Глава 21

Я не сразу заметил появление короля Иклиса: всё моё внимание было сосредоточено на Исполине и на готовых напасть подручных принце Хенрика. В какой-то миг в воздухе,  наполненном дождём и концентрированной магией, повисло ещё и общее безмолвное замешательство. Всё вокруг озарила яркая вспышка, с меня, честное слово, едва кожу не содрало!

— Ну всё, отлетался… — вздохнул Шторм.

Я уж было подумал, что он говорит о самом себе, но когда свет потух, и его сменила всё та же сумрачная грозовая синева, стало окончательно понятно, что случилось.

— Он убегает! Не дайте ему уйти! — раздался отчётливый приказ, перекрывший очередной громовой раскат.

Оказалось, принц Хенрик решил сбежать, но его взяли в широкое кольцо всадники, одетые в знакомую форму личной королевской гвардии. Исполин, ошарашенно крутя массивной рогатой башкой, сидел в озере, как в луже, а где-то далеко внизу, у лап Шторма в бурой развороченной грязи корчился весьма знакомый мне человек.

Через миг рядом с ним приземлился дракон его величества. 

— Мистер Трейт… — протянул он укоризненно. — А ведь мы с вами уже попрощались… Не без облегчения, надо сказать. Думали, что самые главные глупости вы сотворить всё-таки не успели. Но нет — успели.

Я отвлёкся от Иклиса и попытался отыскать взглядом Неалу. Светлое пятно промелькнуло между разномастными тушами драконов и метнулось ко мне. Через миг она приземлилась сбоку, а Шторм сразу потянулся к ней, чтобы потереться мордой. Оказывается, это неловко наблюдать со стороны. Наверное, в моменты нашей с Элис близости он чувствовал себя примерно так же. Хотя… его самомнение наверняка настолько велико, что он просто игнорировал эти эпизоды. У драконов свой уровень сознания, более отстранённый — так что переживать не о чем.

“У меня нет сил”, — внезапно донеслось до моего внутреннего слуха.

И через какое-то мгновение драконица обернулась девушкой — та медленно осела на землю, и я сразу вернулся в человеческий облик. Нила Трейта тем временем уже скрутили — а он не мог достойно сопротивляться. Удивительно, как приложенная Элисанной магия вовсе не разорвала его на куски, ведь чтобы разъединить человека с Исполином наверняка понадобилось просто колоссальное количество сил.

— Элис, как ты? — я бросился к сидящей на земле девушке и сгрёб её в охапку. Как хорошо, что нам теперь ни от кого не надо скрываться. Я могу обнимать её, прижимать к себе, могу говорить что хочу, не опасаясь, что кто-то посторонний услышит.

— В-всё н-нормально! — выдавила она, стуча зубами.

Проклятье! Дождь! Я совсем о нём забыл! Элис промокла до нитки и может простудиться!

Едва об этом подумал, как ливень прекратился, а тучи поднялись, превратившись густые облака, которые медленно рассеивались в вышине. Над горами показалось солнце. Оказывается, уже вечер!

Элис облегчённо выдохнула и прижалась ко мне, цепляясь мокрыми пальцами за мою одежду. Нужно отнести её в тепло, но от “Замка Невест” осталась только покосившаяся башня в окружении развалин.

— Вот, возьмите! — кто-то протянул мне огромный непромокаемый плащ.

Я поднял взгляд: перед нами стоял король Иклис. Можно было догадаться об этом сразу по вышитому на ткани золотому гербу, но сейчас мой мозг как будто работал по-другому, и на осознание многих очевидных вещей мне требовалось гораздо больше времени, чем обычно.

— Спасибо! — кивнул я и укутал Элисанну в тёплую накидку, сшитую из особого вида ткани. Она хоть и была довольно тонкой, но помогала согреться в одно мгновение.

Мы наконец встали с сырой земли, и я смог осмотреться: почти всех спутников принца уже “приземлили”. Кому-то удалось сбежать, но это наверняка ненадолго. Принц Хенрик уже спешился и теперь стоял в окружении стражи, которая не спускала с него глаз. Он зло зыркал в нашу сторону, словно ребёнок, внезапно потерявший игрушку, которую он уже считал своей.

— А я ведь знал его ещё мальчишкой! — посетовал его величество. — Бойкий такой был. А вырос…

— Так он и сейчас бойкий, — хмыкнул я. — Вон чего наворотил.

— С этим мы теперь будем разбираться отдельно, — согласился король. — В храме нашли Линнет Тайкер с другими женщинами — похоже, она должна была сыграть роль Элисанны, но что-то пошло не так. То ли испугалась, то ли заупрямилась. В общем, она отказалась от обмана и призналась во всём при свидетелях. Поэтому Хенрик и кинулся сюда.

— Элис! — раздался вдалеке звонкий женский голос. — Элис! Вот ты где! Как хорошо. Ой, ваше величество…

Эгина Дюрант подскочила к нам и остановилась в нерешительности, не сделав последнюю пару шагов.

— Подходите, подходите, баронесса Дюрант… — благодушно разрешил Иклис. — Вы  тоже проявили огромную смелость, что сбежали из резиденции и увели с собой многих студентов. 

— Нам повезло, что у принца не было времени нас преследовать, — скромно потупилась Эгина.

— Благодаря вам тоже он потерял часть преимущества, — возразил его величество. — Не умаляйте вашей заслуги в этом. Остальных, кто не сумел покинуть дворец, заперли в подвалах Храма. Мне жаль, что визит в Ланселойф оставил у всех такое скверное впечатление, но так было нужно. Мы получили множество самых острых подтверждений того, что принц Хенрик задумал развязать войну и вооружиться при этом не только силой Исполинов, но и канниаром, способным ими управлять.

— Его нужно отпустить, — внезапно проговорил Элис, которая всё это время просто молчала и наблюдала.

— Кого? — недоуменно переспросил его величество. — Хенрика?!

— Да нет же! Исполина. Пусть возвращается в рифт.

— А… Ну да. Если вы можете попросить его об этом… — облегчённо вздохнул король.

Девушка вытянула вперёд руку: на запястье сверкнул тонкий золотистый браслет. Он порядком оплавился, но ещё держался крепко.

— Вот что не давало мне связаться с Неалой! — сразу высказался Шторм. — А я-то думаю, что такое. Вот же хитроумный засранец, этот Хенрик!

Я просто сжал браслет пальцами — и он лопнул, словно был сделан из стекла.  Элисанна потёрла запястье и решительно направилась к Исполину. Что ж, его действительно пора отправить домой, пусть и зародился он там по чужой воле. 

Ей не понадобилось много времени, чтобы уговорить дракона уйти. Все, кто был вокруг, завороженно наблюдали за тем, как она безмолвно общается с ним магическими прикосновениями. Воздух почти искрил от них, Элис приходилось прикладывать так много усилий, что она едва стояла на ногах. Но наконец он издал печальный рокот и взлетел над долиной. Некоторое время мы наблюдали за тем, как его массивная туша удаляется от нас, а затем король на всякий случай уточнил:

— Он точно не нападёт на кого-то по дороге?

— Точно, — кивнула девушка и вернулась ко мне — я вновь заключил её в объятия.

Некоторое время мы ещё пробыли в долине Замка Невест. Всех пойманных приспешников принца Хенрика нужно было обезвредить. Их связи с драконами временно заблокировали: примерно так же, как мою недавно. Его высочество отправили в резиденцию с охраной, которая окружила его буквально со всех сторон. Ящер принца остался на земле и лишь проводил его печальным взглядом.

— Думаю, одним из наказаний для Хенрика станет полное разъединение его с драконом, — подытожил король Иклис, глядя на страдающего напарника принца. — Пусть лучше тот будет свободен, чем связан с таким мерзавцем. Он же не в своём уме, явно!

— И дракон, похоже, это чувствовал, — добавила я. — Было заметно, как ему неприятно находиться рядом с ним.

— Подыщем ему достойного напарника в Академии, — предложил Анастериан. — Такое вполне возможно, если дракон достаточно силён и желает обрести связь с человеком. Если же нет… Тут уж его не заставишь. Только тебе, Элис, придётся с ним “поработать”.

Я была не против, мне вообще нравилась мысль обеспечить дракону более радостную участь, чем сейчас.

Когда все дела на месте были улажены, мы все отправились в королевскую резиденцию Ланселойфа. Вечер уже медленно переходил в ночь, а у нас осталось немало вопросов, которые требовали немедленных ответов. Наше появление во дворце немало взбудоражило придворных. Они не знали, куда деваться и кому теперь прислуживать. 

Последнюю их опору, принца Хенрика, привезли в магических кандалах, его подручных сразу растолкали по камерам. Главного интенданта тоже успели скрутить, ведь он явно потакал опасным прихотям его высочества.

Мне очень хотелось просто пойти спать, желательно вместе с Анастерианом, но отпускать нас на отдых рано король не планировал. Во дворце царила такая суматоха, что казалось, будто от напряжения здание сейчас просто разорвёт на камни.

— Ведите нас к королю! — велел его величество, когда интенданта Верреса приволокли к в кабинет, честно занятый им после принца Хенрика. — И желательно бы вам рассказать, что тут творилось в последние месяцы.

Дело в том, что сам принц пока хранил упорное молчание и не торопился раскрывать все свои планы, хоть они уже явно провалились. Но интендант замялся, начал зыркать по сторонам, ища хоть какой-то поддержки, но все лица вокруг были чужие и неприветливые.

— Дело в том, что его величество, как бы сказать, сейчас не в лучше форме, — промямлил он наконец, раболепно выгибая спину. — Я тут совершенно ни при чём! Так вышло, что его высочеству пришлось встать во главе государства…

— Ну да, и задумать нападение на соседей с использованием Исполинов ему тоже пришлось, — хмыкнул Анастериан.

Нам до сих пор приходилось находиться подле короля, как будто он опасался, что без него мы вляпаемся в какую-то неприятность. Или он сам что-то упустит.

— Пройдёмте, вы сами всё увидите, — не стал спорить интендант.

И мы прошли в уже слишком хорошо знакомую мне часть замка. У двери той самой комнаты всё так же стояла стража: удивительно, что никто ещё не прибежал сюда и не предупредил о том, что в резиденции новое временное управление. Насколько временное, ещё неясно. Хотя, судя по тому, что стражи встретили нас без удивления, они обо всём знали и не задали ни одного лишнего вопроса, когда интендант обратился к ним:

— Его Высочество принц Хенрик дискредитировал всё королевство, — строго проговорил он. — Теперь решения в резиденции временно принимает король Гирэльдора Иклис. Пропустите!

Стражи оценили обстановку, переглянулись и шагнули от двери в стороны. Она оказалась заперта, но его величество уже успел раздобыть ключ: видимо, его нашли при обыске принца.

В покоях царил гнетущий полумрак, а воздух наполняли нездоровые запахи явно долго пребывающего здесь неподвижного тела. Однако, несмотря на некоторые опасения, его величество был жив и открыл глаза, едва мы приблизились к его постели. Правда, сказать он ничего не смог, как и пошевелиться. 

Признаться, я не видела короля Беренгера в лучшие времена, но всё равно понимала, что сейчас он очень измождён. Худой, посеревший, как застиранная тряпичная кукла, он лежал на постели и мог лишь наблюдать за тем, как кто-то будет решать его судьбу. Насколько я знала, ему было всего около пятидесяти лет, но выглядел он, как самый настоящий старец, с этой жидкой седоватой бородой и отросшими неопрятными волосами, разметавшимися по подушке вокруг его головы.

— Беренгер… — вздохнул король Иклис. — А я-то думал, чем успел заслужить такое пренебрежение: ты совсем перестал наносить мне визиты. Честно говоря и подумать не мог, что этот сопляк доведёт тебя до такого страшного состояния. Что случилось?

— Он… не может говорить, — услужливо подсказал интендант Веррес.

— Да я уже понял! Это был риторический вопрос, — отмахнулся от него король. — Так в чём причина и что мы можем сделать, чтобы облегчить положение вашего правителя?

Кадор лишь развёл руками.

— Полагаю, это знает лишь принц Хенрик.

Услышав имя сына. Беренгер напрягся всем телом и тяжко выдохнул, а в последний миг из его груди вырвался стон. Я столкнулась с ним взглядом и увидела, как в них застыл ледяной ужас. Сколько же бед причинил тот своему отцу!

— Полагаю, причина обессиленности его величества примерно та же, что и потери нашими студентами связи с драконами, — задумчиво проговорил анастериан, подходя ближе к королю. — Если позволите…

Он обошёл кровать, заглянул за спинку, постучал по стене и внимательно обследовал кованые бра, которые висели над изголовьем. Затем он опустился на колени и заглянул под кровать, после чего озадаченно кашлянул.

— Что там? — Иклис подошёл тоже.

— Думаю, это магическое устройство неким образом связано с глобальной сетью перекачки магической драконьей энергии. Но если из студентов некоторым образом удавалось понемногу тянуть силы на большом расстоянии, то здесь это буквально прямое истощение.

Я тоже заглянула под кровать короля: снизу она полностью состояла из огромной пластины, которая представляла из себя что-то похожее на компьютерную плату. Только огромную и магическую. Сложное соединение узлов, переплетение потоков.

— Нужно унести отсюда короля срочно! — резюмировал Иклис.

— А самые важные узлы всей это системы необходимо уничтожить немедленно, — добавил Анастериан.

— Возьмите самых крупных дрэйгов и займитесь этим, герцог.

Беренгера и правда подняли на руки и унесли в другую комнату — вообще в другое крыло, подальше от этого адского устройства. А когда Анастериан вместе с помощниками покинули замок, Иклис занялся поисками старших принцев.

Я попыталась увязаться за Анастерианом, но меня не пустили: сначала запретил он сам, а затем и правитель. Мол, это слишком опасно для нас с Неалой, ведь довольно долгое время в нашу с ней связь вмешивался блокиратор.

“Много они понимают! — фыркнула драконица, которой явно хотелось теперь постоянно быть рядом со Штормом. — У нас всё отлично и прилив сил!”

Однако мужчины были непреклонны.

— Вы нужны мне здесь, мисс Гроу! — уверенно заявил король. — И позовите мисс Дюрант! Будете меня сопровождать. Полагаю, среди студентов вы самые опытные.

Странно было слышать это, не отучившись в Академии и полгода, но мы с Эгиной просто приняли это положение и отправились с его величеством на поиски наследников престола Ланселойфа.

Тут-то и выяснилось, что в замке их вообще нет — они давно разъехались по своим личным поместьям и с тех пор не появлялись в резиденции.

— Нам сразу дали понять, что их одолела та же хворь, что и его величество, — поведал всё тот же Главный интендант, когда его в очередной раз прижали к стенке. — Их семьи остались там же. Вот его высочество и взялся за управление, раз уж судьба уберегла его от этого недуга.

— И ни у кого не возникло сомнений, почему это только его хворь не коснулась? — спросила я.

— Он всё-таки принц и принадлежит правящей династии, — вздохнул мистер Веррес. — Вопрос был поднят на Совете, и такой вариант поддержали большинство. В остальном его действия никогда не заставляли нас в чём-то усомниться.

— Почему вы никому не сообщили о состоянии короля и старших принцев? — нахмурился Иклис. — Вы позволили Хенрику действовать тайно и вредить не только своим родственникам, но и моим подданным! Он подставил под удар всех, решив, что может призвать Исполинов!

— Совет решил, что это навредит репутации Ланселойфа и ослабит наше положение в глазах соседей, — ещё больше понурился интендант.

— Совет так решил или снова принц? — вставила я.

— Тут уж кто разберёт. Это было общее решение — не сообщать. Казалось, мы быстро разберёмся с причинами и всё исправим. Принц позвал лучших лекарей и артефакторов, которые могли бы облегчить состояние короля и принцев.

— Мне нужны все имена этих “лекарей” и “артефакторов”. Похоже, они действовали в сговоре с принцем. А вы и Совет потакали ему, предпочли закрыть глаза на очевидные странности!

— Мы даже подумать не могли…

— Могли, если бы попробовали! — отрезал Иклис. — Студентки Гроу и Дюрант, вы отправитесь вместе с моими офицерами в резиденции принцев, проследите за всем, что там творится, а после доложите мне. Выдвигаетесь утром.

Спорить было бесполезно. Перед тем, как уйти спать — ведь час был уже поздний! — я заглянула к Анастериану, но его в комнате не оказалось. Дверь вообще была заперта, а внутри было темно.

Я думала дождаться его возвращения, но настолько устала за день, что уснула, едва добравшись до постели. Зато утром меня разбудило даже не солнце, хотя оно уже вовсю светило в окно, а мягкое прикосновение к моей щеке.

“Это Анастериан!” — предупредила меня Неала до того, как я успела испугаться.

Поэтому у меня появился шанс проснуться красиво — потянуться, открыть глаза и улыбнуться, а не ошарашить его вскриком.

— Ты хоть немного поспал ночью? — вяло проговорила я.

Поймала его руку своими и прижала ладонь к щеке обратно. Анастериан так явно любовался мной, что мне даже стало неловко.

— Да, я вернулся не так уж поздно, но ты уже спала. Не стал тебя будить. Слышал, король отправляет тебя разузнать, каково самочувствие наследника?

— Да.

— Я полечу с тобой.

А я была только этому рада. Мы, конечно, ещё немного повалялись в постели, целуясь и оттягивая миг, когда вновь придётся приступить к делам. Анастериан рассказал мне, что ночью они облетели все ключевые узлы огромного механизма, который неизвестно каким образом незаметно создал принц Хенрик. Их разрушили, чтобы уж точно никто не смог запустить всю эту адскую машину в ближайшее время. Все рифты, которые питались от них, сразу погасли, исторгнув из себя лишь по паре штук предвестников.

— Получается, они уже готовы были выпустить Исполинов.

— Думаю, поэтому принц тянул время. Ждал. Но теперь процесс прерван. Рифты, конечно, ещё будут обследованы, специалисты сделают замеры. Но думаю, о них ещё долго можно будет не вспоминать.

Как оказалось, закрытие рифтов положительно повлияло и на состояние принцев. Самый старший — Оллант — уже был на ногах, когда мы прибыли к нему, хотя по словам его жены, ещё вчера лежал пластом. Да, он ещё был худ и бледен, но магия быстро наполняла его. Он долго благодарил нас за помощь и, кажется, расстроился, когда узнал, что ему не разрешат встретиться с младшим братом и набить ему морду.

— Это же надо, какой подлец! — сокрушался Оллант, покачиваясь расхаживая по комнате. — В детстве я всегда защищал его, многому научил, а он подставил всех нас! 

— Думаю, вы погибли бы, когда из рифтов вышли Исполины, — заметил Анастериан.

— Безусловно! Он этого и добивался! М-мерзавец!

Оставив принца с небольшой охраной со стороны Гирэльдора, мы вернулись в королевскую резиденцию. Там ещё требовалось уладить кое-какие дела. Почти вслед за нами туда прибыла и Эгина: со средним принцем Валларисом случилась примерно та же история — когда она его увидела, он был в сознании и высказывался о поступке Хенрика ничуть не мягче старшего брата. И да, тоже порывался набить ему морду.

Мы пробыли в Ланселойфе ещё несколько дней, занимаясь разбирательствами, наблюдением за рифтами и поиском любых подтверждений того, что задумка принца Хенрика была ужасной, опрометчивой и повлекла бы за собой катастрофические последствия для обоих королевств. Только по вечерам нам с Анастерианом удавалось побыть вдвоём —  и эти моменты были самыми счастливыми за всё последнее время.

В последний день нашего пребывания в резиденции его величество назначил несколько наблюдателей, которым следовало остаться здесь и проследить за тем, как вновь будет налаживаться жизнь во дворце. Они должны были буквально вести журналы, а потом прибыть с ними обратно в Минлойт для отчёта.

Всех, кого заподозрили в сговоре с принцем Хенриком, заключили под стражу, а его самого забрали в Гирэльдор, чтобы привлечь к суду за подготовку заговора и намерение развязать войну. К счастью, свидетелей было полно — и каждый, как выяснилось, точил на его высочество зуб.

Опросили и тех сестёр Драконьей Крови, которые помогли мне сбежать по пути на церемонию — они тоже рассказали много интересного.

— Он теперь мой трофей, — пояснил Иклис королю Беренгеру своё решение вывезти принца из Ланселойфа. — Так что судить его мы будем по нашим законам.

Тот отнёсся к его заявлению с удивительным пониманием и пообещал прилететь на суд, чтобы ещё раз в подробностях выслушать все детали сложившейся ситуации, которые он упустил, пока был почти в бессознательном состоянии. С сыном он не обмолвился ни словом и даже не пожелал его увидеть напоследок. Никому и не пришло в голову осудить его за такую холодность к собственному отпрыску.

Я вообще понимала его, как никто другой. Хоть всё это время Линнет находилась со мной в одном доме и даже порывалась встретиться, чтобы поговорить, я всячески избегала этого. Возможно, ей и правда было что мне сказать, но вот мне ей ответить было нечем. Пускай Линнет струсила и не пошла до конца, возможно, её заставили, но всё это я пока не могла усвоить настолько, чтобы столкнуться с ней лицом к лицу спокойно.

Возможно, однажды мы всё-таки поговорим, как кузины, но не сейчас.