Эпилог

Следующие несколько дней мы провели в Олэрии. Было удивительно наблюдать, как отец — всегда суровый правитель, погружённый в государственные дела, — преобразился. Он уделял Мирею всё свободное время: катал на плечах по коридорам дворца, рассказывал легенды о древних рифах у панорамных окон, учил плести сети из водорослей. Словно маленький мальчик вдохнул в него новую жизнь, вернув утраченную мягкость — в глазах короля снова заискрилась та искра, что угасла после смерти матери.

Как-то раз за вечерней трапезой в большом зале, отец как бы невзначай произнёс, отложив вилку:

— Надеюсь, в скором времени вы сможете порадовать меня ещё одним внуком. Всё-таки Олэрии нужен законный наследник.

Я замерла с бокалом в руке, и в моих глазах отразилась невольная паника — почему все в окружении стали задумываться о детях? Заметив мою реакцию, отец понимающе усмехнулся и добавил:

— Конечно, всему своё время. Сначала попутешествуйте, посмотрите мир и насладитесь свободой. Я подожду.

Но любому отдыху приходит конец. Погостив в Олэрии, мы отправились обратно в замок Даркаса, выкроив по пути пару дней, чтобы снова спрятаться от мира в том уютном лесном домике у озера.

У каждого из мужчин теперь были свои задачи. Торину предстояло окончательно разобраться с «Голосом Бездны» — Даркасу этот амулет больше не требовался. Правитель сумел окружить себя по-настоящему верными людьми, и надобность в магии контроля отпала.

Ристану же предстояло обжиться в новой роли агента под прикрытием. Он всё-таки принял предложение пойти в канцелярию. Сайгрис сразу хотел назначить его на высокую должность, но метаморф упрямо отказался, заявив, что всего добьётся сам, с самых низов, и не будет пользоваться привилегиями. В этом был весь он — гордый и честный.

Сегодня мужчины с самого утра выглядели подозрительно одухотворёнными, и причина оказалась до приятного простой.

— Мы уезжаем на небольшой отдых, который лично спонсирует Даркас, — со смешком объявил Сайгрис. — Торин как раз закончил возиться с артефактом, а Ристану я лично выкроил несколько выходных. Собирайся, принцесса, тебя ждёт сюрприз, который тебе точно понравится!

Мы переместились порталом прямо из дворца и оказались в совершенно незнакомом мне городе. Воздух здесь разительно отличался от столичного: он был свежим, пропитанным солью — дыхание моря чувствовалось в каждом вдохе.

Мы сели в карету, и едва экипаж тронулся, Ристан с загадочной улыбкой достал плотную ленту.

— Никаких подглядываний, рыжуля, — прошептал он и завязал мне глаза.

Карета ехала недолго, и когда она наконец остановилась, Торин помог мне спуститься на землю. Под ногами зашуршал мягкий песок, а шум прибоя стал всё громче — значит, море совсем рядом.

— Готова? — раздался над ухом голос Сайгриса, и я почувствовала, как узел на затылке ослаб.

Повязка упала — перед глазами распахнулась бескрайняя лазурь: золотистый пляж, волны лениво лизали песок, горизонт сливался с небом. Но внимание приковал силуэт, разрезающий волны — макушка, плечи, улыбающееся лицо.

— Каэль? — выдохнула я, не веря глазам, повернувшись к загадочно улыбающимся мужчинам. — Так вы поэтому привезли меня сюда? Мы же виделись недавно во дворце!

— Привет, Ари! Я ненадолго, только кое-что отдам, — крикнул он, выныривая по пояс. Он быстро протянул Сайгрису небольшой стеклянный флакончик со странной мерцающей жидкостью. Прежде чем я успела задать хоть один вопрос, Каэль широко улыбнулся, подмигнул: "Увидимся!", — и с тихим всплеском скрылся в глубине, оставив круги на воде.

Я растерянно перевела взгляд на василиска. Сайгрис бережно сжимал флакон в ладони, и в его глазах вспыхнул странный, торжествующий блеск. Торин и Ристан подошли ближе, обмениваясь многозначительными взглядами.

— Что это? — прошептала я, чувствуя, как внутри нарастает любопытство. — Для чего этот флакон?

Мужчины окружили меня, и Сайгрис, глядя прямо в глаза, заговорил серьезно и мягко:

— Ари, ты твердишь, что смирилась с потерей хвоста, но мы — нет. Мы видели, как ты тоскуешь по глубине, даже если сама себе в этом не признаешься.

— Я придумал особый артефакт — «Зеркало Дальних Странствий», — пояснил Торин. — Это вещь, позволяющая видеть любой уголок мира так ясно, будто ты стоишь там. Каэль помог нам: он отнес его морской ведьме, которая, по твоим рассказам, веками не может покинуть свою пещеру. Она так жаждала увидеть мир за пределами своего грота, что согласилась на обмен и отдала этот эликсир.

Я с сомнением смотрела на крошечный флакон в своих руках. В голове билась одна мысль: это какое-то безумие. Неужели несколько капель зелья могут вернуть то, что, казалось, ушло навсегда?

Под выжидающими и одобряющими взглядами мужчин я решительно откупорила пробку и выпила содержимое одним глотком. Вкус был странным — соленым, с привкусом глубоководных трав.

Замерла, прислушиваясь. Минута, другая — волны бились о берег, ветер шелестел пальмами, но внутри… ничего. Ни жара магии, ни зова крови.

— Я ничего не чувствую, — растерянно произнесла я, переводя взгляд с Торина на Сайгриса. — Совсем ничего.

— Может, тебе стоит просто зайти в воду? — Ристан мягко подтолкнул меня к кромке прибоя.

Мне не хотелось их расстраивать. Они так старались, так верили в это чудо. Я медленно заходила всё глубже. Вода коснулась колен, бедер, поднялась до пояса… но никаких привычных ощущений не добавилось. Магия молчала. Тело оставалось человеческим. Я повернулась к берегу.

Там стояли мои мужчины — три таких разных, но бесконечно дорогих мне человека — и маленький Мирей. Они смотрели на меня с такой надеждой, что в горле встал ком. «Ну и пусть, что не получилось, — подумала я, выдавливая слабую улыбку. — Главное, что они рядом».

Я уже открыла рот, чтобы позвать их, как вдруг мир качнулся. Ноги внезапно подкосились, стали ватными, и я с глухим всплеском рухнула в воду.

Секундный испуг сменился оглушительным восторгом. Грудную клетку сдавило сладкой судорогой, кожа на ногах вспыхнула жарким огнем, и я почувствовала, как они срастаются, вытягиваются, покрываясь прочной чешуей — хвост!

Вынырнула через пару метров, втягивая воздух, сила пульсировала в каждой чешуйке. Опершись хвостом, приподнялась над волнами, крикнула замершим на берегу мужчинам:

— Получилось! Сработало!

— Эм… Ари… Не хотелось бы омрачать твою радость, — начал Ристан, но его голос предательски дрогнул, а взгляд замер на уровне груди.

Я заметила, как Торин резким движением прикрыл глаза Мирею, разворачивая мальчика, озадаченная, я опустила взгляд вниз и охнула.

Эликсир ведьмы вернул мне хвост, но на мне не было зачарованной сиренской одежды, а платье куда-то испарилось. Теперь я качалась на волнах абсолютно обнаженной выше пояса. Холодная морская вода и адреналин сделали своё дело: грудь высоко вздымалась, а соски призывно и отчётливо выделялись.

— Упс… — выдохнула виновато и прикрыла грудь руками.

Ристан быстро зашёл в воду по пояс, держа что-то в вытянутой руке.

— Вот, захватил на всякий случай в Олэрии. Каэль уверял, что именно такие предпочитают сирены, — он с усмешкой протянул мне изящный лиф, удивительно совпадающий по цвету с хвостом.

Я с благодарностью выхватила его, мгновенно надевая и чувствуя себя куда увереннее. Теперь, когда неловкость исчезла, я расправила плечи и с силой ударила хвостом, поднимая тучу искрящихся брызг.

Мужчины быстро сбросили лишнюю одежду и один за другим вошли в воду, беря меня в кольцо. Торин шёл последним, уверенно держа Мирея на плечах.

Я смотрела на них — моих защитников, мою опору — и чувствовала, как сердце переполняется нежностью, которая была глубже любого океана.

— Спасибо, что вернули мне себя, — прошептала я, и мой голос, усиленный магией сирены, нежно разнёсся над волнами. — Я вас так люблю!

Сайгрис первым сократил дистанцию, его ладонь коснулась моей щеки, а в зелёных глазах отразилось всё золото заходящего солнца.

— И мы тебя любим, наша океанская девочка, — выдохнул он, и в этом признании была вся преданность мира.

Ристан и Торин согласно кивнули, окружая меня теплом и заботой. В этот миг стёрлись все границы между сушей и морем. Мы были единым целым, и шум прибоя вторил биению наших сердец.