Глава 5 Ведьма

Элиана подошла, её голос звучал уверенно, перекрывая гул дворцового шума, объясняя главному стражу, что от них требуется.

Стражники заворчали, но бородатый капитан кивнул, махнув рукой своим:

— Пошли, лентяи! Если чего-то не достаёт, головы полетят.

Они потянулись в конец коридора, вниз по лестнице, голоса отдавались эхом, пока не затихли. Я затаила дыхание в нише, сердце колотилось, как барабан. Как только шаги стихли, я метнулась к боковому выходу. Дверь скрипнула, открывая проход к внешнему рифу. Свобода манила прохладным течением.

С сумкой на плече я выскользнула наружу. Вода сомкнулась вокруг, обнимая холодными объятиями. Только ступила в открытое море — и случилось привычное, как дыхание: кожа засверкала чешуёй, ноги превратились в мощный хвост, всплеснув вихрем. Я рванула вперёд на максимальной скорости, мышцы горели от напряжения. Знакомые рифы проносились размытыми тенями — клетка, которую я покидала.

Я уплывала всё дальше от сверкающего дворца, скользя между морскими растениями и погружаясь в тёмные просторы океана. Вода ласкала чешую, но в душе иногда мелькали сомнения.

"Вернуться? Готовиться к свадьбе, которая закуёт меня в цепи навечно? Нет, — подумала я, стиснув зубы. — Каэль добрый, верный, но это не жизнь. Свобода на поверхности, среди людей, — вот чего я хочу. Ведьма поможет приглушить родственные узы крови, даже если цена… Что ж, я готова рискнуть. Лучше тени неизвестности, чем вечный плен".

Я приблизилась к пещере, о которой все в округе знали — таинственной, мрачной и спрятанной в глубине океанских теней. В легендах, что шептали старожилы и рыбаки, здесь жила морская ведьма: та, кто дарила тайные знания, отвечала на любой вопрос и помогала в самых сложных делах. Но за этим всегда скрывалась страшная цена — та, что никто не осмеливался предугадать и боялся заплатить. Её имя звучало в рассказах как предостережение: она могла открыть врата к запретным тайнам или навеки поглотить в свои тени. Мало кто решался приблизиться к этому опасному месту, ведь все понимали — приключение сюда не оставит без последствий. Легенды о ней глубоко проникли в общество подводных жителей, окутав атмосферой страха: каждый рассказывал с трепетом и ужасом, предупреждая детей не навлекать беду.

"Никто не уходит от неё без последствий, — всплыли в памяти слова Элианы. — Ты уверена?" Уверена ли я? Сердце сжалось от страха, хвост дрогнул, но решимость вспыхнула ярче. Возврата нет — только вперёд.

Я остановилась у входа, где тьма клубилась, как живое существо. Глубоко вздохнув, проплыла в темноту, чувствуя, как пещера смыкается за спиной. Что ждёт меня там — спасение или гибель?

Скоро узнаю.

Тьма пещеры обволокла меня густым туманом, холодным и вязким, словно дыхание бездны. Светящиеся водоросли на стенах мерцали тускло, отбрасывая зеленоватые блики на неровные сталактиты, свисающие, как клыки древнего чудовища. Пол устилал слой ила и обломков ракушек, а в воздухе витал тяжёлый запах соли, гнили и чего-то металлического — крови?

Сердце заколотилось чаще, хвост невольно замер. "Это безумие, — мелькнуло в голове. — Одно слово — и я могу развернуться, вернуться к свадьбе, к безопасности. Но нет, цена свободы стоит риска. Каэль… он поймёт. Или нет? Боги глубин, только бы не сломаться сейчас".

В глубине пещеры горел слабый фиолетовый свет — пульсирующий, как сердце. Там, на троне из переплетённых кораллов и костей, сидела она. Морская ведьма. Её кожа была бледной, покрытой тонкой сеткой чешуи, переливающейся маслянисто-чёрным. Длинные волосы, спутанные водорослями и жемчужными нитями, ниспадали до хвоста — массивного, усеянного шипами, что шевелились лениво, словно живые. Глаза — бездонные провалы, горящие тусклым рубиновым огнём, уставились на меня с усталым интересом. Рот растянулся в улыбке, обнажив зубы, острые, как иглы. Она не двигалась быстро — всё в ней было томным, текучим, как тьма.

Страх сковал меня, ноги — вернее, хвост — онемел, сумка соскользнула с плеча. "Она видит меня насквозь, — подумала я, борясь с паникой. — Знает все мои секреты, слабости. Но я здесь не жертва — я гостья, требующая сделки. Держись, Арианна". Я собралась с духом, выпрямилась и встретила её взгляд.

Ведьма потянулась, её голос раздался эхом — ленивым, тёмным, томным шёпотом, проникавшим в душу, как яд:

— Ммм… маленькая принцесска… проплыла сквозь мои тени… Что ж… что привело тебя… в мою скромную обитель? Говори… не торопись… время здесь… тянется… вечно…

Её слова обвились вокруг, гипнотизируя, но я стряхнула наваждение. Голос мой дрогнул, но звучал твёрдо:

— Мне нужна твоя помощь, ведьма. Помощь, чтобы скрыться от родственных уз, чтобы отец не мог меня найти. Я заплачу цену.

Она хмыкнула, глаза блеснули лукаво, хвост лениво шевельнулся, поднимая облачко ила.

— Узы крови… ммм… крепки… как корни рифа… разорвать их… недешево… принцесска… — промурлыкала ведьма, её голос растекался, как мёд, обволакивая разум. — Я могу сплести чары… твой отец не учует тебя… ни в глубинах… ни на суше… но цена… ооо… цена… высока…

Я замерла, воздух в пещере сгустился, давя на чешую. "Что она потребует? Жизнь? Кровь? Душу?" — мысли вихрем пронеслись в голове. Страх холодил спину, но отступать поздно — дворец уже далеко, Элиана рискует из-за меня. Я собралась и выдавила:

— Назови цену. Я готова.

Ведьма наклонила голову, губы изогнулись в медленной, хищной улыбке. Её пальцы — длинные, с перепонками — лениво прошлись по костям на троне.

— Твоя суть… хвост… что дарит тебе море… отдай его мне навек… — прошептала она томно, глаза сузились. — Ступишь раз… на берег суши… и назад… в сирену… не вернёшься… полная свобода… вечная разлука с волнами… выбор за тобой… ммм… подумай… не спеши…

Шок ударил, как течением: способность оборота? Мой хвост — связь с океаном, домом? Без него я стану человеком навсегда, ступив на берег: ходить по земле, дышать лесным воздухом, но потерять море, саму себя?

"Нет! — взбунтовалась мысль. — Свобода от отца — да, но цена — изгнание из глубин? Никогда не нырнуть снова, не почувствовать чешую, не спеть с волнами? Элиана предупреждала: цена страшна. Но без неё всё бессмысленно. Это шанс на настоящую жизнь. Решайся, Арианна, или всё зря". Сердце разрывалось между ужасом потери и восторгом свободы, слёзы жгли глаза.

Время тянулось, пещера давила, а в голове вспыхнула искра надежды: "На суше… там магия другая. Маги, артефакторы, древние свитки в городах людей. Возможно, я найду способ вернуть часть себя — зелье, ритуал, кого-то, кто вернёт хвост. Это не навсегда, просто… жертва на время. Ради свободы. Ради будущего". Ужас отступил, решимость окрепла, слёзы высохли. Сердце всё ещё болело, но выбор стал ясен.

— Я согласна, — выдохнула я наконец, голос окреп. — Только приглуши связь.

Ведьма рассмеялась тихо, томно, эхо прокатилось по пещере:

— Ммм… дерзкая… маленькая… мечтай сколько хочешь… теперь ближе… дай руку…

Я приблизилась, ведьма протянула ладонь — холодную, скользкую, как ил бездны. Коснулась моей руки, и мир взорвался. Боль пронзила тело, словно тысячи игл вонзились в хвост: чешуя вспыхнула фиолетовым пламенем, мышцы скрутило судорогой. Хвост пульсировал, энергия утекала в её пальцы — тёплая, живая, моя суть уходила, оставляя пустоту.

Ритуал длился вечность: ведьма шептала заклинания на древнем языке, пещера дрожала, светящиеся водоросли гасли одна за другой. Наконец боль утихла, хвост ослаб, чары осели на коже невидимой печатью. Я висела в воде, обессиленная, слёзы смешивались с илом. "Сделано. Свободна от отца… но потеряла море? Нет, на суше верну. Я должна верить".

Ведьма отпустила руку, её глаза потухли, удовлетворённо.

— Иди, принцесска, но помни... цена уплачена.

Я схватила сумку, развернулась к выходу. Хвост ослаб, мышцы налились свинцом — плыть было тяжело, каждый взмах давался с усилием, тело протестовало против утраты. Тьма расступилась, и, когда я выплывала, раздался её зловещий смех — низкий, булькающий, эхом отдающийся в пещере, как предсмертный хрип утопленника:

— Хахахааа… ступи на берег и прощай, волны... навсегдааа… хахахааа…

Смех преследовал меня, пока я вырывалась из пещеры в открытое море, сердце стучало в панике, но впереди манил свет поверхности. "Новый мир ждёт".