Глава 17

Дэйн

– Не думала, что тебе нравится бродить по утрам на кладбище, Дэйн Райс, – снова выделила тетушка мое имя.

Каждый раз, когда она называла мою фамилию, обязательно добавляла толику презрения.

– Отнюдь. Я бы предпочел гулять по прекрасному саду, который был здесь когда-то.

– Все одно, – хмыкнула Амели.

– Разве что для некромантов, – не согласился я.

– Так что же ты здесь делаешь?

– Ищу хулиганов, – не стал увиливать я.

– Столько стараний ради чокнутой тетки? – произнесла она скорее с усмешкой, чем с благодарностью.

– Не хотелось бы, чтобы они продолжали разрушать дом.

– Разве тебе нужна эта рухлядь с прекрасным видом на кладбище из окна?

– Мне нет… – удивился я реакции Амели.

– В таком случае не о чем и беспокоиться. Я уже подобрала для себя новый дом, – Амели сделала шаг в сторону, и я наконец увидел, на чью же могилу она приходила.

Выведенные на аккуратном надгробье буквы заставили меня содрогнуться и окончательно подорвали какую-либо уверенность в состоянии тетушки.

Ведь надгробная надпись гласила:

«Здесь покоится Амелия Адели Бернадетта Пацифия Райс».

– Амели, я не понимаю… – постарался я озвучить свои мысли как можно мягче.

Хотя сознание так и кричало: «Она сошла с ума!».

– Я собираюсь совершить уход к духам, – спокойно так ответила тетушка, а после повернулась и пошла.

– Уход к духам? – нагнал ее я уже через пару надгробий. – Амели, ты что…

– Таково мое решение.

– Как ты можешь говорить о таком?

– Почему тебя это беспокоит?

– Потому что, – я действительно чувствовал тревогу, беспокойство и даже страх. – Потому что так нельзя.

Но Амели только вздернула бровь.

– Это вы так думаете. Обычные люди да маги. Для некромантов процесс жизни и смерти выглядит иначе. Я просто призову предка и уйду вместе с ним, – пожала плечами Амели и продолжила быстрым шагом идти к дому.

– Я уверен, что это поспешное решение.

– И тем не менее, оно мое, и я не собираюсь его обсуждать.

– А как же девочка?

– Я совершу уход, как только вы уедете. Чувствую, Софи проснулась, и надеюсь, что вы уложитесь со сборами за час.

В этот момент мы почти подошли к дому, но я был не готов закончить диалог. Поэтому обогнул Амели и преградил ей дорогу.

– Я не собираюсь позволять тебе совершить подобное, – меня разъедала злость. Как вообще было возможно вот так просто попрощаться со своей жизнью?!

– И что же ты сделаешь? – с интересом и усталостью спросила Амели.

– Сдам тебя в лечебницу, уверен, их заинтересуют твои мысли о духах и преждевременном уходе. На тебя наденут смирительную рубашку, лишат магии с помощью артефакта и начнут кормить с ложечки, – сказал я достаточно жестко, чтобы она представила последствия.

Амели вздохнула. Я ожидал ответную злость, но она подняла голову и посмотрела на меня совершенно светлыми глазами.

– А ты подумал о девочке?

– О Софи? – не понял я.

– Дэйн, я давно планировала свой уход. Я устала. Раздала все свое имущество и деньги приютам. Подготовила для себя место. Но мне не хватало решимости. До встречи с Софи. Теперь же я уйду не просто от усталости, я уйду с целью. В моем уходе больше смысла, чем в жизни. Если я отойду в другой мир, в моей памяти не будут ковыряться. А значит, никто не узнает про Софи. Я только облегчу всем жизнь.

Я полностью осознал смысл ее слов спустя минуту, с болью прикрыл глаза и сжал зубы. Она пыталась спасти жизнь девочке.

И ведь ее план был не только прост, он был умен.

Если Амели не станет, у Софи есть еще пара шансов на нормальную жизнь. Но вот если они узнают и увидят все, что Амели…

Когда я открыл глаза, то Амели уже поднималась в дом. И все же все это было неправильно!

– Амели, я дума… – так спешил за теткой, что споткнулся о какой-то выступающий корень.

Это заставило меня бранно выругаться, а когда поднял взгляд, на губах Амели, на удивление, поймал улыбку.

– Ты всегда спотыкался, когда был маленький, – произнесла она эти слова совсем по-другому. В них были тепло и тоска.

И от этого внутри меня все сжалось. Я помнил ее другой, как она улыбалась вот так. Как произносила мое имя всегда с теплотой. Любила гулять со мной и Питером по парку. Читала на ночь нам сказки.

– Амели…

– Я уже все решила, – сменила она тон. И снова жесткость и резкость прорезались в голосе. А улыбка пропала с лица, как будто ее никогда там и не было. – Поэтому прошу больше не гулять по моему кладбищу, а собираться в дорогу. Я терпеть не могу гостей и жду не дождусь, когда вы отбудете.