Глава 50. Занятие в Академии

Я покинула лазарет спустя неделю, ощущая себя почти новой. Целитель Андреас Грин тщательно проверил меня со всех сторон, не выпуская до тех пор, пока не убедился, что магическая вспышка окончательно утихла. Разрешение посещать занятия было лишь частичным — только теоретические. На практике это значило, что я целыми днями сидела в аудиториях, слушая лекции, пока другие адепты отправлялись на тренировки и практики.

Сеняшняшняя лекция проходила в одной из малых аудиторий — уютное помещение с высокими окнами, затянутыми тонкими занавесками. В воздухе витал легкий запах лаванды и старых книг. Преподавательницей оказалась старушка магистр Фрейвель — сухонькая, с добрыми глазами и вечной легкой улыбкой. Её голос был теплым и немного дрожащим, как если бы каждая история, которую она рассказывала, была для нее личной. Я слушала затаив дыхание. Темой лекции были — драконы!

— Истинная связь между драконом и его парой — это не только дар. Это судьба, — говорила она, покачивая пальцем. — Их сила растет вместе, они становятся единым целым.

Её слова звучали как песня, старинная и печальная.

Я осмелилась поднять руку, чувствуя, как у меня пересохло в горле.

— А что… что если маг потеряет своего дракона? Может ли человек выжить без него?

В аудитории повисла тишина. Сидевшая двумя рядами ниже адептка, бросила на меня быстрый взгляд, а магистр Фрейвель замерла. Ее взгляд стал мягче, но в глазах блеснуло что-то похожее на сожаление.

— Потеря дракона… — она нахмурилась. — Это ужасное испытание. Маг теряет часть своей души. Считается, что без своего дракона маг долго не живёт. Его силы иссякают вместе с этой связью.

— А если маг потерял истинную? — снова задала вопрос. — Аналогично, адептка Фрост, маг долго не живет, — грустно закончила магистр.

Но я не сдавалась.

— Бывают случаи, когда маг теряет и дракона, и истинную? — выдохнула я, ведь Лаэр именно об этом мне и говорил, — Если дракон зависит от истинной, то не будь ни зверя, ни возлюбленной… маг сможет жить?

Я понимала, что нет. Но надежда была.

— Сожалею, Эльза. В таких случаях, хотя они очень редки, маг еще быстрее сойдет с ума, потеряет силу и погибнет, — ответила милая старушка.

Я прикусила губу, ощущая, как сердце болезненно сжимается. Значит ли это, что Лаэр всё ещё чувствует своего дракона, пусть даже не осознаёт этого? Или он действительно потерял не только зверя, но и истинную пару? Мне было совершенно не понятно. Если Лаэр и правда потерял дракона и… истинную пару, тогда он бы уже не был жив. От этой мысли по коже пробежал холодок… Что если я и есть истинная пара Лаэра Хартвелла?

Я не погибла и поэтому он еще жив? Но ведь он утверждает, что и дракона он лишился? А может все дело в его запретном даре с темной магией.

Много вопрос, но ни одного ответа. И нет рядом того, кто на мои вопросы может ответить Весь остаток занятия я почти не слушала, погруженная в собственные мысли.

После обеда нас ждали наблюдения. Преподаватель показала нам магическое существо — флума, маленького крылатого зверька, который переливался сиреневым светом и умел чувствовать эмоции. Он порхал по комнате, ловя настроение каждого из присутствующих.

Флум оказался настоящим озорником. Когда одна из адепток попыталась осторожно протянуть к нему руку, зверёк сделал резкий кульбит в воздухе и приземлился прямо на её макушку, задрав крылышки, будто это был его трон. В аудитории раздался сдержанный смех.

— Ну конечно, — фыркнула девушка, стряхивая зверька с волос. — Только мне может попасться наглый флумик!

Я невольно улыбнулась, впервые за долгое время чувствуя, как напряжение внутри чуть-чуть ослабло.

Флум порхал по комнате, ловя настроение каждого из присутствующих. К моему удивлению, он задержался возле меня дольше всех, медленно сверкая ледяными оттенками. Его маленькие глазки смотрели прямо на меня, словно он видел всё, что я прятала внутри.

— Он чувствует холод и печаль, — объяснила мисс Фрейвель. — Такие существа всегда тянутся к магам с редкими дарами. С редким даром? Не думала, что мой лед — редкий дар. Я бы назвала его — неконтролируемый.

Флум ещё мгновение кружил надо мной, прежде чем улететь. Впервые за долгое время мне стало чуть теплее на душе.

Прошло ещё несколько занятий, но меня не покидало ощущение тревоги. Ректор так и не вызывал меня к себе. То ли ждал, пока я приду сама, то ли собирался вынести решение позже. Каждый день я набиралась смелости, но так и не находила её.

Мне нужен был разговор с Иваром Норингом. У меня накопилось множество вопросов. Я знала, что во время иллюзии на берегу моря Лаэр поцеловал меня. Это вызвало во мне бурю эмоций, что спровоцировало магический лёд, и меня сковало холодом. Когда я потеряла сознание, испытание Первым Духом Хранителем закончилось. Хартвелл отнес бессознательную меня в лазарет. Дальше, по слухам от Кэтрин, ледяной дракон долгое время провел в кабинете Ивара Норинга, где они с ректором громко ругались. После чего Лаэр собрал вещи и отбыл из Академии никому и ничего не объяснив. Мне важно было поговорит с Иваром Норингом и прояснить ситуацию.

И только на третий день, собравшись с духом, я вошла в его кабинет.

Кабинет ректора всегда казался мне слишком просторным. Высокие потолки, полки с книгами до самого верха, тёмное дерево и тяжёлые шторы. В этот раз всё казалось ещё более угнетающим.

Ивар Норинг сидел за своим столом, перебирая бумаги. Он поднял голову, встретившись со мной взглядом, и я поняла — этот разговор изменит если не всё, то многое.