Глава 37 Ночные откровения

Я лежала в кровати, уставившись в стену. Боль от потери своей сиренской сущности накатывала снова и снова, сжимая грудь. Слёзы высохли давно, оставив солёные дорожки на щеках, но эта пустота внутри — там, где раньше пела магия предков, голос, что мог завораживать океаны, — разъедала. Может, именно поэтому я боялась открыть Ристану правду о себе: знала, что последует эта ноющая боль утраты.

Когда вернулся Ристан, я притворилась спящей. Он тихо лёг рядом, притянул меня к себе, обнимая с нежностью. Его дыхание почти сразу успокоилось, переходя в сон. Я лежала не шевелясь, уставившись в окно.

Чтобы немного отвлечься от своей потери, я стала думать о Торине — почему он умолчал о нашей "истинности"? Сайгрис сделал мне одолжение, открыв правду. Я вспоминала виноватый, грустный взгляд Торина, который подтверждал: связь есть, как у меня с Ристаном и Сайгрисом. Но он промолчал, хотя вчера мог открыться. Несколько раз ловила его взгляды — тёплые, полные тоски, когда он думал, что я не вижу, даже сейчас мелькнул в гостиной. Что он скрывает? Или чего он боится?

Сна не было. Я тихонько выскользнула из-под руки Ристана. На цыпочках прошла на кухню, налила стакан холодной воды из кувшина — жидкость остудила горло, но не тоску. "Воздух… нужен свежий воздух", — подумала я, толкнув дверь во дворик.

Но там уже был Сайгрис — его высокая фигура стояла, облокотившись о перила. Зелёные глаза мгновенно повернулись ко мне, гипнотизирующие, как бездна. Я замерла на пороге и почти развернулась; уже хотела уйти, день и так был насыщен эмоциями, но его слова остановили меня.

— Я должен признаться, Арианна, — произнёс Сайгрис спокойно, не отрывая своего магнетического взгляда. — Твой отец обратился к правителю Даркаса с настойчивой просьбой о помощи в поисках тебя, своей сбежавшей дочери. И именно мне, главе канцелярии, было поручено найти тебя лично.

Я шагнула вперёд по деревянным доскам веранды, дверь за мной закрылась. Отец… свадьба, я так погрузилась в жизнь на суше, моя жизнь так кардинально повернулась, что я совершенно выпала из реальности. Складывалось ощущение, что та жизнь принцессы-сирены была давно, морские черти…

— Моя свадьба… должна состояться завтра, — я ведь даже ни разу за всё это время не вспоминала об этом, кроме крайне редких вспышек. Даже не верится, что время так быстро пролетело. — Отец, наверняка, в бешенстве.

— Любишь его? — спросил Сайгрис с ноткой собственничества. — Жалеешь, что сбежала?

— Люблю, — ответила я тихо, честно, голос дрогнул слегка от нахлынувших эмоций. Пауза повисла, между нами, и я увидела, как глаза Сайгриса сузились в зелёные щёлки, челюсть его заметно сжалась, мышцы напряглись под кожей, выдавая внутреннюю собственническую бурю — делить свою пару истинную с кем-то из прошлого явно не входило в его планы.

— Как брата, лучшего друга, что всегда стоял горой с самого детства. Полюбив Ристана, я окончательно уверилась, что Каэль не мой возлюбленный. Он не разжигает огонь в венах, не заставляет тело петь в его присутствии. Каэль ощущается как дом, такой родной, уютный, где можно спрятаться от всего. — Жаль, что не поняла этого раньше, поговорила бы с ним открыто, но тогда я не встретила бы своих мужчин… — Так что, сбежав, я надеюсь, что предотвратила нашу общую ошибку. Мы оба заслужили чистой и преданной любви, а не по указке.

Слова мои повисли в воздухе, и я почувствовала облегчение, но хотелось бы всё прояснить с василиском до конца.

— Почему же сразу не сдал отцу или своему правителю? — спросила я, шагнув к нему ещё ближе.

— Полагаешь, я бы мог так поступить со своей парой? — парировал он в необычно мягком тоне.

— Я не знаю, что думать, Сайгрис, — прошептала, смотря в его глаза, что вновь пульсировали змеиным зрачком.

— Ситуация вышла несколько запутанной, — кивнул он и тоже приблизился, расстояние, между нами, неумолимо сокращалось. — Я бы хотел извиниться. Сегодня я перегнул… не знал о твоей утрате.

— Мог бы просто поговорить со мной, а не пытаться выбить из меня правду. Я не одна из твоих преступников, чтобы подвергать допросам, — ответила резко, обида ещё не до конца растаяла, хоть злость на василиска и утихла.

— Там, в ювелирном, когда мы впервые встретились, я как раз получил задание от правителя о тебе. Сначала я был в шоке — всё так легко сложилось, — он взъерошил волосы. — Признаюсь, я думал, что ты избалованная принцесса, сбежавшая ради развлечений. И вместо того, чтобы искать реальную угрозу для правителя и империи, я должен был искать особу королевских кровей. А потом мой внутренний зверь избрал тебя своей парой. Это немного дезориентировало меня: я хотел, чтобы ты сама призналась во всём, и одновременно у меня взыграла ревность, когда я увидел тебя с мужчиной.

Я задумалась на миг, переваривая его слова — в них сквозила логика. Но всё равно, достаточно было просто прояснить всё честно. Хотя мне ли говорить о честности…

— Раз уж у нас вышел вечер и ночь откровений, тогда в магазине я навесил на тебя маячок, чтобы потом найти, — признался Сайгрис.

И этот туда же! Что у них за мания вешать на меня не пойми что? Теперь что, очередь Торина?

— Вот как ты так быстро оказался в пекарне.

— Да, я тогда хотел объясниться. Я уже смирился, что ты, возможно, нашла одного мужчину-пару, но не был готов к Ристану. У нас не самые приятные взаимоотношения.

— И как нам теперь быть? — спросила я, скрестив руки на груди. — Вы будете постоянно перетягивать меня?

— Нет, Ари, — в голосе звучала убеждённая твёрдость. — Мы пришли к консенсусу.

Для себя я решила пояснить ещё один момент, уколовший моё самолюбие.

— И что, я похожа на избалованную, капризную принцессу?

— Нет, ни капли, — покачал головой Сайгрис. Голос его стал теплее, с ноткой искреннего восхищения. — Сразу после нашей первой встречи я поднял твоё досье. И понял, как катастрофически ошибся в своих первых поспешных выводах. Змей не просто так выбрал тебя парой — это инстинкт, он чует душу.

Он шагнул ближе, медленно, не угрожающе. Я не отступила, хотя сердце стукнуло чаще, наполняясь неизбежным предчувствием.

— Ты самоотверженная, Арианна, — продолжил он тише, останавливаясь в шаге. — Голос обволакивал, как шёлк, проникая под кожу. Не побоялась сунуться в логово к ведьме, отправиться в неизведанный мир, спасла того ребёнка в доме бандитов, заботилась о нём, хотя могла сдать его в ближайшую магполицию. Это о многом говорит, о твоём чистом сердце. Я так привык к королевским интригам — ядам, предательствам, фальшивым улыбкам, — что невольно наложил чужой образ на тебя. Прости.

Я отступила к двери, сердце заколотилось в бешеном ритме — его близость давила. Сайгрис прижался вплотную, высокой фигурой накрывая пространство, склонился к шее. Его язык провёл вдоль линии плеча — медленно, горячо, оставляя влажный след, от которого по спине пробежали мурашки.

— Сайгрис, — прошептала я, голос сорвался, тело замерло между бегством и странным притяжением. — Что ты делаешь?

— Как же ты одуряюще пахнешь, — выдохнул он хрипло, ноздри широко раздулись, ловя мой аромат. Он застыл неподвижно, губы в миллиметре от уха, а я не знала, что делать: оттолкнуть змея или поддаться этому опасному притяжению.

— Ари, — голос его изменился мгновенно — низкий, напряжённый, как натянутая струна. Он выпрямился, но не отступил, обхватил за талию сильной рукой, прижимая ближе; со стороны мы смотрелись как воркующая парочка в лунном дворике, но я видела его настороженные глаза. — Я чувствую возле дома нескольких враждебно настроенных. Люди. Не наши.

Я напряглась, пытаясь выглянуть через его плечо в тёмный сад: кажется, тени шевельнулись у забора? Но он мягко повернул мою голову обратно, встречая мой взгляд своим, твёрдым, успокаивающим.

— Веди себя как обычно, естественно, — прошептал он, приблизившись так, что дыхание смешалось. — Сейчас поцелую — для вида, пусть думают, что мы полностью увлечены друг другом. Незаметно открою дверь за тобой. В левом кармане артефакт. Возьми и беги в комнату к мальчику. Активируй, надави на центр — полог невидимости укроет вас. Это на всякий случай. Не переживай, я не допущу, чтобы с вами что-то случилось.

Я не успела даже кивнуть толком, переварить его план, как губы его накрыли мои — не нежно, а убедительно, властно, всепоглощающе: язык скользнул внутрь, исследуя, прикусил нижнюю губу слегка, игриво, руки сжали талию сильнее, тело его прижалось плотно.

"Поцелуй для вида? Это не похоже на маскировку, — пронеслось в голове густым туманом, тело отозвалось жидким жаром внизу живота, колени подогнулись, — он целует, как завоёвывает, и я тону, забываю обо всём".

Его поцелуи спустились на шею, я почувствовала, как что-то легко-острое скользнуло по ней. Клыки? Он тихонько прикусил кожу возле шеи, прошептав с рычанием «Ар-ри».

Очнулась резко, дрожащими пальцами скользнула в его левый карман брюк, нащупала небольшой амулет. Только вытащила руку с трофеем, сжав кулак крепко, как дверь за спиной открылась бесшумно, и меня мягко, но настойчиво толкнули внутрь дома, закрывая дверь перед самым носом, оставив в полумраке коридора. Сердце колотилось бешено, губы горели от его властного поцелуя, ничуть не похожего на постановочный.