Глава 37
– Редж, – оборачиваюсь в ночи и вижу сестру, облокотившуюся о мою машину.
Очередной рабочий день завершён, и сегодня я невероятно устала, потому что был последний день ярмарки, а мадам Горади получила несколько призов, и, наконец-то, туристов в городе поубавится. В этом году праздник продлили из-за приличных финансовых притоков в туристической сфере, и мне пришлось работать больше. Кафе было полностью на мне, пока хозяйка находилась на ярмарке. Конечно, я и заработала прилично, хотя это отняло у меня много времени, и Дерик с Нандо были полностью обделены моим вниманием.
Нет, провести праздник с Дериком и сыном не получилось, так как на ярмарке в палатке мадам Горади срочно потребовалась помощь, и я не могла остаться в стороне. Да, это плохо, но Дерик вроде бы не в обиде. Он вернулся к своим прямым обязанностям, стараясь особо не выказывать своё внимание сыну, хотя зачастую я ловила его взгляды на себе, да и флиртовал он нещадно со мной же. Но всё закончилось, и теперь передышка… я так думала. Ан нет. Инга появилась после стольких дней тишины с её стороны.
– Привет, прости, но я едва иду, – признаюсь, натягивая улыбку.
– Представляю. Ты в последнее время носишься, как в жопу клюнутая, и этой старушке пора бы продать кафе тебе, чтобы ты была в нём хозяйкой, – цокает Инга.
Она, как всегда, выглядит потрясающе. В каком бы она состоянии раньше ни была, ей каждый раз удавалось быть лучше всех, как и сейчас. В элегантном деловом костюме, с брендовой сумочкой и в туфлях на высоких каблуках, она точно затмит меня в любом моём проявлении изысканности. Хотя её тело – её бизнес, как и лицо.
– Редж, ты слышишь меня?
Моргаю и хмурюсь.
– Что? Я задумалась. Хорошие туфли, – произношу я.
– Серьёзно? Тебя мои туфли сейчас больше волнуют, чем наши отношения? – спрашивает она, и злясь, заправляет прядь волос за ухо.
– Что ты хочешь, Инга? Поругаться? Давай, в другой раз. У меня болит голова, я голодна, и мои ноги сейчас отвалятся, – устало вздыхаю. Ещё очень хочется спать. Каждодневный подъём в пять утра, а вечером время с Дериком, затягивающееся до полуночи, а то и дольше, меня вымотали. Если он спит, как полагается до восьми, то я, в это время, уже ухожу, оставляя Нандо с Мариной и кучу бутылочек с молоком. Марина. Боже, это золото, а не женщина.
– Чёрт возьми, Реджина Хэйл! Ты абсолютно игнорируешь мои слова и меня! – Сестра грубо пихает меня в плечо, и я чуть ли не падаю, хватаясь за капот машины.
– Ты рехнулась? Выпей таблетку от бешенства. Снова перестала следовать инструкции ветеринара, – раздражённо шиплю.
– Я пришла с миром, но как вижу, тебе мир не нужен, как и я сама. Что ж, иди ты в задницу, – рычит сестра, и разворачиваясь, уходит быстрым шагом.
– Потрясающе, – шепчу, потирая лоб.
– Слушай, я засыпаю на ходу, и даже не мылась с утра. У меня не такая жизнь, как у тебя. Я не купаюсь в роскоши и не живу в кайф, как ты. Я, чёрт возьми, затраханная обстоятельствами старуха. Так что сама иди в задницу, раз у тебя нет ни капли понимания, – громче добавляю. Мои слова останавливают Ингу. Она оборачивается и бросает на меня обиженный взгляд.
– Ты всегда уставшая и занятая, Редж. У тебя нет времени ни на меня, ни на Мег, ни на кого-то другого. Как только появился твой чёртов волкодав, то всё, мы перестали быть важными для тебя. Ты даже не вернулась набить мне морду из-за Дина!
Всплёскиваю руками. Что за глупость?
– Господи, зачем мне бить тебе морду?! – недоумеваю я.
– Ну как зачем?! Ты застукала нас. Мало того, ты просто ушла, устроив истерику, а потом вела себя, словно мы для тебя никто, а ты у нас королева. Оттого что ты родила от…
– Не смей, – предупреждаю её, оглядываясь по сторонам.
– Ты что, считаешь, никто не замечает этих взглядов Дерика? Никто не видит, что он проводит с чужим ребёнком много времени, и уж точно никто не собирает сплетни? И конечно же, не бросается в глаза внешнее сходство Дерика и Нандо. Ты газеты давно читала?
– О чём ты говоришь? Я… у меня нет времени, чтобы читать газеты. О Боже… Боже мой, что там? Что они пишут? – До меня, наконец-то, доходят слова Инги, и всё внутри замирает от страха.
– Догадки и предположения. Сплетни. Тебе приписали романы не только с ним, но ещё и с Дином, Германом, Калебом и многими другими. Боже, Редж, ты себя загоняла. Ты всегда была трудоголиком, но не настолько же. Ты даже не защищаешься ни от кого. Просто опустила руки и пашешь. Ради чего? Думаешь, твоя самостоятельность кому-то нужна? Нет, никому она не нужна, – возмущается сестра.
– Я… так устала. Мне даже плевать сейчас на это. Вот слушаю тебя и ничего не хочу. Дерик разберётся, а они пусть пишут, что хотят. Нандо мой сын, и только, – потираю лоб и, правда, нет сил даже разозлиться нормально. Мне бы спать лечь.
– Реджи, тебе нужно быть осторожнее и ему тоже. Я… прости меня, что наехала на тебя, но я так обижена из-за твоего безразличия. Лежачих не бьют, – она кривится, оглядывая меня с ног до головы.
– Спасибо, поддержала. Настолько паршиво выгляжу?
– Ещё хуже. Даже Ферсандр в гробу выглядел куда лучше, чем ты сейчас.
– Как смешно. Ха-ха, – цокая, сажусь на капот машины, и так хорошо. Хоть ноги не гудят сильно.
– Слушай, Редж, я с Дином. У нас как бы всё серьёзно, по его словам, конечно же. Вероятно. Я не знаю. И… мне нужно просить у тебя разрешение трахать его дальше или так сойдёт?
Тихо смеюсь, сестра тоже улыбается.
– Так сойдёт. Сначала я была безумно зла на тебя и Мег, а потом… Дерик объяснил мне многое, и я просто дала вам шанс самим идти дальше без меня. Ты сама посмотри, во что я превратилась. Разве со мной можно куда-то выйти? Я же усну прежде, чем надену туфли, или с помадой во рту. Я больше не та Редж, к которой вы привыкли. У меня есть обязательства, и я хочу их выполнять хорошо. А что до догадок и ваших отношений, то идите все в задницу. Я не буду об этом думать. У меня и мозги тоже устали, – подавляю зевок.
– Чёрт, Редж, я ужасная сестра. Меня не переделать. Мне следовало предложить тебе помощь или…
– Прекрати. Построй свой путь, Инга. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. По-настоящему, понимаешь? Да, может быть, я выгляжу сейчас ужасно и зачастую забываю о вас, но знаю, что когда вернусь домой и увижу своего сына и Дерика, то буду счастлива, даже устав до смерти. Они дарят мне силы двигаться дальше, совершенствоваться, поэтому я не виню тебя ни в чём, как и себя простила. Мы взрослые люди, и у каждой из нас своя дорога. Если они будут пересекаться, то замечательно, если нет, это просто надо принять.
– И тебе не страшно потерять меня или Мег? Ты так просто говоришь об этом, Редж. Это меня пугает. Ты словно нашла в Дерике и Нандо всё, необходимое для счастья, и мы больше тебе не нужны, – печально говорит Инга.
– Потерять? Вы что, уже помирать собрались? Нет, не выдумывай. Я говорю об этом просто, потому что долго думала и нашла для себя ту позицию, в которой мне комфортно. Я наблюдатель и изредка деятель. Если я нужна, то вы знаете, где меня найти, но мешать вам обеим не буду. Вы должны определиться в своих жизнях. Я рада за вас обеих и желаю вам только хорошего. Правда, Инга. Ты моя сестра и всегда ей останешься. Но нельзя родственным узам разрушать людей. Мы не можем быть всю жизнь связаны, хотя такими никогда и не были. Поэтому ты права, я в Дерике и Нандо нашла то, чего вы мне дать не можете. Мою полноценную семью.
– То есть мужчина стал для тебя важнее меня? Не ты ли обвиняла меня в этом? – обиженно прищуривается она.
– Нет, не важнее. Вы просто стоите на разных уровнях. Ты моя кровная родственница, а он и Нандо… моё сердце. То, что согревает меня и даёт шанс стать лучше. Нельзя это сравнивать. Я обвинила тебя во всём сгоряча и извиняюсь, Инга. Я не имела права, просто была в шоке и ступоре. Но я всегда у тебя буду. При любых обстоятельствах я рядом. Поэтому ты не должна бояться отпустить меня и пойти дальше одна. Я груз, который тянет тебя ко дну, так отпусти его и окажешься на поверхности. Ты тонешь в какой-то придуманной вине, которой нет. Каждый из нас волен выбирать то, что ему нужно прямо сейчас. Твоя жизнь и кислород идут от клуба и Дина. Мой от Дерика, Нандо и кафе. У Мег есть Калеб и другое. Так что это всё разные судьбы, но они рядом, слышишь? И они всегда могут пересечься.
– То есть я могу продолжать тусоваться в клубе и трахать Дина, а ты и слова об этом не скажешь?
Смеюсь и отрицательно мотаю головой.
– Ты уже большая девочка, а я не твоя мама, Инга. Поэтому разбирайся сама с клубом и Дином. Хотя именно он тебя трахает. Он же тебя трахает?
– Чёрт, Редж, конечно! Он не из тех, кто любит страпон! Фу!
– Вот и хорошо, теперь я спокойна. Только прими совет – дай ему постоянно чувствовать, что именно он тебя трахает, а не ты его. Дин хоть и податлив, но и ты сама стань рядом с ним женщиной, а не надсмотрщиком. Если он тебе, правда, нравится, то будь его. Той, кто покажет ему, что он сильный в каких-то моментах. Хотя бы в сексе. Мужчины любят руководить в спальне, хотя зачастую это делаем мы, но видимость для них очень важный аспект.
– Боже, когда же ты выросла, Редж? Даёшь мне советы об отношениях, умные вещи говоришь, даже доступные, и я их понимаю. Я столько всего упустила…
– Эй, нет. – Соскальзываю с капота машины, и боль простреливает ноги. Ванна и сон. О-о-о, да, именно этим и займусь очень скоро.
Кладу ладонь на плечо Инги и потираю его.
– Дерик всегда советует расслабиться и брать то, что даёт новый день. Так и ты. Поверь мне, это отлично работает. Ты ничего не упустила, а если и так, значит, тебе это просто не было нужно. Я люблю тебя, Инга, и буду любить всегда, но тебе требуется не моя любовь, а другая. Намного крепче и сильнее. Пусть это будет Дин или кто-то другой, главное, не бойся быть слабой и говорить об этом ему. Именно тогда ты сможешь почувствовать то счастье, которое живёт внутри меня, – приподнимаюсь на носочки и целую её в щёку.
– Мне пора, иначе я просто не доеду до дома, а усну прямо здесь. Помни, что мои двери для тебя всегда открыты, то же самое передай и Мег. Я не злюсь ни на кого. Просто живу, и это лучшее, что я делала в этой жизни, – подмигивая сестре, сажусь в машину и завожу мотор.
– Я приду к тебе завтра, Редж. Я…
– Серьёзно, Инга, успокойся. Иди к Дину. Иди туда и занимайся тем, отчего в твоём сердце становится намного теплее, чем без этого. Люблю тебя. И я всегда буду тебя ждать. Столько времени у нас ещё впереди, – улыбаясь ей, выезжаю с парковки.
Я всегда чувствовала себя старшей, и сейчас ничего не изменилось. Я всегда была ответственна за жизнь сестры и за её состояние. И вот в эту минуту с моих плеч словно свалился неподъёмный груз. Я прекратила заставлять себя переживать за других людей, даже за родственников. Надо отпускать их. Они вернутся, когда я буду им нужна. Если нет, то просто пойду дальше, и когда-нибудь мы вновь встретимся, чтобы вспомнить прошлое. Хорошее прошлое для каждой из нас. У меня – сын и любовник король Альоры. У Инги – веселье, клуб и развратник Дин. У Мег – стабильная скучная работа и серьёзный Калеб. У Эни – постоянное общение и её жених, подготовка к свадьбе и будущее, о котором она мечтала. Так что лезть со своим уставом и виденьем чужой жизни – огромная ошибка. Мы можем лишь советовать, но их право прислушиваться к нашим словам или же нет. Большего сделать мы не в силах. С этим тоже надо смириться.
Забираюсь в кровать и прижимаюсь к спящему Дерику. Видимо, не у меня одной был сложный день, как и неделя. Он сонно притягивает меня к себе, целует в макушку.
– Наконец-то, ты дома, Джина, – бормочет Дерик.
Вот ради этого и нужно учиться быть лучше. У меня есть, куда и к кому возвращаться. Надеюсь, что теперь всё будет хорошо и спокойно. Хотя… вряд ли.
Из-за слов Инги и встречи с ней я сплю ужасно. Мне снятся репортёры, ужасные заголовки в прессе и преследование меня и Нандо. От этого моя голова утром буквально раскалывается, и меня тошнит от недосыпа. Я даже есть не могу. Хорошо, что у меня сегодня выходной, и я могу немного отдохнуть. Снова спать, играть с Нандо и гулять с ним в саду. Опять спать…
– Джина!
Громкий крик Дерика заставляет меня резко сесть на кровати с сумасшедшим сердцебиением.
– Джина! Нандо!
Нет, мне не приснилось. За окном уже ночь, и я прилегла в комнате Нандо, после вечернего кормления.
Выскакиваю в коридор и сразу же натыкаюсь в темноте на Дерика. От испуга вскрикиваю.
– Мисс Хэйл, всё в порядке? – Из спальни выбегает Марина. Я в недоумении смотрю на Дерика.
– Не знаю…
– Да-да, всё хорошо. Не волнуйтесь. Я думал, вы ещё не спите, – отвечает Дерик.
– Ох, мисс Хэйл сегодня чувствовала себя плохо. Я пойду к Нандо, чтобы не мешать вам. – Марина проскальзывает в детскую и закрывает за собой дверь.
– Дерик, что случилось?
– Ты чувствуешь себя плохо? Что с тобой?
Тяжело вздыхаю и пожимаю плечами.
– Хочешь чай и перекусить?
– Да… да, хочу.
Дерик крепко держит меня за руку, и мы спускаемся вниз. Он сам ставит чайник и достаёт вафельницу. Давно я ей не пользовалась. В тусклом свете только одной горящей лампы вижу, что он чем-то сильно обеспокоен.
– Не хочешь рассказать, почему ты орёшь в одиннадцать часов ночи, Дерик? – тихо спрашиваю его, пока он, словно на автомате, замешивает тесто для вафель.
– Заработался и когда увидел, сколько времени, сразу же поехал сюда. Темно. На улицах ни души. Наверное, переутомился, – хмурится он.
– Что-то произошло в политической сфере?
– Нет-нет, просто много бумажной работы и переговоров. Отчёты, советы и… не важно, – целует меня в висок и продолжает готовить вафли. По кухне разносится прекрасный аромат, а мой желудок урчит. Ещё бы после такого стресса.
– А ты? Почему Марина сказала, что ты себя плохо чувствовала, Джина?
– Ох… ничего. Видимо, тоже переутомилась, как и ты, – отвожу взгляд.
– Джина.
От его настойчивого тембра мне приходится пересилить себя.
– Вчера видела Ингу. Она рассказала про всякие слухи, публикации в газетах и гадкие статьи. Чушь какая-то ночью снилась, проснулась с ощущением, словно я вчера много пила. Знаешь же, голова становится огромной, тошнота, озноб. В общем, я слишком мнительна, а ты мне ничего об этом не говорил, – шепчу.
– Всё настолько плохо? – добавляя, поднимаю на него взгляд.
– Если было бы плохо, я тебе точно бы сказал. Слухи – нормальная вещь, когда ты встречаешься с королём, и это тайна, Джина, – усмехается Дерик.
– То есть они мусолят наши постельные темы и не только наши? Боюсь читать газеты, если честно. Я просто боюсь…
– Джина, – Дерик обнимает меня и притягивает к себе.
– Я обещал, что вас никто не тронет, так и будет. Пусть думают, что хотят. Я имею право общаться с кем захочу и держать на руках любых детей. Эни уже пригрозила им, но это независимая газета, и мы сами дали разрешение писать то, что им вздумается. Ничего. Они успокоятся. Тебе не нужно об этом переживать, но раз уж зашла эта тема, – Дерик отпускает меня и выкладывает на тарелку вафли, – то снова установи сигнализацию и включи все датчики. Ты ведь не хочешь переезжать в замок, да?
– Нет, не хочу.
– Значит, усилим безопасность нашего дома. А также закрывай ворота, двери и окна. Не бойся, это всего лишь средство перестраховки, и мне будет куда спокойнее, когда вы здесь одни. Хорошо?
– Ты думаешь, что они могут залезть сюда?
– А чёрт их знает, Джина. Это ведь репортёры. Сплетни, сенсации – это их хлеб. Но тебе не стоит переживать. Время пройдёт, и всё утихнет. Мне всегда будут приписывать романы с любой из встретившихся мне женщин, но ты должна знать, что я принадлежу вам с Нандо. Ты ведь помнишь об этом?
– Да, конечно, помню, но мне как-то некомфортно от того, что репортёры могут так поступить. Нандо ещё малыш. Может быть, стоит переехать в другой дом или…
– Нет, – резко обрывает меня Дерик. – Я пришлю сюда охрану. Марина тоже будет гулять с охраной. Она их даже не заметит. Я вас защищу и не дам никому разрушить нашу спокойную и тайную жизнь. Понимаю, что ты немного напугана, но я всё решу. Обещаю.
– Я знаю, Дерик. Я тебе верю. – Обнимаю его со спины и целую в пиджак, пока он готовит третью порцию вафель.
– А сейчас аппетит вернулся? – спрашивает он, поворачиваясь в моих руках, и я улыбаюсь ему.
– Довольно сильно. Ты всегда умел заставить меня сделать то, что я не хочу. Ты восхитителен, мой король, во всех смыслах этого слова, – приподнимаюсь и целую его в губы.
– Но ты влетел в дом, как ошпаренный. Чего сам испугался? – спрашивая, прищуриваюсь.
Он кривится и закатывает глаза.
– Что не успел уложить вас обоих в кровати. Этот своего рода личный пунктик стал для меня традицией. В последнее время зачастую или ты спишь, или я валюсь с ног от усталости и не дожидаюсь тебя. Мне спокойнее, когда вы оба уложены в постель моими руками. Может быть, так я навёрстываю упущенное. Не знаю. Были тяжёлые дни, но они закончились. Мы получили приличный финансовый приток и уже распределили средства между графствами. А также я обдумываю на Рождество уехать в горы, как и на Новый год. Ты, я и Нандо.
– М-м-м, идея мне нравится. Я столько времени здесь живу, но ещё ни разу не была где-то ещё, кроме Альоры. Даже Инга, а она не любительница путешествовать, объездила всю страну, как только ступила на её землю, а о Мег я вообще молчу. – Отрезаю кусочек вафли и макаю её в шоколад. Подношу к губам Дерика. С улыбкой ест, предлагая мне свежий чай.
Вот об этом я и говорила Инге. Вот так, стоя на кухне, ночью, уставшие и немного взволнованные происходящим, просто едим вафли, словно Дерик не король, а я не его любовница, и у нас нет сына.
– Джина? – Дерик приподнимается на локте на кровати, и я поднимаю взгляд на зеркало, расчёсывая волосы.
– Да?
– Насчёт твоей работы. Ты слишком много на себя взяла. Тебе следует убедить мадам Горади взять помощницу.
– Поток туристов скоро схлынет, поэтому…
– Нет, Джина. Не схлынет. По данным, полученным от всех отелей и фирм по сдаче недвижимости, у нас ожидается стабильный приток туристов. Он увеличится к Рождеству, потому что Альору Эни хорошо разрекламировала. Она отлично выполнила свою работу и продолжает это делать, так что в следующем году туристов будет в два раза больше.
Хмурюсь и откладываю расчёску.
– Ты загоняешь себя, Джина. Ты уже едва передвигаешься, и у тебя ни на что не хватает сил, а что будет дальше?
– Мадам Горади против любых помощниц, кроме меня. Я уже предлагала ей нанять кого-нибудь хотя бы на время ажиотажа. Она ни в какую. Что я могу сделать? Я лишь наёмный работник, Дерик. – Забираюсь в кровать и выключаю лампу, стоящую на тумбочке.
– Выкупить её кафе или купить патент, расширить дело и открыть несколько точек по всей Альоре.
– Выкупить? Смеёшься? Я не так богата. Не смей. – Мягко ударяю его по плечу и ложусь на него. – Не смей даже заикаться о том, что у тебя есть деньги. Я так не хочу. Мне в радость работать…
– А мне не в радость то, что ты отнимаешь себя у нас с Нандо. Подумай, Джина. Пусть это будет моим подарком в честь рождения сына или что-то ещё. Но так продолжаться не может. Я не хочу потерять тебя из-за чёртовой работы. Ты лишь делаешь хуже своему здоровью. Ты сильно похудела за последнее время. Мне это не нравится.
Тяжело вздыхаю, ведь Дерик прав. Я сама понимаю, что такое количество работы просто не могу тащить на себе.
– Я постараюсь убедить мадам Горади нанять кого-нибудь ещё, но забирать у неё кафе… нет, никогда. Это её ребёнок. Это её душа. Лишить мадам Горади этого я никогда себе не позволю.
– Хорошо, но если ситуация не изменится в ближайшее время, то я буду орать на тебя. Предупреждаю о последствиях, которых предпочёл бы избежать. – Дерик целует меня в макушку, отчего я улыбаюсь.
– Это очень мило с вашей стороны, мой король. Не забудьте ещё официальную бумагу мне прислать с предупреждениями…
– Доиграешься же. – Ладонь Дерика скользит по моему бедру, приподнимая шёлк сорочки.
– Именно этого я и добиваюсь. Поиграй со мной, волкодав.