Глава 42

Он молчит всю дорогу. Мы распрощались с его родственниками у выхода из ресторана, с тех пор Холодов как воды в рот набрал. Ну хочешь поиграть в молчанку, давай поиграем! Я, знаешь ли, тоже не в восторге от того, как мы провели этот вечер! Бесцельно смотрю в окно машины, устала, если честно, после общения с его семьей. Только сейчас поняла, что вымоталась, в голове столько мыслей, а на душе…

— Ты не рассказывала, что говоришь по-итальянски. И мне понравилось твое французское произношение, — задумчиво изрекает Ярослав. Первые его слова за последние полчаса.

— Да ты не спрашивал, — устало отвечаю я. — И я не говорю по-итальянски, просто многие рецепты… Лет семь назад, я в средней школе еще училась, подруга привезла маме из Италии большую красивую книгу с рецептами. Знаешь, не такую, что можно найти в любом магазине или скачать в Сети. Она была совсем небольшим тиражом выпущена. Маме она как-то не зашла. Я ее себе забрала, ну и со словарем начала разбираться. С ингредиентами было проще всего, а вот сами рецепты… Короче, эта книга стала для меня вместо азбуки.

— А французский?

— Это же основа основ! Любой, кто интересуется гастрономией, должен хотя бы изучить французскую кухню, ее историю. Ну я так считаю…

Ярослав молчит, хмурится почему-то и неодобрительно посматривает на меня. Может, ему не понравилось, как я разговаривала с его родственниками? Хотя, когда уходили, выглядел вполне довольным, пусть и взбесился, услышав фамилию Марата.

Надо же! Столько времени с ним общались, а он ни словом не обмолвился о своих родителях. И Ленка не говорила. Хотя ему, наверное, все это не интересно, ведь он юрист. Я готова думать о еде, разных кухнях, о Марате и этом ресторане, потому что гоню от себя самую страшную мысль. Мысль, которая меня вот-вот парализует.

— Я, оказывается, многого о тебе не знаю. Знаешь, неприятно было услышать про универ. Ты мне вообще собиралась сказать, что хочешь уходить? Я же правильно понял все?

Ярослав остановил машину у подъезда, но выходить не торопится. Повернулся ко мне и ждет чего-то.

— А я вообще ничего о тебе не знаю! А ты собирался мне говорить, что уедешь после следующего семестра? Да, мы всего несколько недель вместе, но мне казалось… что у нас…

Беспомощно замолкаю и отворачиваюсь к окну. Дура ты, Скалка! Напридумывала себе черт-те что, размечталась, а ведь сама еле вытащила из него признание, что мы теперь пара. Официально. И у нас отношения. Да какие отношения, если он…

— Я еще до конца не определился, но я не хотел от тебя скрывать.

— Не определился? Ты же сам жестко сказал им…

— Им я могу говорить все что угодно. Это чужие мне люди. Я не обязан их посвящать в свои планы.

— Чужие? Там мама твоя была и твой дядя. — Я, конечно, обратила внимание, что почти весь ужин Ярослав в основном либо молчал, либо отвечал односложно, но это уже слишком!

— Да, но моя семья — это дядя Вася. И все.

С которым ты тоже ругаешься и который давно не заходил к тебе! Что же у тебя там произошло-то?!

— А если ты решишь уехать из города? — Сердце в ушах стучит, слышу лишь: тук-тук-тук-тук.

Он молчит, а я только и слышу биение сердца. Своего. Я не готова, господи, я совсем не готова к тому, что он скажет! Зачем?! Зачем я только спросила?

— Ты поедешь со мной, — просто отвечает он, словно это само собой разумеющееся. — Тебе нечего делать здесь одной, без меня.

— Правда? — Не верю своим ушам. Я в таком шоке, что даже не визжу от радости, хотя что-то внутри меня настоятельно требует этого. А еще обнять его крепкокрепко и не отпускать.

— Конечно. Ты здесь такая же чужая, как и я. Странно, что я не сразу это понял.

Чужая? Да нормальная я. А, ладно! Пусть что хочет говорит!

Обнимаю его за шею, прижимаясь носом к холодной колючей щеке. От него вкусно пахнет, тем самым парфюмом, который я запомнила еще в тот самый первый раз, когда он вез меня в этой машине.

— Спасибо! Спасибо! Я очень-очень хочу быть с тобой!

— И я с тобой! — Он наконец мягко улыбается, и меня немного отпускает. — Ты мне как глоток воздуха, Тамара.

Ярослав зарывается пальцами в мои волосы, безжалостно разрушая прическу. Мы сидим обнявшись в машине, каждый думает о своем, но это такие счастливые минуты, очень счастливые.

— Мне нужно знать о тебе еще что-то особенное, Тамара? — вдруг говорит Ярослав, от его вопроса я невольно вздрагиваю.

Неожиданно как-то! И серьезно. Да я все готова о себе рассказать, но что ему интересно? Никаких секретов у меня страшных нет вроде.

— Нет, наверное. — Беспомощно развожу руками. — Ничего особенного нет в моей жизни. А у тебя? Мне нужно что-то знать?

Он не торопится отвечать, гладит меня по голове и молчит.

— Нет, не нужно, — в конце концов произносит он. А я чувствую легкое разочарование, все-таки хотелось бы послушать его секреты. Например, почему он так не ладит с мамой. И зачем вообще приехал сюда.

— Точно? — спрашиваю на всякий случай: ну а вдруг передумает.

Не передумал.

— Точно. Пошли домой, моя Галатея!

Галатея, значит? А он знает, что Пигмалион был влюблен в эту Галатею? Я погуглила немножко, пока ехали. Про Элизу Дулитл понравилось меньше.

Утро… Я обожаю утро. С недавних пор. В полудреме чувствую на груди губы Ярослава… Да я всю жизнь хочу вот так просыпаться! С ним! Он проникает в меня медленно, бережно, но я уже слышу свой стон. Пусть это утро никогда не кончается! Пожалуйста!

— Тебе точно сегодня только к двенадцати? — спрашивает Холодов через полчаса, когда мы вылезли из душа. — Можем вместе поехать.

У него с утра предэкзаменационная консультация, а мне совершенно не хочется с ним расставаться! Потому мы едем вместе. Глупо, конечно, но после того, как он сказал, что заберет меня с собой в Москву, если уедет, я ни на секунду не хочу его отпускать. Господи! А мама? Как же я о своих-то не подумала?! Надо будет на Новый год с ними поговорить, прощупать почву, так сказать. Жалко, конечно, что Ярослав с Василием Федоровичем уезжают куда-то на Новый год, не поняла я, что у них там за традиция… Надо будет спросить, но не сейчас. Сейчас мне так хорошо…

Универ кишит знакомыми лицами. Мне, конечно, есть чем заняться. Например, случайно столкнуться в буфете с Туевой. Она по своему графику живет, все бегает, сдает какие-то зачеты, берет письменные рекомендации от преподов. Тоже уставшая, как и многие, но явно довольнее некоторых.

— Привет, девчонки! — Поднимаю голову и улыбаюсь. Марат! Давно не виделись, но вот икалось тебе вчера наверняка!

— Привет, присаживайся! — Я только сейчас отмечаю про себя, что немного соскучилась по нему. И что, несмотря на резкое к нему отношение Ярослава, рвать с ним все контакты точно не хочется.

Вика лишь быстро кивает парню головой и снова утыкается в ворох разложенных на столе листов.

— Что это с ней? — интересуется Марат, усаживаясь рядом со мной. Он, кстати, тоже выглядит немного уставшим. В «маге» то еще веселье, а он ведь работает к тому же.

— Досрочно сдает сессию, потом переводится в Москву, — рассказываю парню и тут же ловлю недовольный взгляд Туевой. Вот блин блинский! Марат же знаком с Морозовым! Может Саше все сказать, а Вика так хотела, чтобы ее отчим и мама знали об этом как можно меньше. Болтушка ты, Скалка!

— Я тоже на днях в Москву собираюсь, — протягивает Марат. — К родителям.

— А они не здесь живут?

— Нет, они активно развивают свой бизнес в столице. Второй ресторан открывают. Я тебе говорил, что они рестораторы?

Ты не говорил, допустим, но я уже в курсе.

— Не-а. Что за рестораны?

— Я в этом не слишком разбираюсь, — с усмешкой отвечает он. — В семье еда — самая настоящая религия, но у меня другие интересы по жизни.

— А мне, наоборот, нравится. Поваром хочу стать. Настоящим! — признаюсь Марату. Вика внимательно смотрит на меня, но молчит. У нее с откровенностью беда, но это же не означает, что я не могу рассказать приятелю, что хочу делать в жизни.

— Здорово! У родителей в Москве курсы есть для начинающих поваров. Там разные специальности вроде, но лучшим они предлагают работать у себя. Как раз до конца года набирают новый поток. Или уже набрали… Не знаю точно, если честно.

— А здесь? В нашем городе есть такое? — восклицаю я и уже рисую в своем воображении, как пойду учиться к Бухтияровым. Хотя в их ресторане мне не очень-то понравилось…

— Нет, здесь нет спроса.

Как это нет?!

— Очень жаль! Но если я буду в Москве, дашь контакты этих курсов?

Марат перезвонил мне через день, сказал, что прием на кулинарные курсы заканчивается через три дня. А следующий набор стартует лишь после майских праздников. Но это Москва. И стоят эти курсы весьма прилично. Для родителей это не очень большие деньги, конечно, они могли бы помочь, но у меня самой такой суммы нет. И рассчитывать, что мама даст денег, не приходится. Да еще, если я перееду с Ярославом в Москву… Хоть бы не убила, когда все узнает…

— Вика, Вик! — В голову приходит шальная мысль, но меня это нисколько не смущает. Я себя не узнаю последние недели, столько перемен в жизни, во мне самой! Никогда не была на таком подъеме!

— Что? — Туева сегодня более хмурая, чем обычно. Не знаю, что там произошло у них в общаге, но на Дятловой тоже лица нет.

— Ты где подрабатывала? Вроде по вечерам в супермаркете, верно?

— Верно! — Вика непонимающе смотрит на меня. Ее мысли явно сейчас не со мной. В Москве, видимо. — Тебе зачем?

— Думаю попробовать. Мне деньги нужны. На курсы кулинарные. Помнишь, Марат недавно говорил?

— Помню. Могу дать контакты, если хочешь. — Не дожидаясь ответа, она кидает визитку мне в телефон. — Там еще работа в зале есть, но, в общем, позвони, тебе все расскажут.

— А платили сколько?

Вика пожимает плечами и нехотя называет сумму. Умножаю ее на четыре месяца… Мне с лихвой хватит!

— Когда уезжаешь?

Мне жаль расставаться с Викой. Она странноватая, непростая девчонка, я раньше с такими не сталкивалась. Но в то же время какая-то очень настоящая. Я это даже не понимаю, но чувствую. Интересно, если мы с Ярославом все же переедем в столицу, Вика захочет со мной общаться?

— Сегодня вечером. Ночью буду уже в Москве, родственники обещали встретить.

Не верится, что она точно уезжает!

— И… твои знают?

— Да! И я не хочу об этом говорить, — отрезает она, а я ловлю ненавидящий взгляд Дятловой. Ну точно что-то произошло! И явно связано с Морозовым. Я, кстати, давно не видела ее рядом с Сашей. Может, просто внимания не обращала? У самой такое творится, что хочется петь!

— Как скажешь. — Поднимаю ладони вверх, лезть в душу к Туевой может только самоубийца или непроходимый идиот. — Значит, нескоро теперь увидимся, если увидимся, да?

— Да, нескоро. Жаль, что ты остаешься. — И добавляет, помолчав: — Ты единственный нормальный человек здесь. Обидно, что раньше не стали общаться.

О да! Еще как обидно. Вика практически стала мне подругой за эти пару месяцев. Интересные мысли в голову лезут: я потеряла всех или почти всех своих прежних друзей, которые были моей семьей в универе. Пашка Голубев теперь проходит мимо, не здороваясь, так же как и Зайцева с Иваненко, хотя мы и учимся в одной группе. Ренат и Женька Скворцов совсем пропали с радаров, а Коля Козлов… Уже не друг, но скорее приятель, с которым есть что вспомнить. Мне сейчас кажется странным, что я их всех кормила, готовила ужин чуть ли не каждый день, что ребята покупали продукты. Будто все происходило в какой-то другой, параллельной реальности. И наконец, Лена, Ленка Дятлова… Я никогда так не разочаровывалась в человеке прежде. Даже когда Ярик Собакин, моя первая любовь… и то не было так обидно. Хотя, может, просто чувства старые уже притупились?

— Ладно! Не пропадай! Номер менять пока не буду. Пиши, если что. — Вика легонько хлопает меня по руке и исчезает в толпе студентов. Вот и попрощались.

— Скалкина! Помогите мне!

Серьезно? Сан Саныч? Краснова уже давно не работает в деканате, но по-прежнему числится в универе, вроде исследованиями занимается. Чего ей надо-то? Я вообще домой собиралась. Хочу романтический ужин, при свечах! Ярослава с утра не видела, соскучилась! Проснулась, а он уже куда-то уехал, в телефоне пусто…

— Простите, Александра Александровна, что вы говорите? — Натыкаюсь на возмущенный взгляд экс-замдекана и возвращаюсь в настоящее.

— Я говорю, помогите мне! Сейчас! — рявкает Краснова и нагружает какими-то папками.

Дежавю какое-то! Сейчас в ректорат отправит. И точно.

— Это нужно в приемную Ковалевского отнести, идемте.

В прошлый раз я там встретила Ярослава, от воспоминаний становлюсь пунцовой. Ну надо же, как взволновалась! Может, он тоже сейчас у своего дяди? Было бы здорово!

Здорово не получилось. Совсем.

— Тамара, кажется? — Она не здоровается, смотрит на меня, как на букашку. Лучше бы игнорировала меня, как прежде…

— Здравствуйте, Ядвига Ивановна.

Хочу на этом и закончить с ней общение, но она не дает прошмыгнуть мимо. Хватает за локоть и дергает к себе со словами:

— Стойте! Я поговорить с вами хочу.

Не дожидаясь ответа, выводит меня в коридор. От ее напора теряюсь немного, ведет себя как хозяйка с… не знаю, рабом, что ли. Может, я не хочу с ней разговаривать? Вот Ярослав и вовсе отказывается от общения с ней. А я почему должна?

Уже собираюсь высказать ей все, что внутри накопилось, но не успеваю.

— Вы не пара моему сыну. И я не хочу вас с ним видеть рядом. Ясно?

Я опешила. Нет, я понимала, что ей не нравлюсь, но чтобы так… Да кем она себя возомнила?!

— А вам какое дело? — срывается с губ не самая моя вежливая фраза, но внутри вот-вот что-то взорвется. — Вы меня даже не знаете.

— Я сына своего знаю! Вы… даже не представляете, с кем связались. Он вас пережует и выплюнет. Бегите, пока не поздно. Дурочка! — Последнее слово она произносит чуть ли не с жалостью.

— Чего я не знаю? — переспрашиваю удивленно. — Мы недавно вместе, но я знаю, что он бизнес-тренер, у него свой бизнес, он учился в…

— А про жену его знаете? Про ребенка? — прерывает она меня, а я чувствую, как подо мной проваливается пол. И я лечу, лечу прямиком в ад!

— Что? Ребенка? Жену? Ярослав не женат! — В голове тут же вспоминается наш разговор в кафе, когда мама с Сеней приехали. Точно, она его еще спрашивала, и он ответил…

Ядвига молчит, просто что-то листает в телефоне, находит нужное и быстро сует мне экран прямо под нос.

Фото. Ярослав обнимает за большой живот какую-то девушку. Они улыбаются, они счастливы. И… кольцо, обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки моего любимого мужчины.

— А вот еще. — У меня перед глазами калейдоскопом проносятся фото счастливого Ярослава и его… жены. В голове не укладывается. Это неправда!

— Это Жанна, они поженились три года назад. — Ядвига пожимает плечами, словно свадьба Ярослава и этой Жанны само собой разумеющееся. — Теперь вы понимаете, о чем я? Мой сын приехал сюда… да вы и не знаете почему. Ну так вот, вы — временное явление в его жизни. И он точно знает, с какой пешкой на каком ходу проститься. Так что не льстите себя надеждами.

Оторопело смотрю ей вслед, она, не попрощавшись, быстро уходит по коридору.

Это невозможно! Просто невозможно! Может, не знаю, это монтаж или не его жена. Может, розыгрыш какой был с переодеванием. Да все что угодно может быть! Спокойно, Скалка, спокойно!

Он все объяснит. Конечно же!

Телефон дрожит в руках, надо успокоиться, но я не могу ждать. Я должна узнать, правда ли это. Неужели у него есть семья?! Вокруг никого, я одна в коридоре, даже голоса из-за закрытых дверей не доносятся.

Набираю его номер и тут же даю отбой. Страшно! Господи, а если это не шутка, не розыгрыш?

Снова нажимаю на вызов. Идут длинные гудки. Он не отвечает. Набираю снова — и снова тишина. Я с ума сойду от неизвестности!

Может, он дома? Вряд ли, конечно, еще середина дня. Но мне надо точно уйти отсюда, из здания университета, потому что еще минута, и я вернусь в приемную. И спрошу у ректора!

На улице морозно, но я горю как в лихорадке. Держу в руках телефон, гипнотизирую его. Но он молчит. Приходят какие-то сообщения, уведомления, но единственно важного звонка нет!

Добираюсь до дома быстро, набираю еще пару раз Ярослава. Не отвечает! Да где же ты?! Вот сейчас, когда от одного твоего слова жизнь моя зависит! На глаза слезы наворачиваются, но сейчас я не могу их остановить. Неужели все ложь? Он все это время играл со мной? И не собирался продолжать отношения? Кто я для него? Игрушка? Развлечение? Ему было скучно здесь, сам же говорил. Проверил на мне свою квалификацию? Что ему нужно было?!

Глаза щиплют злые слезы. А голос внутри безжалостно продолжает говорить…

Ничего, дома сейчас успокоюсь. Пожалела уже сто раз, что не могу вернуться в общагу. Мне нужно побыть одной, успокоиться, а там это нереально. Мне даже пойти особо некуда. Он умудрился сделать так, что кроме него у меня в этом городе никого нет.

Дверь не открывается. Что вообще происходит? До меня не сразу доходит, что дверь закрыта изнутри. Значит, Ярослав дома. Может, и к лучшему!

Но это не он, это… Она удивленно смотрит на меня, явно не понимает, что я здесь делаю.

— Вы к кому, девушка? — недоуменно спрашивает меня.

— Я живу здесь! — Показываю ей ключи, но сама уже ни в чем не уверена. Фотографии, показанные Ядвигой, не выходят из головы. Стоп! Если он женат, тогда что она…

— Извините, пожалуйста, но здесь живу я. — Она мило улыбается и, как бы извиняясь, разводит руками. — Вы ошиблись.

Это та самая Марина, про которую Ярослав кричал своей матери, что он с ней не встречался, что он с ней спал. Но если он женат… Ни черта не понимаю!

— Нет! Это вы ошиблись. Вы Марина, да?

— Да! — Она улыбается, словно я ее чем-то обрадовала. — Подождите! Вы, наверное, Тамара, студентка Ярослава, да? Ухаживали за ним, когда он болел? Да, он мне рассказывал о вас. Спасибо, что помогли ему, пока меня не было рядом. Это ваш рюкзак? — Марина указывает на него пальцем, а я помню, что, когда уходила утром, он был в спальне в шкафу. — Я нашла его, когда вернулась. Он с вещами. Наверное, Ярослав его собрал.

Подхожу к рюкзаку, действительно, там все мое. Он что, выгоняет меня?!

Снова пытаюсь до него дозвониться. Рядом стоит эта Марина, она чувствует себя здесь полноправной хозяйкой. Здесь, где я прожила несколько счастливейших недель!

— Мне кажется, вам пора! — Марина пытается всучить мне рюкзак, но я отталкиваю ее руку. Никуда не уйду, пока не выясню! Снова звоню Ярославу.

— Да! Тамара, я очень занят, у тебя что-то срочное?

— Я… я… — Рядом стоит эта деваха, и я двух слов связать не могу. Как Элиза Дулитл, наверное.

— У меня телефон вот-вот сядет. Я хотел вечером поговорить…

— У тебя есть жена? — перебиваю его. — Ты женат?

— Откуда?.. Кто тебе… Это то, что я хотел сегодня тебе рассказать. Я затянул, надо было раньше…

— Не надо, ничего не надо. Пока! — Нажимаю на отбой.

Внутри все умерло.

— Может, вам водички дать? — сочувственно спрашивает Марина. — Наверное, вы неправильно поняли… (3303c)

— Он ведь женат! У него ребенок! Как вы можете быть с ним?

Та лишь пожимает плечами и улыбается.

Забираю свой рюкзак и выхожу из квартиры. Телефон оживает. Ярослав.