Глава 4 · Поселение Дриад

Старшая дриада опустилась на колени, но предназначался этот жест вовсе не мне. Я уловил перемену по едва заметному смещению фокуса её глаз. Взгляд скользнул сквозь человеческую оболочку восемнадцатилетнего юнца и намертво зацепился за то, что сейчас активно пульсировало в каналах левой руки.

Воздух вокруг налился запахом настоящей глухой чащи.

На самом деле для существа, столетиями не покидавшего свой дом, серебристое свечение Ивары оказалось вещью куда более понятной, чем любая человеческая магия. Она сразу распознала старшую кровь.

Пожалуй, Белая Ива принадлежала именно к тому древнему порядку духов, от которого местные древесные девы вообще взяли свое начало. Растеряв, впрочем, по дороге изрядную долю первородной силы, став совершенно другим видом.

Кожу на левой ладони обожгло. В этот раз Ивара обошлась без формирования визуальных проекций. Духи такого порядка вообще общаются иначе, как оказалось. От моей руки во все стороны ударила упругая волна спокойного властного признания. Дерн под сапогами слегка подался вверх. Растения тянулись к источнику благодати.

Хозяйка рощи медленно подняла голову. Всякая затворническая настороженность выветрилась из её светящихся глаз без следа. На смену пришло неподдельное почтение перед истоками своей расы.

— Ваши корни могут переплетаться с здешней землей столько времени, сколько потребует того само семя, — голос дриады сохранил древесный шелест, однако интонация сменилась на гостеприимную, впрочем, говор ее все равно оставался странноватым. — Обитатели купола никогда не потревожат покой истинных детей чащи. Вы вправе оставаться здесь.

Конкретных сроков она не называла. Кто знает, сколько именно означает «погостить» в логике долгожителей? День, сезон, пару столетий.

Тем не менее я коротко кивнул, принимая приглашение. После душного портового смрада, возни с гильдейской бюрократией, выматывающего похода и недавней схватки за чужую свободу, этот оазис зеленой тишины оказался крайне своевременным подарком.

А вот Ран освоилась на свежей территории с обескураживающей наглостью мана-хищника. Законы чужих сообществ её абсолютно не волновали.

Изучив хитросплетения многоярусных крон, лисица нацелилась на раскидистый дуб. Прыжок, мгновенный зацеп когтями, несколько плавных перекатов по стволу, и вот кицунэ уже обосновалась на высоте пары этажей. Умостившись в развилке ветвей, она лениво свесила обутые в сапоги ноги и показательно зевнула во весь рот.

За её перемещениями бдительно наблюдал молодняк. Четыре дриады выглядывали из-за широких стволов с откровенным подозрением, поглаживая кору пальцами с фактурой ясеня. Лисица озирала их сверху, с высоты птичьего полета. Обошлась хотя бы в этот раз без шипения и выпускания когтей, лишь четко обозначив статус альфы на новой ветке.

К вечеру напряженная дуэль взглядов угасла сама собой. Лесные девы уяснили отсутствие подрывных намерений у рыжей девчонки, тогда как Ран успокоилась насчет попыток выгнать ее с комфортного сука. Обе стороны негласно заключили акт о ненападении и разбрелись по своим делам.

Мне же перепала пара суток первозданного покоя. Пропала необходимость писать рапорты перед конторскими клерками. Забылись въедливые попытки выторговать лишнюю монету у бакалейщиков, отдалился противный грохот окованных колес на брусчатке. Пространственный барьер рощи отлично отсекал лишнюю суету внешнего мира, давая возможность наконец-то восстановить внутренний ресурс.

В работу я включился в ту же ночь. Получив предварительное одобрение местной старейшины, я перебрался к основанию массивного древнего граба на самой окраине магического купола. Толстые корни здесь напоминали застывшие скальные русла, выступающие прямиком из грунта.

Опершись спиной о древесину, я зажмурился. Пришлось проявить поистине саперную аккуратность, снимая ментальные слои изоляции с той капсулы, где Ивара запечатала предсмертную память замурованного гиганта.

Сама же Ивара находилась совсем близко, помогая мне. В темноте густых крон её силуэт терялся, зато дух поддерживал мой рассудок страховочным каркасом. Предыдущий опыт срыва заглушки чуть не оставил меня инвалидом. Пришлось менять подход.

Дух древа брала на себя всю ядовитую грязь из чужого слепка: отголоски тысячелетнего страдания, сжигающий разум гнев на палачей и тупую безнадежность бесконечной тюрьмы. По моему мысленному каналу проходили исключительно очищенные обрывки данных, избавленные от разрушительных переживаний.

Итоговая картина выстраивалась крайне медленно. Кадры шли рывками, перекрываясь статикой, но в конечном итоге позволили мне разглядеть внешность иномирных мясников. Асуров.

Местные жители давным-давно вчистую проиграли войну. Акт вторжения вообще не напоминал стихийный набег ради трофеев. На планету обрушился бездушный промышленный каток другой цивилизации. В переданных видениях возвышались громоздкие агрегаты, высасывающие планетарный эфир кубометрами. Захватчики хладнокровно вспарывали экологический каркас, перекраивая сеть Лей-линий под конкретные энергетические потребности собственных людей.

Лесные божества и могучие хозяева территорий воспринимались агрессорами исключительно в качестве бесплатного топлива, которое само пришло в их руки. Живыми аккумуляторами, если называть вещи своими именами. Технология оказалась пугающе эффективной.

Гигантов вязали силовыми контурами, замуровывали в глухой базальт и заставляли отдавать магию в питающую сеть. И хотя сейчас наемники из Гильдий с азартом грабят эти структуры, гордо именуя их Подземельями, в реальности это были старые промышленные объекты чужаков.

Чтобы вытянуть основной массив знаний, переданных духом, мне понадобилось три полных захода. Приходилось постоянно сбрасывать напряжение и утирать мокрый лоб, ведь разум подвергался нехилому такому давлению. Однако на четвертый день сквозь вековой осадок памяти пробился еще один фрагмент. И от этой зацепки вдоль позвоночника резво промаршировала шеренга ледяных мурашек.

С рассветом я невидяще уставился в переплетение светлеющих веток над головой. Разрозненные факты наконец-то слились в единую картину, причем весьма паскудного содержания. Покалеченный в шахтах исполин сохранил момент своего распятия в скале, это было понятно. К тому же корневища существа продолжали чутко считывать подземные сейсмические резонансы на протяжении долгих столетий.

Речь шла о недавно возникших провалах. О тех самых Подземельях, упоминания которых отсутствовали на пожелтевших картах первопроходцев пару десятков лет назад. Вспомнились трактирные посиделки в Вересковой Пади и скупые рассказы авантюристов. Катакомбы никто не откапывал кирками. Они формировались и открывали входы самостоятельно, реагируя на какую-то внутреннюю программу, заложенную иномирцами.

Древнее оборудование вторженцев, законсервированное под многокилометровой каменной плитой, внезапно пошло на перезапуск. Возможно, инициировались дополнительные процессы выкачки или расконсервировались запасные коллекторы. Сидевший в кандалах дух не имел доступа к командным узлам и банально гнил от постоянной перегрузки. Зато всплески искусственной маны в литосфере он зафиксировал тут же. Вражеская инфраструктура вновь запускала двигатели в работу.

Воздушное пространство по правую руку подернулось прозрачной рябью. Ивара шагнула наружу прямо из утренней дымки. Девушка примостилась на соседнем древесном выступе, обхватив руками подтянутые колени. Долгое время мы оба не произносили ни звука, буравя взглядами зеленый ковер рощи. Обоим необходимо пройти через осознания полученных сведений.

— Линии в грунте исказились, Вик, — её голос сильно сдал, лишившись недавней беззаботной легкости. — Память старшего сородича не врет. Токсичные узлы активно пульсируют, и площадь отравления увеличивается отнюдь не из-за течения лет. Это реакция на активность хозяев механизмов. Твари, терзавшие нас раньше, никуда не исчезали. Враг взял длинную паузу, а сейчас решил по какой-то причине прервать спячку. Нам повезло заметить это в самом начале, пока не стало слишком поздно. По крайней мере, мне хочется на это надеяться.

Моя спутница оценивала обстановку, опираясь на внутреннее природное чутье и, возможно, на остатки того, чем она была раньше. Её корни улавливали токсичные вливания в водоносные горизонты. Защитные инстинкты природного биома безошибочно отмечали и делились с ней сведениями о возвращении прожорливого паразита. Ивара развернула голову в мою сторону, не отрывая потяжелевшего фиолетового взгляда.

— Спрятаться не выйдет. Процесс пошел, и зараза скоро пробьется наверх в открытую, — констатировала она. — Это затронет всех…

Я набрал в грудь воздуха для ответа. Планы на ближайшие полгода пришлось стремительно корректировать, однако высказаться не успел. В метре от моего носа мигнула проекция.

Интерфейс Системы вдруг выдал новые данные. Обошлось без красных аварийных рамок или вибрирующих символов. Поверх стволов деревьев лег сухой лаконичный отчет.

Внимание: Обновление глобальных директив.

Синхронизация с глубинным информационным слепком завершена. Выявлена угроза планетарному эфирному каркасу.

Сформировано векторное задание: «Корни Прошлого».

Цель: Исследовать механизмы активации спящих зон (Подземелий). Выявить актуальное состояние и местоположение архитектуры Асуров. Понять принцип заражения.

Текущий этап: Сбор данных на неисследованных территориях континента.

Ограничений по времени: нет.

Награда за этапы: вариативно (расширение доступа к первородной мане).

Осилив текст несколько раз, я проводил взглядом тающие строчки. С самого первого дня в чужом теле загадочная помощь Системы принималась мной как удачное стечение обстоятельств. Эта штука отбраковывала гнилые грибы, выдавала алхимические параметры растений, щедро одаривала боевыми навыками спасенных тварей и отслеживала физическое истощение. Полезный интерфейс, избавляющий от необходимости учиться исключительно на собственных шрамах.

Пожалуй, только сейчас все точки сошлись в правильной последовательности. Предложенный мне инструмент не имел ничего общего с развлекательным бонусом для случайного визитера. Планета включила своего рода режим выживания. Возникшая перед глазами текстовая проекция выполняла роль обычного иммунного отклика живой биосферы на внедрение убийственного патогена.

Местные защитные механизмы засекли шевеление Асуров глубоко под «корой» и приступили к выработке «антител» единственным доступным способом. Для работы требовался исполнитель, способный переваривать энергетику мана-хищников, раскусывать логику ловчих капканов и вручную сносить клетки, в которых были заключены бывшие защитники мира. Выданные Системой поручения с самого начала тащили меня вовсе не к сундукам с монетами, а выводили на самые уязвимые точки экосистемы. Внедренный алгоритм, созданный то ли кем-то невероятно изобретательным, то ли и вовсе являющийся волей мира, включился в момент моего переноса, и этот тайминг превосходно совпал с выходом из анабиоза той древней нечисти.

Подняв голову, я посмотрел на свою духовную спутницу. Подросток не подавала никаких признаков паники. Белая Ива лишена возможности лицезреть парящие передо мной текстовые окна. Тем не менее пробившийся наружу древний дух отменно считывала мое состояние бремя, которое тяжело надавило мне на плечи буквально минуту назад. Ивара определенно владела куда большими объемами данных. С точки зрения долгожителя, куда полезнее позволить мне набить шишки на собственных выводах.

Перехватив мой вопросительный взгляд, она ответила коротким, утвердительным кивком.

* * *

Кто знает, сколько времени ушло у пришельца на выслеживание нужных людей, но портовые кабаки редко умеют хранить тайны. Тёмная фигура пересекла грязную брусчатку совершенно беззвучно, игнорируя гомон пьяных улиц. Для существа, привыкшего мерить события тысячелетиями, местный людской муравейник отдавал лишь кислым элем да мелочной суетливостью, однако работать приходилось с тем материалом, что попадался под руку.

Троица наёмников-аватюристов отыскалась в дальнем углу неприметной забегаловки. Ещё декаду назад эти парни громко швыряли серебро на липкую стойку в предвкушении богатой добычи, а сейчас тупо пялились в выщербленные доски стола. На самом деле их источник лёгкого заработка закрылся так быстро, что авантюристы толком не поняли причины и теперь напоминали потерявших след гончих.

Гость остался ждать на улице, укрывшись в глубокой тени под нависающим карнизом склада. Он не спешил, аккуратно улавливая обрывки их разговора вместе с фонящим от одежды отчетливым осадком недавно пережитой паники. Дверь заведения наконец громыхнула, выплюнув на мостовую поеживающихся от ночного сквозняка мужиков. Троица свернула в подворотню, чтобы срезать путь до ночлежки, и закутанная в плащ фигура без лишнего шума последовала за ними.

В тесной улочке дистанция стремительно сократилась, и эфир между каменными стенами внезапно утратил привычную текучесть. Пространство сжалось без малейших световых эффектов или характерных для местных магов плетений. Эта вязкая энергетическая ловушка намертво стянула мускулы и заблокировала людям доступ к кислороду.

Один из парней попытался было дотянуться до рукояти тесака, но рука застряла на полпути, перехваченная чужеродным давлением. Взгляды авантюристов дико забегали, наткнувшись на явление, природу которого они оказались бессильны осмыслить.

Нападавший выступил из мрака и остановился прямо перед ними. Процесс допроса в его исполнении вообще не требовал каленого железа или грубых побоев. Пущенная в ход мана работала по-иному, беспрепятственно внедряясь в нервную систему парализованных жертв.

Она аккуратно воздействовала на оголенные центры страха, разгоняя сердцебиение до опасного предела и принуждая тревогу выталкивать наружу нужные воспоминания. Местные обитатели, не умеющие распознавать столь тонкое вторжение, искренне принимали растущую внутри них панику за естественную реакцию организма. Впрочем, обстановка допроса к этому весьма располагала.

Стоило только немного ослабить эфирные тиски на шеях, как наёмники поспешно вывалили все известные им подробности. Перебивая друг друга и глотая слюну, они рассказали о том, как искаженные твари целой толпой ломанулись к выходу и снесли бы всё живое, но авангард Гильдии удачно принял их на копья, густо залив тоннель атакующими плетениями. Когда же бойня затихла, глубинные уровни оказались наглухо запечатаны толщей породы, а магия полностью покинула тот район. Больше они ничего не видели и сами не рады тому, что так все произошло.

Выслушав этот сбивчивый лепет, чужак даже не поменял позы. Пожалуй, людская суета вызывала у него лишь холодное, отстранённое презрение. В понимании Асура эти копошащиеся в грязи паразиты веками лезли в Подземелья за осколками энергии, оставаясь совершенно слепыми к истинному назначению исполинских механизмов.

Тем не менее из двуногих выходил весьма полезный ресурс. Авантюристы добровольно тащили вниз концентрированный азарт, обильно удобряя изоляторы собственной болью и яркими эмоциями. Подобные эмоциональные всплески замечательно переваривались подземельем, превращаясь в питательную эссенцию для выкачивающих контуров. Человеческие страдания банально конвертировались в сырую мощь, которая была так ценна для Асуров.

Получив требуемую информацию, визитёр небрежно пережал эфирные узлы внутри черепов двоих наёмников. Мужики тихо осели на грязные булыжники без малейших судорог. Отработанный материал не представлял дальнейшей ценности, поэтому их сознание погасили в долю секунды.

Третий авантюрист чудом остался стоять на слабеющих ногах, когда давящая хватка растворилась в воздухе. Мужик пошатнулся, глубоко втягивая носом зловоние переулка, и ошарашенно уставился на собственные ладони. Противник тем временем показательно отступил в густую тень, открывая прямой проход к спасительному свету уличных фонарей.

Наёмник сделал первый неуверенный шаг, сопровождаемый громким скрипом подошвы. Окоченевшие суставы начали двигаться, и в груди человека зародилась поспешная радость выжившего. Всплеск адреналина моментально насытил его эфирный фон пульсирующей надеждой, опьянив получше кружки крепкого рома.

Собственно, именно этот момент был нужен охотнику из другого мира. Пришелец терпеливо дожидался, пока спасительная иллюзия нальется соком и достигнет пика, а жертва уже приготовится рвануть к долгожданному выходу. Неуловимым выпадом тёмная фигура перекрыла путь, и рука в плотной перчатке легла прямо на шею авантюриста.

Хруст сломанных позвонков потерялся за гулом порта. Спелый энергетический отпечаток искренней надежды надежно законсервировался в затухающем мозгу, после чего тяжелое тело грузно свалилось в подвернувшуюся лужу.

Обычный пейзаж городского дна, где стражники по утрам регулярно вытаскивают зарезанных выпивох из сточных канав. Никакого фонящего следа магического убийства пришелец после себя не оставил, лишив местных дознавателей даже призрачной зацепки.

Завершив дело, гость вынул из-под одежды небольшой металлический диск и направил в него толику сил. Вырезанные на амулете глифы не имели аналогов среди местных школ. Приняв энергию, знаки отозвались ровным карминовым светом.

Сформированный импульс не нуждался в открытом пространстве, он попросту пронзил изнанку реальности, отправляя закодированный сигнал в иное измерение, и в очередной раз проигнорировав законы физики этой планеты.

Возникшая потеря крупного энергетического генератора являлась неприятной брешью, однако паниковать из-за локального сбоя никто не спешил. Выстроенная тысячелетиями архитектура обладала завидным запасом прочности, к тому же на континенте до сих пор прятались десятки рабочих изолированных узлов. Посланнику следовало в кратчайшие сроки проинспектировать остальные функционирующие точки и лично убедиться в их стабильности.

Шагнув вглубь подворотни, пришелец окончательно скрылся из виду. Вероятно, он покинул пропахший рыбой квартал ради задач совсем иного порядка, но докладывать об этом людишкам Асур точно не собирался.