Глава 4

Кот возмущённо мяукнул и захлопнул пасть. Кажется, он обиделся за сорванный выход куда сильнее, чем за саму перспективу драки.

Из правой ладони у меня вытянулся молочно-белый хлыст и лизнул кончиком палубу. Женщина прищурилась, и её бледные глаза превратились в две тонкие льдинки.

— Это техника нашей Секты, ублюдок. Где ты её украл?

— Хлысты в этом мире, знаешь ли, не вы изобрели. И думаю патент в Имперскую палату, тоже на них не подавали. Так что свои претензии засунь обратно, — я подцепил со стола акватариновый кинжал и закрепил его узлом Нити на самом кончике хлыста. — А пока попробуй на вкус мою благодарность.

Хлыст со свистом разогнал клинок по дуге, и лезвие пошло прямо в висок женщины. Та ушла наклоном, материализовала собственный хлыст и одним движением запустила чёрную полосу мне под ноги.

Я перепрыгнул её, приземлился на бортик плота и удержал равновесие на самом краю, балансируя на пятках.

— Сопляк, ты не представляешь, какую кару призвал на свою голову, — выплюнула она.

Хорошее обещание. На моём счету их уже накопился небольшой склад.

Здоровяк не стал дожидаться её сигнала и сжал оба кулака разом. С каждого сорвалось по тёмно-янтарной сфере, и снаряды пошли крест-накрест к плоту. Я вырастил из левой ладони второй хлыст и встретил атаку в воздухе. Правый рассёк первую сферу пополам, левый снёс вторую на подлёте, и обе лопнули с глухим хлопком, осыпавшись на доски духовной пылью.

— Двумя руками умеешь, — отметил здоровяк глухим голосом. — Это хорошо.

Хорошо ему, как же.

— Хватит играть, щенок, — дамочка откинула косу за спину раздражённым жестом. — Тушу за твоей кормой нам хотелось бы получить целой, но ты сам напрашиваешься, чтобы мы её попортили.

— А Кота твоего на воротник пустим, а ящерицу, разве что на пояс, — добавил здоровяк уверенным тоном, считая победу в кармане. — А самого тебя пустим в пилюлю. Старейшина Ухтал любит пожирать молодые и сильные родословные.

Рид сзади зашипел так грозно, что доски подо мной завибрировали. Дина за моей ногой издала злобный писк.

Смотрю, меню они себе уже подобрали, осталось только про десерт договориться.

— Беглецов хлыст настигает… — затянула женщина нараспев, и её оружие заклубилось чёрной хмарью.

— Удар заканчивает, — глухо подхватил здоровяк, и кулаки у него налились густым янтарным жаром.

Кот тем временем юркнул за остатки гондолы и присел там, прикрыв уши лапками. Видимо, сейчас будет громко.

Очень мило с их стороны, что они объявляют свои техники голосом ярмарочного зазывалы. Это дало мне целых пару секунд форы, и я перестроил план на ходу.

— Дина, — я вполоборота кивнул через плечо. — Сбей этих красавцев в воду. Чихни.

Розовая голова высунулась из-за моей ноги, золотистые глаза сощурились на гондолу с детским сосредоточенным интересом, и Дина набрала полную грудь воздуха.

— А-а-а-АП-ЧХИ-И-И!!!

Из её пасти сорвалась мерцающая сфера величиной с добрую бочку и одним щелчком накрыла гондолу.

БУУУУМ!

Шар сложился сам в себя, гондола разлетелась облаком щепы, а саму троицу подняло над водой и понесло по широкой дуге через всю реку. До меня долетел лишь затихающий вопль:

— ОПЯ-Я-ЯТЬ В ПР…

Точка скрылась за вершинами прибрежного леса где-то далеко на той стороне горизонта.

Я медленно опустил оба хлыста, и Духовная Нить с лёгким шорохом втянулась обратно в ладони.

М-да. А я ведь рассчитывал просто сбить их с ног, ну максимум закинуть в воду, а вышло, что отправили их куда-то к чёрту на куличики.

Прикинул на глаз дистанцию полёта и невольно покачал головой. Ещё неделю назад чих Дины с трудом сшибал взрослое дерево, а сейчас он уволок трёх практиков второй ступени за горизонт одним выдохом.

— А силушка то у тебя не слабо так выросла, дорогая, — я присел на корточки и потрепал розовую макушку. — Будем учиться её дозировать.

Она довольно бухнула хвостом по доскам и требовательно ткнулась мордой в поднос с медальонами, явно намекая, что заслужила добавку, и желательно прямо сейчас.

Туша мега-крокодила у кормы покачивалась невредимая, аккуратно обвязанная Нитью. Хоть здесь повезло.

Я выдохнул и оглянулся туда, куда унесло троицу. В голове сама собой собралась картинка: Серебряная Корона на сваях, петля чёрного хлыста на шее у Марен, перевёрнутые стулья в зале и старый Герхард, лежащий у ножки стола.

— Чёрный Хлыст, — произнёс я негромко, в воздух. — Хорошенько запомните этот день. Я ещё к вам приду. Обещаю.

И тут у меня самого желудок заурчал, даже громче, чем у Дины.

Шестьдесят медальонов на подносе дымились пирамидой, соус неторопливо стекал по ярусам, бой прошел так быстро, что ни один кусок ещё даже не думал остыть, наоборот, они отдохнули и сейчас самое время их есть.

— Ну что, ребят, налетай.

Рид одним прыжком, подцепил лапой сразу десяток медальонов и забросил их в пасть в один присест. Глаза у него закатились в блаженстве, а оба хвоста встали торчком. По ментальной связи прилетела картинка: бесконечная равнина жареного мяса до самого горизонта, и сам кот, развалившийся посреди неё на спине. Ни облачка, ни деревца, только мясо и он.

Кошачий рай в чистом виде.

Дина тем временем обнюхала нижний ярус, постояла пару секунд для верности и распахнула пасть. Заглотила сразу два десятка медальонов и они все вместились в один её укус. После эволюции в неё теперь помещалось втрое больше прежнего, и я почувствовал её искренний восторг, что невольно расплылся в улыбке. Глядя на эти две довольные морды, я понимал, что ради них стоило простоять у котла ещё хоть полтора часа.

Ладно, моя очередь.

Я подцепил кинжалом медальон, переложил его на доску и отрезал первый кусок. Корочка хрустнула под лезвием, обнажая бело-розовое нутро. Поднёс мясо ко рту и прикрыл глаза.

Кр-р-русть.

Кожа рассыпалась на хрустящие осколки, а мясо тут же брызнуло густым соком с длинным послевкусием, в котором огненная корица догоняла кислинку красных плодов. Волокна таяли на зубах одно за другим, и каждое из них отпускало новую волну вкуса. А концентрат сверху взрывался на нёбе, и в переносице у меня защекотало от плотности энергии.

М-м. Вот это ужин.

Звёздное Море отозвалось мгновенно. Серебристая гладь пошла рябью, кольцо звёзд ускорило вращение, и энергия из медальона потекла в каналы плотным потоком.

Обычная духовная пища на второй ступени усваивается по капле, а тут за один кусок Море поднялось на столько, сколько раньше набиралось за несколько дней.

Я жевал, наблюдал за прибывающей духовной водой в реальном времени, и в голове сама собой крутились расчёты. Если один медальон даёт такой прирост, то тридцать штук за вечер сдвинут стабилизацию на месяц вперёд. А может, и на полтора.

Я ел сосредоточенно, наслаждаясь мясом. Следующий медальон закинул целиком, прикрыл глаза, и в эту самую секунду ментальный канал разорвал панический крик Дины.

РИД!!!

Я распахнул глаза.

Кот завалился на бок посреди палубы, и вокруг его тела уже разгоралось зеленоватое сияние. Энергетические нити выстреливали из шерсти и сплетались над ним в пульсирующий кокон.

Глаза кота закатились под веки, а оба хвоста медленно обвили задние лапы.

Дина металась вокруг кокона, цокая когтями по доскам, и через связь ко мне неслись рваные образы: Рид на боку, зелёное пламя пожирает шерсть, и где-то на заднем плане бьётся горячий вопрос «он умирает?».

— Тише, маленькая, — я присел рядом и положил ладонь на розовый панцирь. — Он не умирает. Он растёт.

Золотистые глаза уставились на меня снизу вверх с щенячьим недоверием.

— Помнишь яйцо, в котором ты сама сидела? У Рида сейчас то же самое. Просто кот не смог смириться, что ты ешь больше него, и решил догнать.

По связи прилетел осторожный образ: Рид стоит на четырёх лапах, а над головой у него висит большой знак вопроса.

— Да, проснётся целым. И, скорее всего, ещё сильнее и наглее, чем раньше.

Дина фыркнула, обошла кокон по кругу, обнюхала со всех сторон и наконец успокоилась. Потом ткнулась мордой мне в колено, а сразу за этим стянула с подноса ещё пару медальонов и проглотив их с аппетитным хрустом.

Я подобрал собственную порцию. Мы сидели и ели рядом, посматривая на зеленоватое свечение посреди палубы.

Через минуту Дина снова развернулась к борту.

КУПАТЬСЯ!

— Давай. Только от плота далеко не уходи, мало ли кого там привлечёт энергия кокона.

Плеск окатил мне ноги до колен. Из воды высунулась розовая морда, шумно выдохнула обеими ноздрями и ушла нарезать круги вокруг плота. Через пять минут стало ясно, что вылезать в обозримом будущем Дина не собирается.

Каждый раз, когда она проплывала мимо борта, я ловил через связь непередаваемое удовольствие, что и сам начинал невольно жмуриться, а она тут же ныряла на новый круг.

После эволюции вода стала для неё горячей ванной для повара после двенадцатичасовой смены. Понятно и простительно.

Откусив последний кусок, я перевёл взгляд на кокон.

Нити пульсировали заметно ярче, чем в первый раз на острове. Тогда Рид съел сома первой ступени, а сейчас он слопал половину склада Серебряной короны и в довесок десяток медальонов из мега-крокодила хорошенько пролитых моим концентратом.

Интересно, сколько ему потребуется времени на трансформацию?

Я перевёл взгляд за корму. Туша мега-крокодила покачивалась на воде, надёжно обвязанная Духовной Нитью, и её чешуя отливала бронзой в закатном свете.

Если десяток медальонов запустили эволюцию Рида, то сколько концентрата я выжму из этой горы мяса и костей?

Корочка ещё раз хрустнула у меня на зубах, и я тихо рассмеялся вслух.

Вода под брюхом плота тихо плескала, Дина короткими гребками толкала нас вниз по течению.

Ладно, отдохнули немного, пора и делом заняться. Перепрыгнул на тушу и вытащил из кольца два кинжала.

Бронированные щитки сошли первыми. Я подцеплял их кончиком кинжала вдоль шва, отделял от соединительной ткани одним движением и складывал горкой прямо на чешуе. Мастеровые в любой деревне за такую кучку отдадут правую руку, а кузнецы добавят левую.

Стопка пластин выросла быстро, и я отправил её в перстень.

Следом взялся за клыки. Они выходили из челюсти монстра со скрипом, и достигали длиной мне до локтя. Уверен, оружейники заберут их не торгуясь…

Со шкурой пришлось повозиться. Под бронёй лежала плотная кожа с серебристым подбоем, и каждый пласт требовал ровного среза без дырок. Я работал размеренно, и лезвие шло вдоль волокна с влажным шорохом.

К вечеру добил один бок. Свернул его рулоном, помеченным мелом «правый, голова к хвосту», и убрал в перстень. Воздух к этому часу остыл и пах мокрым деревом, а в прибрежных кустах тянул первый комариный звон.

Хороший вечер. Из тех, что хочется растянуть подольше.

— На сегодня всё, друзья.

Я завернулся в куртку у борта, подложил под щёку моток запасной нити, и река принялась тихо постукивать в доски.

Плюх. Плюх. Плюх.

Под этот неспешный счёт я и уснул.

Следующее утро встретило меня росой и густым запахом речного ила. К концу второго дня я снял второй бок, к утру третьего — добрался до брюшины и спинки.

Вспомнилась старая документалка: матросы по щиколотку в жиру разделывают кита прямо посреди океана. Когда-то я смотрел эти кадры и думал, как люди вообще лезут в такую мясорубку. А теперь сам стоял с кинжалами по локоть в крови и улыбался.

М-да. Профдеформация работает безотказно.

После шкуры пришёл черёд разделки. Я вырезал филейные пласты вдоль позвонков, прокатывал по доске и отправлял в Котёл. Куски летели в кипяток, я подтягивал ползунок на 99/1 и получал бутылку тяжёлого перламутрового концентрата. Помечал тушью «филе, левый бок» и закатывал к остальным в перстень.

Работа вошла в ритм, и между циклами я успевал зачерпнуть ладонью речной воды и плеснуть в лицо.

Жир топил отдельно, на самом низком огне. Потом разливал его по дубовым бочонкам, конопатил крышки промасленным тряпьём и закатывал к стенке кольца. На таком жире аррозе пойдёт как по маслу.

Запах горячего жира над водой выходил сладковатый, и на секунду мне померещилось, что я снова стою на ресторанной кухне в декабрьский вечер, и за окном идёт первый снег.

Семь бочек ушли в перстень.

Кости запустил в отдельный цикл. Отвар получился янтарный, тяжёлый, и от первого же глотка по позвоночнику прошла плотная волна жара. Ощущение знакомое до мурашек. Точно так же когда-то работали кости Металлических Оленей, уплотнявшие мой скелет.

Ха-хах. А я-то думал, что эта дорожка для меня уже закрыта.

Отлил полкружки в миску и поставил её у борта.

Дина высунула морду из воды, повела ноздрями и присосалась к краю с такой жадностью, что половина миски ушла в один глоток. До меня долетел плотный гул удовольствия.

— Вот так и вырастём стобой.

Третий день закончился под крупной речной луной, и от туши к этому часу остались только гряда рёбер да пустая шкура хвоста. К утру четвёртого я добрался до желудка.

Распорол стенку аккуратным надрезом, разворошил кинжалом плотную массу полупереваренных костей, и из этой каши на ладонь мне выкатилось нечто размером с кулак. Мутно-зелёный кристалл с тёмными прожилками внутри. От него тянуло таким морозцем, что обжигало кожу через рукав куртки.

Я замер с кинжалом наперевес.

Система мигнула в углу зрения.

Внимание!

**Обнаружен Гастролит мега-крокодила. Качество: высокое.

— Ого! — я крутанул кристалл в пальцах и поднёс к глазам. — Оказывается интересные такие сюрпризы прячут солидные господа у себя в желудке.

Что с ним делать прямо сейчас, голова решительно отказывалась прикидывать. Я завернул кристалл в чистую тряпицу и отправил в перстень, к остальным трофеям. Разберусь потом, на сытый желудок и с чашкой бульона под боком.

Дина мягко притёрла плот к песчаной косе у излучины, выбралась на мель, стряхнула с панциря воду и растянулась на тёплом песке. Солнце медленно покатилось за камыши на дальнем берегу.

На верхнем ярусе кокон Рида переливался сильнее и медленно пульсировал.

Я обмыл руки в реке, вытер их насухо краем куртки, налил себе чашку остывшего костного отвара и сел на корме, опустив босые ноги к воде.

Тихо. Хорошо.

Пора было заняться тем, до чего за всей кутерьмой последних месяцев так и не дошли руки.

Я достал из перстня свиток.

Техника Концентрации. Подарок Грандмастера Игниса. Звёзды Таланта в кольце над Звёздным Морем переливались сейчас тише обычного. Часть из них ещё восстанавливалась, но другая часть уже горела ровно и спокойно давай мне усиление понимания.

Должно хватить, чтобы начать.

Я развернул пергамент на коленях и положил ладонь на первую строку. Система отозвалась предлагая начать сканирование.

Ну что, Грандмастер. Посмотрим, чем ты балуешь личных учеников…