙТЕ К ОТМЕНЕ ПРОКЛЯТИЯ».
— Получилось, — выдохнула Агнес.
— Получилось, — повторил Морган. — Теперь главное — правильная интонация.
Он снова встал перед стелой.
— Алтарь! Я, Морган Дейл, отменяю проклятие, наложенное мной сто лет назад! Да сгинут лозы! Да вернутся король и принцесса в человеческий облик! Да упокоится магия, потревоженная моей гордыней!
Он произнёс это с тем самым напором. С той самой тёмной харизмой. И Алтарь, старый, древний, капризный, наконец ответил:
«ПРОКЛЯТИЕ ОТМЕНЕНО. СПАСИБО ЗА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ АЛТАРЯ. ХОРОШЕГО ДНЯ».
И багровое сияние вокруг стелы погасло.