Глава 35 Артефакт

На следующий день к вечеру, когда мы втроем садились ужинать, в проеме появился Сайгрис. Он зашел как к себе домой, без тени сомнения или церемонии, и, конечно, Торин, как радушный хозяин, предложил ему присоединиться, хотя, думаю, змей и без приглашения занял бы место за столом.

Он расположился напротив меня, пристально глядя своими змеиными глазами — пронизывающими, томными, завораживающими, вызывая трепет.

— Зачем пожаловал? Есть новости о Вейле или просто решил навестить? — спросил Ристан, сжимая мою руку под столом в ободрении.

— Новости есть, но не такие, о каких ты думаешь, — усмехнулся Сайгрис. — Через три дня у моей сестры совершеннолетие, планируется большой праздник во дворце. Рассчитываю, что определенная особа с рыжими локонами составит мне пару на этот вечер. Думаю, ей там самое место…

Я замерла с вилкой в руке. Его слова с острым подтекстом повисли в воздухе. К чему эти игры? Мы оба ведь понимаем, что он знает, кто я, а я знаю, что он это знает, поэтому ответила лениво, не поддаваясь на его поддевки:

— Звучит заманчиво, но я не люблю, когда за меня решают.

— Это не приказ, а просто приглашение, — парировал Сайгрис. — Я же не хочу, чтобы моя спутница от меня сбежала. — Его взгляд скользнул по мне, полный завуалированного вызова.

Я улыбнулась уголком губ, встречая его взгляд прямо, не отводя глаз:

— Не сбежит, если поводья не тянуть.

— Кажется, свои ты уже скинула? — он провокационно выгнул бровь, зеленые глаза блеснули, полные знания моей тайны.

Я сверлила его недовольным взглядом. Чего он добивается этим словесным поединком? Бесит своими намеками, действует так тонко, что Ристан и Торин не чувствуют подтекста. Торин смотрел на нас с недоумением, а Ристан — на змея с недовольным видом.

— Конечно же, твои истинные тоже приглашены, — добавил Сайгрис с лукавой улыбкой, сбивая меня с толку внезапным поворотом.

— Говоришь о себе в третьем лице? — фыркнула я насмешливо, в какой-то степени наша перепалка даже доставляла мне удовольствие.

— Нет, принцесса, я говорю о тех, кто находится непосредственно в этой комнате.

Но в этой комнате только Ристан, Сайгрис и Торин… Я резко посмотрела на последнего — его виноватый, грустный взгляд кольнул в груди. Неужели он тоже почувствовал меня своей, но почему не сказал? Вчера на качелях была идеальная возможность, а он промолчал.

— Пойду отнесу Мирею ужин, — пробормотал Торин, схватил тарелку и сбежал — по-другому не назовёшь его поспешный уход, взгляд избегал моего.

— Не стоит на нее давить, Сайгрис, — Ристан раздраженно обратился к василиску.

— Хорошо, мы придём на твой бал, — выдохнула я, решившись.

— Я и не сомневался, — весело усмехнулся Сайгрис, переключаясь на Ристана, вмиг становясь серьёзным. — Ну так для чего тебя «теневой волк» так упорно ищет, Вейл?

Было глупо полагать, что глава тайной канцелярии забудет о такой важной вещи. Рядом Ристан глубоко вздохнул — видимо, пришёл к тому же выводу, — встал, взял из шкафчика бутылку с тёмным напитком и стаканами, погрузив всё на поднос.

— Обсудим в более приятной обстановке, — сказал он, кивая Сайгрису.

Когда мы расселись в гостиной — я на диване, Ристан рядом, Сайгрис в кресле напротив, — вернулся Торин и сел в самое дальнее от меня место, стараясь особо на меня не смотреть. Ну ничего, сейчас не время — позже разберёмся с его "истинностью". Ристан разлил жидкость по стаканам — мне заранее взял сок, заботливо подвинув, — и принялся объяснять то, что я уже и так знала о причинах его скрытности от лорда-акулы.

— Вот этот артефакт, — он достал из кармана штанов круглый серебряный амулет, инкрустированный рунами, и положил его на стол. Я не могла поверить своим глазам.

— Это же "Голос Бездны"! — воскликнула я громче, чем намеревалась, вставая резко и беря амулет в руки; он тут же тускло засветился изумрудно-синим сиянием в моих ладонях, будто узнавая кровь сирен — наверное, будь во мне сейчас родная магия, я могла бы ощутить его полную мощь.

Обвела всех взволнованным взглядом и принялась торопливо объяснять.

— Он пропал больше трехсот лет назад. "Голос Бездны" — легендарный артефакт подчинения и лишения воли. Когда-то он принадлежал царице сирен; за счёт него она почти захватила весь подводный мир, заставляя тритонов, сирен и даже древних кракенов склонять головы перед ней, превращая океаны в свою империю рабов. Именно поэтому её заточили в пещере. Теперь только легенды слагают о морской ведьме, хотя не брезгуют её помощью. С тех пор он считался утерянным, все думали, что сама ведьма превратила его в прах или впитала всю его мощь. Где ты его взял, Ристан?

— Где взял, там больше нет, рыжуля, — весело ответил, но глаза оставались серьёзными. — Выкрал у одного коллекционера по заказу Вейла. Откуда он узнал о нём — это уже другой вопрос, ответа на который у меня нет.

— И откуда же ты знаешь о нём так много? И так уверенно говоришь? — Сайгрис наклонился вперёд, прищурившись, смотря на меня.

— Полагаешь, я не знаю историю своего народа? — моментально вспыхнула я, кулаки сжались от злости. Думает, я какая-то глупая девчонка? Его глаза победоносно сверкнули, и он откинулся на кресле, удовлетворённо.

— Ты специально, да? — спросила сиплым голосом, осознавая, чего он добивался своими вопросами.

— Не скрою, я ждал, сколько ты ещё продержишься в этой игре в прятки, — признался он спокойно, но в глазах на секунду я заметила… уважение?

Я устало села обратно на диван к Ристану. Видимо, время секретов подошло к концу.

— Прости меня, я хотела тебе всё рассказать, но всё не решалась. Мне хотелось побыть просто девушкой, без обязательств, чтобы чувства между нами были настоящими, не навязанными, — прошептала я тихо, боясь посмотреть на Ристана и увидеть на его лице осуждение.

— Рыжуля моя, все хорошо, — он притянул меня к себе и поцеловал в висок. — Догадки у меня уже были, такие яркие волосы только у фей и, как выяснилось, у сирен. Я не хотел на тебя давить и выпытывать тайны, как некоторые здесь присутствующие, — явно с укором в сторону василиска.

Раз уж все в курсе, один только Торин еще смотрел немного непонимающе, но раз, как утверждает Сайгрис, он тоже мой потенциальный мужчина, тянуть нет нужды.

— Я Арианна, принцесса Олэрии. Отец решил устроить мой брак, но я была не согласна, сбежала из дворца. Теперь доволен? — зло посмотрела на Сайгриса. Наконец можно вздохнуть с облегчением, оказывается, скрывать правду о себе — утомительное занятие, и сейчас я будто скинула невесомый груз.

—Просто считаю, что в семье не должно быть секретов, — ответил василиск неожиданно заботливым голосом.

Я только фыркнула на это, уже семьей меня считает — очень самонадеянно и нагло с его стороны.

В гостиной повисла тишина, все переваривали мои откровения. Сайгрис первым нарушил молчание, вернувшись к изначальной сути разговора:

— Торин, сможешь посмотреть артефакт, узнать все его скрытые свойства? Возможно, его можно деактивировать. Есть у меня подозрения, для чего он мог понадобиться Вейлу, слишком он зачастил появляться во дворце в последнее время.

Он молча кивнул, беря амулет и пристально рассматривая его.

— Мне понадобится более детально его изучить в мастерской, но уже сейчас я чувствую в нем сильный магический фон.

— Даже попади он в руки Вейлу, он ничего не сможет сделать, — добавила я уверенно. — Он активируется только песней сирены.

Глаза Торина загорелись исследовательским интересом, в моменте преобразив мужчину.

— Сможешь активировать его? Так я смогу более точно узнать направленность и принцип работы.

Я сразу сникла, словно под ударом волны. Забытая боль от потери магии вернулась, пронзив грудь тоской.

— Не смогу, — покачала головой в отрицании, прижимаясь к Ристану ближе.

— Он засветился в твоих руках, почему бы не помочь в решении? Или это не по статусу? — подняв бровь, спросил Сайгрис.

— Я больше не сирена! — крикнула я и соскочила с дивана. Одинокая слеза скатилась по щеке. Я подошла к окну, смотря на вечерний двор. — Чтобы отец не нашел меня по магии крови, я обратилась к ведьме. За свою помощь она забрала мою способность к обороту. Я не подозревала, что лишусь также и своей магии, так что я больше не сирена, пустая оболочка.

— Я не знал, — василиск встал и хотел было подойти ко мне. Его глаза непривычно стали добрыми, с мягкостью и сочувствием.

— Может, я и поступила опрометчиво, сбежав, но за свой поступок я уже заплатила цену. Не нужно упрекать меня в том, что я отказываю в помощи, — не давая ему сделать шаг ко мне, повернулась спиной. Голос безжизненный, пустой. — Я пойду в комнату.

Ристан встал уже, чтобы идти со мной, но я мягко остановила его жестом со слабой улыбкой:

— Хочу побыть одна сейчас, пожалуйста, — подарила ему невесомый поцелуй в губы.

Он кивнул молча, серые глаза полны понимания, боли за меня, но он уважал мое желание. Я вышла из гостиной тихо, ступая босиком по мягкому ковру, сердце разрывалось от эмоций.