Глава 17

Тепло подействовало на графа благотворно: появилась зевота, потянуло в сон и веки стали слипаться сами собой. Снежок ударил в окошко, Александр вздрогнул от неожиданности и невольно подался вперёд, чуть не свалившись с лавки.

— Чёрт! — вполголоса выругался граф, встал и размял ноги, пройдясь по комнате.

Время тянулось медленно, и ожидание превратилось в пытку. Александр заглянул в шкафчик со стеклянным дверцами, посмотрел на медицинские инструменты, больше похожие на орудия пыток, поцокал языком и передвинулся к широкому и длинному столу, видимо, на котором и проводились осмотры.

— Заждались меня? — в дверях появился Самсон Ефимович.

— Немного, — честно сознался Александр. — Как успехи?

— Утонул, — печально вздохнул врач. — Судя по телу, его утащило под лёд, где он и захлебнулся холодной водой.

— Страшная смерть. А не было ли на теле каких либо отметин?

— О чём это вы? — поинтересовался Самсон Ефимович.

— Ну, скажем, две дырочки на шее или...

— Или глубокие царапины возле ярёмной вены? — перебил графа Самсон Ефимович.

Тишина воцарилась в комнате, мужчины долго и пристально смотрели друг на друга, словно бы хотели проникнуть в душу. Первым взял слово граф.

— Я встречал странные отметины на шее у кое-кого. И при весьма печальных обстоятельствах.

— Сколько было трупов?

Александр внутренним чутьём понял, что Самсон Ефимович вовсе не простоватый сельский врач, каким представился ему по началу. Человек, несмотря на свой молодой возраст, кажется, многое повидал.

— Два, — вымолвил граф. — Моя добрая и красивая служанка Машенька и соседский кучер Яшка.

— Сыщики кого-нибудь поймали?

Александр на мгновение замешкался, но всё же не доверился врачу и ответил с опозданием:

— Никого.

— Это очень опасная болезнь, мало изученная, но встречающаяся в захолустьях, — Самсон Ефимович достал из шкафчика графин с водкой и две рюмки, а затем пригласил графа к столу. — Я ведь потому и оставил столицу, дабы больше собрать материала для изучения. И эти случаи с утопленниками выглядят весьма странно. Ни криков о помощи, ни попыток защититься, лишь глубокие царапины на шее, доказывающие, что они с кем-то встречались перед смертью. У меня есть дерзкое предположение, что они по своей воле пошли в воду. Забавно, да?

— Вовсе нет, — замотал головой граф и опрокинул рюмку водки. — Вы ведь здесь в поисках истины?

— Да, — грустно улыбнулся Самсон Ефимович. — Если есть болезнь, значит, следует найти и лекарство от неё.

— Боже! — потрясённо воскликнул Александр. — Кажется, сама судьба нас свела вместе!

— Что же, тогда придётся нам вместе развеять местные страшилки насчёт кикиморы, ворующей младенцев и сманивающей красивых парней в омут. Что скажете, граф?

— Я с вами!

Графин быстро опустел, Александр вместе с водкой впитал в себя новые знания о нечисти. Судя по царапинам на телах утопленников, у кикиморы должны были быть острые клычки. Ах да, ещё и когти! Граф высказал желание продолжить разговор завтра и взял на себя смелость пригласить Самсона Ефимовича на обед к дядюшке. На том они с врачом и расстались. Кривая дорожка вывела графа к речке, впрочем, он туда и собирался попасть.

Марфуша издали походила на тоненькое деревце, которое едва держалось на ветру. Александр приблизился к девушке, взял её озябшую от холода руку и нежно поцеловал пальчики. Марфуша вздрогнула и смущённо улыбнулась, захлопав длинными ресничками.

— Ах, душа моя! — ласково проговорил граф. — Прости, что заставил тебя ждать на холоде.

— Ничего, — снова улыбнулась девушка. — Я привыкшая, да и весна нынче тёплая.

— Надо же, стемнело, — подивился граф темноте, которая внезапно их окутала.

— Ах! — сорвалось с губ Марфуши.

— Я провожу тебя, — вызвался граф, и они двинулись по узкой тропинке вдоль речки.

Девушка едва касалась его руки, словно бы боялась, что их застукают вместе. Робкая, ранимая и невероятно красивая. Граф придвинулся ближе к девушке, чем ещё больше её смутил. Домик Марфуши стоял на самом краю обрывистого берега, подпираемый тремя сваями со стороны реки. Ступеньки заскрипели, когда граф с девушкой поднялись на крыльцо.

— Я живу...

— Всё хорошо, — перебил граф девушку. — Я могу войти? У меня нет злого умысла.

— Да! — шумно выдохнула Марфуша, открыла дверь и первой впорхнула в дом.

Графу не осталось ничего другого, как последовать за ней.