Глава 17

Впрочем, недолго – судьба не спешила меня отпускать. Как и прошлое Ника его самого.

И вот, немного дрожащей рукой я пишу: "Я больше не в силах притворяться, прости. Жизнь с тобой невыносима, ведь я люблю другого. Не ищи меня. Прощай!".

Конечно, это ложь. Конечно, я вовсе не хотела с ним расставаться. И другого не любила, даже представить не могла, как это – любить кого-то хотя бы вполовину также сильно, как Ника. Но жить хотела. А пистолет, приставленный к виску, сделал меня на редкость сговорчивой и покладистой. В конце концов, выживу, свидимся – объяснюсь. Была мысль, что надо вставить что-то, чтобы дать понять, что дело нечисто, но никакой самодеятельности мне не позволили. И даже подпись: "Рина", мне продиктовали, а ведь моя последняя надежда была как раз на подпись. Я думала подписаться "Аурин", Ник бы сразу понял.

Всё началось со звонка Малики, она попросила меня приехать к ней, одну, так как ей, мол, надо со мной посоветоваться. О чём-то исключительно деликатном. А я – единственная подруга, которая у неё здесь есть. Я себя подругой не ощущала, но поехала. Прямиком в ловушку.

Теперь "подруга" стояла в паре метров от меня и презрительно кривилась. Поймав мой далеко не добрый взгляд, не удержалась и дала волю своей злобе с привкусом торжества.

– Ты такая дура, хоть и старая уже, – сказала она. И я, странное дело, была с ней солидарна. Сама обзывала себя дурой, и даже хуже, но что толку? – Подруга… Ха! Да я ненавидела тебя с первой встречи! Ты отняла у меня его!

– Вообще-то, девочка, она отняла его у меня! – вступила в разговор высокая брюнетка. У неё были необычного зелёного цвета глаза и необычно же короткая стрижка. Аннелия, – каким-то шестым чувством поняла я.

– Я должна была выйти за него замуж, – сказала она. – За Ника! За красивого, стройного, восхитительного Ника, а не это убожество… – как выглядел пресловутый дядя Ника, я не знала, почему-то мне казалось после знакомства с Дейлом, что вся семья вполне привлекательна, но, видимо, нет. По крайней мере, Аннелия говорила о муже с большим отвращением, чем некоторые говорят о слизняках. Мне сразу стало его жалко. А она продолжала. – И вот, когда до свадьбы оставалась буквально пара месяцев, ты его похитила! Продержала где-то четыре года и влюбила-таки в себя…

Тут она смерила меня презрительным взглядом, который явно должен был показать, что недаром, дескать, четыре года на это ушло, странно, что в принципе хватило.

– Я долго ждала, – сказала она, и чувствовалось, что действительно ждала и надеялась, и действительно долго. Эх, Ник, всё ли ты мне рассказал? Или приехал, покорил и уехал, даже не заметив? – Надежда умирала медленно и мучительно, – "надо же, какая поэзия!" успела подумать я. – И ты будешь умирать так же, – вдруг жёстко закончила она.

Хотя нет, не закончила. Это оказалось только начало – она минут десять расписывала мне, как именно я сдохну, и, кажется, получила от этого невероятное удовольствие. А я поняла, что она ненормальная.

– Ник всё узнает, – сказала я. – И Аргендейл тоже.

То ли она была не в курсе степени телепатических способностей своих приобретённых родственников, то ли умела защищаться, а может, просто была уверена, что ей ничего не будет… В любом случае, от моей попытки её вразумить она лишь отмахнулась.

– Максимум, что он узнает – это как мучительно и глупо ты погибла, попытавшись сбежать в Конфедерацию, но потерпев крушение на одну из необитаемых планет. Наверное, – она мечтательно закатила глаза, – мне придётся его утешать. А потом – ему меня, когда я неожиданно овдовею.

Ну, Аргендейл, ну, ты даёшь, – мрачно подумала я. Почти идеально подходит, да? Да она помешанная, причём буйная! Боюсь тогда даже предполагать, что творится в голове у Ника, если это ему подходит.

– Я ведь, – продолжила она, – так радовалась, когда ты пропала. Это был знак судьбы! Но, невероятно! Ты опять как-то нарисовалась рядом с ним. Как какой-то репей, захочешь – не стряхнёшь. Пришлось брать дело в свои руки, – в глазах её сверкало безумие.

Тут мой взгляд снова упал на Малику, она ещё злорадствовала и торжествовала, а между тем, жить ей оставалось, судя по всему, очень недолго. Такого свидетеля Аннелия не оставит. И, вопреки всему, мне было эту девчонку жалко. Да, подлая, глупая и исковерканная, но ещё очень молодая.

Собственная участь радости, конечно, тоже не внушала, но я надеялась на чудо, на какую-нибудь случайность, которая даст мне шанс выжить. Я очень постараюсь воспользоваться любой оплошностью в плане противника… Тут я посмотрела на молчаливых мужчин в масках, один из которых до сих пор держал оружие у моей головы. Как-то не очень с ними вязалось слово "оплошность". Кажется, это форма одного из личных подразделений императора? Значит ли это, что Дейл в курсе? – похолодела я. Или это просто маскарад? Или это охрана Аннелии, которую она использует для своих неблаговидных дел?

Остановиться на какой-либо версии я не успела – ощутила укол в шею, и перед глазами всё расплылось…

Признаться честно, я очень рассчитывала, что со мной сможет связаться Ник. И что от меня требуется только продержаться, пока он не организует спасательную операцию. Но за время моего беспамятства ни Ник, ни его опекун так и не появились.

Пришла я в себя уже на корабле, в кресле пилота. И всё бы ничего, если бы не связанные руки и ноги, и один из тех, в масках, хозяйничающий в компьютере корабля и восседающий в кресле второго пилота.

– Давай договоримся, – предложила, ещё толком не придя в себя, чувствуя, как царапают слова пересохшее горло.

Он промолчал. Я повторила, даже не взглянул в мою сторону. Прокладывал курс на одну из необитаемых планет где-то между Конфедерацией и Империей. Интересно, он меня в принципе развязывать не собирается? Я должна буду умирать в этом кресле, крепко связанной? Но это будет подозрительно… Значит, развяжет перед тем, как эвакуироваться на спасательном челноке. Размышляя, я наблюдала, как мой убийца защитил проложенный курс, или даже весь компьютер, паролем, и не прекращала попыток освободиться. Увы, пока безуспешно.

У меня уже родился план – броситься на него, когда освободит, и заставить разблокировать компьютер, но этот гад решил подстраховаться и разбил панель управления. И клавиатуру, и микрофон… Кхамира на корабле не было, это был обычный гражданский корабль, довольно старый уже, а значит, теперь совершенно не управляемый.

– Вандал! – сообщила я ему. Добавила ещё. – Придурок!

Удивительно, но стало немного легче

План мой, естественно, не удался. Ну, или удался совсем чуть-чуть, это с какой стороны посмотреть. Мой противник немного замешкался, забирая ремни – видимо, сработать нужно было чисто, чтобы никаких посторонних следов, и я бросилась на него. Сам процесс драки я помню плохо, так как не отошла ещё от той гадости, которую мне вкололи, да и сложно как-то рассчитывать и выверять удары и движения, когда тебя то и дело прикладывают головой о твёрдые предметы. По моим ощущениям, наша схватка весьма походила на обычную драку, и, конечно, он был сильнее, ловчее, быстрее… В общем, последнее слово, а точнее серия ударов, осталось за ним. Причём, часть из них была просто от злости и бессилия – пока мы дрались, корабль уже начал входить в атмосферу, и эвакуироваться в спасательной шлюпке он теперь не мог. Хорошо это или плохо, я пока не знала, ясно было только, что посадка будет жёсткой, и то, что я буду в это время не в кресле пилота, а на полу, явно добавит мне ещё несколько синяков. Добраться до кресла было уже нереально, и я распласталась, вжимаясь в покрытие, надеясь, что корабль не перевернётся и не очень сильно ударится.

Мне повезло, и даже дважды. Первый раз, что меня не расплющило и не размазало во время посадки, а второй – что Вальд, так звали моего вынужденного теперь спутника, решил меня не добивать. По крайней мере, сразу.

– Ну ты и… штучка, оказывается, – высказал он мне, наполовину обвиняюще, наполовину удивлённо-уважительно, аккуратно ощупывая разбитый нос.

Мне очень хотелось ему сказать, что Ник его уроет, но вот беда – ещё неизвестно, когда прилетит мой любимый имперец, прилетит ли он вообще, и, если и прилетит, то кто из нас до этого прекрасного момента доживёт. Так что я решила перевести разговор в более конструктивное русло.

– Что это за планета? – спросила, в свою очередь, ощупывая разбитые губы, а потом шишки, и аккуратно садясь.

– Поганая планета, – огрызнулся он. И в его глазах я прочитала сомнения – а не пристукнуть ли меня всё-таки?

С одной стороны, вдвоём всё же веселее и, вероятно, чуть больше шансов выжить в каких-то ситуациях, с другой стороны, продукты и вода из спасательной шлюпки отнюдь не бесконечны, да и отомстить хотелось.

Когда он навёл на меня пистолет, я почти уже не испугалась. Хотела подумать о чём-то важном, но в голове было до обидного пусто. Так что я просто молча смотрела на пистолет, потом на человека, его наставившего, а потом и вовсе стала смотреть на пол – стрелял бы уже, в самом деле, сколько можно ждать?

– Ладно, – вдруг сказал он. – Пока живи. Я – Вальд.

Мы шли и шли, и шли. Впереди были скалы. И позади – скалы. И вокруг – они же. И даже под ногами что-то абсолютно твёрдое, монолитное. Ни пыли, ни травинки, ничего.

– Это шестая планета, – сказал мне Вальд после того, как всё же решил оставить меня в живых. Пока оставить. Сказал так, словно это всё объясняло. Возможно, это одна из легенд, которую имперцы выучивают в детстве? Но я-то приезжая…

Спрашивать не стала. Но, увидев, что я не прониклась, он рассказал сам. Думаю, ему просто было грустно бояться одному, известный ведь способ почувствовать себя храбрым – найти того, кто боится больше.

Дело было давно, очень давно. Название "шестая" планета получила в рамках проекта по расширению зоны обитания, это был её порядковый номер; вокруг своего светила она вращалась в гордом одиночестве.

Поверхностные осмотры и исследования показали, что планета, хоть и не изобилует растительностью, вполне пригодна для проживания при небольшой доработке.

Первая экспедиция пропала бесследно примерно через неделю. Корабль, техника, вещи – всё осталось совершенно целым. Даже одежда, причём её обнаружили на рабочих местах. А самих людей не было. Расследование ничего не дало, вся живность, которая была на планете, была в океане, и напасть на людей в корабле никак не могла. После того, как пропала и вторая экспедиция, планету внесли в чёрный список. За прошедшие несколько сотен лет попытки разгадать загадку шестой планеты предпринимались неоднократно, и кое-что выяснить удалось. Увы, ценою значительных жертв.

Периодически на планете появлялся туман, который, впрочем, не был туманом в классическом понимании этого слова. Скорее, это было некое излучение, попадая в которое люди просто пропадали. Однако постепенно, всё чаще, стал проявляться и другой эффект – вроде бы его объясняли тем, что человеческие гены мутируют, а также смешиваются с генами других, инопланетных рас – некоторые не пропадали, а изменялись, превращаясь в неприспособленных к жизни уродцев, после чего долго и мучительно умирали. Вот, оказывается, на какую смерть для меня рассчитывала Аннелия. Душка, что и говорить.

– Не рой другому яму, – немного злорадно сообщила я Вальду в ответ на его рассказ. Он оскалился и демонстративно взялся за пистолет.

Мы направлялись туда, где наш корабль, который, увы, теперь был хоть и работающей, но неуправляемой, а потому бесполезной, грудой металла, показывал другой корабль. То, что наш его засёк, позволяло надеяться, что корабль работающий, и из него можно хотя бы послать сигнал помощи. Правда, шансов получить эту самую помощь у нас было не очень много – разве что пришлют полностью автоматический шаттл, соваться на эту планету добровольно никто не решится. Идти предстояло дня четыре. А потом ещё минимум день ждать помощи… Как было не думать об этом страшном тумане?

Правда, уже через час я поняла, что до тумана тоже надо ещё дожить. Климат был жаркий, очень. И очень сухой. Вероятно, океан находился где-то совершенно в другой, противоположной части планеты, а делиться со мной водой Вальд пока не собирался. Один раз я ему на это намекнула, да что там, прямо сказала, и получила в ответ предложение вступить с ним в интимные отношения в обмен на воду и еду, выраженное, впрочем, гораздо короче и грубее… “Должен же быть от тебя хоть какой-то прок”, – добавил он, мазнув по мне взглядом.

Кроме этого, я постепенно начинала ощущать последствия нашей стычки. Тогда, в пылу борьбы, мне казалось, что в основном пострадала моя голова, но теперь я начала ощущать и другие ушибленные места.

Надо как-то избавляться от Вальда, – вопила моя интуиция. Он – не Ник, с ним гораздо опаснее, чем без него. Да и воды останется больше. Но я не могла. Вот так вот взять и хладнокровно решиться кого-то убить. Не говоря уже о том, что как именно убивать – совершенно непонятно. Так что пока молча плелась впереди, гадая, уступит ли моя нерешительность жажде и желанию выжить, и если да, то когда…

Вариант согласиться на его условия я не рассматривала. Да, гордая. И брезгливая. Кроме того, я была уверена, что он не собирается делиться ни при каких обстоятельствах, а предложил просто, чтобы меня унизить. Есть такие неприятные люди… И вдвойне они неприятны, когда у них в руках оружие, а у тебя – нет.

Конечно же, без тумана не обошлось. Глупо было даже надеяться, но разве у нас был выбор? Свечение возникло метрах в пятидесяти впереди, а может, заметили мы его только тогда, когда оказались так близко, но Вальд тут же рванул в противоположную сторону. Я же застыла, вроде бы всего на пару мгновений, но дальше было уже поздно – туман наступал стремительно, и мгновенно меня поглотил. Закружилась голова, и почти сразу уплыло сознание, я даже додумать не успела своё последнее слово, адресованное Каринке и Нику.

Очнулась, чуть ли не жалея, что это произошло. Не открывая глаз, прислушалась к себе. Всё тело словно горело, и я, памятуя рассказ Вальда, испытала прилив ужаса – вдруг у меня теперь нет кожи, он говорил, что такое бывает. Но зажмурившись к кораблю не дойдёшь, так что глаза я всё-таки открыла. Вернее, чуть-чуть приоткрыла сначала, но тут же распахнула широко-широко: я действительно горела, мой синий огонь окутывал всё тело, не только руки, а самым поразительным было полное отсутствие кхамира на этой планете – я проверяла, как только вышли из корабля, надеялась найти хоть какой-то козырь против Вальда. Кстати, Вальд… Кажется, он пытался сбежать, когда на нас двинулось свечение, и я бы не стала его разыскивать, но вода… У него была вся вода. А ещё – немного еды, оружие и аптечка из корабля. Так что, убедившись, что руки и ноги на месте, а не сгорели, я отправилась в ту сторону, куда удрал этот не очень-то достойный человек… Если честно, я надеялась, что он исчез, и я просто заберу нужные мне вещи. Но не повезло.

Хотя моё "не повезло" – полнейшая ерунда по сравнению с тем, как не повезло ему. Первое, на что я обратила внимание – это огромные, в несколько раз больше, чем нужно руки, а вот ног почему-то не было, как и глаз… И дальше я не рассматривала, просто не могла.

– Помоги! – заскулило существо, бывшее ещё совсем недавно Вальдом, но всё, что я могла – это только пристрелить. И то, если заставлю себя подойти к этому достаточно близко, чтобы взять оружие.

Вообще, убийство из милосердия всегда казалось мне сомнительным, а теперь вот жизнь подкинула такую задачку мне самой.

Сначала я забрала воду и аптечку, и торопливо отпрянула, пытаясь отдышаться и удержать в себе активно просившиеся наружу внутренности. Затем, подойдя ещё раз, взяла пистолет. Снова отошла подальше.

– Помоги… – пробулькал Вальд ещё раз.

– Добить? – участливо спросила я, ощущая отвращение к самой себе.

– Нет, нет! – испуганно забормотал он. – Я знаю, у тебя нет причин меня любить, я был довольно груб, но помоги!

Довольно груб. Ага. И ещё забыл упомянуть, что собирался меня убить. И именно таким образом, какой достался ему самому.

Но я бы помогла, если бы у него был шанс. По крайней мере, потом я успокаивала себя именно так. Когда я сказала ему, что у него вообще нет глаз и ног, он мне не поверил, хотя сам не так давно рассказывал страшилки, где у людей пропадали то руки, то рот, то половина внутренних органов.

Был ли у меня выбор? Наверное. Да нет, даже точно был, и я не горжусь тем, что сделала. Но и не жалею.

Я оставила ему всю еду. И половину воды – к счастью, она была в двух ёмкостях. Вложила в его ставшую невероятно большой руку и поспешно отошла.

– Если мне удастся вызвать помощь, я за тобой вернусь. Это всё, что могу сделать.

И я бросилась прочь, под проклятия и мольбы.

Так закончился мой первый день на шестой планете.

Ночь наступила очень быстро и оказалась просто ледяной. Спать я не ложилась, и старалась не останавливаться вообще. Наверное, несмотря на движение – быстрый, насколько я ещё могла, шаг, я бы не пережила этот лютый холод, который принесла с собой темнота, если бы не мой синий огонь. Туман каким-то образом зажёг его во мне, и я боялась прекращать – вдруг без кхамира я не смогу вызвать его вновь? А с огнём не жарко, не холодно, и почти не хотелось пить, вот только казалось иногда, что я действительно в нём горю. Я даже пару раз вспомнила ту гадалку с кхамировой планеты, которая предрекла мне сгореть в синем пламени. Конечно, она не могла знать будущее, но совпадение забавное. Я пока ещё была в состоянии оценить иронию.

Когда на третьи бессонные сутки я увидела Ника, то поняла, что мозг, будучи без отдыха и подхлёстываемый огнём, дошёл до ручки и выдал мне галлюцинацию. Какую-то на редкость неприветливую, правда, но я всё равно была рада увидеть его напоследок. Хоть так. Синий огонь пропал почти час назад, и вызвать я его не могла, видимо, он истощил меня полностью…

– Ты даже сбежать без приключений не можешь, не то что в клуб сходить или в плен сдаться! – Возмутился воображаемый Ник.

– Будешь на меня ворчать, заведу себе другую галлюцинацию, – пригрозила я, упрямо продолжая ковылять вперёд. Ног я не чувствовала, но как-то они ещё шли.

Он некоторое время шёл рядом, молча, а потом спросил уже почти нормальным голосом:

– А куда мы идём?

– Мы идём к какому-то непонятному кораблю, который Вальд усмотрел на экране нашего корабля, когда мы садились, чтобы попытаться подать оттуда сигнал.

– Зачем? – как-то растерянно спросил он.

– Чтобы прилетел Ник и спас меня, – без всякой уже надежды сказала я.

– А я – кто? – уже совсем удивлённо и даже настороженно осведомился мой глюк.

– Ты – галлюцинация, – не менее грустно ответила ему. И как раз в это время ноги отказались нести свою безумную хозяйку дальше, а Ник не успел меня подхватить. Хотя о чём это я? Галлюцинация вряд ли вообще способна подхватить кого-либо. Если я и ударилась, то ничего не почувствовала. Гораздо больше меня беспокоило, что я прекратила движение к цели. Чтобы успокоить и подбодрить саму себя пообещала. – Я сейчас встану и пойду… Честно.

И провалилась в сон, понимая, что всё пропало.

Очнулась я в кресле второго пилота и испытала явное дежавю, даже подумала, что это мне всё примерещилось, и мы ещё только летим к шестой планете. Но я не была связана. И в кресле рядом был вовсе не Вальд.

– Ник, – сказала я, – надо забрать Вальда, если он ещё жив.

Он вздрогнул и перевёл на меня взгляд. Холодный. Как на чужую. Я даже подумала в какой-то момент – а может, мне приснилось всё, начиная с кхамировой планеты? И этот капитан взял меня в плен, и зовут его вовсе не Ник?

– Куда тебя отвезти? – отсутствующим тоном спросил он. И, видя, что я собираюсь что-то добавить, произнёс. – Кроме тебя никого живого на поверхности этой планеты не было.

– Домой, – растерялась я, с ужасом наблюдая, как Ник прокладывает курс к той планете, на которой я жила в Конфедерации.

Он поверил. Этот чёртов телепат поверил записке, написанной под дулом пистолета, и двум змеюкам в обличии женщин. Значит, наверное, хотел поверить… И как тут объясниться?

– Кто такой Вальд? – спросил вдруг Ник и раньше, чем я успела сказать хоть что-то, добавил. – Впрочем, неважно, я не хочу этого знать.

Я смотрела на него во все глаза. И это мой Ник? Тот, кто смотрел на меня с такой теплотой и таким желанием? Тот, кто каждую ночь в плену мне снился? Этот чужой, холодный и опасный человек?

– Вальд остался там, мы попали в туман и… разделились, – мрачно буркнула я. Может, хотя бы это его выведет из такого отстранённого состояния?

– Если бы это был туман, мы бы не разговаривали с тобой, – не поверил он. Настаивать не стала.

Вместо этого спросила, кусая губы и стараясь не заплакать – всё же отходняк от стресса и такой чужой Ник…

– У меня больше нет гражданства Империи?

– Почему? – вроде бы вполне натурально удивился Ник. – Гражданство, квартира, всё есть.

– Вальд – один из тех, кого твоя бывшая невеста наняла меня убить, – решилась я начать говорить.

Он мне снова не поверил.

– Рина, – со вздохом сказал Ник, – тебе не надо ничего придумывать. Ты можешь жить, где хочешь и с кем хочешь, я ведь говорил уже.

– Ладно, – сказала я, закипая. – Ладно. Если тебе не нужна постоянно влипающая в проблемы девушка, имей смелость сказать об этом прямо! А не придумывать всякую чушь!

– Мне не нужна мечтающая о другом девушка, – огрызнулся он.

– Тогда бери Аннелию, – начиная уже получать даже какое-то мазохистское удовольствие, предложила я ему. – Она на тебе помешалась, да и Дейл считает, что она тебе идеально подходит! Не то что я!

– Причём тут Аннелия и тем более Дейл? – поморщился этот, не знаю, как назвать… Дурак. Пусть будет дурак. А ведь притворялся умным… Хотя, возможно, Аннелия просто очень качественно всё организовала. – Она давно замужем, а он к тебе очень расположен.

– Вот и спросил бы у Дейла, могла ли я сбежать и написать такое, – бросила я, мечтая швырнуть в него чем-то посущественнее слов.

– Я спросил, – неожиданно усталым голосом признался Ник.

– И?! – чуть не задохнулась я от изумления. Неужели…?

– Он мне не ответил, но просил убедиться, что ты благополучно добралась.

Я не знала, как реагировать. Во что это решил поиграть император? А Ник продолжил:

– Я проверил твой счёт, обнаружил покупку корабля две недели назад, на одной из планет, близких к Конфедерации… билет на рейс на эту планету. Ещё и Малика… Она мне позвонила тогда, сказала, что не может больше от меня скрывать…

– Твоя Малика, – снова разозлилась я, – меня и сдала этой твоей Аннелии.

– Малика погибла, – помолчав, произнёс вдруг Ник, и я охнула, искренне, хоть и понимала тогда, что не жить этой глупой девчонке.

– Как?

– Спрыгнула с моста, оставив записку, что очень виновата передо мной и тобой…

В его интонации мне послышались обвиняющие нотки, возможно, что именно послышались, и это стало последней каплей.

– Всё, – сказала я. – С меня хватит. Можешь верить, во что хочешь, но если гражданство Империи у меня ещё есть, отвезти меня туда. – Я подумала и прибавила. – Пожалуйста. Отвезите, капитан, будьте любезны, если Вас не затруднит.

Ник молча проложил новый курс. Корабль был другой, больше и новее. И без кхамира.

– Как ты себя чувствуешь?

Неужели сообразил спросить, – горько и язвительно подумала я. Но вслух ничего говорить не стала. Врать не хотелось, жаловаться тоже.

– Рина? – повторил Ник.

– Жить буду, – ушла я от ответа, закрывая глаза.

Наверное, чуть позже я смогу посмотреть на ситуацию его глазами. И, может быть, постараться понять.

Интересно, что скажет Аннелия? Вернее, что она сделает?

– Иногда, – с чувством, только не знаю с каким, сказал вдруг он, – я очень жалею, что не могу тебя прочитать.

– А так большинство людей живёт, представляете, капитан? – почти мирно отозвалась я. – Приходится просто как-то друг другу доверять. Ужас, да?

– Я готов услышать твою версию, – вдруг изъявил Ник готовность к переговорам. Но я уже не хотела ничего ему рассказывать, во мне включилось что-то совершенно деструктивное, упивающееся своими страданиями и его неправотой. Впрочем, скандалить дальше я не стала. Моего благоразумия всё же хватило на то, чтобы ответить.

– Сейчас не могу. Прости…те.

Второй раз я проснулась в медицинской капсуле, и мне было уже гораздо лучше. Даже недоверие Ника уже не так сильно ранило, оно казалось объяснимым и преодолимым. Но всё же немного повредничать я собиралась.

Когда я вошла в рубку, Ник молча проследил, как я занимаю второе кресло, а потом неожиданно произнёс:

– Кто тебя бил?

– Вальд, – честно ответила я. И не удержалась, добавила. – От большой взаимной любви. А потом я ещё приземление на полу провела, причуда у меня была такая.

– Рина, – сказал Ник как-то так, что я почти устыдилась. Почти. Всё же обида была ещё сильна. Так что я сделала вид, что ничего не поняла и послала ему вызывающий взгляд.

– Капитан Ник?

– Мне жаль, если ты пострадала из-за меня, – совершенно неожиданно выдал он, и я с ужасом поняла, что разговор сворачивает куда-то не туда. Этак он сейчас самоустранится из моей жизни, пусть и по другой причине, но всё же… А я собиралась жить с ним долго и счастливо, между прочим. Ну, после того, как он как-нибудь загладит свою вину, как именно я ещё не решила.

– Стоп, – поспешила его остановить. – Что за двойные стандарты? Кто мне втирал не так давно, что телепатов учат не решать за других?

– Возможно, меня плохо учили, – не отступил от своей совершенно неправильной линии Ник. И, чуть помедлив, выдал. – Не исключено, что тогда харркараны забрали вас из клуба, потому что туда должен был прийти я. Я собирался быть там раньше, задержался в последний момент.

Если бы я умела свистеть, я бы присвистнула. Но я не умела, так что ограничилась вопросом:

– Почему ты так думаешь? Аннелия не стала бы тебе вредить, это я тебе гарантирую, хоть я и не телепат.

Ник вздохнул. Кажется, принимать версию о безумии и преступных наклонностях своей бывшей невесты ему не хотелось. Я даже ощутила укол ревности, и она, ревность, толкнула меня сказать, куда язвительнее и эмоциональнее, чем следовало:

– Если ты хочешь быть с ней, на здоровье. Но это не повод её покрывать!

– Так что там с Вальдом? – почти примирительно спросил Ник. – Говоришь, он остался на шестой планете?

– Ты мне не поверишь. Вернее, уже не поверил, – буркнула я.

– Учитывая, что ты приняла меня за галлюцинацию – неудивительно, – улыбнулся он.

Вместо ответа я вспыхнула синим огнём, хотя кхамира нигде поблизости не было. Вообще, я планировала зажечь его только на руке, но не рассчитала силы.

И, насладившись эффектом потрясения в глазах Ника, жалобно спросила:

– А есть у тебя что-нибудь из еды?

И это установило шаткое перемирие в наших отношениях.

ГЛАВА 18

– У меня большая семья, – сказал Ник. Так и просившееся на язык "а мне ты ничего о них даже не рассказывал" я старательно зажевала куском пиццы. И, кажется, не зря. Он вздохнул и продолжил. – Большая, но не очень-то дружная. Я тебя потому и не знакомил, что не хотел тащить в этот гадюшник. С родителями хотел познакомить, но они сейчас на другом конце Империи… Аргендейл в сознание родственников не заглядывает принципиально, говорит, что пожил уже достаточно, и лучше умрёт счастливым глупцом, чем будет влачить существование одинокого параноика. Впрочем, не уверен, что его вообще возможно убить…

Я ела, слушала и, против воли, любовалась Ником. Какой же он всё-таки… Дух захватывает. Интересно, а как выглядит дядя Ника, который женился на Аннелии?

– И ты думаешь, что кто-то из родственников пытается тебя убрать? – спросила я, когда он замолчал. – Зачем? Неужели тебе светит корона?

– Нет, не светит. По крайней мере, никогда раньше не светила. Я вообще всегда был уверен, что Дейл вечен. Но, кажется, что-то изменилось за четыре года, пока меня не было. Возможно, Дейл приблизил к себе кого-то, и теперь тому или той кажется, что я стою на пути к власти…

– А нельзя спросить Аргендейла?

Я облизала пальцы, чувствуя себя странно под пристальным взглядом Ника.

– Можно. Но я пока не готов отказаться от общения с ним, а любая, даже самая завуалированная, попытка вовлечь его в семейные разборки закончится именно этим. Прецеденты были. Да и не факт, что он действительно кого-то привечал… Дейл, он такой. Может каждую неделю звать тебя на ужин, а потом не вспоминать о тебе месяцами, не потому, что это какой-то хитрый план, чтобы ты мучился, а просто потому, что тогда ты был ему интересен, а потом его захватило что-то другое… Я привык, но кто-то мог воспринять это как охлаждение, связанное с моим возвращением.

– Не смей смотреть на меня так, – велела, опуская глаза. – Ты мне не веришь, а даже если и веришь, то я тебя не простила.

– Не смотрю, – сказал он после небольшой паузы, и я подняла глаза, чувствуя себя обманутой. Мне нужен был совсем другой ответ.

Он действительно не смотрел, подлец.

– Что ты думаешь о том, чтобы пожить у Рэми?

Я уже давно всё съела, так что давиться было нечем, иначе я бы обязательно. Впрочем, поразмыслив, я признала, что логика в этом есть – под своим именем мне возвращаться точно нельзя, в квартирах Ника обретаться тоже, учитывая непонятные намерения его родственников, и то, как ловко Аннелия провернула всё это с кораблём, билетом на рейс и прочим.

– С удовольствием, – легко согласилась я.

– Хорошо, – кивнул помрачневший, хочу думать, что ревнующий, Ник, – завезу тебя к Рэми.

– Вот и отлично, – злобно улыбнулась я. Впрочем, что-то в его тоне сподвигло меня спросить. – А ты?

– А я, – сказал Ник, всё так же не смотря на меня, – наведаюсь к харркаранам. Меня не покидает ощущение, что Аргендейл… что мы все что-то упускаем.

И я сразу же захотела с ним. В конце-то концов, ну что мне делать там у Рэми, не имея возможности ни летать, ни работать, ни любить…

– А как ты меня нашёл?

– Ну, найти сегмент было просто, а дальше я начал с самой плохой планеты и не прогадал, – невесело усмехнулся Ник.

Насчёт сегмента я понимала – перемещения кораблей не отслеживались непрерывно, регистрировалось прохождение определённых точек, и уже по ним формировался маршрут в базах данных, так что достаточно было узнать, где корабль подал сигнал последний раз. Насчёт самой плохой планеты Ник, конечно, преувеличил – на этой, по крайней мере, атмосфера была. И вообще, ко мне шестая планета оказалась более чем благосклонна. Она освободила меня от Вальда, не тронула и даже наоборот, наградила магией, не зависящей от кхамира. Вот только чем придётся за это заплатить?

Я вдруг на мгновение представила себя на месте Ника, а его – на моём. Словно это я знаю, что он потерпел крушение на одной из планет, на одной из сотни чёртовых планет, большая часть из которых убивает сразу, если корабль хоть немного повреждён, а если нет – то смерть просто откладывается на несколько дней, пока не кончится весь кислород. И, может, он ещё жив, а может, уже и нет. И каждая лишняя, потраченная на размышления или бестолковые метания секунда, каждый мой неправильный выбор – всё это приближает его смерть. Нет, я бы не выдержала такого давления, хотя мне и казалось всегда, что я хорошо соображаю в стрессовых ситуациях. Бедный Ник.

Про не самый плохой вариант я даже не стала говорить, сообразила, каков был ход рассуждений: раз не был подан сигнал бедствия, то корабль разбит в хлам, и если планета без атмосферы, то уже наступил полный и моментальный кирдык. Предположить заковырку с паролем Ник вряд ли мог.

Мне стало вдруг совершенно невыносимо думать о том, что он пережил, и я, для самой себя неожиданно, порывисто встала, подошла к нему и погладила по голове.

– Бедный мой Ник, – шепнула я, целуя его в висок. – Ты очень за меня испугался, да?

– Очень, – серьёзно сказал он, поднимая взгляд.

И я не могла его не поцеловать. А он не мог не ответить. И не продолжить мы тоже не смогли, хотя было не очень-то удобно, но пойти в каюту, а она на этом корабле была, нам как-то и в голову не пришло.

– Так что там с клубом? – спросила я, устраиваясь на коленях у Ника и беря его за руку. Мне всё было его мало, я чувствовала неуверенность – а будет ли у наших отношений будущее, и поэтому мне хотелось взять как можно больше впечатлений сейчас. Подлокотник кресла впивался в поясницу, но мне всё равно было хорошо.

– А что с ним? – спросил Ник, жмурясь от удовольствия – я легонько гладила его по лицу, самыми кончиками пальцев, очень нежно.

– Почему ты связываешь это с собой?

– Был ещё один случай похищения там, где должен был быть я. Но, позор мне, – вздохнул Ник, – я не связал эти два случая… Тогда.

– А почему связал теперь? – я погладила его щёку и поцеловала в нос.

Ник вызвал на экран схему в которой я узнала Империю и Конфедерацию.

– Вот, – сказал он, что-то нажимая, и на карте стали появляться красные точки, – видишь некоторую закономерность?

– Вижу, – сказала я, собираясь не смешно сострить, мол, закономерность в том, что точки красные, но вдруг поняла, что он имел в виду. Точки были примерно на одинаковом расстоянии друг от друга и представляли собой последовательную цепочку – на экране они появлялись постепенно, в хронологическом порядке, и так это было особенно заметно. Очень было похоже на схематичную, продуманную выборку. Но центральная планета Империи туда никак не вписывалась.

– А это, – ещё нажатие, – где собирался быть я.

Появились ещё две точки, обозначенные жёлтым. И действительно, именно эти две выбивались из схемы. По крайней мере, из той схемы, которая чудилась очевидной моей человеческой, и получеловеческой у имперца, логике.

– Я не понимаю, – честно призналась я. – Ведь похищения начались, когда ты уже полтора года как пропал…

– Ну, – сказал Ник, – во-первых, я и не претендую на место главного трофея в этой заварухе, а во-вторых… неизвестно, когда это началось на самом деле. Полтора года назад был зафиксирован первый корабль и массовое похищение. Но они ведь как-то поняли, что люди им подходят. Как-то научились принимать и транслировать эмоции, а значит, скорее всего, были похищения и до этого.

– Мой трофей, – нежно сказала я, обнимая его за шею. Да, тема невесёлая, но формулировку Ник выбрал забавную. И как же я его люблю! – Я полечу с тобой.

– Нет, – также нежно ответил он. – Ты останешься у Рэми, как мы договорились.

– Нет, – ещё нежнее проворковала я. И легонько поцеловала в губы, чтобы сгладить впечатление от следующей реплики. – Кто ты такой, чтобы мне указывать?

– Это ты так намекаешь, что пора узаконить наши отношения? – поинтересовался, выгибая бровь.

Я легонько её, бровь, погладила, пытаясь вернуть на место. Не вышло. Как он вообще умудряется поднимать их по одной? Я как-то пробовала, у меня получается только обе вместе.

– Это я так прямо говорю, что полечу с тобой, – не поддалась на провокацию, хотя, должна признаться, мне стоило значительных усилий не уточнить – неужели он готов на мне жениться? Правда-правда? – Так какой у нас план?

Ник только покачал головой, а я, пользуясь случаем – куда он от меня денется, когда я так удобно на нём сижу, продолжила расспросы.

– А зачем Дейлу мой синий огонь был?

– Он хотел его как-то применить к харркаранам, но пока не очень складывается вроде, – пожал плечами Ник. И – о чудо! – добавил по собственной инициативе. – Есть ещё кое-что, наводящее на мысли о сговоре харркаранов с кем-то из моей семьи. Они слишком легко проникли на центральную планету Империи, я почти уверен, что либо у них были опознавательные коды, либо сбой в системе был организован специально.

– Сбой в системе? – послушно переспросила я.

– Да, был сбой в охранной системе, и только поэтому они смогли провернуть это похищение. Тогда это списали на наличие супертехнологий у харркаранов, но в памяти пилота я ничего такого не обнаружил. Да, он не участвовал непосредственно в том нападении, но если бы что-то было, наверное, они применяли бы везде. Ну или он хотя бы знал о такой технологии…

– Ты кого-то подозреваешь? – я немного поёрзала, пытаясь поудобнее пристроить поясницу к этому недружелюбному подлокотнику. Не сразу поняла, почему Ник прикрыл глаза на пару секунд и как-то судорожно вздохнул.

– Теоретически возможность была у многих, как ни странно… Хочешь, массаж сделаю? – он погладил мою многострадальную спину, а я чуть не вздрогнула, да что там, вздрогнула и чуть не подпрыгнула, вспомнив тот волшебный тонизирующий массаж. Он произвёл на меня неизгладимое впечатление.

– Нет-нет-нет! – поспешила отказаться. – Я, веришь ли, до сих пор ощущаю бодрящий эффект твоего массажа. Как вспомню, так сразу хочется бегать… вернее, бежать. Куда подальше.

Ник рассмеялся, а я поспешила сменить тему.

– А как выглядит твой дядя, женившийся на Аннелии?

– Альдо? Обычно выглядит. А тебе зачем?

Я молча показала ему язык. Обычно выглядит – чудесное описание. Сразу узнаю, если увижу.

Ник не хотел брать меня с собой. Ни в какую. Я попробовала все более или менее вменяемые и разумные аргументы и перешла к неразумным и фантастическим.

– Я куплю корабль и полечу сама, – мрачно сказала ему. – Одна, совершенно беззащитная.

– У тебя денег не хватит, – легкомысленно откликнулся Ник. – Да и лететь тебе придётся слишком долго, если не использовать прыжки.

А корабль с технологией харркаранов я, ясное дело, купить не смогу, – мысленно закончила за него. Мы неумолимо приближались к центральной планете Империи, где он собирался сдать меня Рэми. И я уже даже стала раздумывать, а не захватить ли мне корабль самого Ника? Бред, не спорю. Но что делать-то? Я уже не просто хотела, я чувствовала, что мне надо туда с ним. Но как ему это объяснить?

От аргумента, что я там была, он отмахнулся – информация, вытащенная из головы пилота вкупе с информацией, добровольно сданной Ликкарой, явно превосходили мои скромные познания.

Я уже даже представила, как руками и ногами цепляюсь за кресло второго пилота, а Ник пытается меня от него оторвать, дабы выдворить с корабля. Или, может, стоит запереться в медицинской капсуле? Или в каюте?

Но тут мне на помощь пришли обстоятельства. Хотя, помощь была… специфической, назовём её так. В конце концов, это спорный вопрос – что важнее: результат или намерения.

Охранный комплекс планеты открыл по нам огонь. Сначала всё шло как обычно – система затребовала код, узнала корабль Ника… и тут вместо разрешающего сигнала, или хотя бы приказа ждать – как это было, когда мы вернулись после четырёхлетнего отсутствия и система не признала код, на нас просто-напросто наставили оружие. Это было настолько неожиданно, что я не сразу поняла, что происходит, да и Ник, при всём своём мастерстве, еле успел увернуться от первого залпа, кажется, нас даже чуток зацепило, от второго он увернулся уже увереннее и, заковыристо ругаясь – язык я не понимала, но интонация сомнений не оставляла, а затем активировал харркаранские двигатели, и мы ушли в спасительный прыжок.

– Ух ты ж! – сказала я, когда смогла, наконец, говорить. Ругаться нецензурно как-то не в моих правилах, а другие слова на ум чего-то не шли.

– Угу, – сказал Ник. Видимо, у него тоже словарный запас пострадал…

– Так что, ты говоришь, мы упускаем? – спросила я, переводя разговор на харркаранов. Чёрт его знает, связано это нападение с ними или нет, но о самом нападении говорить как-то пока не хотелось. А раз уж я всё равно лечу с Ником…

– Иди сюда, – предложил Ник, и я охотно отправилась к нему на колени. После пережитого хотелось обнять кого-то тёплого, можно даже пушистого. Но придётся ограничиться тёплым.

– Меня смущают два момента. Первый – это их родная планета.

– А что с ней? – удивилась я. Признаться, ожидала я чего-то другого. Не знаю, чего именно, но другого.

– В том-то и дело, что ничего. Совсем. Я вполне тщательно порылся в голове пилота, так вот, он не был на своей родной планете очень и очень давно. Он несколько раз переходил в новое тело, так что его память довольно размыта, и точные временные рамки назвать сложно… но пару веков точно. Я спрашивал Ликкару, она тоже не помнит, когда была последний раз, вроде ещё до первого перехода. И почему – не может сказать.

Ого. Это было действительно странно – веками жить на станциях и кораблях, и даже не хотеть на родную планету. Разве что её больше не существует… Но тогда можно же обжить другую? Вот Ликкаре вполне нормально у нас, вроде… Ой.

– Ты думаешь, у них нет планеты? Она погибла? И они хотят одну из наших? Или даже не одну?.. – заволновалась я. Как-то привыкла уже считать проблему с харркаранами почти решённой, а тут вдруг такое…

– Сначала я подумал, что её нет, но, порывшись в его корабле, не обнаружил никаких подтверждений. Корабль считал вполне возможным проложить туда маршрут и совершить посадку, а атмосферу – пригодной для жизни.

– Но почему тогда? – не выдержав, задала очевидный вопрос.

– Не знаю, – сказал Ник, – поэтому и решил взглянуть на планету сам, лично.

– А второе? – я чуть не подпрыгивала от любопытства и волнения.

– Второе – ещё хуже, – вздохнул Ник. – Представь, что ты оказалась в теле, которое тебя не устраивает, как минимум, по двум, а то и трём принципиальным моментам: ты не можешь иметь детей, не можешь вернуться на свою родную планету и всё меньше что-либо чувствуешь… А тут вдруг находятся похожие на тебя существа, в огромном количестве, почему же ты будешь брать у них только эмоции, а не всё тело, ведь последний вариант решит все три проблемы? А раз тела можно легко менять, и такой огромный выбор, не так уж важно, что они недолговечны.

– Ой, – опять сказала я и даже руку ко рту поднесла. – Ты Аргендейлу говорил?

– Ему это тоже приходило в голову, но, по словам Ликкары, это невозможно. Мы не совместимы с ними.

– Думаешь, соврала? – загрустила я.

– Думаю, не договорила. Или знает не всё.

– Но зачем они тогда пошли на переговоры? И согласились на отсрочку? Думаешь, тянут время?

– Не знаю, – пожал плечами Ник. – Может, тянут время. А может, они несовместимы как раз из-за эмоций, и надеются, что мы сами дадим им ключ к решению… А может, их впечатлило, как Дейл захватил сознание пилота, и они мечтают у него поучиться, – добавил он уже с улыбкой. Правда, невесёлой.

– А ты тоже так можешь? – поинтересовалась я, вспоминая как Ник кукловодил жрецами. Они тогда двигались словно плохо отлаженные роботы, пилот же, когда им завладел Аргендейл, стал даже более ловким. А взять ещё то, что Дейл был несусветно далеко и лично встречался только со мной… Это получался уже даже не высший пилотаж, а что-то запредельное.

– К счастью, нет, – коротко ответил Ник. Так, что дальше спрашивать было невозможно.

– А Дейл… – начала я, но он, хоть и не мог читать мои мысли, умудрился как-то закончить фразу за меня.

– …знает. О том, что я собирался на разведку.

– А про обстрел не надо ему сообщить?

– Сообщу, когда он со мной свяжется. Полетели?

Я неохотно вернулась в отдельное кресло и кивнула. А потом и рукой махнула, как полагается:

– Поехали!

Последний прыжок мы совершили не сразу – ждали благоприятного момента, чтобы проскользнуть незамеченными, у Ника был какой-то расчёт, согласно которому, если мы появимся в определённое время на орбите планеты с определённой же стороны, то сможем сесть незамеченными. Вот мы и ждали.

Вынужденное бездействие, близость Ника, а также то, что он не торопится воспользоваться временем, чтобы… м-м-м… ну, в общем, приятно провести это самое время, заставляло меня нервничать. Наши отношения были мне непонятны. Как-то мы вроде и помирились, а вроде и нет, и совершенно неясно, на что можно надеяться в будущем. Как бы я ни убеждала себя, что загадывать дальше не стоит, что надо просто быть рядом и радоваться, пока можно, нет-нет, да проскакивала мысль: а что потом? Женится на очередной выгодной партии? Кстати, о партиях…

– Пора, – сказал Ник, прерывая мои размышления и отправляя корабль к конечной цели нашей разведки.

Но вопрос я всё равно задала, позже, когда мы уже шли по заброшенному городу.

– А почему ты вообще согласился жениться на Аннелии, если ничего к ней не испытывал? – подозрительно прищурилась я на Ника. Закономерный вопрос, вообще-то, и чего я раньше не решалась его задать? В то, что Ник настолько послушен Дейлу, что готов на всё, как-то не верилось. Может быть, из-за денег? В это верить не хотелось… Как-то не похож он на меркантильного…

– Мне кажется, об Аннелии мы говорим больше, чем нужно, – поморщился он.

Ну, да. Но что делать, если она стала принимать такое активное участие в нашей жизни. Утешала его, змеюка, пока я была у харркаранов…

Я выразительно молчала, и он всё же ответил.

– Я правда видел её всего несколько раз, но да – она показалась мне симпатичной, не буду тебе врать. Мне уже пора бы жениться, а на примете никого не было, и я подумал – а почему бы и нет?

– А теперь? – спросила я, борясь с желанием запустить в него чем-нибудь тяжёлым. Это совершенно логичное желание появилось у меня, как только он сказал, что Аннелия ему понравилась. Я старалась не идти на поводу, но оно крепло. И одолевало меня.

– Что теперь? – не понял меня Ник. Как-то слишком старательно не понял.

– Дейл нашёл тебе новую выгодную невесту?

– Я сам нашёл, – невозмутимо пожал плечами Ник.

– Что?! – спросила я, резко останавливаясь и вцепляясь ему в руку.

– Что? – спросил, глядя на меня смеющимися глазами. Или он садист, чего я за ним раньше не замечала, или… или имеет в виду невероятное.

– И когда ты собирался мне об этом сказать? – верить в то самое невероятное я не торопилась.

– Ну… – сказал Ник. – Собирался в день, когда ты исчезла.

Вот и пойми – обо мне говорил или нет. Хочется, чтобы обо мне, но если нет, то выйдет как-то по-дурацки. И унизительно. И что делать? Выяснять до конца или ждать, когда придёт с кольцом?

Вокруг были руины – оставленные совершенно по непонятной причине много лет назад дома. Ещё до посадки мы просканировали планету, и сели рядом с этим, пустующим, как и многие другие, городом.

Он был когда-то большим, очень. И очень красивым. Климат был к нему добр – многое ещё сохранилось, так что прогуляться было невероятно интересно. Вот только ответа на вопрос – а почему же харркараны его оставили, как и всю планету, мы пока не нашли.

Вообще меня грызло смутное чувство тревоги. Разумно ли это – соваться туда, куда и носа не кажет куда более продвинутая в техническом отношении цивилизация? А уходить так далеко от корабля, вернее, от катера? Да, я сама напрашивалась, помню. Но теперь вот было как-то волнительно… Кажется, Нику было тоже не по себе – он то и дело оглядывался и прислушивался, а потом и вовсе бросил:

– Уходим. Быстро!

И, когда мы после небольшого спринтерского забега – катер оказался куда ближе, чем мне казалось, поднялись в воздух, пояснил:

– Там, под землёй, кто-то есть. – И, прежде чем я успела предложить успокаивающую гипотезу о животных, добавил. – Разумные. Много.