Глава 16

Мои друзья ещё не спали, когда мы пришли они как раз готовились к ужину. Дверь была заперта на засов, но мне не составило труда её открыть, я знал, как это делается, а стучаться не захотел. Само собой, все сразу услышали скрип, поэтому повернулись в сторону двери, а парни так даже за ножи схватились, не расслаблялись даже дома.

— Принимайте гостей, — улыбнулся я, заходя в помещение.

Ребята были даже не удивлены, это как-то по-другому называется, гораздо более крепкое выражение. Они так и замерли, уставившись на меня, а Керт издал невнятный горловой звук, видно хотел что-то сказать, но не смог выдавить из себя ни слова. Ну да, их можно было понять, это всё же трущобы, тем более они прекрасно знали, что я попался в руки работорговцев. С восточной страны никто из детей не возвращался. Тут если пропал человек, тем более ребёнок, то значит, он либо в рабство попал, либо мёртв, другого не дано.

Из ступора они вышли, когда в помещение зашёл сначала Лаар, а потом и Эгона, парни опять схватились за ножи.

— Не шалите, — погрозила пальцем женщина. — Мы друзья Дагмара.

— Сиротка вернулся! — Радостно завопил Керт и рванул ко мне обниматься, продолжая коситься на незнакомцев.

Тут и остальные мои друзья разом загомонили, разобрать не было возможности, что они там говорят. Даже Грэк попытался ко мне подойти, но видно на самом деле его сильно порезали, он скривился и уселся на своё место. Если честно, мне было приятно, была в голове подлая мысль, что меня уже забыли, мол, пропал, да и хер с ним, а тут такая радость.

Эгона с Лааром нам не мешали, с любопытством осмотрели помещение и стали выкладывать на стол еду, которую мы купили у капитана. Только минут через десять удалось кое-как успокоить ребят, потому что галдеть они не переставали, рассказывали последние новости, перебивая друг друга.

— Спокойно! — Крикнул я. — Ничего не понятно, давайте сядем за стол и побеседуем, да и познакомиться не помешает.

Все разом замолчали и уставились на взрослых, Лаар в это время уже смотрел в котёл с едой, видимо оценивал, можно ли это есть, а Эгона искала ещё тарелки, нагло обшаривая полку, где стояла посуда. Запасных у нас не было, сохранилась только моя чашка, а вот на гостей мои друзья не рассчитывали.

— Ты где был? — Спросил у меня Грэк, когда я представил своих товарищей.

К этому времени Кади, одна из девочек, уже раздобыла где-то две чашки и поставила их перед гостями, которые с любопытством продолжали рассматривать детей.

— В рабстве, где ж ещё-то? — Улыбнулся я. — Сам же видел, кому я в руки попался.

— Видел, — покивал Грэк. — Мы туда быстро примчались со старшими, да только никого уже не нашли, только кровь, думали, что тебя убили. Но Канат сказал, что тело бы тогда не утащили, а на месте оставили. Вроде бы все трущобы перерыли, но ты как сквозь землю провалился.

— У работорговцев есть дом за городом, — сообщил я. — Там они украденных людей держат.

— Надо Шраму сказать, — тут же заявил Керт. — Может, разнесёт там всё.

— Не станет он ничего разносить, — поморщился я. — Больно там охрана хорошая, да и не пойдёт он за город, я точного места не знаю, в темноте выводили и грузили в лодки.

— А как ты тут оказался? — Удивился Грэк. — Сбежал?

— Нет, — покачал я головой, — просто отпустили.

— А эти, — парень покосился на взрослых. — Тоже рабами были?

— Нет, они служили тому же господину, — покачал я головой. — Вот так получилось. Ладно, у вас-то как дела, смотрю, не голодаете?

— Нет, — дети разом начали улыбаться. — Хвала богам, эту зиму хорошо провели, правда, работать вообще не получалось, редко из дома выходили, за продуктами ездили вместе с корчмарём под охраной, иначе бы нас быстро обобрали. Даже на людей Шрама один раз напали, но удалось отбиться, вот.

— Есть давайте, — приказал Лаар. — Потом трепаться будете.

Возражать мужчине никто не стал, видели, что это кальт, поэтому начали заранее его бояться. Да и на самом деле есть хотелось, а съестное на столе так и манило взгляд. Ребята быстро поели, сытая жизнь хорошо на них сказалась, сейчас они не давились едой. Конечно, о том чтобы покушать прилично не могло быть и речи, это всё же беспризорники, поэтому кто-то чавкал, кто-то хлюпал, но ели неторопливо и не обжигаясь горячей едой. Мои старшие товарищи не побрезговали есть с беспризорниками, только Эгона сначала с подозрением косилась на мясо, но потом распробовала, что это говядина.

После ужина старшие товарищи завалились спать, а на меня основательно насели мои друзья, требовали как можно подробнее рассказать обо всех моих похождениях. Даже наше последнее пополнение — Кади, Ади и Диаз от них не отставали. Видно пока меня не было они совсем стали своими, уже не стеснялись и не опасались как раньше.

У меня тут же забрали меч с ножами и отправили их по рукам, некоторые даже щёлкали по лезвию пальцами, прислушиваясь к звуку, как будто что-то в этом понимали. Керт вздумал посмотреть топор Лаара, думал, что он уже спит, но только потянулся к оружию руками, как услышал предупреждение.

— Тронешь мой топор, отрублю руки, — произнёс воин жутким голосом и мальчишка тут же вернулся.

— Больно надо, — буркнул он, когда подошёл к нам, — я таких тысячу штук видел, мясники ими работают.

Само собой, я решил не рассказывать ребятам о том, что стал магом, незачем им такие знания, хотя было желание помочь Грэку. Будь его рана посерьёзнее, то вылечил бы, а так просто глубокий порез на боку. Также не стал говорить о том, что хозяином у меня был маг, которого убили. Если честно, я сейчас очень сильно призадумался, а что мне с ребятами делать, раньше думал, что дам им денег, а утром уйду. Сейчас же мне не хотелось их тут оставлять. Если бы нам тогда не повезло, то сейчас все эти дети были бы мертвы, просто погибли бы от голода или кто-нибудь убил бы. В общем, хотелось их взять с собой, но пусть сами решают, настаивать не буду, да и мои старшие товарищи неизвестно как отнесутся к такому решению. Они ещё на корабле мне сказали, чтобы я не тащил этот детский сад с собой, у нас и без того проблем хватает.

К тому же в голове постоянно крутилась мысль, что рано или поздно их найдут. Если у этого визиря большое влияние и ребята, умеющие искать, то выйдут и на нашу банду. За мою голову, как и за головы моих спутников, может быть объявлена хорошая награда, об этом ещё старик сказал. В общем, своим посещением я здорово подставил ребят, тот же Шрам за большие деньги может начать их пытать, чтобы выведать, куда это я направился. И плевать ему будет на то, что вроде бы они под его защитой, за сирот никто не спросит.

Думаю, визирю достаточно будет найти тех работорговцев, которые меня украли и всё, сможет выйти и на моих друзей, а это плохо. Пока я размышлял, мне рассказывали о последних новостях. Жизнь моих друзей не отличалась разнообразием, они рассказывали, кто на кого напал, кого убили, а кто наоборот поднялся. Мне стало известно, что пару раз их пытались ограбить, если верить словам Каната, только оба раза возможных налётчиков перехватывали люди Шрама.

Приятно было видеть, что после того как я пропал, мои друзья продолжали следить за собой. Кстати, этим они и привлекли внимание к своим скромным персонам. Шрам велел Канату за ними присматривать, мол, перспективные ребята. Другие на их месте жили бы как в свинарнике, а эти порядок соблюдают. Похоже, сам Канат и доложил об этом авторитету.

— Эти с нами останутся? — После того как мы рассказали друг другу все новости, спросил меня Керт, покосившись на спящих взрослых.

— Нет, — покачал я головой, — они тут не останутся, как и я, просто вас навестить захотел, ну и помочь немного.

— Ты что уйдёшь от нас? — Удивился Грэк. — Куда?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Куда глаза глядят, нельзя мне тут оставаться, опасно, я же беглец.

— Так наоборот тут остаться нужно, — сообщила Кади. — Сам знаешь, в трущобах половина народа преступники, а может и все, легче спрятаться, сюда даже солдаты не суются.

— Мне всё равно нужно отсюда уходить, — пожал я плечами. — Даже не спрашивайте почему, просто нужно и всё.

— На дорогах опасно, — предупредил меня Грэк. — Сам знаешь, там детей запросто ограбить могут, да и не только их.

— Ничего, — усмехнулся я. — У меня защита имеется, вон лежат, они отличные воины.

— Завтра выдвигаемся? — Похоже, Керт даже не сомневался в том, что он пойдёт со мной.

— Завтра, — кивнул я. — Но вам лучше бы остаться здесь, с нами слишком опасно.

— Слишком опасно, — повторила за мной Кади, а потом прыснула со смеху, её подхватили остальные.

Я тоже не удержался от смеха, говорить жителю трущоб о какой-то там опасности просто глупо, мы живём в постоянном риске. Хуже, чем здесь, наверное, только в шахтах, других мест не имеется.

— Ну, ты и сказанул, — отсмеявшись, заявил Грэк и снова перешёл на шёпот, заметив, как взрослые подняли головы. — Так что, нам с тобой можно?

— Завтра решим, — указал я глазами на Эгону и Лаара. — Сейчас давайте спать ложиться, засиделись.

Утро началось с грандиозного спора. Естественно, Эгона и Лаар прекрасно слышали наш ночной разговор, поэтому женщина сходу начала на меня наседать и требовать, чтобы не вздумал такую ораву детей брать с собой. Если вначале Лаар просто отмалчивался, то потом неожиданно перешёл на мою сторону.

— Если они его друзья, — заявил он, — то не стоит их оставлять, сама это знаешь, если голова хоть немного соображает.

— Он и не будет оставлять их без помощи, — возмутилась Эгона. — Пусть весь свой кошель с золотом оставит, им этого на всю жизнь хватит.

— Не надо из себя дуру строить, — нахмурился мужчина. — Я не об этом, найдут их тут и найдут быстро, ты не хуже меня это знаешь. Та девчонка по своей несмышлёности решила, что в трущобах получится скрыться, но только местные бандиты сами же их и выдадут, ну или начнут спрашивать, с какой это целью за никому неизвестным парнем охота ведётся, да такая серьёзная, что из султаната сюда примчались. В общем, оставить их здесь — оставить на погибель. Честно скажу, мне плевать на этих сопляков, они мне не друзья, но Дагмар не имеет права бросать их, боги накажут.

— С ними мы будем слишком заметны, — пробурчала Эгона. — Сам должен понимать.

— Фургон купим, — предложил я. — Вы же не пешком идти собираетесь. Да даже если и пешком, согласен, компания довольно странная. Ну и что, считаете, что каждый встречный будет на нас внимание обращать? Просто идёт семейная пара с кучей своих детишек.

В общем, спорили мы долго, пока дети не стали просыпаться, тут Эгона разозлилась и сообщила нам, что ей плевать и чтобы мы делали, что хотим, но она за этими сопляками следить не будет, других занятий полно. Разумеется, некоторые мои приятели слышали часть разговора, но не вмешивались, теперь те, кто уже проснулся дружно уставились на меня.

— Чего замерли?! — Прикрикнул я на своих друзей. Бегом собирайтесь и засонь этих разбудите.

Тут же поднялась суета, это мы были собраны к походу, а дети нет, поэтому забегали по дому как ошпаренные. Думаю, не стоит говорить о том, что они ничего не собирались тут оставлять, даже шкуры хотели с собой забрать вместе с дровами, да только не было возможности их унести, а меня на такой подвиг совсем не тянуло, не говоря уже о моих спутниках. Зато чашки, большой чан и все продукты они распределили между собой, погребок опустошили подчистую.

Грэк на правах старшего щедро раздавал подзатыльники, поторапливая зазевавшихся и при этом отчаянно сквернословя. Эгона всё это немного послушала, да и всыпала ему ремня, даже не поленилась его с пояса снять. Парень такого никак не ожидал, поэтому извивался как угорь, но толку от этого было мало, женщина, несмотря на свою обманчивую хрупкость, была очень сильной.

— Если кто-то посмеет при мне материться, получит ещё не так, — пригрозила она.

Мы с Лааром наблюдали за процессом экзекуции со стороны, было очень смешно, Эгона не поленилась стянуть с парня штаны, да так и нахлестала его по голой заднице.

— Вот такие эти мамы, — со смехом сообщил я Грэку. — Хочешь ещё иметь родителей? Это ещё грозный папа за дело не взялся, иначе бы так легко не отделался, зато теперь будешь за языком следить.

Парень мне не ответил, только выдал матерную фразу в полголоса, когда Эгона вышла на улицу. Была опасность, что мальчишка схватится за нож, но нет, смог спокойно отнестись к порке. Видно он сделал для себя какие-то выводы, так что уже начал принимать двух взрослых за своих. Конечно, когда я жил с мальчишками, у нас даже драки были, особенно когда я взял власть в свои руки, пришлось пару раз побить Грэка, который ставил мои слова под сомнение. Причём оба раза ему не нравилось то, что нам теперь придётся мыться, приходилось вдалбливать это кулаками. Но даже при стычках, когда я не сильно, но всё же избивал паренька, он не хватался за нож, потому что мы все были свои, а чужие находились за территорией дома.

Пока мы собирались, Кади уже успела сбегать к соседке, жене Каната, видимо ей сильно не хотелось, чтобы наше нажитое добро ушло в чужие руки, всё же шкуры, на которых мы спали, были куплены, а не украдены. Взять их с собой, как и купленные дрова, у нас не было возможности. К тому же дом тоже считался нашим, мы ведь за него заплатили, так что может и он им понадобится. Женщина долго нас благодарила за такие неожиданные подарки, пыталась выяснить, куда мы уходим, а потом стала сноровисто перетаскивать всё к себе. За полчаса всё наше имущество было собрано и уложено в заплечные мешки, только вот уйти нам не дали.

— Смотри, — толкнул меня в бок Грэк.

Увидев, как в нашу сторону направляется с десяток бойцов Шрама во главе с его правой рукой, я поморщился.

— С возвращением, Сиротка. — Заявил мужчина, подойдя к нам и окинув внимательным взглядом всех ребят, которые уже взяли свои ноши, Эгона с Лааром особенно удостоились его взгляда. — Куда собрались?

— Подальше из этих негостеприимных мест, — улыбнулся я.

— Хорошее дело, только придётся тебе немного задержаться, Шрам тебя видеть хочет, больно ему любопытно стало, как ты умудрился из рабства освободиться.

Естественно, от приглашения я отказываться не стал, всё равно прорваться не сможем, как бы ни старались, больно много тут его людей. Даже если и прорвёмся, тут же организуют погоню, а нам только этого сейчас не хватало.

— Пошли, — сказал я и направился в сторону дома, в котором жил Шрам.

— А вы куда? — Удивлённо спросил заместитель авторитета. — Вас никто не звал.

Ну да, Эгона и Лаар последовали следом за мной, не собирались оставлять своего подопечного без присмотра.

— Мы его охрана, — ухмыльнулся Лаар. — Не можем оставить своего господина без присмотра.

— Ему ничего не угрожает, — проворчал посыльный Шрама. — Просто дружеская беседа.

— А тебе тут что-то угрожает? — Поинтересовалась у него Эгона.

— Нет.

— Тогда зачем ты с собой десяток охраны притащил?

В общем, пошли мы все вместе, не стали с нами спорить и разубеждать, видно решили предоставить это авторитету, он тут главный, вот и пусть разбирается.

На этот раз мы прождали в приёмной минут десять, только после этого пригласили к авторитету. Как ни странно, разоружать нас не стали и что-то мне подсказывает, что это благодаря Лаару. Кальты были всем известны своим особым отношением к оружию, забрать его можно было только с трупа, а вот убить этих ребят крайне сложно. Опять же у них была широко развита кровная месть, поэтому все старались избегать конфликтов с этими здоровяками, всё может плохо кончиться. Понятно же, что Шрам не в курсе того, знают ли кальты в порту, что тут в трущобах их сородич. Вдруг им об этом известно, прирежешь этого, а потом целая толпа набежит, чтобы за своего спросить, а воевать эти ребята умели и очень любили.

Шрам, увидев меня, даже изобразил что-то вроде улыбки, которая больше походила на оскал. Я думал, что он начнёт расспрашивать о том, куда мы собрались, но нет, больше его интересовало то, куда меня отвели, когда похитили. Тут я ему ничем помочь не мог, только сказал, что это сделали работорговцы из султаната и указал примерное наплавление, где у них место, в которое они рабов стаскивают. Нам даже карту притащили, чтобы понять, где это примерно находится. Не забыли расспросить, сколько там охраны видел и прочее.

— Как из рабства умудрился освободиться? — После рассказа спросил Шрам. — Ты вроде сейчас с ошейником бегать должен.

— Нет, не должен, — покачал я головой. — Освободили меня, причём человек, который имел на это право, он меня купил и сделал свободным.

— Второй раз слышу, чтобы в султанате кого-то освободили, за какие хоть заслуги?

— Никаких заслуг не было, видно господин просто не любит рабство, я у него ни одного раба не видел, да они ему и не нужны.

— Это ещё почему? — Удивился Шрам.

— Да потому что все его приказы и без ошейников сразу же выполняют, поэтому ничего не изменилось, разве что без ошейника.

— А сейчас куда направляетесь? — Спросил Шрам. — Ты и своих сопляков забираешь?

— Забираю, — кивнул я. — Поручение господина выполняем.

— Что ещё за поручение, какие дела у твоего господина в империи могут быть? У государств не самые хорошие отношения.

*****

Когда необычная троица покинула кабинет, из-за неприметной двери вышел человек.

— Что скажешь? — Спросил у него Шрам.

— Больше правды сказал, — пожал плечами мужчина. — Ну, в основном говорит правду, на самом деле выполняют приказ, в этом сомнений нет.

— Интересно, — пробормотал авторитет. — Что этому человеку в империи понадобилось?

— Так может, тряханём? — Предложил заместитель Шрама. — Не думаю, что с этим кальтом проблемы будут, залп из арбалетов у любого прыти поубавят.

— Какой же ты осёл, — даже с какой-то жалостью произнёс Шрам. — Убить человека легко, да только последствия могут быть разные.

— Да ладно, у них явно деньги есть, видел какое оружие? Что касается этого кальта, так он явно изгой.

— У северян нет изгоев, тех, кто идёт против рода, они убивают, а не изгоняют. А ты уверен, что они сейчас не пойдут к тем же кальтам, может они в курсе того, что тут их земляки шатаются. Мы его сейчас убьём, а к вечеру сюда прибудут три сотни головорезов и спросят, куда это подевался их товарищ. Тебе, идиоту, напомнить, что они металлы продают в империи, причём лучшего качества и скупают его дворяне, которые тоже будут на их стороне. Помнишь, что было семь лет назад? Вижу, помнишь, так вот я не собираюсь всё портить из-за мнимой выгоды, а потом начинать обустраивать тут всё с самого начала. Пускай уходят куда хотят, нам они не интересны, сомневаюсь, что в султанате нашими трущобами заинтересовались.

*****

Визирь был в ярости, старик, даже подохнув, смог его обыграть и нанести последний удар. Благо, что мертвяки не обладают большой магической силой, ему явно пришлось вложить в последний удар все свои силы, но из-за того, что политик расслабился, удар достиг своей цели.

Несмотря на усилия десятка лучших магов султаната, которые больше всего времени уделяли именно развитию навыков лечения, помочь они так и не смогли. Слишком сильным оказалось заклинание, к тому же оно крайне сложное. Конечно, они пытались зарастить страшную рану на лице, да только всё напрасно, ткани быстро разрушались и всё становилось как прежде. Теперь на левой стороне лица у него полностью отсутствовала кожа и часть мышц, из-за этого рот не закрывался полностью, также пострадали губы, даже была видна челюсть с гнилыми зубами, на них тоже действовала магия.

Да в той же империи были очень сильные одарённые. У императора имелся маг, который и такие магические раны мог вылечить, конечно, это тяжело и сложно, но мог. Только учитывая отношения между государствами, никто этого мага не пришлёт. Можно было бы самому визирю отправиться в империю, чтобы решить свои проблемы, но и тут беда, назад он вряд ли вернётся. Такой ценный источник информации императору очень пригодится. Его возможно даже вылечат, отправят обратно, но после обязательно похитят, до султаната визирь наверняка не доберётся.

Конечно, можно было бы жить и с такими ранами, визирь уже был не молод, поэтому не стоило переживать из-за того, что у него не такая уж смазливая внешность. Только беда была в том, что это искалеченное лицо постоянно болело, как будто его режут день и ночь, приходилось постоянно пить разные магические зелья, чтобы хоть как-то заглушить невыносимую боль. Из-за этого он стал крайне раздражительным, и всё бы ничего, но один раз он позволил себе резко высказаться в сторону султана, который и до этого был недоволен убийством отшельника. За грубость визирь тут же был понижен и теперь являлся не вторым, а пятым лицом государства. К тому же султан запретил ему показываться на глаза гостям с таким лицом, пришлось носить повязку.

Над визирем и до этого насмехались, вовсю прославляя отшельника, который в одиночку умудрился убить двух сильных магов, а визиря искалечить. После того, как ему пришлось носить повязку, политика не обсуждал только ленивый. Дело в том, что платки на лицах в султанате носили только непорочные девы из древних аристократических родов, незамужние. Вот из-за этого визирю прикрепилось прозвище «девушка на выданье».

В общем, в многолетнем противостоянии двух магов вроде как выиграл визирь, да только таких побед и врагу не пожелаешь. По всей вероятности отправка визиря в отставку становится лишь вопросом времени. Из-за постоянных болей у политика был не такой острый ум как раньше, он получил серьёзное ранение, с которым неизвестно сколько проживёт. Кроме того все сокровища, на которые он так рассчитывал, умудрились присвоить слуги мага. Конечно, люди визиря быстро выяснили, куда подевались беглецы, даже погоню отправили, да не смогли ничего сделать. Небольшой флот визиря добрался почти до побережья империи, где повстречался с имперскими кораблями, потеряв два судна, они вернулись.

Отправить за тремя простолюдинами целый флот было серьёзной ошибкой, потому что этим быстро заинтересовались сильные мира и остаётся только немного подождать, когда они узнают причину такого внимания к скромным персонам слуг отшельника. Визирь приказал своим слугам распустить слухи о том, что в башне мага нашли кристаллы, да только многие уже знали, что на самом деле башня была практически пуста. Не было в ней ни ценных книг, ни золота, ни кристаллов, только оружие. Да и визирь убрался из башни после того, как получил ранение, а после там не побывал только самый ленивый маг, все там отметились. И все знали или, по крайней мере, догадывались, что у Айзарек Гальшамал-Баризар Ульхаима было много кристаллов и они куда-то пропали.