Глава 7
— Секреты держать умею, — заявил я. — Так что же по итогу произошло в тот день?
— В общем, ночью мне просто не спалось. Кошмар дурацкий приснился накануне. Ворочался, ворочался, а заснуть не мог. Хотя спал всего пару часов, день тяжелый был. Но сна ни в одном глазу. Решил немного прогуляться по округе и подышать свежим воздухом. В палатке моей душно было, приходится её на ночь закрывать плотно, чтобы гнус всякий кровь не пил и над ухом не жужжал. Вышел, значит, иду, смотрю в темноту, а у самой кромки торфяных болот кто-то копошится, — Бреннер остановился и внимательно посмотрел на моё лицо.
— Так… И что было дальше? — поинтересовался я.
— Этот человек был явно не из моих ребят, — заявил землевладелец. — Двигался осторожно, стараясь не привлечь к себе внимания. Ну, у меня первая мысль какая? Нашёлся умник, который хочет украсть то, что мы за день из болот достать успели. Сухой торф-то уже кучами на опушке лежал.
Хм… Любопытно выходит. Воровство — это неплохой способ заработать на чужом труде, тем более на фронтире. Правда воришку очень быстро найдут, ведь здесь не так уж и много людей живет в округе. Все про всех знают. Только если сразу не поехать в город продавать, но это тоже не так просто.
— Нервы у меня, сам знаешь, ни к черту, — усмехнулся Бреннер и продолжил свой рассказ. — Я взял арбалет в руки, навёл в темноту и выстрелил на звук, потому что уже не видел этого гада, но, увы, промахнулся. Этот мерзавец юрким оказался, рванул в кусты только пятки засверкали. Я со своими ребятами сразу за ним побежал. Думали — догоним. В итоге прочесали всё вокруг, но след в чаще потеряли. Зато на месте, где этот урод копошился, нашли промасленный факел и огниво, которые тот с перепугу бросил, когда арбалетный болт мимо просвистел.
Бреннер резко замолчал и сильно сжал кулаки.
— Понимаешь, Войцех? Он не украсть хотел торф. Эта тварь собиралась его поджечь!
Теперь я понимаю почему военный так пристально следил за моей мимикой во время разговора. Он пытался понять, а не моих ли это рук дело. Люди разные. Кто-то будет нагло врать и виду не подаст, а кто-то может проболтаться или начать сильно волноваться, ведь его фактически схватили за руку.
Я ведь даже не знал деталей это истории. Только краем уха слышал, что Бреннер кого-то из батраков пытался подстрелить. Ну а дальше: как в игре «сломанный телефон». Информация дошла в предельно искаженном виде.
— Я прекрасно понимаю, — ответил я. — Если торф начнет гореть, то его потом будет проблематично потушить.
Торф — это слой не до конца перегнивших растений. Под водой листья деревьев, водоросли, мхи и ил не могут до конца разложиться. Им не хватает кислорода. Поэтому торф превращается в своеобразный компост, богатый минералами.
Достаточно небольшой искры, чтобы всё в округе воспламенилось. Но, видимо, ночной лазутчик просто об этом не знал. Действовал наверняка.
Потушить торф — очень сложно. Пожар легко может уйти под землю и очень быстро разрастись. Ну и если тушить — нужно очень много воды. Пожарных станций в этом мире, увы, нет. А дождя вряд ли мы дождемся до осени.
Не говоря уже о том, что в торфе много битума. Из-за чего он просто воду «отталкивает», что значительно осложняет попытку потушить.
— Все мои земельные угодья сгорели бы. Нас бы просто дымом задушило, — заявил Бреннер. — Вот за это я того кретина и хотел пристрелить, жаль, что промахнулся. Кто-то целенаправленно пытается меня отсюда выжить и даже готов ради отравить весь воздух в округе.
Я слушал землевладельца-военного, и внутри у меня всего передергивало. Ведь Бреннера в этой истории ещё и крайним выставили. «Попытался убить ни за что». Хотя причина была и достаточно веская.
Мало того, что он спать теперь не сможет спокойно, так ещё и вряд ли теперь к нему кто-то работать пойдет после этого случая. Все будут думать, что он психованный вояка, который готов за оплошность пустить арбалетный болт в тело.
Против моего соседа велась подлая игра. Поджог торфяника — это не просто диверсия, это экологическая катастрофа для всего фронтира в перспективе.
Перед глазами невольно всплыл образ Юлиана Вернера и Казимира Корна. Кому из этих землевладельцев так сильно мешал новый сосед со своими залежами сырья для магических удобрений?
А ведь это — мой шанс. Мысли закрутились с бешеной скоростью. Да, Густав Бреннер — мужик вспыльчивой, но он честный и прямолинейный… С таким человеком, как он, можно и нужно вести дела на фронтире.
К тому же, болота на его участке — это золотая жила. Если я предложу ему союз, то в перспективе смогу закупать у него этот торф по хорошей цене в будущем. Возможно, что у меня даже получиться сделать свой изумрудный катализатор, чтобы удобрять почву. Мой сорок седьмой участок с такой подкормкой начнет приносить столько урожая, что я со всеми долгами расквитаюсь в кратчайшие сроки.
Система не просто так мне предоставила информацию о землевладельцах. У каждого свои интересы, но лучше под боком иметь надежного союзника, чем врага, который только и думает как у тебя отнять землю.
— Знаешь, Густав… — я повернулся к военному. — Ты прав, батрак посреди ночи с промасленным факелом — это не просто дурак, которому скучно стало. Я уверен, что его кто-то подкупил. И у этого поджигателя есть конкретный наниматель с тугим кошельком. Я могу тебе помочь узнать личность этого исполнителя. А главное — докопаться до того, кто за ним стоит.
Бреннер удивленно вскинул брови, внимательно вглядываясь в мое лицо. Я сделал небольшую паузу и хмуро добавил:
— Мне и самому выгодно этого гада за шкирку поймать. Сам посуди, мы — соседи, пожар легко может перекинуться и на мой участок. Не говоря уже о том, что мне и моим людям придется дышать этой копотью. Это же очень вредно для здоровья, хоть я и не разбираюсь в лекарском деле.
Повозка тем временем выехала на холм, и впереди показались знакомые очертания лесного массива. Мы наконец приближались к границам моего участка.
— Что ты хочешь взамен? — поинтересовался военный.
— Союз, Густав, — ответил я, прямо посмотрев ему в глаза. — Твоя земля мне не интересна. Мне и на своем участке сорок седьмом хлопот сейчас выше крыши хватает. Давай объединим усилия в будущем. Ты будешь добывать торф, а я выращивать растения. Будем помогать друг другу. Взаимовыгодное сотрудничество. Но есть одна загвоздка — у меня нет пропуска в город, чтобы съездить туда в любое время, когда мне вздумается, и купить нужные удобрения. С этим строго. Если бы я решил вопрос с пропуском, то смог бы больше времени уделить расследованию.
Бреннер понимающе кивнул, на мгновение задумался, а затем залез во внутренний карман своего камзола. Он вытащил оттуда небольшую латунную бляху с выбитой имперской печатью и протянул её мне.
— На, держи, — произнёс вояка. — Это личный офицерский патент на свободный проезд через городские ворота в любое время суток. Мне пока в город не надо, да и в заначке еще парочка таких припрятана. С этой штукой тебя ни одна тыловая крыса даже досматривать не посмеет. Катайся в город хоть посреди ночи. А насчет союза и будущего взаимовыгодного сотрудничества — это ты дельно придумал. По рукам!
/Получен предмет: Офицерский дорожный патент (Редкий)/
/Эффект: Снимает ограничения на перемещение через городские ворота, блокирует стандартный досмотр стражи/
Он вытянул свою огромную ладонь и крепко пожал мою руку, искренне довольный таким соседским уговором.
Повозка, наконец, остановилась. Я аккуратно спустился на землю. Телега Бреннера покатилась дальше по тракту, а я развернулся в сторону дома.
Система сразу же предоставила мне уведомление:
/Внимание! Зафиксировано заключение стратегического соглашения/
/Тип соглашения: Негласный соседский союз/
/Стороны: Войцех Мейер (Участок № 47-B) и Густав Бреннер (Участок № 46-B)/
/Текущий статус отношений: Взаимовыгодный нейтралитет (Доверие: Повышено)/
По пути я остановился у края участка, всматриваясь в ровные, ухоженные ряды. Густая ботва уже начала едва заметно клониться к низу, а почва у оснований стеблей кое-где пошла мелкими трещинами.
Я решил воспользоваться навыком «Взор Фермера», чтобы оценить состояние своего участка:
/Объект: Картофель Фронтира (Насыщенный живкой)/
/Текущий статус: Стадия финального созревания (98%)/
/Время до полного созревания и пиковой концентрации питательных веществ: 2 часа 14 минут/
Всего два часа и большая часть картошки будет готова. Если один буду копать, то у меня займет это слишком много времени. А терять его вообще нельзя.
Радован во всю занят оформлением отчетов. Он мне всегда помогал, но сейчас не вариант отвлекать его от работы.
Беатрис занимается приготовлением еды для рабочих. А у меня их — восемь человек, по четыре в каждой бригаде. В маленьких горшочках много еды не приготовишь. Поэтому вариант с её помощью тоже отпадает.
Видимо, у меня нет выбора. Нужно будет снять часть людей с работ, чтобы они помогли мне выкопать большую часть картофеля.
У меня появился пропуск в город, поэтому можно будет и старика Витольда к делу подтянуть, чтобы сразу продать большую часть урожая.
Я направился к местам, где вовсю кипела работа по обустройству участка. Сейчас у меня трудились две строительно-заготовительные бригады.
Первая как раз занималась рубкой деревьев на дальнем периметре, расширяя свободную площадь под будущие посадки. Возглавлял её угрюмый, здоровый мужик с бородой по имени Петер.
Когда я подошел, его парни как раз усердно махали топорами вокруг огромного, в два обхвата, дуба. Дерево уже знатно подрубили, и оно жалобно поскрипывало.
— Петер! — окликнул я бригадира. — Мне два человека твоих нужно. Помощь нужна на огороде.
Петер медленно повернулся, вытирая пот со лба грязным рукавом, и недовольно насупился, кивая на надрубленный ствол:
— Господин Мейер, вы серьезно? Мы этот дуб почти срубили, он на честном слове держится. Если сейчас бросим… Кхм, допустим, поднимется сильный ветер, и эта дуб рухнет хрен пойми куда. Дай нам два часа, срубим аккуратно, тогда и забирай.
— Ветер пока тихий, — ответил я. — Мне же все твои работники не нужны. Достаточно двух человек. Просто картошка на поле подошла. Нужно выкопать. Думаю, продать её сегодня смогу даже.
— Да какая картошка⁈ Не видите? Дуб рубим! — подал голос из-за дерева молодой рыжий парень. — Мы пришли к вам дровосеками работать, а не спину гнуть на огороде.
— Как звать-то тебя? — спросил я.
— Лещ, — буркнул парень, но встретившись с моим взглядом стал немного сутулиться.
— Тебя действительно так зовут? — осторожно поинтересовался я.
Вполне возможно, что это была его кличка. Мне нужно были доверительные отношения со своими работниками, поэтому лучше буду обращаться по имени, чем завуалированно оскорблять человека. Даже если он привык к своей кличке.
Паренек на секунду замешкался, переступил с ноги на ногу и неловко почесал рыжий затылок. Мой спокойный, уважительный тон явно застал его врасплох. Местные батраки редко слышали от нанимателей что-то кроме приказов и мата.
— Да нет… Игнат меня звать, — уже спокойнее, без прежней раздражительности ответил он. — А Лещом мужики прозвали, когда я на спор огромную рыбину голыми руками в озере вытащил. Так и прицепилось.
— В озере? — я удивленно приподнял бровь. — Погоди, я живу здесь год, но ни одной крупной реки или водоема вообще не видел. Где ты его тут нашел?
Игнат был явно обрадован тем фактом, что я проявил искренний интерес к его рыбацкому подвигу, охотно махнул рукой куда-то в сторону густой лесной чащи:
— Да вон там, господин Мейер. Нужно мимо оврага большого пройти. Отсюда на восток километра три, не больше. Озеро там глубокое есть, вода чистая, да и рыбы — тьма! Только местные про него знают.
В голове у меня тут же выстроилась мысленная карта окрестностей. Восток, три километра…
Значит, озеро как раз рядом с земельным участком моего соседа Бажея. Того самого чудаковатого птичника с красным носом. Интересно, а он сам-то уже успел сходить на рыбалку? Если мелко накрошить рыбу, то можно и птицу подкармливать. Они такое любят.
— Спасибо, буду знать! — я сделал один шаг вперед и указал на дуб. — Вы этот ствол уже знатно подрубили. Думаю, уже спины во всю гудят, да и кисти от однообразной работы болят. Если вы сейчас в таком состоянии продолжите махать топорами, то точно накосячите. А на огороде сейчас работа полегче. Земля у меня мягкая и податливая, лопаты новые купил сегодня. Пойдемте мне поможете, разомнете другие мышцы, отдохнете немного от топора. А главное — если управимся быстро и я сегодня же отвезу эту картошку на рынок, то к вечеру у меня в кошельке будут зиллинги. А это значит, что и ваши расчетные за неделю я выплачу вовремя, да еще и сверху накину за смену деятельности. Ну так что, Игнат? Пойдешь картошку копать или продолжишь мозоли об топор набивать?
Рыжий парень удивленно моргнул. Он нерешительно переглянулся с Петером, ища поддержки.
Бригадир лесорубов, оценив мои доводы, тяжело вздохнул и махнул рукой:
— А ведь прав господин Мейер. Ладно, Игнат, забирай с собой Клеща. Лопаты в руки и шагом марш копать картошку.
— Ну… ладно, — пробормотал Игнат, втыкая топор в ближайший широкий пень. — Пошли, Клещ, разомнемся.
Клещ, Лещ… У всех клички есть. Меня это в какой-то степени веселило, но откуда у людей такая тяга что-то подобное выдумывать? Ведь есть же настоящее имя, а это — чепуха какая-то. Да и привыкают уже, как на второе имя откликаются.
В три лопаты думаю должны справиться. Всё равно много не получится увезти. Если б была телега хорошая, да и лошадей несколько…
Жителям Преславицы всегда давали в аренду старую клячу, которая того и гляди копыта двинет. Нужно отправить кого-нибудь к старику Витольду, чтобы уточнить этот момент.
Перед тем как пойти копать картофель, я быстрым шагом направился к дому. Беатрис как раз сидела на крыльце и точила свой нож. Видимо, со своими обязанностями на кухне уже справилась. Услышав мои шаги, она подняла голову.
— Беатрис, дело к тебе есть, — сказал я. — Картошка через два часа полностью созреет. Мне нужно, чтобы ты прямо сейчас сходила за стариком Витольдом. Попроси его, чтобы пригнал телегу поближе к нашему участку. Как раз пока мы всё выкопаем и в мешки забьем, он уже будет на месте. Смогу сегодня же в город съездить и сдать товар перекупщикам. У меня теперь и пропуск есть, проскочу ворота без досмотров.
Девушка замерла с ножом в руке, удивленно округлив глаза. Она медленно перевела взгляд на меня, пытаясь переварить услышанное.
— Пропуск? — переспросила она. — Откуда он у тебя вообще? Ты что, умудрился ограбить какого-то имперского чиновника?
— Да, украл! — усмехнулся я, доставая латунную бляху из кармана и показал её Беатрис. — Шучу. Это подарок от моего нового соседа. Он меня с Преславицы до участка довез. В дороге разговорились, нашли общие интересы и договорились о сотрудничестве.
— Ох, Войцех… Я ведь весь день на ногах сегодня за приготовлением еды проторчала, — жалобно протянула она. — Руки до сих пор отваливаются. Думала, хоть присяду отдохну немного. А теперь еще и к старику Витольду топать, уговаривать его телегу запрягать…
Она покрутила головой, разминая шею, но ворчать дальше не стала. Если надо для общего дела, значит надо.
— Ладно, — Беатрис нехотя поднялась с крыльца, убрав охотничий нож. — Пойду схожу к этому старому хрычу. Если теперь у нас нет проблем, чтобы попасть в город — грех такой момент упускать. Постараюсь вернуться побыстрее.
Девушка пошла по протоптанной тропинке в сторону выхода из участка. Вскоре она скрылась за густыми зарослями деревьев.
Время пролетело незаметно за хозяйственными хлопотами и подготовкой к сбору картофеля. Мы собрали все свободные ведра и мешки, чтобы было куда складывать. Да и перекусить немного успели, чтобы набраться сил.
Солнце как раз перевалило за полдень.
— Ну что, мужики, за работу, — громко скомандовал я, выходя во главе нашего небольшого отряда. — В три лопаты мы быстро картофель выкопаем.
Я первый глубоко вогнал штык своей новенькой лопаты в мягкую, почву у края первого ряда. Надавил сапогом, черенок послушно качнулся, и первый пласт земли отлетел в сторону. Вместе с комьями почвы показались и крупные, ровные картофелины с плотной розоватой кожурой.
— Смотрите внимательно, — строго заявил я. — Картошка крупная, поэтому нужно аккуратно копать. Иначе лопатой разрежет клубень. В еду — сгодится, но на рынке явно цену попробуют скинуть.
— Ого… — Игнат удивленно присвистнул, глядя на размер картофелин с первого же куста. — Крупная какая!
— Меньше слов, Игнат, давай загоняй штык глубже и бери шире, чтобы полностью подцепить, — скомандовал я, уже нацеливаясь на следующий куст.
Работа закипела. Мы с Игнатом пошли копать. Ряд за рядом мы вываливали на поверхность крупные, облепленные сухими комьями земли клубни.
Клещ, который до этого момента молча хмурился, сориентировался быстро. Он подхватил первый пустой мешок, широко раскрыл его горловину и пошел следом за нами.
Клещ подбирал с земли клубни, мимоходом обтирая их ладонями от лишней грязи, и бросал внутрь мешка.
— Рукой на дно мешка аккуратно складывай, — строгим тоном приказал я. — Картошка крупная, поэтому легко может на две части разломиться.
Мужик на секунду замер, удивленно зыркнув на меня снизу вверх, но спорить не стал. Он послушно опустился на одно колено, взял тяжелый розоватый клубень и аккуратно, бережно опустил его на самый низ мешка.
— Понял, господин Мейер, — ответил Клещ, уже аккуратнее перебирая пальцами в сырой земле. — Просто непривычно как-то. Когда она ещё росла в этих края — мы так и кидали её в мешки.
Работа пошла еще слаженнее. Мы с Игнатом постепенно продвигались по длинным рядам, а Клещ следовал за нами, методично набивая мешки картофелем. Один за другим.
Солнце напекало голову, пот заливал глаза, но никто даже и не думал жаловаться. Азарт от богатого урожая захватил всех. Примерно через два часа с лишним тяжелый монотонный труд подошел к концу. Последний выросший куст был выкопан.
У меня ещё росла на участке картошка, но на неё не хватило изумрудного катализатора. Добавил лишь самую малость на каждый куст, но этого не хватило, чтобы значительно ускорить рост.
/Получен опыт в навыке «Выращивание растений»: 25/400. Текущий уровень 8./
Ещё два уровня, и у меня будет десятый. Я хмуро посмотрел на полупрозрачные строчки, чувствуя как во мне вскипает азарт. С каждым повышением требуется всё больше и больше опыта. Это уже настоящий вызов!
Если в ближайшее время я не расширю участок, то просто упрусь в потолок развития. На этих десяти сотках земли под огород далеко не уедешь.
Разница с первыми днями была колоссальной. Вот за первый свой урожай я получил гораздо больше опыта, чем сейчас.
А собранный Тихоцвет мне вообще автоматически поднял уровень на одну единицу — я сразу перескочил с шестого на седьмой. Теперь же у меня создавалось впечатление словно система «закручивала гайки».
Да и полезных бонусов стало меньше. Я ожидал получить навык на селекцию после подъема уровня, чтобы выводить новые сорта и гибриды, но система мне его упорно не предоставляла.
Единственное, что мне можно было сделать в текущем положении — это повышать уровень уже имеющегося навыка «Жатва Живки», вливая туда все свободные единицы навыка за полученный уровень.
Внезапно до ушей долетел звук приближающейся к участку телеги на дороге. Времени уже прошло прилично, а Беатрис ещё не вернулась. Сомнений нет, она с Витольдом едет обратно.
— Мужики, спасибо за помощь, — громко сказал я. — Поработали на совесть. В конце недели, когда буду выдавать расчет, ждите дополнительную оплату за помощь на огороде. Я свое слово держу. Сейчас нам нужно будет еще быстренько все эти мешки в телегу Витольда погрузить и вы полностью свободны, можете возвращаться к дубу, — скомандовал я, взяв в руки мешок картошки.
Игнат и Клещ, услышав про честную доплату, согласно закивали. Каждый из них взял по полному мешку. Оба пошли за мной следом к выходу с участка.
Телега со скрипом выкатилась из-за поворота. Измотанная Беатрис прижалась спиной к сидушке, обмахиваясь сорванным лопухом, а на козлах, пожевывая соломинку, сидел старик Витольд.
— Много картошки накопали? — спросил старик.
— Если честно — не считал, — я положил первый мешок в телегу. — Беатрис, отдыхай, ты и так весь день на ногах. Игнат, Клещ, навалились! Аккуратно, без резких бросков, укладываем товар.
Игнат и Клещ, раззадоренные обещанием лишней монеты, взялись за работу. Клещ, помня мое строгое напутствие про клубни, подхватывал мешки снизу, бережно принимая их у борта.
— Тяжелая гадина, — кряхтел Клещ, укладывая очередной мешок. — Весит как мешок с углем. Спину сорвать можно!
— Таскай-таскай, — весело усмехнулся Витольд с козлов, наблюдая за нашей суетой. — Вы, молодые, не нойте особо, шевелитесь, пока солнце не село!
— Дед, ты бы сам слез да помог, — огрызнулся Игнат, закидывая на дно телеги очередной тяжеленный мешок.
— Мое дело — рулить и кобылу подгонять, — посмеялся старик. — Да и вообще мне тяжелый труд противопоказан. Спина больная.
Минут за двадцать слаженной работы мы втроем забили телегу до самых краев. Игнат и Клещ, шумно выдохнув, вытерли грязные ладони о штаны.
— Ну всё, господин Мейер, вроде справились, — сказал Игнат. — Про надбавку в конце недели не забудьте!
— Я слово держу, мужики. Спасибо за работу, — я пожал им руки, и лесорубы бодро зашагали в сторону чащи.
Я повернулся к повозке. Кобыла Витольда тяжело переступила копытами, чувствуя приличный вес груза. Нащупав в кармане тяжелую латунную бляху-пропуск Бреннера, я улыбнулся. Задержек на воротах не будет.
— Ну что, Витольд, по коням? — я запрыгнул на телегу рядом со стариком. — Поехали в город, пока перекупщики на рынке не разошлись.
Старик хлыстом легонько огладил бок лошади, колеса протестующе скрипнули, и мы покатили по разбитому тракту в сторону города.
До города мы добрались примерно за четыре часа. Наконец, на горизонте показались массивные бревенчатые стены и башни главных ворот.
Торговцы на телегах выстроились в длинную, лениво шевелящуюся очередь. Стражники в потертых доспехах не торопились.
— Ох, Войцех, встряли мы часа на два, не меньше, — старик Витольд уныло сплюнул через борт и натянул вожжи, пристраивая нашу телегу в самый хвост очереди.
— Расслабься, — спокойно ответил я, поднимаясь во весь рост на телеге. — Нам стоять не придется. Правь прямо к левому ряду, в обход очереди.
Витольд ошарашенно округлил глаза и уставился на меня как на сумасшедшего:
— Ты чего удумал⁈ Там же полоса не для гражданских! Нас стража сейчас копьями обложит, да еще и штраф впаяет за нарушение порядка!
— Я сказал — езжай, — твердо повторил я.
Старик, хоть и бормотал под нос все известные ему ругательства, послушно дернул вожжи влево. Наша тяжело груженная телега, поскрипывая, поехала мимо застрявших в очереди купцов.
По рядам торговцев тут же прошел волной завистливый и злой шепоток, а один из стражников у ворот с красным обветренным лицом моментально обратил на нас внимание. Он нахмурился, перехватил копье поудобнее и решительно шагнул наперерез телеге.
— А ну стоять! — рявкнул стражник, выставляя руку вперед. — Куда прешь без очереди⁈ А ну поворачивай назад в общий хвост.
Витольд судорожно сглотнул и сжался на козлах, готовый молить о пощаде. Я же сохранял абсолютное хладнокровие.
Не говоря ни слова, я залез во внутренний карман куртки, достал латунную бляху Бреннера и демонстративно выставил её прямо перед носом стражника. Личная офицерская печать с имперским орлом ярко блеснула на солнце.
— Эй, ко мне! Сюда, живо! — внезапно крикнул стражник, делая шаг назад и выставляя копье вперед.
Из-за приоткрытых створок ворот и от караульной будки тут же выскочили еще шестеро бойцов, на ходу хватаясь за древки алебард. Тяжело дыша, они плотным кольцом окружили нашу телегу, намертво перекрывая кобыле путь вперед. Старик Витольд чуть не завыл от ужаса, едва не выронив вожжи, и судорожно втянул голову в плечи.
— У кого ты её украл? Ты хоть соображаешь, чье клеймо на этой жестянке выбито? — насупившись, спросил стражник.
— Слезай с телеги, смерд, — приказал другой. — В темнице быстро язык тебе развяжем.
Будь я проклят… Бреннер меня подставил что ли? Нет, быть того не может. Скорее всего, проблема в чём-то другом.
Но факт остаётся фактом — влипли мы знатно!