Глава 9

Да, хитрый ты, однако, человек Бранко. Накрыл поляну, разлил по стаканам напитки, но ведь это всё было не просто так. Это уж точно.

Явно же задумал какое-нибудь жульничество. По его наглой физиономии вижу, что так и есть. Увидел во мне легкую наживу. И ведь даже обжечься не боится!

— Ты уверен, что готов заплатить такую сумму? — сохраняя хладнокровие, поинтересовался я.

— Войцех, давай выйдем поговорим, — уже чуть громче обратился ко мне Радован.

— Ты сомневаешься в моей честности? — усмехнулся Бранко. — Нет… Так дело не пойдет, пацан.

— Но ведь ты тоже не веришь, что я самостоятельно картофель вырастил, — я легко парировал нападку в свой адрес. — Мне просто хочется убедиться, что ты серьезно настроен на игру. Ведь если проиграешь, Бранко, тебе действительно придется заплатить… Только есть один нюанс. Сколько ты готов заплатить за килограмм? Ты же ведь даже не назвал цену.

Бранко на мгновение замер. Его широкая физиономия налилась багровым цветом. Он медленно убрал руки со стола, и я заметил, как его толстые пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Внезапно трактирщик шумно выдохнул, и багровая краска медленно начала сползать с его щек. Он разжал кулаки и неожиданно для нас обоих коротко хохотнул, потирая ладони.

— Ха! А ты с смышленый парень. Люблю таких, — Трактирщик потянулся к кувшину и плеснул себе еще вина, как ни в чем не бывало. — Конечно, я серьезно настроен. Восемь зиллингов за килограмм… Надеюсь, тебя устроит такая сумма?

Отлично, мне удалось его вывести из равновесия. Бранко хотел, чтобы я потерял бдительность, но теперь он попался на мой крючок. Главное, чтобы он сейчас не сорвался. У меня нет права на ошибку.

Восемь зиллингов за килограмм — это баснословные деньги. Значит, на рынке в городе картофель будет стоить в районе двух с половиной или трех зиллингов.

— Подожди, Бранко, — я поднял руку. — Дай нам пару минуту. Перебросимся парой слов и начнем.

Трактирщик неопределенно махнул рукой, мол: «Валяйте, никуда я не денусь!»

Мы вышли в узкий, темный коридор, отделяющий каморку от общего зала. Радован тут же схватил меня за плечо и прижал к стене, его руки дрожали.

— Это безумие! — зашипел он, то и дело оглядываясь на занавеску. — Какая игра? Какое золото? Ты хоть понимаешь, кто такой Бранко?

— Понимаю. Мошенник, который хочет забрать наш картофель за бесценок, — спокойно ответил я.

— Да ничего ты не понимаешь! — Радован сорвался на свистящий шепот. — Бранко в «Кости» не проигрывает. Никогда! Слышишь? У тебя нет шансов его победить в этой игре. Говорят, он эти кубики в городе у какого-то старого прохвоста за бешеные деньги купил. Они у него заговоренные или подпиленные, я не знаю, но они всегда слушаются хозяина.

Помощник смотрел на меня с таким неподдельным ужасом, будто я уже стоял на краю пропасти.

— Он не проигрывает, говоришь? — я усмехнулся и похлопал Радована по плечу. — Ну, значит, сегодня у него будет очень неудачный вечер. Пора возвращаться! И постарайся не упасть в обморок, когда я выброшу двенадцать.

— Ты безумец, Войцех… — пробормотал Радован, сползая по стенке, но всё же двинулся следом за мной в каморку.

Бранко уже ждал нас, небрежно подбрасывая кубики на ладони.

— Ну что, пацан? — Бранко протянул мне раскрытую ладонь с кубиками. — Говорят, новичкам везет. Посмотрим, любит ли тебя Госпожа удача так же, как и меня.

Я взял кости. Они были холодными и какими-то неприятно маслянистыми. Хоть бы руки что ли вытирал…

/СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ:/

/ Объект взаимодействия: Кость (органический остаток)/

/ Шанс корректировки траектории: 85%/

/Навык «Жатва Живки» позволяет манипулировать плотностью среды через точку контакта/

Эх, вовремя я собрал урожай. Если бы мне довелось оказаться в этой ситуации без этого ценного навыка, то я бы с вероятностью в сто процентов проиграл.

Я не собирался полагаться на удачу. Если Бранко играет нечестно, то и я не обязан соблюдать правила приличия. Мне уже довелось убедиться, что никто не видит проявление моих способностей. Поэтому можно даже не переживать, что трактирщик что-то заметит.

Восемьдесят пять процентов против пятнадцати… Всё равно есть шанс проиграть. Ну, пора рискнуть!

Я положил левую руку на стол, делая вид, что просто опираюсь. Навык «Жатва Живки» отозвался мгновенно. Я почувствовал, как энергия потекла из моих пальцев в старое дерево, проникая в каждую трещину. Теперь этот кусок дуба был моим продолжением.

— Ну! — поторопил Бранко, подавшись вперед всем своим массивным телом. — Чего замер?

Я коротко встряхнул кости в кулаке и выпустил их на стол. Один кубик сразу же заваливался на «единицу». Ожидаемо. В ту же секунду я едва заметно напряг волю. Импульс Живки прошел через стол, создав крошечную, невидимую глазу волну прямо под кубиком.

Кость неестественно подскочила, перевернулась в воздухе и… замерла шестеркой вверх. Следом, послушный моей воле, остановился и второй кубик.

— Двенадцать, — спокойно констатировал я, убирая руку со стола.

— Быть не может… — прохрипел трактирщик, протерев глаза руками.

Радован за спиной издал какой-то задушенный звук, то ли всхлип, то ли вскрик. В каморке стало очень тихо.

— Твой ход, Бранко, — спокойно сказал я, глядя ему прямо в глаза.

Я видел этого подлеца насквозь. Он был в замешательстве, а все его мысли теперь были как на ладони.

Уверен, прямо сейчас его мучает вопрос: «Как? Как это возможно? Двенадцать? Может, ему просто повезло?»

Трактирщик тяжело вздохнул. Он взял кубики, и я увидел, как на его лбу выступила крупная капля пота. Он понимал — чтобы перебить мой бросок, ему нужно совершить невозможное. Или… использовать свои грязные трюки.

— Госпожа Удача — дама капризная, Войцех, — ухмыльнулся Бранко, и в его голосе прорезалась наглая уверенность. — Если я выброшу двенадцать, то придется вновь тебе перебросить. Сейчас мы увидим, на чьей она стороне на самом деле.

Он начал трясти кулак. Радован за моей спиной затаил дыхание, я слышал, как бешено колотится его сердце.

Вскоре кубики покатились по столу, но вели себя странно. Они не катились, а словно прилипали к поверхности, стремясь замереть на нужной грани. Я видел, как они уже готовы были застыть двумя шестерками. Трактирщик уже начал расплываться в торжествующей ухмылке.

Не в мою смену, толстяк.

Я не стал касаться стола, просто сосредоточился на потоке энергии, который всё еще связывал меня с древесиной. Я резко «дернул» Живку на себя, создавая в том месте, где вращались кости, крохотную зону притяжения.

Один из кубиков, уже остановившийся шестеркой вверх, вдруг подпрыгнул, а потом словно ужаленный упал обратно.

— Что за… — выдохнул Бранко.

Кости замерли. Пятерка и… единица.

— Шесть, — произнес я, и мой голос прозвучал в тишине каморки как приговор. — Похоже, удача сегодня не просто капризна. Она от тебя отвернулась.

— Ты… ты… — Бранко поднял на меня взгляд, и в его глазах я увидел первобытный ужас. Он знал, что его кости не могли так упасть. Технически не могли.

— Я тот, кто выиграл этот спор, Бранко. — я протянул руку ладонью вверх. — Зиллинги. Как и обещал.

Бранко не спешил лезть за деньгами. Он тяжело поднялся, подошел к стене и снял с крюка массивные латунные весы. С грохотом водрузив их на стол, он вытащил из ящика набор гирек.

— Сначала проверим сколько здесь, — заявил Бранко. — Вытряхивай.

Я открыл рюкзак и начал выкладывать клубни в чашу весов. Чаша с картофелем медленно, но верно перевешивала медные гири. Клубни ложились плотно, один к одному.

— Ровно семь килограмм, — констатировал я, когда стрелка весов замерла по центру. — Ни граммом меньше.

Бранко прищурился, внимательно разглядывая шкалу. Он даже провел пальцем по гирькам, проверяя, не подложил ли я чего, но весы были его собственные, и врать они не могли.

— Семь кило… — пробормотал он, и в его глазах снова блеснул тот самый хищный расчет. — Значит, по уговору… пятьдесят шесть зиллингов.

Он молча полез под стойку. Слышно было, как он долго копается в сундуке, глухо ворча что-то себе в бороду. Наконец, он выпрямился и с тяжелым стуком выложил на дубовую столешницу увесистый кожаный мешочек.

— Пятьдесят шесть зиллингов, — прохрипел трактирщик, каждое слово давалось ему с трудом.

Я взял мешочек. Тяжелый. Развязав шнурок, я заглянул внутрь: золото тускло мерцало в слабом свете свечи. Пятьдесят шесть монет. Почти восемь зиллингов за килограмм. Для сравнения — на эти деньги Радован мог бы безбедно пить и есть в этой таверне целый год, а то и дольше.

Бранко стоял неподвижно, сложив руки на поясе. Он не смотрел на нас, но его взгляд был прикован к пустой столешнице, где еще мгновение назад лежали его деньги.

— Завтра утром приедет человек из города, — пробасил он, не поднимая глаз. — Если он скажет, что товар того стоит — добро. Но если ты меня надул, Войцех… помни, я найду тебя.

— Не беспокойся, Бранко, — усмехнулся я, уже набрасывая на плечо рюкзак, внутри которого лежал мешочек с деньгами. — Твой гость будет приятно удивлен увидеть такой крупный картофель.

Мы вышли в общий зал. Музыка всё так же дребезжала, работяги за столами орали песни, и никто из них даже не повернул головы в нашу сторону. Они и понятия не имели, что мимо них только что пронесли целое состояние. Радован шел за мной след в след. Его ноги всё еще слегка подкашивались, но на лице уже блуждала дурацкая, счастливая улыбка.

— Пятьдесят шесть золотых монет! — Радован громко выдохнул, выйдя на улицу. — По восемь зиллингов за кило! Да я… я таких денег в руках никогда не держал! Как тебе это удалось? Что это вообще было?

— Суд, — сдержанно ответил я. — Месть за всех тех работников, у которых он отнял эти деньги. Пошли, нам нужно заглянуть в одну лавку.

Сумерки сгущались. Всю дорогу Радован шел молча. Его плечи были неестественно подняты к ушам, а голова постоянно дергалась — влево, вправо, назад. Его взгляд лихорадочно вглядывался в каждую подворотню. От прежней радости не осталось и следа.

Остался лишь страх и паранойя, что у нас отнимут эти деньги. Но поведение моего спутника лишь привлекало лишнее внимание к нам.

— Радован, — остановившись на месте, сказал я. — Перестань.

— Что «перестань»? — ответил шепотом помощник. — Ты видел, как тот калека у ворот на нас посмотрел? А вон те двое мужиков у колодца?

— У тебя не на шутку разыгралась фантазия, — отрезал я. — Нам немного осталось идти.

— Может, вернемся домой? Хотя бы малую часть спрячем…

— Соберись, — положив руку на плечо, приказал я. — Если ты и дальше себя будешь так вести, то у нас действительно могут возникнуть неприятности. Ещё никто не знает, что мы выиграли такую крупную сумму денег.

Радован сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в руках, и выпрямился, хотя его глаза всё еще испуганно метались по сторонам. Мы двинулись дальше, приближаясь к центру деревни.

Вскоре мы добрались до лавки травника и вошли внутрь. Я сразу заметил изменения в интерьере.

Витрины стояли абсолютно пустые: ни мешочков с кореньями, ни банок с мазями, ни книг с рецептами на полках. Только на одной из них, в самом углу, красовалась длинная косая трещина через всё стекло, напоминающая о недавнем погроме.

Внук травника сидел за прилавком неподвижно, глядя в пустоту перед собой.

— Добрый вечер! — обратился к нему я. — Я пришел за Тихоцветом, надеюсь, вы его не успели никому продать.

— Лавка закрыта, уходите, — тяжело вздохнув, приказал торговец.

Я молча подошел к прилавку. Для него я всё еще был тем самым нищим фермером-неудачником, который утром не мог позволить себе даже пучок сушеной мяты.

— Пятьдесят зиллингов? — я развязал шнурок рюкзака. — Цена, надеюсь, не изменилась?

Ян наконец поднял голову. Он пристально посмотрел на меня своим единственным глазом, словно пытался понять шучу я или нет.

— Да, цена осталось прежней, — ответил внук травника. — И торговаться с вами по поводу цены я не собираюсь. Извините.

Я медленно вытащил из рюкзака увесистый мешочек с монетами и положил его стол. Запустив руку внутрь, я извлек шесть зиллингов.

Ян замер. Его единственный здоровый глаз расширился до предела.

— Как и договаривались, — толкнув мешочек с монетами вперед, сказал я. — Можете пересчитать!

Ян не спешил прикасаться к деньгам. Он переводил взгляд с мешочка на меня, будто пытался понять в чем был подвох. Но вскоре любопытство взяло верх, и внук травника заглянул внутрь.

— Откуда у вас такая сумма денег? — искренне удивился торговец. — Если вы…

— Я заработал их честно, — перебил я внука лавочника. — Не нужно думать, что я их отобрал у кого-то силой или украл.

— Не поймите меня неправильно, но у меня и так очень много проблем… — попытался оправдаться Ян.

— Я выиграл эти деньги в кости у трактирщика Бланко, — ответил я. — Никакого подвоха. Деньги — чистые.

— Бланко? — Ян сглотнул, и его кадык нервно дернулся. — Теперь всё встало на свои места, но будьте впредь осторожны. Трактирщик очень жадный и злопамятный человек.

— Перейдем ближе к делу, — поторопил я его. — Наша сделка же ведь в силе? Если да, то пересчитайте деньги и отдайте мне уже эти семена.

Ян дрожащими пальцами высыпал содержимое мешочка на засаленный деревянный прилавок.

— Сорок восемь… сорок девять… пятьдесят, — прошептал он, отодвигая кучку зиллингов в сторону. — Всё верно. Простите, что не поверил вам сразу…

Я замолчал, озираясь на закрытую дверь, словно боялся, что кто-то может войти и забрать его деньги. Затем наклонился под прилавок и извлек оттуда небольшой футляр.

— Вот он. Достался мне от деда, — Ян приоткрыл крышку всего на пару сантиметров. — Помните, что я вам говорил о нем? Тихоцвет очень капризное растение, если у вас не получится его вырастить, то я не верну вам деньги. Надеюсь, что вы это понимаете?

Я активировал «Взор Фермера». Мне нужно было убедиться, что это были действительно семена Тихоцвета.

/ Объект: Тихоцвет (Магическое растение)/

/ Состояние: Стабильное (75%)/

— Не переживайте по этому поводу, деньги — ваши, — положив футляр в рюкзак, ответил я. — Надеюсь, что они помогут вам избавиться от ваших долгов и начать новую жизнь в другом месте.

— Я… Я даже не знаю как вас отблагодарить, — убрав деньги обратно в мешочек, сказал внук травника. — Постойте! У меня есть кое-что, возможно, оно вам пригодится.

Ян быстро нырнул под прилавок и вытащил крошечный стеклянный флакон с мутной серой жидкостью.

— Это «Лунная известь». Мой дед говорил, что без этого удобрения семена могут не прорасти. Они же ведь не один год лежат без дела.

/ Получен предмет: Лунная известь/

/ Описание: Повышает шанс приживаемости магических семян на 15%/

— Спасибо, Ян. Это может пригодиться, — я спрятал флакон в карман куртки.

Мы вышли из лавки, стараясь не хлопать дверью. Ночная прохлада тут же ударила в лицо.

— Пятьдесят зиллингов⁈ — впервые за долгое время обратился ко мне Радован. — За семена? Что за сумасшедшая цена! Я помню, что тебе нужно вырастить это растение инспектору… Но все те деньги, что нам с таким трудом удалось заполучить… Просто исчезли на глазах!

Возмущение моего помощника было понятно. Для обычного человека пятьдесят зиллингов — это приличная сумма, на которую можно было бы безбедно прожить до следующей осени, починить крышу или купить скот.

Я остановился и внимательно посмотрел на своего спутника.

— Это инвестиция в будущее, вариантов других не было, — тихо ответил я. — Не забывай, что у нас ещё четыре куста картофеля на участке.

— Я понимаю, — протянул Радован. — Но мы вряд ли сможет продать его за такую сумму. Тебе просто чудом повезло обыграть Бранко в его же мошеннической схеме, что увеличило прибыль за картофель в три раза. Больше мы не сможем его продать за такую сумму… Никому!

— Это неважно, — усмехнулся я. — Картофель — дефицитный продукт в империи. Первое время мы будем получать с него хорошую прибыль, а потом он, скорее всего, обесценится. Но мы за это время успеем прилично заработать, я легко закрою свои долги, да и ты без денег не останешься. Самое важное сейчас — это вырастить Тихоцвет. Иначе мою землю просто заберут.

— Хм, а ты ведь прав, Войцех, — хлопнув меня по плечу, заявил Радован. — Не знаю даже, что на меня нашло. Просто вечер уж слишком насыщенный выдался. Да и таких денег я в жизни своей не видел… Да и был бы это равноценный обмен, но эти семена… Неужели их нельзя где-то купить дешевле?

— Если бы у меня было время на поиски, то, скорее всего, я бы так и поступил. Но, увы. Мне хочется скорее решить вопрос с выращиванием Тихоцвета.

— Не спорю!

— Слушай, а ты не знаешь у кого можно купить самогон? — поинтересовался я.

— Самогон? — Радован поперхнулся и посмотрел на мой рюкзак. — Подожди, ты хочешь сказать… А-а-а, долг Божидару! Совсем из головы вылетело.

— Да, — кивнул я. — Задолжал этому головорезу по собственной глупости.

— Самогон? — Радован почесал затылок. — Ну, тогда нам к деду Витольду. Он на самой окраине живет, за старым амбаром. Только я сомневаюсь, что у него будет сдача с зиллинга. Хоть кто знает, что у этого старого хрыща есть в заначке. Он ведь и городским свой товар продает.

— Я уже думал об этом, — ответил я. — Ну, будем надеяться, что у него будет сдача. Разберёмся на месте.

Мы дошли до окраины деревни. Изба Витольда стояла особняком, окруженная густыми зарослями малины. В воздухе стоял ощутимый запах свежей браги. Производство хмельных напитков идет, видимо, даже ночью. Я постучал в дверь.

— Кого там черти принесли? — пробасил хриплый голос за закрытой дверью — Ночью не торгую. Уходите.

— Да открывай уже, старик, — вмешался в разговор Радован. — Деньги у нас есть. Выпрашивать налить сто грамм для опохмела не будем.

Спустя минуту дверь со скрипом приоткрылась, и на порог вышел крепкий, несмотря на возраст, старик с густыми бровями.

— Добрый вечер, Витольд. Нам бы четыре бутылки твоей бражки, — обратился я к старику. — За сколько продаешь?

— Хм, если четыре бутылки, то десять биллингов, — шмыгнув носом ответил, старик.

— А сдача с этого будет? — я протянул один зиллинг.

Витольд дрожащими пальцами взял монету, поднес её к самым глазам и даже попробовал на зуб. Его лицо побледнело.

— Зиллинг… — выдохнул он. — У меня сдачи на шесть силлингов не наберется. Ты… ты где это взял, пацан? Да если кто прознает, что у меня такие деньги водятся — мне в первый же день дверь с петель снимут. Вы чего творите⁈

Радован, который сам еще не до конца привык к нашему новому статусу «богачей», кашлянул, стараясь придать ситуации будничный вид:

— Ты лучше о деле думай, старый хрыч, — буркнул мой помощник. — Нам сдача не нужна. Точнее, монетами не нужна. Может, у тебя есть что-то ценное помимо самогонного аппарата?

Витольд перевел взгляд с Радована на меня. В его единственном глазу (второй был затянут бельмом) промелькнула искра старого торгаша, быстро сменившая страх.

— А чем же тогда? — с подозрением спросил он, прижимая зиллинг к груди. — У меня из ценного только аппарат мой, но его я даже за десять золотых не отдам. Это ж кормилец!

Витольд всё еще не мог оторвать взгляда от монеты на своей ладони. Его пальцы судорожно сжались, пряча золото.

Я подошел к старику почти вплотную и понизил голос. Радован замер у двери, прислушиваясь.

— Витольд, мне не нужны твои деньги. Мне нужен выход на большой рынок, — я посмотрел старику прямо в глаза. — Ты же продаешь городским свой самогон?

— Есть парочка… — проскрипел он. — Хозяин «Золотого вепря» берет у меня по три бочонка в месяц. А тебе-то что с того, пацан?

— Мне нужен надежный человек, который доставит овощи в город, не привлекая внимания Гулоса или его людей, — я сделал паузу, давая ему осознать масштаб предложения. — Тот зиллинг, что у тебя в руке — это не только плата за четыре бутылки. Это аванс за наше будущее партнерство. Ты находишь покупателей в городе, возишь товар в своих бочках или под сеном. Сдача с этого золотого останется тебе, как комиссия за первые сделки.

Витольд перевел взгляд на золото, затем на меня. В его глазах вспыхнул азарт.

— Зиллинг, как аванс… — прошептал он, и на его лице расплылась беззубая улыбка. — Да за такие деньги я тебе самого черта в город в мешке доставлю и продам, как заморскую диковинку. Как тебя хоть зовут, пацан?

— Войцех, — ответил я.

— По рукам, Войцех. Будут тебе покупатели. О расценках договоримся по факту продажи. — ухмыльнулся Витольд. — Мне ещё только предстоит всё разузнать.

— Вот и отлично, — я кивнул Радовану, который всё это время стоял с открытым ртом. — А теперь, Витольд, доставай бутылки с самогоном.

Старик суетливо бросился к люку в полу, бормоча что-то себе под нос. Через пять минут мы уже выходили из избы, неся в руках четыре увесистые бутылки с самогоном.

— Ну ты и даешь, — прошептал Радован, когда мы отошли на безопасное расстояние. — Сначала Бранко, теперь Витольд… Как бы это всё нам боком не вышло. Если Гулос узнает о махинациях, которые мы за его спиной проворачиваем…

— Рискнем, у нас выбора нет, потом купим лошадь, повозку и будем сами в город товар возить.

Мы шли по темной тропе к дому, где жил Божидар. Радован заметно нервничал, то и дело перехватывая бутыли. В доме не горел свет, неужели его нет дома?

— Принес всё-таки! — усмехнулся Божидар, сидящий на крыльце в темноте. — Честно говоря, приятно удивлен. Видимо, встреча в лавке травника пошла тебе на пользу.

Божидар подошел к Радовану, который невольно отшатнулся, и взял одну бутылку. Откупорив её зубами, он сделал долгий глоток, зажмурился и шумно выдохнул, поморщился.

— Ух… — Божидар хищно оскалился, глядя на меня. — Значит, нашел деньги, Войцех? Только откуда ты их взял?

— У каждого свои секреты, Божидар, — сдержанно ответил я. — Я же не спрашиваю с какой целью вы приехали в такую глушь вместе со своим товарищем.

Божидар несколько секунд буравил меня суровым взглядом, но тут он вдруг по-злобному хохотнул и перевел взгляд на моего спутника.

— Вижу, что Радован к тебе как собака облезлая прибился. Но если ты такой умный и всё про всех знаешь… на кой-черт ты связался с этим недоумком? — сделав ещё один глоток с горла, здоровяк ткнул пальцем в сторону моего помощника. — Ты больше нам ничего не должен, Войцех. Но на твоем месте я бы спал вполглаза. Земля то в округе плодородная, да вот только люди здесь с гнильцой.

Дверь захлопнулась, оставив нас наедине с помощником. Я медленно повернулся к Радовану. Тот стоял, опустив голову, и не смел поднять на меня глаз.

Что всё это значит? Он… Предал меня?