Глава 15

День открытия Осенних Дружественных Игр был обставлен очень пышно и торжественно. Над украшением главной площадки трудились лучшие мастера Минлойта! Настроение праздника затронуло не только непосредственное место проведения соревнований, но и весь город.

Гостиницы ломились от приезжих гостей, улицы были забиты экипажами. Казалось бы, это просто состязания студентов, а какой ажиотаж!

В этом году Игры принимал Гирэльдор, а в предыдущем все соревнования проходили на территории Ланселойфа. Так они и чередовались. Два королевства, некогда составлявших одно, а затем разделившихся, старались помнить общее прошлое, но теперь напряжение между ними было особенно заметно.

Как бы король Иклис ни пытался сохранить спокойствие и поддержать его в остальных, слухи всё равно постепенно расползались повсюду: что-то назревает. Странные визиты принца Хенрика, странные происшествия на границе и приграничных землях. А недавно стало известно, что его величество правитель Ланселойфа присутствовать на открытии не сможет! Почти скандал!

Всё это будоражило умы людей и заставляло их тревожиться о том, что будет дальше.

Наверное, ещё и поэтому билеты на самые зрелищные состязания Осенних игр были раскуплены почти сразу после того, как поступили в продажу.

Меня заявили не только на состязания по стрельбе из арбалета, но и на смешанную эстафету между наездниками и дрэйгами. Задача на мне лежала ответственная: я стояла на последнем этапе маршрута и должна была пересечь финишную черту. 

Эгину включили в команду по игре в драгбол — что-то вроде драконьего поло. Дориван и Виллем находились среди болельщиков.

С самого начала церемонии я чувствовала пристальное наблюдение не только Анастериана, с которым в последнее время мы сблизились настолько, что наши отношения уже почти невозможно было скрывать, но и ректора Строунда. У него ко мне накопилось немало претензий, но он старался все их держать при себе, хоть и высказал мне однажды.

В тот самый день, когда я прокатила Астеру Вирнаж по воздуху с крутыми виражами и пике, он долго втолковывал мне, что такое поведение для образцовой студентки Академии, к которой приковано так много внимания, просто недопустимо. Что ему следовало бы меня отчислить, и только мои исключительные способности и их важность для всех в целом удерживают его от этого шага.

Анастериан тогда слушал ректора спокойно, как будто был уверен, что всё это — только пустое сотрясание воздуха и необходимость напомнить о своём авторитете.

Справедливости ради нужно сказать, что Астере тоже досталось: и от ректора, и от — как ни странно! — герцога Вирнажа. Это я поняла по тому, что в тот же день она куда-то пропала: как мне сказали позже, поехала домой. Затем вернулась и до самых Осенних игр вела себя так тихо, что я почти поверила, что она наконец одумалась.

Но каждый день всё равно ждала от неё новых пакостей — привыкла.

Учёба проходила легко, и всё вообще было бы замечательно, если бы не постоянные мысли о том, как там мама — в вынужденном заточении в этой ужасной клинике. Вскоре мы с ней увиделись, и она попыталась убедить меня, что с ней всё на самом деле хорошо, никто её ничем не опаивает и не дурманит. Что за ней присматривают доверенные люди мистера Аймора, которые постоянно передают ей новости о том, как у меня дела. И что она вообще всё понимает: так нужно, и она готова потерпеть.

А мне всё равно было плохо от мысли о том, что она находится там.

Вот и сегодня, несмотря на царящее кругом оживление и настроение праздника, я чувствовала, что всё только начинается, самые серьёзные испытания впереди, и речь вовсе не о соревнованиях.

Гости собирались на большом стадионе, где вскоре должно было состояться открытие Игр. Все команды пройдут по нему под торжественную музыку и фейерверки. На трибунах было множество знакомых мне людей: друзей и просто хороших приятелей — но не было одного важного человека — и это меня подавляло.

Скорей бы это всё закончилось!

— Элис! — окликнул меня Анастериан, заглянув в комнату, где команды ждали своего выхода на стадион.

Сил в подготовку драконоспортсменов он вложил немало, и поэтому с некоторых пор его обожали все вокруг. Особенно, как можно догадаться, девушки. Вот и сейчас они подобрались, восторженно наперебой начали сыпать приветствиями, таращась на него во все глаза. Кто-то даже собрался подойти, но я успела вытолкать его подальше от их внимания раньше.

— Идём со мной, — добавил Анастериан, когда мы остались вдвоём. —  Только обо всём, что сейчас будет, никому ни слова, ясно?

Я оказалась настолько заинтригована, что даже временно позабыла о своих ежедневных переживаниях.

— Что вы там ещё задумали? Надеюсь, сбежать отсюда и больше никогда не возвращаться?

Мистер Аймор глянул на меня через плечо, продолжая тащить за собой. По его губам скользнула улыбка.

— Согласен, это было бы неплохо, но слишком опрометчиво. Мы с тобой слишком заметные личности, чтобы скрыться без следа и последствий для окружающих. 

Тут я вынуждена была с ним согласиться: в покое нас не оставят, даже если мы сбежим на край света.

Воровато оглядевшись по сторонам, Анастериан толкнул одну из дверей, что располагались вдоль изогнутого коридора, и пропустил меня внутрь первой.

— Мама! — сразу взвизгнула я, но зажала себе рот ладонями. — Как ты тут оказалась?

— Благодаря мистеру Аймору, конечно, — она шагнула мне навстречу и через миг заключила в объятия. — Он очень переживал из-за того, что в последнее время ты находишься в таком подавленном состоянии, что почти ничего не можешь делать. А это плохо. Зачем? Я же много раз говорила, что со мной всё в порядке!

— С каких пор ты вообще стала такой ответственной подданной короля? — нахмурилась я, глядя её волосы. — Да так, что готова безропотно ему служить и следовать указаниям?

— Я делаю это только ради тебя. И чтобы вывести на чистую воду мерзавца Вирнажа. Как же он меня утомил! Жаль, что в молодости я не замечала всего того, что увидела потом.

— Ты будешь наблюдать за Играми?

— Буду, но инкогнито. Более того, каждый день мне нужно возвращаться в клинику к определённому часу.

— Для миссис Гроу готово отдельное место на трибуне, — вставил Анастериан. — Но  она, конечно, будет скрываться. Так что постарайся не выдать её присутствие здесь, ведь даже король об этом не знает. Хотя главный врач клиники думает иначе.

— Да, — подтвердила мать. — В другом случае он меня не выпустил бы. Надеюсь, теперь ты будешь спокойна и оставишь наконец упаднические настроения?

— Было бы гораздо лучше, если бы тебя отпустили совсем. Но… пока что я согласна и на это.

Мы с мамой снова обнялись — и в этот самый миг прозвучал сигнал начала церемонии открытия Осенних игр.

— Мне пора! — я чмокнула маму в щёку.

— Я буду за тебя болеть, так что покажи им там. Особенно этому принцу Хенрику!

Вот это я понимаю! А то в какой-то момент мне начало казаться, что мама отнеслась к его высочеству слишком благосклонно. Но на самом деле это была всего лишь необходимая светская вежливость. Шагая по коридору к выходу на стадион, я едва удерживалась от того, чтобы не подпрыгивать: теперь энергия буквально переполняла меня. А сегодня как раз состоится первый этап Игр, в котором мне придётся поучаствовать: стрельба. Эстафету, как наиболее эффектное зрелище оставили на последний день состязаний.

— Такой ты мне нравишься гораздо больше, — искоса наблюдая за мной, отметил Анастериан.

У ворот, которые ещё не открылись, уже собирались команды Гирэльдора, но до них нам ещё оставалась пара десятков шагов. Студенты галдели в предвкушении и не смотрели по сторонам. Поэтому, пользуясь случаем, я схватила мистера Аймора за лацканы его форменного сюртука и толкнула в тёмную нишу между колоннами.

— Спасибо! — прошептала ему прямо в губы, после чего поцеловала. Наверное, первый раз сама, без тычков Неалы или провокаций с его стороны.

И наверное первый раз мне так сильно захотелось чего-то большего, чем просто поцелуй украдкой, что я еле заставила себя от него оторваться.

— Что это с тобой? — улыбнулся Анастериан, взяв меня за плечи и слегка отстранившись. Сейчас в нём благоразумия было гораздо больше, чем во мне, хотя обычно — наоборот.

— Я просто не знаю ещё, как выразить то, что я сейчас чувствую. Иногда мне кажется, вы всемогущий.

— Не стоит заблуждаться, — господин декан придержал меня за подбородок и немного склонился к лицу. — Но я делаю что могу, это правда.

Теперь он поцеловал меня, но этот миг был настолько кратким, что я даже не успела его прочувствовать: пора было присоединиться к команде. Они уже явно меня потеряли: вертели головами и что-то бурно обсуждали, а заметив нас с мистером Аймором, сразу успокоились.

— Ну, что? — спросил он у выстроившихся в шеренги студентов. — Вы готовы встретиться с соперниками?

— Давно уже! — отозвался кто-то из парней.

— У них нет шансов, — добавил другой.

Вообще на мой вкус, “дружественными” Игры назывались довольно лицемерно. Никакой солидарности с Ланселойфом ни в ком из адептов, составляющих команду Гирэльдора, я не чувствовала. Они все были настроены максимально кровожадно и решительно. Эгина и вовсе уже несколько минут почти неподвижно таращилась в тонкую полоску света между створками ворот, которые вот-вот должны были открыться. На ней сегодня лежала ответственная задача: нести знамя Академии Высшей Магии — сейчас она любовно прижимала древко со свёрнутым полотнищем к себе.

— Всё в порядке? — окликнула я её.

Девушка вздрогнула.

— Да! Просто немного волнуюсь. В прошлом году меня не взяли на Игры. А в этом случилась заминка с потерей силы студентами… В общем, я надеюсь мы справимся, ведь пропустили столько тренировок!

— Конечно, справимся! — я обняла её за плечи, и мы немного постояли так молча.

Наконец, выход команд Ланселойфа завершился, они выстроились на поле огромного амфитеатра, и ворота перед нами медленно открылись.

— Поприветствуем команды Академии Высшей Магии Гирэльдора! — провозгласил распорядитель.

Анастериан вышел на свет первым. За ним — Эгина, а дальше все остальные — строгими рядами, все облачённые в специально сшитую к Играм форму. Сначала всё внимание зрителей явно сосредоточилось на эффектном декане Драконьего факультета. На первых рядах трибун, мимо которых мы как раз проходили, женщины взбудораженно обсуждали его и вздыхали: до моего слуха, несмотря на всеобщий гвалт, доносились обрывки отдельных фраз.

“Как же они любят разевать рот на чужой пирог, — высказалась сосредоточенно молчавшая до этого Неала. — Никак не поймут, что таких драконов им не видать и близко до конца своих дней”.

Её безапелляционное мнение немного меня успокаивало, но уколы ревности то и дело вонзались в позвоночник, заставляя меня гневно зыркать по сторонам. Распорядитель вкратце рассказал о составе нашей сборной, мы как раз сделали круг по периметру поля и выстроились напротив ланселойфцев. И я даже не удивилась, когда увидела, что знамя их Академии нёс принц Хенрик.

Поймав мой взгляд, он улыбнулся во все тридцать два зуба, а меня едва не скукожило от нежелания принимать мысль о том, что мне придётся изображать какую-то радость от его присутствия тут.

И хорошо, что нести наше знамя поручили не мне: на этом настоял Анастериан, чтобы не привлекать слишком уж много внимания. За последнее время мне и так перемыли все кости до блеска. К тому же, окажись я с древком в руках в тот момент, когда оба флага нужно было поставить в раздвоенный держатель, точно треснула бы его высочеству по темени.

После того, как все условности церемонии были соблюдены, а Эгина и Хенрик вернулись на свои места, вновь заговорил распорядитель:

— Осенние Дружественные Игры объявляются открытыми! Первым этапом пройдут состязания в стрельбе из арбалета!

Трибуны разразились аплодисментами, а обе сборные команды повернулись и разошлись каждая в свою сторону. Что ж, насколько я знаю, его высочество принц Хенрик заявлен на стрельбу. Теперь главное ненароком его не покалечить.

Арбалеты для соревнований каждому были выбраны заранее — по весу, длине рук и даже росту. Я своё оружие оберегала, как огромную драгоценность, раздобыла для него чехол, тул для болтов, и пока ещё оставалось время до начала, принялась его осматривать. Эгина, поглядывая на меня, посмеивалась:

— Помню твоё Посвящение, — проговорила загадочно. — Если честно, думала, что ты не знаешь, с какой стороны вообще нужно за арбалет браться.

— В каждой девушке должна быть загадка, — ответила я, возведя глаза к потолку. — Надо сказать, сейчас я стреляю гораздо лучше, чем тогда. Но до тебя мне всё равно далеко.

— Пф, — фыркнула наездница, — смотри, перехвалишь меня. А вообще я слышала, принц Хенрик как раз очень хорош в этом деле, так что просто нам не будет.

Остальные из команды молча на нас косились и начищали свои арбалеты ещё усерднее. Его высочества они, похоже, побаивались: видимо, тоже были наслышаны о его умениях. Как хорошо было мне: я-то ни о чём не знала и думать вообще не хотела, какими талантами это самое высочество обладает. Идеально было бы после Игр вообще никогда его больше не встречать.

Правда, вслед за такими мыслями меня всегда догоняло осознание, что потерпеть его всё-таки придётся. И даже придётся делать вид, что я согласна на сводничество герцога Вирнажа — это печалило и раздражало больше всего. 

Наконец гул труб возвестил о начале состязаний по стрельбе. Вообще именно на этот этап было заявлено больше всего студентов, ведь каждый первый наездник считал себя самым метким стрелком на свете. Причём характерно это было для обеих сторон.

Поэтому спортсмены выходили на поле несколькими волнами. Я попала в первую: как раз вместе с Эгиной и принцем Хенриком.

И тут у меня в голове родился один весьма простенький, но вместе с тем надёжный план. Чтобы моя подруга точно победила, нужно его высочество слегка отвлечь. 

Впрочем, как оказалось, отвлечься Хенрик был весьма не прочь. Наши барьеры стояли по соседству — как будто нарочно! — и он с самого начала принялся, что называется, строить мне глазки. Признаться, тут, наоборот, я слегка опешила, а когда пришла в себя, стала активно ему отвечать — не пропадать же такому случаю зря. Если Анастериан это увидит и не так поймёт, объяснюсь с ним позже. 

В итоге, ни я, ни принц не отстрелялись так хорошо, как могли бы. Впрочем, как и ошалевшие от наблюдения за нами противники — как будто они больше таращились на нас, чем следили за тем, куда метят. Зато Эгина выдала сто из ста: ей посчастливилось стоять в стороне от нас, она не вертела головой, была полностью сосредоточена, поэтому выдала максимум —  и как следствие принесла нашей команде наибольшее количество очков в первом же заходе.

— Ну ты даёшь, — рассмеялась она, когда мы ушли со стрельбища. — Хенрик чуть с ума там не сошёл. Но, может, зря ты подставилась, потому что…

— Мисс Гроу! — не заставило себя ждать это самое “зря”.

Оно гневно прошествовало через всю комнату для отдыха, распугивая студентов по углам, и нависло надо мной грозовой тучей по имени Анастериан Аймор. Эгина прикусила губу и сжалась, но не бросила меня одну на растерзание господину декану.

— Что? — пискнула я.

— Что это сейчас было? — Анастериан упёр руки в бока и медленно выдохнул, стараясь успокоиться. — Я сейчас сидел на своём месте и готов был сгореть от стыда за то, какой цирк с конями ты устроила там.

Он махнул в сторону арены. Сейчас я даже затруднилась бы сказать, что злило его больше: моя плохая стрельба или её причина.

— Пока что цирк был без коней, — невозмутимо выдала я. — И вообще это была стратегическая уловка. Шансов “обстрелять” принца Хенрика у меня всё равно не было, зато я помешала ему и его команде выложиться в этом состязании, благодаря чему мы получили значительное преимущество даже при моей плохой стрельбе.

Пока я говорила, брови мистера Аймора изгибались всё больше, пока на его лбу не образовалось несколько поперечных морщин.

— Стратегия, значит… — проговорил он как-то слишком угрожающе.

— Д-да…

— Господин декан! — вступилась за меня Эгина. — Я считаю, это было очень хитро! Зная отношение его высочества к Элис, глупо было бы этим не воспользоваться. А на втором этапе мы доберём то, что не добрали на первом. Вот увидите! Ведь за стрельбу в движении дают больше очков.

— Как будешь отвлекать принца Хенрика на этот раз? — подозрительно прищурился Анастериан, посмотрев на меня в упор. — Сядешь на лошадь голышом?

— Мистер Аймор! — с укором воскликнула Эгина, озираясь: не услышал ли кто-то ещё.

А я даже не нашлась, что на это ответить. Вот тебе раз — помогла команде, называется.

— Постарайтесь на следующем этапе вести себя как подобает, — выслушав наше подавленное молчание, добавил господин декан и с достоинством удалился, оставив нас думать над своим поведением.

— Чего это он? — нахмурилась Эгина.

А у меня был ответ на этот вопрос, только озвучивать его я не собиралась, хотя подруга, конечно, давно догадывалась, что в наших с Анастерианом отношениях всё не так просто, как многие думают. Вернее, я бы сказала, что она это знает наверняка, но молчит из деликатности. Мол, захочу — сама расскажу, когда придёт время.

В общем, ко второму этапу стрелковых состязаний я подошла не в самом лучшем настроении, хоть и понимала причину недовольства мистера Аймора.

“А вот нечего злить Штормика и Анастериана заодно, — ворчала на меня драконица. — Я вообще была против твоих этих манёвров вокруг дохляка-принца. И так победили бы, я тебя уверяю. Так что и правда, давай-ка в этот раз без выкрутасов”.

— Мне только не хватало ещё, чтобы ты тоже выносила мне мозг, — огрызнулась я на неё.

“А я буду, потому что от моих слов ты точно отмахнуться не сможешь и сбежать тоже”.

Да уж, от Неалы в своей голове я точно укрыться никак не могла — приходилось слушать и внимать.

На втором этапе мы верхом на быстрых лошадях один за другим должны были проезжать мимо имитирующих передвижение предвестников мишеней и стрелять в них. Принцип был тот же: кто наберёт больше всего очков, тот и победил — и тут всем придётся попотеть. Теоретически у наездников было преимущество перед дрэйгами — больше практики. Но я лично знала многих из своей команды, кто потратил на тренировки столько времени, что соперникам точно спуску не даст.

Чудесным образом мы с принцем вновь оказались вместе в одном заезде: судя по всему, нас ставили рядом по его личной просьбе. Его крупный конь выглядел устрашающей зверюгой, почти драконом — только без крыльев. Мне же досталась умеренно крепкая юркая кобыла — и если бы это было соревнование в скорости, то мы с ней точно победили бы.

Прозвучал гонг — и мы рванули по кругу, по периметру которого уже вовсю дёргались и подпрыгивали мишени, которые приводил в действие какой-то сложный магический механизм.

Я постаралась сосредоточиться: тут уж мне точно нельзя ударить в грязь лицом, иначе Анастериан пристукнет меня, а Неала сожрёт изнутри.

К счастью, крепление седла на состязаниях было примерно таким, какое удерживало наездника на спине дракона. А значит, можно было спокойно отпустить поводья и взяться за арбалет, не опасаясь пробуравить песок на арене лицом. Я уверенно подняла оружие, сделала упор в плечо, сосредоточилась на мишени и выстрелила. Куда попал болт, отметить не успела: нужно было перезаряжать арбалет для следующего выстрела. Его высочество ехал мне навстречу — по своей полосе —  и стрелял в другую от меня сторону, иначе так и правда можно было запросто друг друга покалечить.

Ещё выстрел — и в миг тишины на трибунах до слуха донёсся чёткий глухой удар в дерево мишени. Снова перезаряд — уже почти не глядя — прицел, спуск курка. И ещё! И ещё! Воспоминания о том, как мы охотились на предвестников в окрестностях Островного рифта, нахлынули на меня внезапно: я даже почувствовала соль морского воздуха и прикосновение плотного тумана к коже. Плавные взмахи крыльев Птенчика, удары воздушных потоков. Замирание сердца в ожидании того, с какой же стороны на этот раз появится противник. И как трудно было дышать, когда я падала, как было страшно и не верилось, что вот так всё и закончится.

“Приди в себя!” — рявкнула на меня драконица.

Я моргнула и снова выстрелила. Зубы стучали, по вискам почему-то катился пот. Меня неожиданно накрыло паникой, и в раненой когда-то ноге впервые заныл хорошо заживший рубец от когтей предвестника. Я хватилась за бедро, но вовремя опомнилась и успела отправить очередной болт в мишень, пока не проехала мимо.

Постепенно сердце всё-таки успокоилось, меня перестало колотить от внезапного озноба. Что это был за странный прилив, я так и не поняла. А главное — почему вдруг? 

Один заход, второй и третий — наконец наш с принцем Хенриком этап завершился, и мы вместе выехали к загонам для лошадей — воротца распахнулись. Контролёры, вооружённые самопишущими перьями и таблицами на плотных картонных листах, побежали к нашим мишеням — подсчитывать очки попаданий.

— Вы выглядели слегка нервной, — прокомментировал принц моё состояние, когда мы с ним поравнялись.

— У вас ещё было время глазеть на меня? — фыркнула я, резкими рывками отстёгивая крепления седла от своих ног.

— Я всегда найду на это время без потери результата, — Хенрик самодовольно ухмыльнулся. — Знаете, мисс Гроу, что я понял, пока находился дома?

Я наконец сняла последний ремешок и спешилась, после чего отдала поводья конюху, чтобы тот отвёл кобылу отдыхать. Вести пустые беседы с его высочеством — последнее, чего мне сейчас хотелось бы.

— Дайте угадаю! — произнесла с напускным восторгом. — Вы поняли, что соскучились по мне?

“Прямо между глаз зарядила!” — довольно похвалила меня Неала.

— Я не скучал, — внезапно возразил принц и сделал паузу, которая, видимо, должна была меня заинтриговать. — Я тосковал! Каждый день.

— Какой кошмар! — ахнула я. — Надо себя беречь!

Повернулась и пошла к лестнице, которая вела на небольшой балкон, предназначенный для того, чтобы спортсмены могли дождаться там оглашения результатов этапа. Но Хенрик внезапно поймал меня за локоть ещё на середине пролёта и дёрнул назад так, что я едва не слетела со ступеньки.

— Что-то я вас не пойму, мисс Гроу. То вы кокетничаете со мной, то воротите свой хорошенький носик, — прозвучали его слова рядом с ухом.

— Мы, девушки, такие непостоянные! — закатила я глаза, стараясь высвободиться из его хватки. Но, признаться, в этот момент мне стало не по себе.

На счастье, меня догнал мистер Фарнак, тренер по стрельбе Гирэльдорской команды. За итоги всего состязания он очень переживал, постоянно крутился рядом и то и дело пытался дать кому-нибудь наставления. А сейчас, видимо, хотел побыть рядом со мной на оглашении полученных в заезде очков.

— Мисс Гроу! — окликнул он меня, и принц вынужден был отпустить мою руку. — Хочу сказать, вы отстрелялись весьма недурно.

Он как ни в чём не бывало пошёл рядом, а я ускорила шаг, чтобы побыстрее отвязаться от его высочества. Под защитой тренера мне было куда спокойнее. Вместе мы вышли на балкон и остановились, опершись на парапет.

— Думаете, каковы мои шансы против принца Хенрика? — шёпотом спросила я у мистера Фарнака.

— Думаю, вполне очевидные. Его высочество, правду сказать, что-то не в форме в этом сезоне. Как будто ему муравьёв за шиворот насыпали.

Я хихикнула, покосившись на Хенрика, который стоял в стороне и разговаривал со своим наставником. Если ещё недавно он выглядел довольным жизнью, то теперь с него словно смахнули волшебную пыльцу.

— Итак! — заговорил распорядитель, и все насторожились. — Результат первого заезда. Мисс Элисанна Гроу — двести пятьдесят шесть баллов! Его высочество принц Хенрик Левант — двести сорок восемь!

— Да быть того не может! — не выдержал принц и гневно на меня уставился. — Мисс Гроу не могла отстреляться лучше меня!

Тренер что-то встревоженно ему зашептал. Взгляд Хенрика изменился, стал мрачнее, затем обречённее. И через пару секунд его высочество просто махнул рукой и ушёл с балкона.

— Говорю же, не в форме, — пожал плечами мистер Фарнак. — А вы молодец! Когда вы успели так натренироваться? Извините, но не думал, что вам хватит времени, чтобы достичь таких результатов.

— Да не знаю, — скупо улыбнулась я, поправляя перчатки для стрельбы. — Нашло что-то. По старой памяти.