ГЛАВА 36

Возможно, холод подземелья сохранил тело графа от тлена. Или, может, концентрированная тёмная магия не давала обратиться останкам графа в прах. Так или иначе, но можно было сказать с точностью, что это тело принадлежало мужчине. И остатки богатой одежды выдавали знатное происхождение усопшего.

Я чисто интуитивно сделала шаг вперёд, но тут же была остановлена Паулом за руку:

— Не приближайся. Не забывай, здесь ставил свои эксперименты магистр Куагрей.

Магистр поддержал:

— Так и есть. Госпожа Клорр, пожалуйста, не прикасайтесь ни к чему, пока я не дам разрешения.

Фаир приблизился к начертанному на земляном полу кругу и присел перед ним на корточки. Распростер руки, с которых вдруг сорвался огонь. Пламя охватило все магические знаки, что были выведены внутри круга и даже границы пентаграммы. А вот тело графа не трогало. С шипением магия Фаира выжигала всё, что здесь натворил Куагрей. Кажется, самообладание всё-таки стало меня покидать, потому что я передернулась от отвращения при мыслях о сумасшедшем магистре. И захотелось приложить его чем-нибудь тяжелым. Не то, чтобы я была кровожадной, но всё, что пришлось мне пережить по вине этого злого гения, вызывало гнев.

Когда магическое пламя погасло, на земляном полу осталось лишь тело графа. Все руны были уничтожены, как и линии пентаграммы.

— Ну вот, теперь, госпожа Клорр, если вам так уж хочется взглянуть на то, что осталось от графа, милости прошу.

Я осторожно приблизилась и опустилась на колени. Рассматривать тело мне совершенно не хотелось. Никогда не проявляла интерес к этой стороне бытия. Но чтобы призрак смог упокоиться, останки графа нужно очистить от скверны. Я понятия не имела, как это делается. Но в очередной раз доверилась наитию. Я простерла руки над телом графа и пустила свою магию. Она обволакивала останки, и мне казалось, что обрывки одежды очищаются от плесени и гнили. Обнажающиеся кости светлеют. Всё, что от меня зависело, я сделала.

И тут вдруг произошло невероятное. На обрывках одежды, на достаточно хорошо сохранившихся сапогах, и даже на седых волосах усопшего стали распускаться цветы. За моей спиной раздался смешок Фаира и насмешливый голос Эриуса:

— А чего ещё ждать от мага жизни?

Ладони Паула на моих плечах вывели из задумчивости:

— Роберта, достаточно. Побереги силы.

Я поднялась с колен, с интересом рассматривая клумбу, в которую превратились останки графа:

— Вообще-то, его всё равно нужно похоронить в семейном склепе, рядом с благочестивой Ларинель. И провести погребальный обряд, как во времена графа.

И в этот момент из стены вылетел призрак. Завис над своим телом и возмутился:

— Ну и как это называется?! Кто посмел глумиться над телом последнего потомственного графа Форвейн?!

— Граф, не сердитесь. Я просто хотела очистить ваше тело от скверны. А получилось вот так.

Призрак недовольно пометался по камере подземелья. Пофыркал, что-то пробурчал под нос.

— Ладно, прощаю. Но не забудьте исполнить погребальную песню во время обряда! И чтобы всё, как полагается! На закате!

Когда мы выбрались из подземелья, солнце высоко стояло над головой. Всего лишь полдень, а казалось, что я целую вечность проторчала в подвалах замка. Все участники событий оглядели друг друга, и Эриус не удержался от замечания:

— Ну и красавцы.

Я даже в зеркало смотреть не буду, пока не смою с себя всю грязь подземелья. Чтобы не расстраиваться.

Я долго отмокала в купальне, потом заботливая Кора кормила меня своими шедеврами и отпаивала горячим чаем. А Минди с Ядвигой в это время в библиотеке искали описания старинных обрядов погребения. Всем работа нашлась.

На погребение графа Форвейн собрались все обитатели замка. Разве что узников не привели, да парочка надзирателей осталась за ними присматривать.

Нужно отдать должное коменданту и его людям. За несколько часов всё необходимое для обряда было подготовлено. Тело графа, продолжающее красоваться распустившимися цветами, поместили в погребальный ларь. Перенесли в семейный склеп. Рядом с могилой Ларинель подготовили место и для её супруга.

Все обитатели замка не могли поместиться внутри склепа, а потому речь, которую решил произнести комендант по случаю, слушали перед усыпальницей. Господин Намзини говорил о чести, которая выпала всем жителям замка, проводить в последний путь самого графа Форвейн. Едва небо окрасили лучи заходящего солнца, Минди и Ядвига затянули погребальную песню. Они и возглавили процессию, которая частично разместилась внутри склепа. Пока тело графа укрывали обрядовым покрывалом, осыпали благовониями, песня продолжала звучать. Потом погребальный ларь опустили в могилу и засыпали землей. Песня звучала до тех пор, пока каждый из участников процессии не поклонился могиле последнего графа Форвейн.

Я всё равно переживала. Получилось ли? Вдруг сейчас я вернусь на женскую половину замка, а там сидит грустный призрак и укоризненно качает головой? Нашёл ли он свою Ларинель? Вместе ли они сейчас? Как узнать?

После погребения я вместе с Паулом направилась к комнате благочестивой Ларинель. Перевела дыхание возле замурованной двери и робко позвала:

— Граф Форвейн? Вы здесь?

Тишина. Но я позвала ещё раз и ещё, пока Паул осторожно не привлек меня к себе:

— Роберта, хватит. Его нет. Он там, где ему полагается быть.

Я всхлипнула, видимо, волнения дня всё-таки настигли меня:

— Ты думаешь, они вместе? Думаешь, мы все сделали правильно?

— Мы все сделали правильно. Тебе надо отдохнуть. Ты сегодня спасла и замок от жути, и упокоила последнего владельца этого замка.

Мы поднялись в малую гостиную. И только устроились в креслах друг напротив друга, как внизу хлопнула дверь, послышались торопливые шаги, и в гостиную вошел магистр. Он был чем-то взволнован, и что-то мне подсказывало, что вовсе не погребением графа. Усевшись на софу, он шумно выдохнул, посмотрел на Паула, на меня и изрек:

— У меня для вас две новости. Хорошая и плохая. Начну с хорошей. Я по магическому каналу связался с магистром Чумсом. Он действительно подсказал мне, каким образом можно уничтожить магическую субстанцию, которая хранится в сосуде. Но посоветовал не торопиться. И вот тут плохая новость. Оказывается, господин Шуль настолько заинтересовался нашей находкой, что изъявил желание лично посетить замок Форфейпак и посмотреть на нашу жуть.

Я даже ещё не успела представить всю опасность, которая будет грозить обитателям замка, когда здесь появится королевский советник, а настроение уже резко упало. Я и так была в растрепанных чувствах после погребения графа, а тут такие новости ужасные. А пока мысли выстраивались в голове, я прислушалась к словам мужчин.

— Ну и что будем делать, Андреас? Ты же не собираешься возвращаться в камеру, пока Шуль тут будет находиться? — магистр Фаир обеспокоено взглянул на Паула. Судя по тому, как Паул прищурился и его ноздри хищно раздулись, о возвращении в камеру не могло быть и речи.

— Меня гораздо больше волнует, как спрятать от него Роберту. Если он почувствует её магию, а он почувствует, я даже представлять не хочу, какие мысли у него могут появиться в голове.

Фаир сокрушенно вздохнул:

— А как её спрячешь? Он же, наверняка, захочет с ней побеседовать. Ведь это же так удивительно: девушка с нестандартной силой, склонной к стихийной магии, как указано в документах, смогла почувствовать тёмную субстанцию! А я вот отчетливо ощущаю сейчас её силу, и это определенно не стихийная магия! Шуль отлично разбирается в видах магии, его не проведешь!

Паул откинулся на спинку кресла и задумчиво прикрыл глаза. Потом всё-таки поделился своими размышлениями:

— Фаир, а тебе не кажется странным этот интерес Шуля к тёмной субстанции? Чем она так его заинтересовала, что он готов покинуть дворец и переместиться на край света? С чего вдруг у него появилась жажда ознакомиться лично с результатами экспериментов Куагрея?

Фаир пожал плечами:

— Понятия не имею. Мало ли у кого какие странности. Другой вопрос, что он собирается делать с этой жутью? Если просто посмотреть — это одно. А если вдруг он запретит её уничтожать и захочет переместить куда-нибудь? Ты представляешь, что может случиться, если жуть вырвется на свободу? Да я спать спокойно не смогу, если он не даст её уничтожить.

— Вот не нравится мне этот интерес Шуля. Чует моё сердце, это неспроста.

Фаир подскочил с места и нервно прошелся по гостиной:

— А что, если взять и прямо завтра с утра пораньше уничтожить эту жуть? А Шулю что-нибудь соврем?

Паул ответил мрачным взглядом:

— Фаир, ты хочешь пополнить число узников этого замка? Это, во-первых, а во-вторых, для уничтожения жути потребуется много сил. А нам сейчас надо не тратить силы, а копить. Шуль грозный противник и все маги замка, должны осознавать это. Я думаю, нужно обсудить это все в более удобном месте и пригласить господина Эриуса. Он тоже пригодится.

А затем Паул поднялся, подошёл ко мне и помог мне покинуть такое удобное кресло:

— Роберта, а тебе сейчас нужно как следует отдохнуть. Так что иди к себе.

Я возмутилась:

— Но, Паул! Я тоже маг! И я должна быть в курсе того, что вы задумали!

Паул мягко, но настойчиво повел меня к лестнице:

— Твоя роль, Роберта, во всем готовящемся безобразии сводится к тому, чтобы как можно меньше привлекать к себе внимание Шуля.

Едва я появилась в коридоре второго этажа, как из купальни раздался визг Минди. Не веря собственным ушам, я рванула в купальню. Рывком распахнула дверь. Минди сидела на бортике ванной, пождав ноги, и дрожащей рукой указывала в угол:

— Там мышь…

Хмурое небо за окном без единого проблеска солнца словно намекало, что сегодняшний день ничего хорошего не принесет, можно даже не надеяться. И без того плохое настроение дополнилось сосущей тревогой. Чего ждать от визита королевского советника?

Вспомнились слова Паула о том, что нужно как можно меньше привлекать внимание к своей персоне. И что я должна для этого сделать? Невидимыми чарами я не владею. Покрутилась перед зеркалом. Мда… Никогда не страдала ложной скромностью и искренне считала, что и мне и сестре повезло унаследовать мамину красоту. Правда у Гриэль она была ярче, но я себя к дурнушкам никогда не причисляла. Просто всегда считала, что образование важнее внешних данных. Вот кто бы ещё сказал, какие женщины привлекают Шуля? Если брюнетки, то можно выдохнуть. А вот если сероглазые блондинки, то это плохо.

Зачесала волосы назад и собрала их в строгий пучок. Погримасничала перед зеркалом, строя постные мины. Из своего небогатого гардероба выбрала самое унылое платье, без единого намека на привлекательность. Тёмно-серое, с высоким воротом вполне подойдет. Ну, вот и все, что я могу сделать. Умела бы магию прятать, спрятала бы. А теперь уж что есть.

Известие о визите важного вельможи разнеслось по замку молниеносно. Сам комендант находился в состоянии, близкому к истерике. Он с утра пораньше уже зашел на женскую половину, довёл до паники Минди, запугал бедную Дейзи, которая теперь и высунуть нос дальше женской половины боялась.

Вот и сейчас в столовой за завтраком царила гнетущая и подавленная атмосфера. Несмотря на то, что кроме меня, мало кто знал о крутом нраве господина королевского советника, все словно чувствовали надвигающуюся опасность. Даже у Коры омлет пригорел.

И только я сделала глоток обжигающе-горячего чая, как послышался топот в коридоре и на кухню заглянул запыхавшийся Ульрих.

— Госпожа Клорр, приказано срочно проводить вас к коменданту! Ожидают гостя!

Сердце бешено заколотилось, ладони взмокли. Вот уж не думала, что буду так волноваться. Ну, подумаешь, королевский советник! Я вон на качелях принцессы Оливии качалась, и мне за это ничего не было. И не важно, что во сне и это была всего лишь иллюзия. И я же не одна там буду! Магистр Фаир, Эриус. А Паул? Он же не должен показываться на глаза своему недругу! Под сердцем заныло, тревога навалилась сильнее. Ой, мамочки…

Комендант вместе с группой встречающих стоял на ступенях парадного крыльца. Я подошла и встала поближе к магистру Фаиру. Шепотом спросила:

— Где Паул?

— С ним всё в порядке, госпожа Клорр. Подумайте лучше о себе.

Мда, обнадеживающе прозвучало. Поискала глазами Эриуса. Вот уж кто внешне был спокоен до безобразия. Как всегда безукоризненно одет, причесан и надушен. Он тоже посмотрел в мою сторону, чуть кивнул.

Гостей прибыло не меньше дюжины. Все, как один, верхом. Интересно, как они на лошадях на портальную станцию попали? Или для важных вельмож имеются и другие порталы?

Возглавлял небольшой конный отряд всадник на черном жеребце. Богатая сбруя бросалась в глаза. А сам всадник, в подбитом соболиным мехом плаще, с высоко поднятой головой и прямой осанкой, словно позировал для живописца. Чем ближе он подъезжал к крыльцу, тем страшнее мне становилось.

Королевский советник, господин Шуль, был слишком молод для занимаемой должности. Вряд ли ему было больше тридцати пяти. Насколько мне известно, из курса истории, королевским советником назначали одного из сильнейших магов, который смог отличиться перед королем важными заслугами. Чем успел отличиться Шуль, мне было неизвестно. Внешность он имел приметную. Черные волосы густой гривой спадали на плечи. Смуглая кожа, карие глаза. Мужчину нельзя было назвать красивым или уродливым. Но в мимике, во взгляде было что-то пугающее, отталкивающее. Жесты быстрые, резкие. Голос громкий, с капризными нотками. Шуль не мог похвастаться высоким ростом и широким разворотом плеч. Но вот самомнение у него было чрезмерное. Это чувствовалось и в интонации, с которой он ронял слова. В пренебрежительных взглядах, которые он обращал в сторону обитателей замка. В общем, прибыл важный вельможа, который того и гляди, лопнет от собственной важности.