Глава 14

Я только успел вернуться домой из Академии и даже не сел ужинать, когда в дверь позвонили. Дворецкий пошёл открывать, и вскоре выяснилось, что пришла — неожиданно! — Элисанна.

Признаться, когда я советовал ей переехать в город, рассчитывал, что мы будем видеться чаще, но не думал, что это произойдёт прямо сегодня и по её инициативе. Да ещё и по такому неприятному поводу.

— Маму забрали в “Реллиб Волл”! — заявила она прямо с порога гостиной, потрясая в воздухе небольшой запиской. — Что это вообще такое и где находится?

“Реллиб Волл” — я задумался. Название было явно знакомым, но что это… И тут до меня дошло. И если я понял всё правильно, то дела миссис Гроу плохи — да и наши заодно.

— Это психиатрическая клиника, — выдавил я, опасаясь реакции Элисанны. Она могла оказаться непредсказуемой.

— Как? Зачем её туда увезли?! — ахнула девушка и без сил уселась на диван. — Она была совершенно здорова!

— Дай мне записку, — я протянул руку и забрал послание у совершенно обескураженной Элисанны. Прочитал её — в общем-то всё ясно. — Миссис Гроу пишет, это сговор. Значит, кто-то явно постарался, чтобы её туда заточить. Мы ещё успеем выяснить, в чём причина. Поехали.

Я подхватил Элис под локоть и поднял на ноги, а затем велел подать нам экипаж. До “Реллиб Волл” ехать не так уж далеко, кто-то из дежурных врачей точно ещё будет на месте. У меня были кое-какие соображения насчёт того, кто мог закрыть помешавшую планам женщину там, откуда ей не выбраться в ближайшее время. И даже если это случится, удар по её репутации будет такой, что никто и никогда больше не будет воспринимать её слова всерьёз. Как и её саму.

— Что с ней там будут делать? Это же клиника! Ей там не место, — причитала Элис по дороге. — Просто ужасно! Она вернулась сюда из-за меня и попала в такую передрягу!

Обычно, если человек переходит к самобичеванию, остановить этот рарушительный процесс очень сложно. Вот и я не мог: настроение девушки портилось с каждым мгновением всё больше.

— Думаю, её просто хотели обезвредить.

— Значит, будут колоть какими-то препаратами! А это всё, конец! Нам нужно вытащить её оттуда как можно скорее!

— Вытащим, — я сжал руку Элисанны в своей и притянул её поближе к себе, обнял.

Она, конечно, попыталась воспротивиться, но быстро затихла. Да, сейчас не самый удачный момент для нежностей, однако ей нужна хотя бы поддержка, потому что я прекрасно знал, что “Реллиб Волл” — место крайне неприятное. Туда чаще всего помещали не сумевших справиться со своими силами магов, даже дрэйгов, которые внезапно вошли в разлад со своими ипостасями. Но и обычные люди содержались там тоже.

К счастью, лично я там был всего один раз: когда нас во время обучения возили туда всей группой, чтобы показать, что бывает, если с недостаточным старанием заниматься своим ореолом и неаккуратно заполнять риголи.

Был момент, когда я едва туда не загремел — как раз в нестабильный период после слияния со Штормом. Тогда во мне вообще никто не был уверен, никто не знал, чем это всё обернётся, а кто-то — например, Нил Трейт — считал, что слияние с Исполином обязательно сведёт меня с ума, потому что выдержать такую мощь невозможно.

Но он, как и другие недоброжелатели, ошибся.

Наконец мрачноватое здание больницы показалось вдалеке — мы уже давно выехали за границы Минлойта. Элисанна, которая постоянно выглядывала в окно, вся подобралась и в очередной раз едва не расплакалась.

— Она выглядит просто ужасно, как тюрьма!

Но в этом как раз не было ничего удивительного: в “Реллиб Волле” проживало немало довольно опасных пациентов — отсюда и высокие укреплённые стены, и небольшие окна, куда не пролезть взрослому мужчине, и сильнейшая магическая защита по периметру.

— Всё будет хорошо! — я поймал девушку за подбородок и развернул лицом к себе. — Слышишь? Не паникуй. Если миссис Гроу увезли туда так спешно и внезапно, значит, всё шито белыми нитками и нам просто пытаются не дать опомниться.

Элис серьёзно кивнула — и мне стало чуть легче. Правда, на проходной пришлось представиться и даже продемонстрировать свой элефин — чтобы меня и мою спутницу хотя бы впустили на территорию. Там мы довольно долго ждали в приёмной, но, несмотря на слабое начало, обернулось всё не так уж плохо. Встретил нас не просто дежурный врач, а главный в этом заведении. По счастью, он задержался на работе: подозреваю, как раз из-за приезда особенной “пациентки”.

— Ваша светлость, — сразу залебезил доктор — мистер Бронвар. — Уж кого не ожидал здесь увидеть, так это вас!

— Я и сам не ожидал тут оказаться, но приехал не один. Со мной дочь поступившей к вам сегодня миссис Гроу.

— О! Милейшая женщина. Поэтому то, что с ней случилось, выглядит ещё более печальным… — доктор скорбно покачал головой. — Но мы обязательно разберёмся в причинах и поможем ей, будьте уверены. Вы сможете навещать её когда захотите! В любой день! Я выпишу вам личный бессрочный пропуск. Понимаю, как тяжело молодой девушке пережить эту неприятнейшую ситуацию.

Пока мистер Бронвал говорил, я имел удовольствие наблюдать, как медленно, но верно закипает Элисанна. В какой-то момент мне даже показалось, что она не выдержит и превратится в драконицу — тогда от кабинета главного врача ничего не останется. Я и сам всё ближе становился к точке полнейшего бешенства от этого незамутнённого лицемерия, которым сыпал мистер Бронвар. Как будто он не понимал, что фальшь в его словах настолько очевидна, что колет глаза.

— Замолчите! — наконец не выдержала Элис. — Хватит!

Я крепко сжал её руку, призывая успокоиться.

— Понимаю, вы расстроены… Могу дать успокоительное. Оно поможет вам пережить самую острую фазу разочарования и неприятия, — невозмутимо ответил мистер Бронвар.

Просто браво!

— Оставьте успокоительное себе, — посоветовал я. — И лучше расскажите — да побыстрее! — по какой причине миссис Гроу сюда привезли. Раньше я не наблюдал за ней никаких подозрительных срывов. Она вообще самая спокойная и рассудительная женщина из всех, кого я встречал в последнее время!

— Простите, но я не могу открыть… — заикнулся было главврач.

— Немедленно! — я треснул кулаком по его столу. — Иначе я сделаю так, что вы внезапно станете не способны занимать столь значительную должность ни формально, ни физически!

— Ну зачем же такие грубости! — возмутился мистер Бронвар. Он подумал, пострадал лицом, но всё-таки вздохнул: — Хорошо! Только из глубочайшего к вам уважения.

— Извольте!

— Сначала к нам поступил сигнал из Попечительского совета Минлойта о том, что миссис Гроу одержима параноидальными идеями о том, что кто-то постоянно хочет её убить. Оказалось, что она недавно ездила туда на встречу и там начала убеждать всех, что однажды его светлость герцог Вирнаж хотел смерти ей и её дочери, почему им и пришлось сбежать. Его слова и истерические состояния миссис Гроу подтвердил её брат — граф Сигрен Тайкер. Он приезжал и сюда тоже, написал заявление о том, что его сестра пребывает в одержимом состоянии и не способна адекватно оценивать свои действия. Сначала она сбежала из дома, отсутствовала много лет неизвестно где, прятала дочь, которая едва не погибла от проснувшейся в ней магии. Затем…

— Я понял, — прервал я рассказ главного врача. — И каковы теперь ваши действия?

— Мы проведём всестороннее обследование! — принялся заверять нас мистер Бронвар. — Если её параноидальные состояния не подтвердятся, мы сразу же её отпустим! Зачем нам её здесь держать?

— По личной просьбе одного герцога, разве нет? — усмехнулся я.

Рука Элисанны в моей стала холодной и задрожала.

— Мы честное учреждение и не ставим себе целью несправедливо кого-то здесь удерживать! — оскорбился главный врач. — Но обследование требует времени!

— Дайте мне расписку, что вы не будете в это время пичкать её вредоносными препаратами! — потребовала Элисанна так смело и уверенно, что даже я поразился.

— Всё будет зависеть от её поведения, мисс! — мистер Бронвар с важным видом поправил очки.

— Пишите немедленно! — вмешался я.

Доктор, конечно, счёл нужным настаивать, но держался он недолго. Расписка вскоре была написана и с неохотой передана нам. Впрочем, осознав, что прямо сейчас мы не сможем ни увидеться с миссис Гроу, ни — тем более — забрать её отсюда, мы с Элисанной покинули “Реллиб Волл”.

— Они уморят её там! — девушка закрыла лицо руками, разместившись в экипаже.

— Я не позволю. Завтра же отправлю туда пару хороших знакомых по медицинской линии. В качестве сторонних экспертов. Добьюсь их допуска к обследованию. А сегодня мы просто поедем домой и отдохнём, верно?

— Я не поеду в эту пустую квартиру! Уж лучше вернуться в общежитие! — всхлипнула Элисанна.

— Хочешь, переночуешь у меня в доме? Обещаю, ты просто запрёшься в комнате, и я даже не подойду к двери, чтобы ничем тебя не скомпрометировать.

— Пф-ф, — внезапно фыркнула она, покосившись на меня. — Кому надо, всё равно об этом узнают и придумают то, что им выгодно. Все наши ухищрения бесполезны.

— Тоже верно. Ну так что? — Я мягко провёл ладонью по её щеке. — Ужин, наверное, ещё не остыл.

— Это аргумент, — мисс Гроу задумалась. — Хорошо. Только подъедем с заднего двора.

— Обязательно.

Когда мы вернулись в Минлойт и самыми тайными из доступных тропами вошли в мой дом, я сразу убрал расписку от мистера Бронвара в надёжное место — чтобы она даже случайно не смогла никуда деться. Нужно только продержаться до завтра — и мисс Гроу будет под присмотром проверенных людей.

За ужином Элисанна ела неохотно, а слуги таращились на неё с явным любопытством, горничные и кухарки тихонько улыбались: похоже, они тоже спешно меня женили. Я был не против — пусть. Только нужно провести с ними беседу — чтобы не выносили новости за пределы дома.

Для мисс Гроу подготовили уютную гостевую комнату, и она скрылась там, быстро чмокнув меня в щёку. Я только было дёрнулся её обнять, но дверь захлопнулась перед моим носом. Неприятный разворот — она не дала мне шанса проявить хитрость!

Зато теперь появилось время подумать надо всем случившимся. Герцог Вирнаж принялся за совсем уж грязную игру — откровенной ложью он пытается устранить женщину, которая очевидно может помешать ему установить полный контроль над судьбой Элисанны. Дело не только в этом, но и в его репутации, которая трещит по швам все последние недели.

Выжидать больше нельзя.

Я даже не стал переодеваться ко сну. Как был — в строгом костюме с приколотой к лацкану брошью-эмблемой Академии — так и поехал в королевскую резиденцию. Если его величество не примет меня сегодня, боюсь, я прибегну к радикальным мерам, чтобы с ним встретиться. Пора положить этой несправедливости и бесчинствам Вирнажа конец.

Конечно, в столь поздний час в резиденции меня никто не ждал, а стража была уже уставшей и раздражённой. В облике Шторма я приземлился на одну из террас, чем привёл мужчин в крайнее возбуждение. Ко мне стеклись дозорные со всей округи, даже с бажен, кажется, спустились.

— Ваша светлость, — вздохнул начальник караула, — ну, не положено. Вы на часы вообще смотрели? Его величество недавно вернулся из продолжительной поездки и изволил отдыхать.

— Пока он отдыхает, — стараясь сохранять голос спокойным, заметил я, — его подданные творят всё что им заблагорассудится. И явно делают это не на пользу государству. Не знаю, в курсе ли его величество, но я очень хотел бы как можно скорее ввести его в этот самый курс.

— А до утра это не может подождать? — сдвинул брови стражник. — Приходите, как все нормальные люди.

— Я пытался попасть к королю, как все нормальные люди, — всё-таки начал я злиться. — Писал запросы, просьбы об аудиенции, и не получил ни одного ответа или приглашения. Так что лучше пропустите меня сейчас. Без встречи с королём я отсюда не уйду. Хватит!

— Мистер Аймор, лучше вам успокоиться и…

Я просто шагнул вперёд и раздвинул всех вставших на пути стражников руками. Шторм был в бешенстве, и лучше пусть всё будет так, чем я выпущу его наружу. Он тоже чувствовал неладное, ему тоже не нравилось всё, что творилось вокруг нас в последние месяцы, и он готов был действовать гораздо радикальнее меня.

— А ну, стойте, иначе мы вынуждены будем вас задержать! — рявкнул начальник караула. Тем не менее задерживать меня никто не поторопился. Стражники просто пошли следом, потрясая оружием и сыпя мне вслед угрозами.

Правда я ещё не успел дойти до двери, как у меня на плечах всё-таки повисло сразу несколько самых отважных и крепких мужчин, пытаясь остановить. Облик у меня ещё был человеческим, а вот сила — уже драконьей. Я раскидал их легко, не причиняя никакого вреда, кроме ущерба их самолюбию. Схватился за ручку — и на меня обрушилась вторая волна.

— Не положено! — прорычал мне в ухо начальник караула. — Не вынуждайте…

— А что если меня уже вынудили? — парировал я, отшвыривая от себя стражников одного за другим. — Час не такой уж поздний. Его величество наверняка не спит! Ужин только закончился!

Дозорные отлетали от меня едва не падая с ног. К ним на помощь спешили другие, без страха оставляя свои посты. Тоже глупость — а вдруг это уловка, чтобы захватить резиденцию?

Размышляя о самых разных вариантах событий, которые могли бы сейчас развернуться, я решил, что вот так вот бороться с толпой стражников — слишком утомительно — и просто обернулся драконом. Всех разметало в стороны силовой волной. И стало тихо.

Где-то наверху скрипнула поворотная опора сторожевого арбалета, но если они рассчитывали, что смогут хотя бы ранить меня, то ошибались. Шторму в полной силе эти болты как дробина. Но его мощь я пока не выпускал, сдаётся мне, достаточно будет и малой части.

— Что тут происходит? — внезапно раздалось у меня за спиной, вернее, где-то в районе хвоста.

Дозорные быстро поднялись с земли и почтительно вытянулись.

— Ваше величество! Будьте осторожны, его светлость герцог Аймор ведёт себя сегодня как-то подозрительно.

Я тоже повернул к нему массивную голову и тихо фыркнул. Шторм слегка расслабился: мы добились чего хотели.

— Да нет, его светлость ведёт себя как раз так, как нужно, — вздохнул король. — Пропустите его.

Теперь я вернулся в человеческий облик. Стражники провожали меня до самой двери — следом за его величеством, который размеренно шествовал впереди и даже не оборачивался, будто вовсе не ждал никакого подвоха. Как мне показалось, настроен он был вполне благожелательно. Впрочем, короля Иклиса я знал слишком плохо, чтобы точно предвосхищать его действия: светские приёмы посещал редко, в придворных скандалах не участвовал, в управление государством не лез. Возможно, зря.

Всю дорогу до кабинета короля нас сопровождало слишком много для такого случая телохранителей его величества. Но как только мы добрались, он велел всем остаться снаружи и вполне себе доверительно пропустил меня внутрь, после чего плотно закрыл за нами дверь. Сам.

— Ну и наделали же вы шума, мистер Аймор, — вздохнул правитель.

Выглядел он вполне бодро для человека, недавно вернувшегося домой. Был он высоким, подтянутым и крепким, как и все дрэйги. Впрочем, возраст уже был заметен: волосы понемногу серебрила седина. Король Иклис взошёл на престол, когда мой отец ещё был юн, его наследники уже выросли и в полной мере были вовлечены во многие монархические вопросы.

— А что мне оставалось? Вы отказывались со мной встречаться, хоть у меня для вас накопилось немало новостей и размышлений по поводу всего, что творится в последнее время в Академии Высшей Магии и около неё.

— Полагаю, вы имеете в виду, около одной студентки. Весьма примечательной.

— В частности, — я кивнул.

Иклис сел в высокое кресло и пригласил меня садиться тоже.

— Вопреки вашему мнению, я в курсе всего, что происходит.

А вот тут настал мой черёд удивляться. Если он обо всём знает, почему ничего не делает?

— И насчёт того, что единственного достойного внимания канниара хотят отдать замуж в Ланселойф, вам тоже известно? И о том, что герцог Вирнаж из кожи вон лезет ради этого?

— Естественно, — король вполне расслабленно сложил руки на животе. — Более того, я уверен, что нам нельзя ему мешать. В Ланселойфе творится что-то странное, и пока не стало поздно, нам нужно выяснить, что именно. Представьте, но за всё то время, что прошло со дня пробуждения Исполина, я так и не встретился с королём Дилиусом.

— Как же так? Разве он не заинтересован в разрешении этого вопроса и личном его обсуждении?

— Получается, нет, — пожал плечами Иклис. — Или меня хотят в этом убедить. Каждый раз я натыкался на отговорки советников или принцев, и всё это выглядит очень скверно.

— Тогда зачем вы позволяете всё это? Если они получат Элисанну Гроу, преимущество в возможном конфликте окажется на их стороне. Вы даже не представляете, каковы её силы.

— Я собираюсь взглянуть на неё поближе во время Осенних игр, — снисходительно улыбнулся его величество. — Но я уже наслышан, поверьте. Ректор Строунд лично от меня получил приказ во всём потакать герцогу Вирнажу. И вам я советую изобразить полнейшее бессилие. Чем больше безнаказанности герцог будет чувствовать, тем ярче проявит свои намерения.

— В своё время в этом был замешан и Нил Трейт, бывший декан Драконьего факультета. Мне удалось кое-что разузнать. Незадолго до пробуждения Исполнила он встречался с неким неизвестным, а недавно я обнаружил в доме, где тот проживал, следы той самой магии, из которой состояла поставленная на меня ловушка.

— Думаете…

— Думаю, это была проба сил.

На этот раз король слегка озадачился. Похоже, случай с нападением на меня он посчитал недостаточно важным, чтобы вплотную им заняться. А теперь тот добавился в общую картину, как кусочек мозаики.

— Мои люди попытаются это проверить. Не волнуйтесь, — немного поразмыслив, проговорил он. — А пока ведите себя как обычно. Пусть всё идёт своим чередом. Сейчас мне просто необходимо, чтобы мисс Гроу сблизилась с принцем Хенриком и попала на территорию Ланселойфа, как желанный гость или даже доверенное лицо. Так она сможет узнать больше там, куда не допускают даже меня.

— Это слишком рискованно, нужно заставить тех, кто в тени, выйти на свет раньше, чем она попадёт в Ланселойф.

— Боюсь, осторожничая, мы привлечём к себе слишком много внимания. И вызовем подозрения. Я не зря избегал встреч с вами. Хотел создать впечатление, что мне всё равно. Но недооценил ваше рвение. Так что давайте умолчим о сегодняшнем происшествии? Со стражниками будет проведена соответствующая беседа. Готовьтесь к Осенним играм и поговорите с Мисс Гроу, чтобы она не нервничала.

— Как быть с её матерью? Герцог Вирнаж добился того, чтобы её упекли в психиатрическую клинику!

— За ней присмотрят. Назначьте людей, я одобрю и обеспечу прикрытие. Но ей придётся побыть там какое-то время. Пусть Вирнаж думает, что ему всё сходит с рук.

— Вы рискуете довести всё до той точки, от которой всё пойдёт не по плану, — счёл нужным предупредить я.

— Зато мы сможем добраться до самых глубинных замыслов Ланселойфа и его короля. А теперь отправляйтесь домой, мистер Аймор. И присмотрите за мисс Гроу. Нам всем нужно её беречь.

Элисанна

С самого утра, когда я проснулась, чтобы ехать на занятия, Анастериан огорошил меня новостью о том, что вчера каким-то невероятным образом сумел встретиться с королём. Я обрадовалась было, что неприятность, произошедшая с моей матерью, покажется его величеству несправедливой и вопиющей, но тут крылось самое большое для меня разочарование.

Король не собирался ничего с этим делать, и более того, уточнил, что всё идёт так, как ему нужно.

— Что значит “придётся побыть там”? — на всякий случай переспросила я мистера Аймора, когда он обо всём мне рассказал. 

— Так нужно для того, чтобы герцог Вирнаж пребывал в полной уверенности, что ему всё удаётся. Его величество считает, что за его действиями кроется что-то большее, чем просто глупость и недальновидность, — спокойно пояснил дрэйг. — Впрочем, как и мы.

Но это меня ничуть не успокоило. Наоборот! Привело в такое возмущение, что хоть самой к королю лети и разбирайся, чего это он распоряжается жизнью моей матери, как какой-то личной игрушкой. 

Но почти сразу меня догнала мысль, что взять с королей нечего — они наверняка считают, будто могут делать что угодно с судьбами подданных. 

— Получается, мне придётся всё это молча сносить? — я грохнула вилкой о тарелку.

Мы сидели за завтраком, и звон посуды слишком тревожно разнёсся по тихой столовой. Слуги заволновались. Кто-то даже осторожно заглянул внутрь, но быстро скрылся.

— Мы с тобой обсуждали то же самое. Сейчас мы должны делать вид, что всё идёт, как идёт, а мы никак на это повлиять не можем. Да, мне всё это тоже не нравится, но если даже король не хочет нас поддержать, значит, мы должны спокойно воспринять ситуацию и продолжать действовать скрытно в сложившихся обстоятельствах. Иначе в нас будет прилетать один удар за другим.

Он говорил так хладнокровно, будто всё это было само собой разумеющимся.

— Зря вы позвали сюда мою маму. Это принесло ей только беды, но ничего не изменило для меня.

Я встала из-за стола: настроение было безнадёжно испорчено. В Академию мы с мистером Аймором добирались, конечно, по отдельности. Он — чуть раньше, я к самой тренировке по стрельбе, которая до начала Осенних игр теперь была  обязательной.

Мистер Фарнак строго на меня глянул, когда я появилась на стрельбище.

— Почти опоздали, мисс Гроу, — сурово отчитал меня он.

— Но не опоздала же, — огрызнулась я и взялась за арбалет.

Тренировка прошла зло: я дырявила мишень, как могла, просто всаживая в неё один болт за другим, представляя не её месте лицо герцога Вирнажа. Даже если предположить, что он действительно мой отец — хотя мать и продолжала молчать об этом — уж лучше совсем без него, чем знать, что он последний мерзавец, а моя сестра такая стерва, что с ней совершенно не хочется иметь дело.

— На вашем месте я бы старался брать не количеством, а качеством, адептка Гроу, — заметил мистер Фарнак, оценив мои часовые старания. — Меньше выстрелов, но точнее. Количество выданных вам болтов будет ограниченным и оцениваться будет меткость. Если вы забыли об этом, конечно.

— Я не забыла, — лишь ответила я и закончила тренировку без большого прилива сил.

Хотя, надо признать, немного мне всё-таки полегчало. Воображаемого герцога я продырявила знатно, так, что на нём и места живого не осталось.

Возле учебного корпуса перед началом пары, как и всегда, толклось много народа. Моих друзей здесь не было: всё-таки курс у них другой, занятия вообще проходят во вторую смену, приятелей среди одногруппников я завести пока не успела, поэтому на лекциях приходилось скучать в одиночестве.

— О, кто пришёл! — внезапно раздалось издалека. От звука этого голоса меня так и передёрнуло. — Элис! А я думала, тебя сегодня не будет на занятиях.

Я повернула голову в сторону Астеры, которая, кажется, уже пришла в себя после недавнего позорного происшествия и теперь вела себя ещё более нагло, чем обычно. Похоже, извещение об уплате штрафа её отцу пока не дошло. Хоть что-то вообще способно её пронять?

— С чего это вдруг? — вяло уточнила я.

— Так ты разве не должна караулить свою чокнутую мамашу? Слышала, она рехнулась, и её вчера увезли в клинику, — мерзавка переглянулась со своими подружками, а те солидарно заулыбались.

Взгляды остальных однокурсников ожидаемо обратились в мою сторону. Стало слишком тихо: все ждали продолжения диалога, который даже при удачном стечении обстоятельств не мог обернуться в мою пользу. У Астеры слишком много поддержки, а мне уготована роль белой вороны.

Поэтому я даже не стала ничего объяснять, чтобы хоть как-то оправдаться перед всеми, кто сейчас пристально изучал меня, словно под микроскопом. 

“Давай зададим ей, — предложила Неала. — Достала, честное слово!”

И сегодня у меня не было абсолютно никакого настроя противиться её хулиганским порывам. Я просто обернулась драконицей — так быстро, что студенты не сразу это осознали — поднялась над их головами, снизилась и ловко подцепила Астеру одной лапой.

— Ты что творишь?! — заверещала она, пытаясь вырваться, хоть я этого ей не советовала бы.

Никто даже не попытался её вызволить: приближаться к огромной драконице было попросту опасно. Плавно работая крыльями, мы поднимались всё выше и выше. Астера хрипела, брыкалась, приходилось сжимать её чуть крепче, чтобы она в истерике не рухнула вниз. 

Вот показались внизу самые высокие шпили Академии, стало ощутимо прохладнее. Астера охрипла смолкла, до слуха теперь доносились лишь её тихие всхлипы. Я понесла её дальше, за пределы кампуса, чтобы сделать круг и вернуть на место. Может, ещё немного припугнуть резким снижением. В подобной переноске “пассажиров” я раньше не практиковалась, но Неала точно знала своё дело и сама контролировала процесс. Астере следовало бы успокоиться — вряд ли когда-то она находилась в большей безопасности, чем сейчас.

Мы поднялись так высоко, насколько это вообще было возможно без причинения вреда девице. Затем драконица резко спикировала вниз, и у Астеры проснулся второй голос — она вновь заорала. Но падения, конечно, не случилось. Мы таскали её в “кулаке” минут десять, потом я сообразила, что лекция вот-вот начнётся и пора бы возвращаться. 

А когда навстречу мне с территории кампуса вылетел огромный грозовой дракон, настало осознание, что сейчас вообще всем нам будет плохо. 

Приземлились мы в полнейшем молчании. Я всем телом чувствовала исходящее от Шторма напряжение.

Неала весьма аккуратно опустила Астеру на землю, но та всё равно заохала и застонала, изображая из себя тяжело раненую. Я обернулась человеком, сделала пару шагов к ней и, схватив за галстук, подтащила вверх. Вокруг плотнее начали собираться адепты.

— Ещё раз ты хоть слово скажешь плохо о моей матери, то спускаться будешь своим ходом, ясно? Следи лучше за своим отцом, — проговорила я, цедя каждое слово сквозь зубы.

Кто-то попытался меня оттащить, но я вырвалась — и желающих больше не нашлось.

— Абитуриентка Гроу! — окликнул меня господин декан, с которым ещё сегодня утром я мило завтракала в его доме.

Сейчас об этом со стороны вообще никто не догадался бы.

— Она меня оскорбила, — на всякий случай уточнила я.

— Быстро к ректору! — интимно прошипел мне на ухо Анастериан и, загородив меня от внимания студентов своим мощным телом, ощутимо приложил ладонью по заду.