Глава 16

— Уже можно выкапывать? — взяв лопату в руки, спросил Радован. — Даже не верится, что этот день настал… А ведь не так уж и много времени прошло.

Самодовольная улыбка не сползала с лица помощника. Только вот не знаю как это воспримет Гулос… Не обнулит ли это мой таймер в три дня? Вполне возможно, но кто же знал, что к нам в деревню приедет городская ярмарка.

Я не могу упустить такой идеальной возможности, чтобы обзавестись чем-то новым, да и денег заработать. Как-то с долгами расквитаться ведь надо.

— Нет, не сейчас, подождём ещё немного, — я посмотрел сколько времени осталось до полного созревания картофеля с помощью системы. — Ещё часов пять. Должны успеть до праздника.

Я использовал жатву живки на этих картофельных кустах. Интересно насколько крупным получится картофель? В прошлый раз он был размером с бычье сердце, а сейчас по логике он должен стать гораздо больше.

— А когда этот праздник вообще начинается? — обратившись к Беатрис, спросил помощник.

— Уже начался, но всё веселье обычно разгорается ближе к вечеру и заканчивается под утро, — весело ответила девушка. — Ну что, идём?

Судя по всему, этот праздник не имел четкой даты. Иначе люди бы заранее к нему подготовились. Ливень длиной в целый день — это знак, что праздник наступил.

— Думаю, что нам с Радованом неплохо было бы постирать вещи и помыться, — я посмотрел на одежду своего помощника, на которой до сих пор остались следы вчерашней борьбы с непогодой.

Да и сам я за ночь успел очень сильно пропахнуть мускусным запахом живкороя. Аромат, исходящий от меня и одежды, был, мягко говоря, специфичным. Зато тепло было!

— Да, не помешало бы! — осмотрев меня с ног до головы, Беатрис улыбнулась, словно намекала на мой мускусный «одеколон». — Если вы не против, то уже сейчас отправлюсь в деревню. На разведку!

Ага, так я ей и поверил. На разведку. Везет нашей подруге — у неё хотя бы есть чистая, сухая одежда на сменку. Вижу, ей уже не терпится присоединиться к деревенскому сабантую.

— Валяй, — усмехнулся я и одобрительно махнул рукой. — У нас ещё есть дела на участке, да, Радован?

— Ну… Да, пожалуй, — неуверенно ответил помощник. Явно ведь с ней планировал пойти.

— Значит, договорились, — обрадовалась Беатрис. — Тогда встретимся в деревне. Приходите скорее!

Девушка чуть ли не вприпрыжку побежала по натоптанной тропинке от дома. Радован с взглядом полным тоски и зависти проводил её вслед.

— Зачем ты её отпустил? — нахмурившись, спросил помощник. — Она же явно веселиться пошла. Наврала она нам про разведку.

— Ты думаешь я об этом не догадался? Пусть идет. Картофель и без неё сможем выкопать. Да и мыться ведь будем… Зачем лишний раз девушку смущать?

— Тоже верно, — согласился Радован.

Радован растопил печь и стал согревать воду в горшочках, а я принялся отстирывать вещи. Вряд ли успеет полноценно высохнуть, но это лучше, чем идти на праздник в грязной одежде.

* * *

Спустя пять часов, наконец, настал момент, которого мы так ждали.

Момент истины.

— Пора выкапывать, — взяв лопату в руки, сказал я. — Возьми в сарае какой-нибудь мешок покрепче. Думаю, что в этот раз картошка в твой рюкзак точно не поместится.

— Сейчас сбегаю, — ответил Радован.

Максимальное извлечение выгоды: сверхнасыщение почвы живкой, вчерашний ливень и изумрудный кататалитор. Три компонента, которые мне пришлось учитывать, чтобы добиться этого результата. Пора узнать, что у нас находится в земле.

Я копнул поглубже, старался не задеть клубни лопатой. Нельзя испортить наш драгоценный товар. Поднимать то, что было сокрыто под землёй, было непривычно трудно. И это тяжесть возникла не из-за влаги, нет…

Причиной были сам картофель. А точнее — его вес и его размеры!

Из рыхлой земли показался первый клубень. Большая часть его была скрыта в земле, но я уже видел, что он был гораздо крупнее, чем с первого куста.

— Радован, ты только глянь на это, — я наклонился и взял огромную картошку в руки, оттирая её от земли. Она едва помещалась в моих ладонях.

— Быть того не может… Серьезно⁈ — помощник от удивления выронил из рук мешок, который только что принес. — Какой здоровый! В диаметре шире на два-три сантиметра, чем наш прошлый урожай. Это уже не бычье сердце…

— А скорее лосиное, — улыбнулся я, положив огромную картошку в мешок. — Это ещё не все. В земле остались другие клубни. А ведь это… Только первый куст.

— Жаль, что у нас даже телеги нет, — с досадой подметил Радован. — Как мы это в деревню попрем?

— А нам и не нужно всё нести, — отрезал я. — Погоди пока. Выкопаем — потом объясню.

Мы принялись за дело с удвоенным рвением. Радован аккуратно подкапывал кусты, стараясь не повредить плоды, а я бережно извлекал их из земли.

Когда все четыре куста были выкопаны, перед нами выросла внушительная гора картофеля. Даже те клубни, что оказались поменьше, всё равно были размером с хороший мужской кулак. Мелочи, которую обычно скармливают скоту попросту не было.

— Невероятно, — вытерев пот со лба, выдохнул Радован. — Четыре куста, а картошки столько, что всю деревню можно им накормить, да ещё и на завтра останется!

Взвешивая в руке очередной клубень, я понял, что система меня не подвела. Всё прошло идеально. Да, попадаются картофелины и поскромнее первых «лосиных сердец», но в целом — это элитный урожай. Даже не верится, что неделю назад здесь не было ничего кроме сорняков.

Мы начали сортировать добычу, раскладывая её по мешкам. Стало ясно, что без телеги нам действительно придется несладко.

Всего с четырех кустов у вас вышло около пятидесяти-шестидесяти килограммов отборного картофеля.

/Получен опыт в навыке «Выращивание растений»: 180/250. Текущий уровень 5/

— Ну, сколько возьмем с собой в деревню? — поинтересовался Радован.

— Думаю, нам стоит взять картофель, полученный с первого куста, — я внимательно рассматривал выкопанные клубни с помощью анализа системы. — Часть продадим, остальное на посадочный материал пустим.

— Тогда зачем мы все кусты выкапывали? — нахмурился помощник. — Я думал, мы всё сегодня продадим. Только оставим пару картофелин для семян. Разве нельзя было часть оставить в земле?

— Нет, нельзя, — отрезал я. — Не забывай, что изумрудный катализатор значительно ускоряет рост картофеля. Он мог бы просто к нашему возвращению сгнить в почве, но сейчас — ему ничего не угрожает.

Мне трудно было донести до Радована очень важную мысль. Полученный картофель имел очень ценный потенциал для будущего. Ведь он насытился от великого ливня, что значительно улучшило его вкусовые и питательные качества.

Очевидно, система неспроста сообщила мне об этом после дождя. Она пыталась донести, что нам крупно повезло — и этим нужно пользоваться. Да, можно надорвать спину и продать его сейчас, но зачем? Его свойства значительно лучше, чем у первого выкопанного куста. Селекцию никто не отменял. А именно ей я и собираюсь заняться, чтобы вывести наиболее качественный сорт картофеля.

Правда система мне в этом пока что не поможет. Я ещё не получил соответствующий навык. Однако у меня и своего жизненного опыта навалом. Справлюсь как-нибудь!.

— Хорошо, — согласился Радован. — Я тогда заберу остатки картофеля из дома, а ты набери сколько посчитаешь нужным.

Вскоре мы выдвинулись в сторону деревни. Каждый тащил на своём горбу по пятнадцать кило картофеля.

Ох и удивятся же местные, когда увидят, что мы вырастили!

* * *

Преславицу было не узнать. Столько шума и народа на улицах мне ещё не доводилось здесь видеть. Центральную улицу перед поместьем Гулоса заполонило множество лавок торговцев и ремесленников.

Чтобы скрыть следы вчерашнего дождя, местные постелили солому на землю. Но это не мешало детям прыгать в лужах, весело кричать на всю округу и бегать друг за другом под неодобрительные ругательства стариков.

Повсюду были развешаны украшения из сплетенных колосьев пшеницы, связанных лентами ярких цветов. Девушки, подхватив подолы платьев, кружились под музыку так, что ленты в их косах, казалось, сливались в разноцветные вихри.

Народу было так много, что мы едва не потеряли с Радованом друг друга в толпе. Чего только не было на прилавках: одежда, садовые инструменты. Даже молодых курочек несушек продавали! И в этом буйном празднестве было легко потеряться и забыть себя, были бы только деньги на всё.

— Добрый вечер, господин Мейер, — за моей спиной послышался знакомый голос. Обернувшись, я увидел стражника. Того самого, который по указке Гулоса осматривал мой участок. Благо, в прошлый раз мы разошлись мирно. Даже смогли найти общий язык.

— Добрый, не ожидал вас здесь встретить! — ответил я.

— Пришлось прибыть по долгу службы, — не скрывая сожаления, ответил командир.

— Думаю, здесь гораздо веселее, чем в городе, — улыбнувшись, ответил я.

— Мне тяжело смотреть на этот праздник, — почесав густые усы, сухо ответил командир. — Да если бы цивилизованно отмечали… В прошлом году местные мужики перепили, подпалили амбар, да и друг друга чуть не поубивали. Поэтому меня и моих людей направили сюда для соблюдения порядка.

Странно, что люди Гулоса не справляются со своими обязанностями по поддержанию порядка. Вроде держит деревню в узде, а всё равно приходится полагаться на городскую стражу.

— Ну, был рад вас видеть, — сказал на прощание я и двинулся дальше.

Рядом с закрытой лавкой травника мы заметили нашего приятеля — старика Витольда. Он продавал одну бутылку своего пойла за другой. Увидев нас, он заулыбался беззубым ртом.

— Какие лю-ю-юди, — протянул старик. — Не хотите «причаститься»?

— Нет, — ответил я, краем глаза заметив, что между домами одному любителю принять что-нибудь покрепче поплохело. — Вижу, торговля у тебя идет полным ходом.

— Разбирают, гады, как горячие пирожки! — усмехнулся Витольд и перевёл взгляд на моего помощника. — Радован, давай я тебе ключи от избы дам, а ты сбегаешь ещё принесешь, а то у меня уже товар закончился.

— Тебе надо — ты и иди, старый хрыч, — внезапно огрызнулся помощник.

— Не стыдно тебе так разговаривать со старшими, а? — старик раздражённо сплюнул себе под ноги. — Мне нельзя так много ходить. Если ты не знал, я, вообще-то, неизлечимо болен, парень!

— Да неужели? — наигранно удивился Радован. — Это чем же?

— Да поясница скоро пополам треснет!, — вспрыснул старик. — Давай, сбегай молодцом. Туда и обратно!

— Мы заняты, Витольд, — сдержанно ответил я. — Тоже не с пустыми руками сюда пришли.

— Я готов вас взять в долю, — не унимался старик. — С каждой бутылки по два биллинга, ну?

Хитрый старик. Погонять нас решил. В другой ситуации, может быть, и помогли бы, но точно не сейчас. Самим нужно торговлей заняться.

— У нас в мешках товар гораздо ценнее лежит, чем двадцать процентов с одной бутылки, — усмехнулся я. — Бывай, Витольд, ещё увидимся!

— Ах вы черти! Я вам это ещё припомню! — почти без злобы крикнул нам вслед старик.

Мы быстро отошли от надоедливого старика и скрылись в толпе зевак. Внезапно кто-то поймал меня за руку. Я уж было подумал, что это Витольд решил нас нагнать. Но затем почувствовал приторно сладкие духи и запах дорогого табака.

Проклятье… Так и думал, что встречи с НИМ не избежать.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, «господин» Войцех, — противно засмеялся Гулос. — Вижу, время ты зря не теряешь. Даже успел уже что-то «купить».

Я повернулся и увидел перед собой неприятную физиономию землевладельца. Слово «купить» он сказал с таким акцентом, словно намекал на воровство.

— Добрый вечер, — сдержанно ответил я. — Нет, я ещё ничего не покупал. Это товар на продажу.

— Лесных ягод насобирал? — усмехнулся Гулос. — Или там грибы? Ладно, неважно. Ты мне лучше скажи другое…

Землевладелец наклонился и пристально посмотрел мне в глаза:

— Ты уже принял решение относительно своей земли?

— В размышлениях, — крепче сжав мешок в руках, ответил я.

— Я очень надеюсь, Войцех, что ты сделаешь правильный выбор, — сказал Гулос и, наклонившись над моих ухом, прошептал. — Не вынуждай меня идти на радикальные меры. Если человек встает на моем пути — это очень плохо для него заканчивается.

Я промолчал. Все эти угрозы были нелепы с его стороны. Целый год он исподтишка пытался навредить моему предшественнику, а потом — мне. И всё это ради того, чтобы забрать этот злополучный участок. Какой смысл теперь угрожать? Если бы мог убить конкурента, уже давно бы это сделал. Что его сдерживало все эти месяцы? Остается только догадываться.

— Думай, Войцех, думай, — Гулос выпрямился. — А пока что — наслаждайся жизнью и праздником. Кто знает, что будет завтра?

— Что он тебе там нашептывал? — нервно спросил Радован, когда землевладелец удалился. Мой напарник было явно обеспокоен произошедшей ситуацией.

— Неважно, — ответил я. — Пошли поищем торговца, который выкупит у нас всё добро. Уже горб от этой картошки ломится не хуже, чем у Витольда!

Мы двинулись вглубь торговых рядов, подальше от Гулоса. Радован всё еще оглядывался, сжимая кулаки, но я целенаправленно вел его к дальнему краю площади, где стояли крытые повозки заезжих купцов.

Местные перекупщики были связаны с Гулосом, поэтому мне нужен был приезжий торговец.

— Вон он, — я кивнул на приземистого толстяка в добротном кафтане, который лениво жевал красное яблоко, наблюдая за суетой. — Скорее всего приезжий.

Когда мы подошли, я без лишних слов свалил мешок с картофелем на дощатый настил. Радован последовал моему примеру.

— Что это? — торговец лениво ткнул носком сапога в мешок.

— Картофель, — ответил я.

— Да ну? — со скепсисом хмыкнул торговец. — Это сколько же мелочи ты насобирал…

Торговец нехотя наклонился и развязал шнурок на мешке. Вскоре он взял один клубень — крупный, тот самый клубень, едва умещающийся в двух ладонях. Он поднес его к глазам, и я увидел, как расширились его зрачки.

— Где ты его взял? — оторопел мужчина. Он достал нож и полоснул клубень. Мякоть была сахарно-белой, плотной, без единого изъяна.

— Вырастил, — спокойно ответил я. — Здесь тридцать килограммов. Готов отдать всё за сто двадцать зиллингов.

— Четыре зиллинга за килограмм⁈ — воскликнул Радован.

— Погоди, пацан, — торговец жестом остановил меня. — Сначала проверим на весах.

Он кивнул своим подручным, и те быстро подтащили к повозке массивную станину с медными чашами. Радован, кряхтя, подтаскивал мешки, а купец с хмурым видом принялся выставлять гири.

— Так, первый пошел… десять килограмм ровно, — пробормотал торговец, сдвигая грузики. — Второй… еще десять.

Когда на весы лег последний мешок, он замер. Чаша с картофелем перевешивала, даже когда он добавил последнюю гирю. Торговец недоверчиво усмехнулся, достал из кармана мелкие разновесы и начал добавлять их по одному.

— Что за чертовщина? — он недоверчиво прищурился. — Ты сказал — тридцать. А тут тридцать пять с лишним.

У меня дома весов отродясь не было, мерил по старинке, прикидывая вес на руку. Хорошо, что торговец оказался честным.

— Значит, сто сорок зиллигов, — подытожил я.

— Четыре за килограмм? — усмехнулся приезжий торговец и быстро прикрыл мешок, словно боясь, что кто-то увидит товар. — Два зиллинга, не больше. И я забираю всё прямо сейчас, пока Гулос не пронюхал, что за сокровище ты притащил.

— Мне плевать, — ответил я. — Три с половиной зиллинга или я продам другому.

— Три! — предложил торговец. — Всё. Последняя цена.

— Договорились, — заключил я и пожал ему руку, пока тот не передумал. — Если есть возможность, то часть выплаты хочу получить в силлингах.

— Постараюсь найти, — ответил торговец и пошел к своей телеге за деньгами.

— Тридцать пять, хм, умножить на три… Значит, сто пять зиллингов⁈ — посчитал Радован.

— Ну, может часть он отдаст в серебре. Сложно сказать.

— Вот, держи, — вскоре вернулся торговец и принес два мешочка с деньгами. — Пятьдесят три зиллинга и пятьсот двадцать силлингов. Все серебро тебе на сдачу пришлось отдать! Даже не думал, что такой крупный картофель в этом сезоне кто-то вырастет.

Шепот пополз по рядам быстрее, чем приезжий торговец успел завязать первый мешок. Люди, до этого занятые своими делами, начали притормаживать у повозки, вытягивая шеи.

— Это что, репа такая? — донесся из толпы чей-то недоверчивый голос.

— Какая репа, дурень, глянь на кожуру — картошка! — отозвался старик в рваном картузе, протирая глаза. — Хотя… Нет… Не бывает такой картошки.

Толпа вокруг нас начала уплотняться. Бабы, бросив сплетничать, тыкали пальцами в сторону весов.

— Гляди, гляди, чистая какая! Ни парши, ни дырочки. Это чья же? — заголосила торговка молоком.

— Войцеха, — ответил ей кто-то из мужиков, и в голосе его смешались зависть с суеверным страхом. — Того самого.

— О, Боги! — у прохожей бабки чуть не прихватило сердце. — У него ж там земля — одни сорняки. Он что, душу злым духам продал, чтоб такое выросло?

Мы уже собирались нырнуть в толпу, когда я почувствовал на затылке знакомый тяжелый взгляд. Обернувшись, я увидел Гулоса. Он стоял шагах в десяти, прислонившись к столбу коновязи, и застыл, словно подавившись собственным языком.

Он видел всё. И то, как приезжий торговец лихорадочно перепроверял веса, и то, как бережно, словно драгоценные камни, перекладывал мои клубни в свои ящики, и, конечно, увесистый кошель, перекочевавший в мои руки.

Лицо Гулоса менялось на глазах. Сначала оно побледнело, а затем начало наливаться густой, багровой краской. Его щеки затряслись, а вена на висках вздулась так сильно, что казалось, сейчас лопнет.

Для человека, который целый год пытался отобрать мою землю — этот успех был как пощечина при всем народе. Прилюдное унижение.

Гулос открыл рот, явно собираясь выплюнуть очередную гадость или обвинить меня в краже, но слова застряли у него в горле. Что тут скажешь? Весы — честные, торговец — городской, товар — вот он, на виду. Он только сильнее сжал кулаки, так что костяшки побелели, и его лицо стало пунцовым, под цвет праздничных лент на площади.

Я не стал дожидаться, пока его хватит удар. Просто коротко, едва заметно кивнул ему — мол, наслаждайся зрелищем, как и мне посоветовал.

— Войцех, глянь на него, — прошептал Радован, едва сдерживая смешок. — Его ж сейчас разорвет от злости. Как перезрелую тыкву.

— Пусть смотрит, — бросил я, разворачиваясь спиной к врагу.

По площади прошел гул. Люди смотрели на меня уже не как на неудачника, едва сводящего концы с концами, а с каким-то опасливым почтением.

— Войцех, — внезапно передо мной возник бригадир с рыбьими глазами, который грозился ранее, что даже навоз меня чистить не возьмет. — Слышь, а ты… ты чем землю удобрял? Может, секрет какой есть? Как ты вырастил такую картошку?

Я ничего не ответил, лишь поправил лямку теперь уже пустого мешка. Радован рядом со мной выпятил грудь колесом, явно наслаждаясь моментом.

Мы с напарником уже прошли несколько торговых рядов, когда перед глазами внезапно вспыхнул системный интерфейс. И это не было обычное уведомлением…

Края зрения залило пульсирующим изумрудным светом, а в висках возник тонкий, едва уловимый звон.

/Внимание! Обнаружен объект исключительной биологической ценности./

/ Тип: Реликтовые семена (спящие)/

/ Дистанция: 40 метров. Направление: Северо-восток/

Я замер на месте так резко, что Радован едва не врезался мне в спину.

— Ты чего, Войцех? — он тревожно огляделся по сторонам.

— Пошли за мной, — я махнул рукой, указав направление.

Маркер системы привел меня к дряхлому деду, который сидел на перевернутом ящике и дремал, привалившись к стене амбара.

Перед ним на столе лежали несколько сморщенных луковиц и кожаный мешочек, затянутый веревкой.

Содержимое пылало в моих глазах ядовито-зеленым светом.

Чёрт меня раздери… Да что же это за семена такие⁈