Глава 17

Конечно, после того, как принц Хенрик в одностороннем порядке решил объявить о нашей помолвке и даже вручил мне кольцо по такому “особому” случаю, я твёрдо решила, что должна поговорить с его величеством королем Иклисом. Немедленно! Не то чтобы я собиралась с ним ругаться — такие выверты могут быть чреваты самыми неприятными последствиями — но мне очень хотелось выяснить, ради какой такой благой цели я должна терпеть все эти издевательства?

Более того, почему их терпит Анастериан?

Для его величества, конечно, всё было очевидно. Любой подданный, если ему прикажут, должен выполнять поручение и не спрашивать, почему так. Просто нужно.

К сожалению, Анастериан был воспитан в том обществе, где такое положение вещей для всех было нормальным. У меня же взрывался мозг. К тому же все знакомые, какие только смогли до меня добраться, не преминули спросить, как же так вышло, что теперь я невеста самого принца Хенрика. А мне нечего было ответить, я и сама до последней минуты надеялась, что до этого не дойдёт.

К аудиенции с его величеством меня допустили удивительно быстро — в тот же день, как были закрыты Осенние Игры. Будто я была одной из тех приближенных особ, которые запросто заходят в королевские покои в любое время дня и ночи. Конечно, меня сопровождал Анастериа — без авторитетного присмотра тут никак — и по дороге он успел предупредить меня о том, чтобы я с королём не слишком-то препиралась.

— Вообще не понимаю, почему вы его слушаете? — злопыхала я. — Вы Исполин! Вы одной левой можете здесь всё под себя подмять!

— И кому от этого станет лучше? — усмехнулся он. — Проблема с Ланселойфом не исчезнет от того, что я устрою бунт в замке. Скорее это даже ослабит Гирэльдор в угоду им.

Я вздохнула, осознав, что он в очередной раз говорит разумные вещи. Талант у него такой — остужать меня ровно в нужный момент. Это мне хотелось сейчас рвать и метать, а он умел вовремя включать холодную голову.. 

— Вы же не оставите меня там одну?

Я остановилась посреди коридора ведущего к кабинету короля. Туда нас допустили без сопровождения, что было самым большим проявлением доверия со стороны его величества, поэтому сейчас за нами никто не наблюдал. Анастериан остановился и взял меня за плечи, а затем просто притянул к себе и крепко прижал к своей груди. Я блаженно зажмурилась.

— Если ты вообще могла так подумать, студентка Гроу, то это мне впору обижаться на тебя и злиться. Я последую за тобой, даже если принц Хенрик будет против.

И у меня не было причин сомневаться в его словах. Ни одной! А позже их подтвердил сам король Иклис.

— Мистер Аймор будет сопровождать группу студентов в качестве куратора —  и это лучший уровень безопасности, который я могу вам обеспечить. Больше мне предложить нечего. Ни один стражник из самого элитного подразделения не сделает для вас больше герцога.

— Надеюсь, ваше величество, вы не собираетесь доводить дело на моей свадьбы с принцем, — уточнила я.

— Если придётся, то да… — серьёзно ответил тот, но сразу рассмеялся. — Конечно, нет, что вы! Уверен, это не понадобится. Вам лишь нужно под благопристойным поводом попасть на территорию Ланселойфа, а дальше герцог Аймор сделает всё сам. В вашу задачу входит отвлекать его высочество и придворных от его действий и тянуть время, если понадобится. Но к вам у меня всё-таки будет личная просьба: вы должны проявлять к Хенрику всю благосклонность, какую сможете. Постарайтесь не провоцировать его на быстрые резкие поступки, не вызывать подозрений в том, что всё это вам на самом деле не нравится — он должен вам поверить, хотя бы на время. Моя личная гвардия будет наготове — в любой момент, как только получат соответствующий сигнал, они отправятся на помощь. Но для того, чтобы действовать, нам нужны доказательства злого умысла.

— А если мы их не найдём?

— Тогда нам придётся готовиться к чему-то более серьёзному, чем ваша фальшивая помолвка, мисс Гроу.

На этом разговор был окончен. 

Утром мы собрали кое-какие вещи ведь гостить в замке короля Ланселойфа нам предстояло несколько дней, и в условленный час пришли на фонтанную площадь перед Главным учебным корпусом Академии. Там был объявлен сбор.

— Жаль, что я не могу полететь с тобой, — вздыхал Дориван, провожая Эгину. 

— Надо было заявиться в команду, — отрезала наездница. — Вообще не прощу тебе этого! Ты один из сильнейших дрэйгов, но не стал участвовать! Что это вообще такое?!

— Я участвовал в прошлые годы, говорю же! — начал раздражаться Эсканн. — Надоело.

— Ну, раз тебе надоело, то и сиди тут молча! — фыркнула Эгина.

Похоже, теперь Доривану придётся приложить немало усилий, чтобы загладить вину.

Вообще наездница с утра была очень сосредоточена, а когда я спросила, в чём дело, на ушко — естественно, по секрету! — шепнула мне, что от мистера Аймора получила личное распоряжение не спускать с меня глаз всё время визита в Ланселойф.

— Если бы я знал, что придётся лететь туда с командой в случае победы, то сделал бы всё, чтобы попасть в список! — сокрушался Виллем, который, узнав о нашем визите к соседям, очень встревожился.

Да и кто сейчас был спокоен?

Скоро перед Главным учебным корпусом появилась и команда соперников. Как и всегда, они не проявляли к нам особой дружелюбности, только принц сыпал улыбками и меткими фразами. Он тепло распрощался с ректором, который изо всех сил пытался хранить лицо, зная все обстоятельства, в которые его посвятил король Иклис, пожал руки всем преподавателям, участвовавшим в подготовке нашей команды.

Но как бы то ни было, все были напряжены, хоть старались не показывать вида. Долго расшаркиваться не стали — и ещё до полудня вся наша делегация отбыла в Ланселойф.

На протяжение всего пути до Ланселойфа принц Хенрик летел рядом со мной на своём драконе, постоянно на меня посматривал и улыбался, как будто то, что сейчас я пребывала в облике драконицы, его ничуть не смущало. Сейчас между ним и его ящером как будто всё было в порядке, тот не выказывал никакой агрессии или беспокойства — просто летел, сосредоточенно глядя вперёд. Мистер Аймор в виде уменьшенной версии Шторма держался с другой стороны от меня. Остальные растянулись длинной вереницей за нами.

— Как только мы прибудем в Ланселойф, вас ждёт праздничный пикник в самом красивом месте нашего королевства, — вдохновлённо рассказывал Хенрик через коммуникатор. — Уверен, вы будете поражены его великолепием. Горы, озеро и чудесный, просто живительный воздух!

Но… его задумке не было суждено сбыться. Как только мы пересекли границу между государствами, погода начала портиться, как и настроение его высочества, который осознал, что сегодня мы “самое красивое место Ланселойфа” точно не увидим. сначала заморосил дождь, затем поднялся неприятный ветер, море под нами пошло волнами.

Чьими проделками было ухудшение погоды, я догадалась почти сразу. Анастериан со Штормом редко когда в полной мере применяли свои способности, но сегодня явно решили отыграться — за все дни что им приходилось сдерживать себя и проявлять дипломатию. Чем дальше мы углублялись в земли соседнего государства, тем плотнее и чернее становились тучи. Вскоре дождь перешёл в настоящую грозу, а пока наша “делегация” добралась до королевской резиденции, разразилась сильнейшая буря, и все безнадёжно вымокли до нитки.

Вокруг стало почти так же темно, как ночью. На посадочной террасе зажгли сигнальные магические огни, чтобы было лучше видно, куда приземляться.

— Ничего страшного! — бодро заявил принц, когда все наконец вошли внутрь резиденции. Там было тепло и даже слегка душно. — Не вышло пикника, устроим роскошный ужин с музыкой и танцам, если пожелаете. Я доложу его величеству о том, что гости прибыли. Уверен, он обязательно захочет с вами встретиться!

А вот это было особенно странно. На этих словах его высочества мы с Анастерианом многозначительно переглянулись. Король Беренгер столько времени игнорировал возможность встретиться с правителем Гирэльдора, не прибыл даже на открытие Игр, а тут внезапно встретит личных гостей принца, каких-то там студентиков… Любопытно будет на это взглянуть.

Правда, несмотря на все заверения принца Хенрика встречи с королём в этот же день так и не состоялось. Как выяснилось, ещё накануне его величество выехал в летнюю резиденцию, чтобы завершить там все дела перед зимой, а из-за непогоды, видимо, не смог вернуться вовремя.

Однако надо отдать Хенрику должное: он развлекал нас как мог. Это был настоящий, хоть и не слишком пышный бал с уважаемыми гостями — сюда пришли даже многие придворные! Устроен он был по всем правилам: фуршет, приятные разговоры и даже танцы. Прежде мы, конечно, отогрелись в ванных и переоделись, а когда спустились на первый этаж резиденции, слегка обомлели — его высочество не обманул и расстарался. 

Хенрик от меня буквально не отходил, обхаживал как самый галантный кавалер, предлагал напитки и закуски, а мне приходилось улыбаться и не дёргаться от его прикосновений слишком резко.

Взгляд Анастериана никогда не отрывался от меня надолго. Естественно, он тоже присутствовал на ужине и выглядел вполне торжественно, но хранил отстранённое молчание и лишь наблюдал за весельем студентов, как строгая дуэнья, готовая в любой момент вмешаться и прекратить безобразие.

И наверное я единственная, кто понимал, какие сейчас мысли крутятся в его голове.

А затем, не дожидаясь когда все устанут и начнут зевать, мистер Аймор встал и, вежливо распрощавшись с его высочеством, сказал, что хотел бы отправиться отдыхать. 

— Конечно! — легко согласился принц, едва на него взглянув. — Вы сделали для подготовки такой прекрасной команды так много! Наверняка это отняло у вас немало сил. Уверен, завтра погода наладится и всё-таки отправимся в небольшое путешествие!

“Они со Штормом собираются покинуть замок, — сразу подсказала мне Неала. — Нам нужно тянуть время и удерживать внимание Хенрика как можно дольше. Пусть устанет и завалится в постель без задних ног”.

Я поддерживала её задумку, но её исполнение грозило мне страшными мучениями.

Званый ужин продолжался до позднего вечера, а погода за окном между тем всё никак не унималась. В окна хлестал ливень, гром раскатами сотрясал стены раз за разом — и пусть я знала причину такой сильной бури, всё равно то и дело вздрагивала, когда грохот за окном раздавался особенно яростно. Анастериан — хоть и в облике Шторма — сейчас там, летит где-то посреди ливня. Это его стихия, но мне всё равно было тревожно.

— Знаете что? — вдруг заявил его высочество под конец вечера, — все вы приглашены на нашу свадьбу с Элисанной. Да! Все вы! я буду рад видеть каждого! Ждите официальные приглашения очень скоро.

Его слова заметно обескуражили всех гостей. Только вчера было объявлено о помолвке — которую я, между прочим, не одобряла! — а сегодня речь уже зашла о свадьбе! Скорый же он на принятие судьбоносных решений. Как будто кто-то его подгоняет.  Некоторое время гости только улыбались и переглядывались. А я сидела, стиснув зубы, стараясь не ляпнуть что-нибудь неуместное или то, что испортит благожелательный настрой Хенрика. Ведь он, кажется, действительно расслабился. Ни одного косого взгляда за весь вечер, ни одного двусмысленного слова.

Вскоре после этого веселье пошло на спад, придворные допивали своё вино, студенты начали расходиться по комнатам: каждому была предоставлена отдельная! Сколько их на самом деле было в резиденции короля, вряд ли можно было посчитать, так что всем нашлось место. Гости выглядели довольными, даже подозрительно настроенная Эгина, кажется, растеряла всю свою бдительность.

Но оказалось, это лишь видимость. Как только мы отделились ото всех, она серьёзно сообщила мне:

— Сегодня я ночую в твоей комнате. Я обещала мистеру Аймору всегда быть рядом — и буду!

В общем-то я была не против, тем более кровать в моих покоях была настолько большой, что две худые девушки могли легко разместиться в ней и даже рукой друг до друга не достать.

Однако, несмотря на усталость, спокойно заснуть мне так и не довелось. Гроза за окном изматывала меня, я чувствовала настороженность Неалы, и её беспокойство прокатывалось по нервам, как электрический ток. Эгина уже давно сопела на своей половине кровати, а я всё смотрела то в потолок, то в окно, по которому текли бесконечные потоки воды. Как бы после всего этого в Ланселойфе не случилось наводнения!

Теперь к тревоге за Анастериана добавилась ещё и тревога за местных жителей — они-то ни в чём не виноваты. Совсем никак не уснуть!

Дождь хлестал по драконьей морде нескончаемым потоком — так, что даже я это чувствовал. Но Шторму не было дело до подобных неудобств: буря, ливень — это его стихия. Он умел скрываться в тучах и тумане как никто другой, даже несмотря на свои гигантские размеры. Именно поэтому нам удалось покинуть королевскую резиденцию незаметно для стражи. Они стояли, нахохлившись под своими плащами, пряча глаза под козырьками глубоких капюшонов, чтобы их не заливало холодными потоками дождя. Конечно, они не смотрели по сторонам, потому что вряд ли им в голову могло прийти, что кто-то вообще отважится подняться в небо в такую погоду.

Но Шторм это Шторм — для него такое ненастье приятнее самого тёплого солнца и чистого неба.

В нашу задачу сегодня входил осмотр всех известных Ланселойфских разломов. По тем данным, что местный совет предоставлял в Гирэльдор, все они спали, из них уже много лет не выходило ни одного Исполина. Возможно, как раз это и беспокоило короля и его придворных.

Предоставленную мне королём Иклисом карту я изучил вдоль и поперёк. Но и Шторм способен был чувствовать рифты через свои потоки энергии. В конце концов, все они были в каком-то роде схожи друг с другом — поэтому направлять дракона почти не было нужно. Прямо от резиденции мы направились к ближайшей точке —  и уже на подлёте к ней поняли, что она под присмотром. Под нами простиралась полоса редкого леса, разлом находился среди невысоких холмов, и скорей всего над ними в хорошую погоду постоянно летал патруль.

Сейчас же все дозорные спрятались среди деревьев под магическими навесами, чтобы их не заливало слишком сильно. Похоже, среди них был маг-природник, который мог хоть как-то оградить остальных от разгулявшейся стихии — повезло.

Шторм, почуяв их ещё издалека, подал мне сигнал — и мы поднялись выше, укрылись за пеленой низко нависающих над холмами туч. Прошли над дозорными незамеченными. Вскоре наши старания оказались вознаграждены: слабое свечение, будто зарево от пожара, отчётливо отражалось в небе. Чем ближе мы подлетали, тем сильнее становился магический фон.

Рифт явно был активен! Но не настолько, чтобы выпустить из себя Исполина. Скорее его “подогревали”, не давая, однако, достаточно энергии для полного пробуждения. Зорким драконьим взглядом я разглядел выступающие над землёй уже знакомые мне “коммуникации”. Те самые металлические трубки и каналы, обломки которых мы с Элисанной видели на острове. Значит, поток магии идёт именно сюда. Откуда? Догадаться несложно. Но сейчас главное отыскать того, кто имеет от всего этого прямую выгоду и изложить все доказательства его величеству. 

Ему нужен повод для обвинений Ланселойфа в заговоре — и он его действительно получит.

Но придётся проверить ещё несколько других рифтов, чтобы убедиться в том, что это не просто какой-то одиночный эксперимент, а действительно масштабный заговор против соседнего королевства.

Мы со Штормом изменили направление полёта и вскоре достигли другого разлома. Но он внезапно оказался пуст — ни капли готовой разлиться магии, никаких признаков того, что оттуда может появиться Исполин. К тому же его не охраняли — а это признак незаинтересованности властей.

Уже придуманная мной в голове система начала ломаться в самом начале! Если тот рифт окажется единственным подающим признаки жизни, то королю Ланселойфа весьма просто будет отговориться.

Шторм облетел ещё несколько рифтов, и когда я уже отчаялся найти хоть что-то, кроме самой первой точки, нам наконец снова повезло! Ещё один активный разлом возвестил о себе издалека. И за ним, как оказалось, тоже наблюдали — вновь пришлось скрываться.

Я мысленно делал отметки на воображаемой карте Ланселойфа, и после облёта последних трёх разломов, понял, что тот, кто всё это задумал, не тратил энергию на все подряд. Лишь на те, откуда появлялись Исполины-драконы. Система восстановилась — ещё более чёткая, чем раньше.

Чувствуя, что на поддержание грозы мы со Штормом уже потратили опасно много сил, я велел ему поворачивать назад. Переждём ночь, а там я отправлю королю отчёт через заранее выбранного на роль посланника студента.

Пока всё складывается именно так, как мы себе представляли. А значит, скоро правителю Ланселойфа придётся оправдываться за свои намерения.