Глава 11 Ристан

Ристан

Я скользил по улицам Теневого квартала, растворяясь в тенях — старый трюк, отточенный за годы до совершенства. Тени текли вокруг меня, как живые, глушили шаги, сливали силуэт со стеной. Никто не заметит — ни стража, ни охотники, ни случайные глаза. Я точно уверен, невидим, пока сам не захочу иначе.

"Но как же всё не вовремя, — думаю я, скользя мимо чёрных фонарей. — Почему сейчас, когда за мной открыли охоту? Рыжуля… эта девчонка с запахом моря и глазами, что цепляют душу".

Губы сами собой растянулись в улыбку — кривую, хищную, с привкусом азарта. Она что-то скрывает, или сама от кого-то скрывается? Я сразу заметил, что сначала волосы были каштановые, глаза — блеклые, но стоило моей магии откликнуться на неё, и я явно увидел её истинный облик: рыжие волосы, пылающие, как закат, бездонные синие глаза, жемчужная кожа, что светится в полумраке, словно лунный перламутр. Чистая, невинная на вид, но что такая забыла в Теневом квартале? Это ещё предстоит выяснить — её тайны манят, как добыча, что сама лезет в силки.

Мне не хотелось её оставлять без объяснений, хотел сказать, что я ей не враг, но уже опаздывал на встречу, которую пропустить никак нельзя. Я уже слишком примелькался, а те бандиты, что хотели обидеть её в переулке, точно запомнили меня — мой стиль драки. Вопрос времени, когда об этом станет известно Вейлу, а значит, надо быстрее сменить город, а рыжулю придётся взять с собой… просто так не отпущу. Эта мысль грела, как глоток контрабандного рома.

Я как раз дошёл до нужной двери. Протянул руку, набрал шифр пальцами по невидимым рунам на косяке — замок тихо щёлкнул, петли скрипнули, дверь открылась в тусклый коридор, пахнущий сыростью. Я скользнул внутрь, бесшумно закрыв за собой дверь.

— Приветствую, мастер Грейм, — произнёс я тихо, но твёрдо, оглядывая комнату: полки с пыльными свитками, стол, заваленный амулетами, в углу тлеет курильница.

— Ри, мальчик мой, — отозвался Грейм, вставая из кресла у очага и подходя ближе. С виду он казался старцем — сухим, сутулым, с седой бородой, — но силы до сих пор хватало с лихвой: крепко обнял меня, похлопав по спине мозолистой ладонью, от которой воздух вышел из лёгких с хрипом.

Запах ладана, старой кожи и трав ударил в нос, как всегда — запах дома, безопасности, уроков в полумраке этой норы. Мастер стал для меня отцом по духу. Я вырос в приюте, родителей не знал — сирота от рождения, или убитые в уличной заварушке, кто ж теперь знает. Часто сбегал, голодный и злой, а моя магия делала это проще. В один из таких дней Грейм наткнулся на меня — полузамёрзшего воришку — и взял под своё крыло, не задавая вопросов. Научил всему: хитрым уловкам скрытности, владению клинком, развил магию, оставаясь рядом в трудные моменты. Может, я вырос в не самом лучшем районе, вращался в криминальных кругах, но это не значит, что у меня нет чувства ответственности, сострадания и благородности. Грейм дал дорогу и инструменты быть человеком и профессионалом: дисциплину, планирование, способность держать слово и думать на шаг вперёд. Его суровость скрывала заботу — мелочи решают дело, говорил он. Разногласия бывали, но критика была инструментом роста — ради дела, а не эго.

Поэтому да, я считал его отцом, да и другого я всё равно не знал.

— Почему ты в своём облике? Небезопасно это в нашем районе, мальчик. Вейловы псы рыщут повсюду, — буркнул он, отстраняясь и прищурившись, морщинистые глаза пробежались по мне, оценивающе.

— Знаю, мастер, — вздохнул я, потирая висок, где пульсировала вена. Но не стал признаваться, что из-за одной рыжей красотки моя магия стала несколько нестабильна: маскировка сбивается, стоит только подумать о ней — и всё, перебои, как после плохого зелья. Мастер считал, что женщины создают только проблемы, и вот, доказательство с морским ароматом и глазами, что цепляют за живое.

Перешёл сразу к сути, голос стал деловым:

— Удалось узнать, что за артефакт? Для чего эта штука?

Грейм положил на стол артефакт — чёрный амулет с руной в свинцовой оправе, — воздух вокруг него звенел, как натянутая струна.

— Да, — мастер помрачнел, голос стал тяжелее. — Это достаточно древний артефакт, мне пришлось потянуть за несколько ниточек, чтобы узнать хоть что-то: старые свитки из библиотеки Ордена, шепотки от контрабандистов.

Это уже было понятно — непростая побрякушка. Когда я брался за заказ, даже не догадывался, чем всё обернётся. Украсть амулет не составило труда, но вот вынести его из защищённого места оказалось сложнее, чем думал. Защита сработала, и началась погоня с первых минут. Из-за этого я и опоздал на передачу заказа — заказчик ждать не стал, объявил охоту, пообещав награду за мою голову.

Тогда я и решил: лучше узнать, для чего эта безделушка. Я хоть и вор, но совесть у меня тоже имеется — не хочу, чтобы я, хоть косвенно, кому навредил, пролил кровь невинных или подставил город под удар. Поэтому и попросил мастера разузнать, прежде чем отдавать эту дрянь.

— Точно могу сказать, что с его помощью можно подавить волю любого существа, заставить подчиняться приказам, — продолжил Грейм, голос его стал тише, тяжелее, словно камни в колодце, пальцы барабанили по столу. — Также усиливает магию в разы, в десятки раз. Ещё боюсь представить, на что он способен в руках умелого мага: стереть память толпе, подчинить стражу, разжечь мятеж одним мгновением.

Мастер помрачнел, убирая амулет в шкатулку на столе, но воздух всё ещё звенел от его ауры, холодной и зловещей.

— Это очень опасный артефакт, Ри. С ним можно захватить власть над городом… или устроить необратимые разрушения. Вейл не тот, кто просто коллекционирует разные побрякушки.

Я понимал опасения мастера: артефакт в чужих руках мог перевернуть не только Элдорайн, но и всю империю. Лорд Вейл, мой заказчик, влиятельный маг, не последний человек в империи — для чего ему такой артефакт? Стереть память советникам, подчинить короля, усилить свою магию для переворота? Вор я или нет, но ввязываться в такое — верный путь в могилу, или хуже, в вечное рабство.

— Я собрал тебе несколько артефактов для усиления магии, накопители, зелья от ран и невидимости, — буркнул мастер, хлопнув по плечу так, что оно заныло. — Тебе лучше затаиться на некоторое время. Вейл не дурак, его нюхачи будут везде искать и здесь в первую очередь. Уезжай из города, парень, пока не поздно.

Я кивнул, забирая шкатулку и свёрток. Грейм знал своё дело: с этим я смогу затаиться хоть на месяц. Только с девушкой это будет сложнее, надеюсь, никто не успел заметить нас вместе. Она… теперь моя слабость.

— Спасибо, мастер, — бросил я искренне, ныряя в тайный проход за шкафом. Узкий лаз, пропахший сыростью и старой магией, выводил на другую сторону квартала, минуя главные улицы.

Когда дверь почти закрылась, донёсся необычно мягкий голос:

— Береги себя, мальчик мой…

На секунду я замер. Мягкий тон мастера был редкостью, а значит, дело дрянь. Нужно как можно быстрее бежать из города. Разговор с рыжулей, к сожалению, придётся отложить — времени мало. Скользя в тенях, я добрался до таверны, вбежал по скрипучим ступеням, распахнул дверь комнаты… и сердце ухнуло. Распахнутое окно, ни девушки, ни её вещей — только смятая постель и простыня, свисающая наружу, раскачиваясь на ветру. Сбежала…

Зачем же всё так усложнять, рыжуля? Я только покачал головой, глядя на пустую комнату и трепещущую простыню. Смесь досады, восхищения и злости разлилась в груди. "Упрямая бестия, неукротимая. Сбежала, не дождавшись? Ладно, я найду тебя."