Глава 46

Теперь дни пролетали незаметно, ведь каждая из нас троих практически не поднимала головы от шитья. Спустя месяц мы едва не валились с ног от усталости, поскольку не удавалось толком высыпаться: на примерку знатные леди предпочитали приезжать под покровом темноты.

Кучер, которому я выдала «пропуск» с каждым днём худел сильнее, но лицом сиял всё ярче, поскольку за обычную свою работу получал в разы больше других возниц. А однажды к нашей лавочке подъехала большая красивая карета, запряжённая роскошной двойкой чистокровных жеребцов.

У меня ёкнуло в груди. Неужели приехал канцлер? Со дня, когда я получила разрешение на торговлю, Финвальд больше не навещал улочку Мёртвых мастеров. Возможно, его перестала интересовать тайна этого места. Или появились дела поважнее?

Я старалась не думать о мужчине, и огромное количество заказов помогало отвлечься, но порой мысли всё же донимали меня, и тогда я отправлялась на прогулку. Так получилось и сегодня на рассвете. И теперь я стояла, затаив дыхание, в ожидании долгожданной встречи.

Поняла, что ошиблась, когда на землю спрыгнул уже знакомый худой мужчина в расшитом золотом фраке.

– Хозяйка! – крикнул возница.

– Я здесь, – сообщила ему, приближаясь со стороны заброшенного дома.

Мужчина обернулся и, побелев лицом, отскочил в сторону.

– Напугала! – выдохнул он, но тут же выдавил жалкую улыбку: – Прошу прощения, леди… Что это на вас?

– Это? – я сняла самодельные очки, в которые вместо стёкол были вставлены кружочки из светящейся магической ткани, и помахала: – Артефакт, с помощью которого я договариваюсь с призраками.

Возница гулко сглотнул и, боязливо оглядевшись, сунул руку в карман. Я догадалась, что мужчина сжал в ладони свой «пропуск», и поспешила добавить:

– Рядом их нет, не волнуйся. Я общалась с призраками у того дома.

Показала на соседний, и возница явно расслабился. Я же окинула мужчину изумлённо-восхищённым взглядом:

– А что это на тебе? Наряд выглядит дорогим. И даже цилиндр на голову надел?

Мужчина тут же подбоченился и горделиво оправил лацканы:

– Взял на время у одного проигравшегося лорда. Заплатил ему звонкой монетой! Дорого, конечно… Но я подумал, что должен соответствовать званию личного возницы самой знаменитой брошенки королевства!

Я приподняла брови и вкрадчиво уточнила:

– Знаменитой брошенки?

Мужчина тут же переменился в лице и даже немного присел:

– Прошу прощения, леди… – пролепетал он и со страхом покосился на меня: – Болтаю что ни попадя! Умоляю, забудьте всё, что я сказал…

– Э нет, – я покачала головой и, убрав очки в самодельный футляр, возразила со всей серьёзностью: – Прятать голову в песок – самому себе могилу рыть. Говори всё как есть!

Возница стянул с головы цилиндр и машинально принялся его мять, как свою старую шляпу, но тут же опомнился и ругнулся. Я поспешила вмешаться:

– Не нужно так переживать. Я не лишу тебя пропуска. Будешь и дальше доставлять мне заказы, а клиентам наши товары. Только рассказывай без утайки все слухи. Договорились?

– Но это же только слухи, – он вжал голову в плечи, явно сожалея о неосторожных словах. – К тому же… Как я посмею говорить всё это? Вы же леди!

– Я – хозяйка! – добавив своему тону суровости, поправила я. – А слухи могут как помочь процветанию моей лавочки, так и навредить. Предпочитаю знать, что происходит!

– Ну, это…

Возница оглянулся, будто боялся, что нас подслушают, но на рассвете даже призраки спали.

– Эм, – мужчина переступил с ноги на ногу и бросил на меня затравленный взгляд. – Вы уверены, леди?

– Так, – я сделала шаг вперёд и прижала ладонь к его глазам. – Представь, что перед тобой одна из твоих знакомых, какая-нибудь пожилая женщина. Есть такая?

– Бабка Марла, соседка моя… – пробормотал возница. – Она простая человечка, но ей скоро стукнет сто лет!

– То, что нужно, – улыбнулась я, мысленно поставив галочку: передать этой женщине какую-нибудь приятную мелочь в подарок. – Вот ей и рассказывай эти слухи.

– Хорошо.

Мужчина судорожно вдохнул, его кадык нервно дёрнулся. Мимо, громко чирикая, пролетела мелкая пичуга, и возница вздрогнул, но зато затараторил:

– Говорят, та самая леди Драконар имеет страшную силу! Когда она лишилась своего мужа, то обрела способность проклинать других мужчин через срамное бельё их жён. Стоит жене неверного мужа надеть что-то из лавочки брошенки, и измены тотчас прекращаются!

Слушая мужчину, я с трудом сдерживала смех. Во-первых, всегда приятнее, когда тебя боятся, а не презирают. А во-вторых, кажется, процветанию моего магазинчика ничего не помешает: ни бывший муженёк, ни его ревнивая пассия, ни заскорузлое мышление местной знати, непредставляющей жизни без жуткого корсета и монструозного пояса для чулок, больше напоминающего пояс верности. Только замка с ключом не хватает.

Возница отступил и принялся низко кланяться без остановки:

– Простите! Простите, леди!

– И это всё? – изумилась я и пожала плечами: – Я уж думала, меня окрестили предводителем призраков или ещё чем-то подобным.

– Конечно, называют, – косо глянул на меня возница и сощурил свои маленькие глазки. – Говорят, что у вас в подчинении призраки всех мастеров, живших на этой улочке! Что они сутками напролёт шьют для вашего магазинчика те самые срамные вещички… Даже мужчины шьют!

Я представила призрачный цех пошива нижнего белья, где призрачные рабы споро штампуют подпольное бельишко, а я хожу между рядами и щёлкаю магическим хлыстом, заставляя мастеров шить ровнее и быстрее, и всё же рассмеялась.

Возница робко заулыбался и осторожно уточнил:

– А это правда?

– Нет, конечно, – иронично фыркнула я. – Призраки не могут шить. Но они обеспечивают нам защиту и материал для демонстрационных моделей белья.

– Я не о том, – замялся возница и опасливо покосился на призрачные корсеты. – О вашей силе. Это бельё действительно может проклясть мужчину, и тот не сможет изменить жене?

– А ты изменяешь жене?

Я приняла суровый вид, а мужчина попятился, отрицательно мотая головой:

– Нет. Что вы? Я верен Розали! Зуб даю!

– Какой именно? – хищно прищурилась я

Возница шустрой кошкой забрался на козлы и крикнул:

– Простите, леди! Я срочно должен объехать ваших заказчиц!

Когда роскошная карета растаяла вдали, я от души рассмеялась и направилась к дому.

Мои помощницы ещё спали, и я расположилась за столом, зарисовывая на самодельной карте новые участки магического затемнения, которые сегодня рассмотрела под землёй через очки, а сама размышляла о слухах.

С одной стороны, это была хорошая реклама, но с другой – неявный обман покупателей. В моём мире женщины понимали, что красивое бельё меняет настроение, и это отражается на осанке, походке и выражении глаз. Здесь же всё это посчитали магией.

Как бы это не принесло беды.

Ведь у меня нет такой силы…

К сожалению.

P.S.

У дома лорда Каладор стояла закрытая повозка, и вряд ли кто-то из редких прохожих узнал бы в вознице, сидящем на козлах, королевского канцлера. От любопытных взглядов его защищала простая одежда и накладная борода. Впрочем, кто обращает внимание на простого кучера?

Точно не леди Мирельда Ристал.

«То есть, теперь леди Мирельда Драконар, – поправился Финвальд, наблюдая, как новая жена лорда Драконар, закутавшись в тёмный плащ с капюшоном, выскользнула из дома чужого мужчины. – Или в будущем – леди Мирельда Каладор?»

Следом за женщиной вышел Дромир и удержал любовницу за локоть:

– Жду вечером. Голдри гостит у тёти, так что нам никто не помешает.

Мирельда нервно дёрнулась и затравленно осмотрела пустую улочку. Убедившись, что вокруг никого, кроме безликого возницы, она вырвалась и зло посмотрела на мужчину:

– Я не приду.

Тот притянул к себе женщину и промурлыкал ей на ушко:

– А куда ты денешься? Хочешь, чтобы твой муженёк узнал, кто настоящий отец его ребёнка?

Мирельда дёрнулась, как от удара, и процедила:

– Да зачем я тебе? Говорят, ты снова к жёнушке воспылал страстью. Вот и кувыркайся с Голдри, а обо мне забудь!

– Как я могу тебя забыть? – хищно улыбнулся лорд Каладор и погладил ещё плоский животик женщины. – Беременная, ты стала ещё желаннее.

Мирельда отвесила мужчине звонкую пощёчину и бегом направилась к повозке, а Дромир тихо рассмеялся ей вслед и напомнил:

– Вечером! Или забудь о высшем свете, милая.

Финвальд взмахнул кнутом, понукая лошадь. Повозка тронулась, а до слуха канцлера донеслись сдавленные рыдания.

«Любопытно»…