Глава 14

Дядюшка Алексей Палыч встретил графа Зябликова с распростёртыми объятиями, сразу же накрыли на стол, налили рюмку водки, настоянную на кедровых орешках, и далю закусить солёным, бочковым огурчиком. Одним словом, красота! Александр выпросил для себя горячую ванну, а Тихону досталось тёпленькое местечко у печки и бочонок свежего кваса. Как же было приятно расслабиться после дальней дороги! Александр растянулся в ванне и блаженно закрыл глаза, и тут же перед его мысленным взором возникла испуганная девушка. Какая же она была красивая, робкая и... желанная. Граф ощутил настойчивую потребность отыскать незнакомку и одарить её своим вниманием, вызнать о судьбе и помочь. С этой мыслью Александр и задремал, перебравшись из ванны на мягкую постель.

Зыбкий туман тянулся от реки, слышался хруст подтаявшего льда, который волны выбрасывали на пологий берег. Дом дядюшки стоял на пригорке в окружении высоких, стройных сосен, отчего воздух полнился смоляным ароматом. Ветер колыхал верхушки деревьев, роняя на рыхлый снег шишки. Александр стоял у окна в одном исподнем и любовался природой, вдыхая полной грудью свежий воздух. Казалось, будто хвоя сосен тычется ему в лицо и щекочет. И вдруг граф, преисполненный возвышенных чувств, заметил хрупкую фигуру, пробирающуюся сквозь сосны. Мгновение, стук дятла разнёсся по округе, вспугнув девушку. Она быстро засеменила к дому, прижимая к груди плетёную корзинку, из которой торчал рыбий хвост.

Александр метнулся к двери, вспомнил, что не оделся и воротился к разобранной постели. Он быстро облачился в тёмные брюки и белоснежную рубашку с накрахмаленным воротничком, а уж затем поторопился на кухню, ведь именно туда держала путь девушка. Дородная кухарка ловко выхватила из корзинки карпа, разложила его на столе и принялась счищать острым ножом чешую. Девушка указательным пальчиком перебирала монетки в ладони, едва заметно шевеля губами.

— Доброе утро! — взволнованно проговорил граф, нарушив безмятежный покой.

Кухарка замерла на месте с поднятым ножом, изумлённо взирая на него. Девушка испуганно ойкнула, подхватила корзинку и попятилась к двери.

— Доброе утро, — повторил граф.

— Завтрак ещё не готов, — опомнилась кухарка. — Есть только сухарики и квашеная капуста.

— О, я не голоден, — улыбнулся Александр, обогнул стол и приблизился к девушке. — Дитя, мы давеча с Тихоном тебя напугали, когда мимо промчались на карете.

— Ах, я сама виновата, — пролепетала девушка, и её голосок напомнил графу журчание весеннего ручейка, который пробился сквозь тонкую корку льда на свободу. — Мне не стоило идти так близко к дороге, полно же тропинок.

— Я бы хотел загладить оплошность, — Александр коснулся руки девушки и увидела, как затрепетали её длинные, густые реснички.

Сердце графа дрогнуло... Испуганная, несчастная девушка явно нуждалась в его доброй заботе.

— Где бы мы могли встретиться? — поинтересовался он.

— Я утром разношу рыбу, пойманную ночью, — ответила девушка, и на её высоких скулах появился яркий румянец. — После обеда убираюсь в доме. А уж вечером... Приходите на речку, я буду вас ждать.

— Марфа, ты ступай от греха подальше, — прикрикнула кухарка на бедняжку. — Граф, вам бы подальше держаться от сиротки.

Девушка покраснела и выбежала на улицу, дверь за ней захлопнулась, больно ударив по самолюбию Александра.

— У меня не было злых мыслей, — надменно проговорил он, резко выпрямив спину.

— Дык я не про то, — отозвалась кухарка, вернувшись к прерванному занятию. — Марфа осиротела прошлой осенью, но и до этого о ней шла дурная молва. Я сама не видела, но поговаривают, будто она сманивает парней на реку, и они оттуда уже не возвращаются.

— Ох, уж эти ваши местные суеверия! — воскликнул граф. — Чернота необразованная!

— А тут умным не надо быть, — пожала плечами кухарка. — Три дня назад бесследно Павлушка сгинул. Первый красавец на деревне! Девки сохли по нему, а он заприметил Марфу, стал к ней по вечерам наведываться, да пропал.

— Может, в город подался, — Александр зачерпнул кружкой студёной воды из ведра и сделал глоток. — А вы тут сплетни распустили.

— Вот увидите, всплывёт скоро наш Павлушка, — фыркнула кухарка.

Александр не стал спорить с тёмной женщиной, напился вдоволь холодной воды и покинул кухню.