Глава 16 · Невеста

На второй день вернулся Крэх.

– Козетту я не нашёл! – сразу объявил он, усаживаясь на жёрдочку. – Облетел весь Кемниц, поспрашивал ворон, сорок, голубей, грачей…

– А воробьёв? – спросил Андреас.

– Воробьи меня не любят, – с сожалением признался ворон. – В общем, никто из опрошенных птиц Козетту не запомнил.

– Как можно их не запомнить? – удивилась Лара. – Один атласный костюмчик Снежка чего стоит!

– А воробьи наверняка запомнили, – не унимался кот.

– Не знаю. То ли ваши друзья хорошо прячутся, то ли ушли в другой город.

– Жаль, – огорчился Андреас. – Козетта была нашей последней надеждой.

Крэх с сочувствием закивал, а потом украдкой поглядел на Лару.

– Лара, где книга? Я пока костерок разведу…

– И думать забудь, – холодно ответила та. – Никому ничего не скажу, пока все способы не перепробуем.

– Вас, идиотов, спасёт только человек! – проворчал ворон. – Где мы его возьмём?

– Да где угодно, – отмахнулась Лара. – И пусть он сделает это случайно или нарочно, главное – сделает. Предлагаю вернуться к моему изначальному замыслу.

Ворон прокряхтел, не скрывая досады.

– Ты опять про младшую дочку мельника?

Андреас посмотрел на Лару с новым интересом:

– И давно у тебя успел родиться замысел?

– С тех пор, как ты вздумал лепить из меня послушную дуру.

– Позволь полюбопытствовать, а твой замысел включал моё убийство?

Лара скосила на него насмешливый взгляд.

– Ну что ты, это было бы слишком… примитивно.

– То есть ты никогда не хотела меня убить?

– Почему не хотела? До сих пор хочу!

Будто не заметив её слов, Андреас повернулся к Крэху:

– И чем нам поможет дочка мельника?

– Тем, что умеет читать, – хмуро ответила Лара.

– Ты уверен, что она умеет читать? – продолжал обращаться к ворону кот.

– Я-то ни в чём уверен, но Лара утверждает, будто её возят к учителю.

Та начала закипать.

– Как, говоришь, зовут девчонку? – спросил у Крэха Андреас.

– Мерле! – бросила Лара. – Вообще-то это моя идея и моя знакомая. Разве не логичнее задавать свои вопросы напрямую мне?

Андреас смерил её взглядом, но ответом не удостоил.

– Мы с Ларой уже всё обсудили, – сказал ворон. – Я полечу на мельницу, понаблюдаю за девочкой. Если она отправится в лес одна, я дам вам знать.

– И что потом? – осведомился кот.

– Положим книгу на видное место и откроем на нужной странице, – объяснила Лара. – А когда я завлеку девчонку в дом, мы с тобой будем ходить вокруг и тереться о её ноги.

Андреас брезгливо содрогнулся.

– Тереться о ноги какой-то малявки? Нет уж, киса, ты можешь и тереться, а я буду просто степенно расхаживать.

Лара издала сердитый вздох, едва сдерживаясь, чтобы не дать коту подзатыльник.

– Даже если Мерле не догадается, на что мы ей намекаем, возможно, она сама захочет испробовать заклятие на одном из нас.

– Что, если она сбежит? – здраво заметил Андреас. – Или того хуже – сбежит, прихватив с собой книгу?

– Пусть только посмеет! Я стоять не буду, догоню и покусаю, – пригрозила Лара, готовая кусаться хоть сейчас.

– Чем смогу, я помогу. Но учтите, друзья мои, если вы не сумеете отвоевать книгу, вам придётся покинуть дом, – предупредил Крэх. – Когда о вас узнают люди, здесь станет опасно.

Лара и Андреас переглянулись.

– И куда мы пойдём? – поёжился кот. – Какой-то ненадёжный у вас замысел.

– Никто и не говорит, что он безупречен, – отозвалась Лара. – Мы можем всю жизнь прожить кошками, а можем рискнуть и вернуть себе человеческий облик.

– Вот я и говорю, что надёжнее всего – взять эту проклятую книгу и сжечь!

– Ни за что! – дружно вскричали кошки.

Глядя вслед улетавшему в деревню ворону, Андреас меланхолично сказал:

– Не удивлюсь, если Крэх вообще не искал Козетту.

Лара боялась разочароваться в старом вороне. Ей хотелось докопаться до сути, но кому доверять, кому – нет, было неясно. Ответ напрашивался один: никому.

– Тогда зачем он притворяется, что нам помогает? – спросила она, повернувшись к коту.

Они сидели на крыльце особняка. Солнце било в глаза, и зрачки Андреаса сузились до размера игольного ушка.

– Его цель – не помочь нам стать людьми, а заставить нас уничтожить книгу. Нужно понять для чего.

– Я уже искала главу о сожжении… – начала Лара.

– И что в ней сказано?

– Ничего. Именно эту страницу Козетта сжевала в тот день, когда я обратила трёх паршивцев.

Кот цокнул языком.

– Читать книгу по чёрной магии на лугу во время выпаса коз!.. Лара, где твоё почтение, где трепет? Когда колдовская книга была в моих руках, я читал её только в полночь, при свете луны и с трубкой в зубах!

– Так вот почему от неё разит табаком? – строго посмотрела на него Лара.

– Я знаю, что ты не питаешь ко мне доверия, но у меня к тебе одна-единственная просьба: не рассказывай Крэху, где прячешь книгу.

– Уж не намекаешь ли ты на то, чтобы я рассказала это тебе?

– Мне можешь тоже не рассказывать, – великодушно разрешил Андреас.

– И не собиралась.

С той поры Лара принялась следить за Андреасом, чтобы он не нашёл её тайник. Она взяла за правило каждый час проверять, где находится чёрный кот. Тот удивлялся столь внезапному вниманию, но ничего не говорил, только хвост задирал.

«Если он отыщет книгу, то отнесёт её своим дружкам. Сюда вернётся человеком и будет надо мной потешаться», – размышляла Лара, совсем забыв, что дружки Андреаса могут явиться и без приглашения.

Однажды, лёжа на крыльце, она услыхала мерный топот копыт и скрип колёс. Вскочила. Глянула за ограду – к воротам приближался экипаж.

«Накаркала…»

– К нам, кажется, гости, – будничным тоном заметил кот, высунувшись из-за двери.

Лара думала ровно секунду.

– Быстро в дом! – закричала она, вваливаясь в переднюю и толкая туда же кота.

Дверь медленно прикрылась, но запереть её на засов они не могли.

– Если мы не закроем дверь, сюда войдут! – испугалась Лара.

– Верёвку бы, – сообразил Андреас. – Верёвка есть?

– Есть кисти на портьерах!

Миг спустя они рьяно тянули за кисть. Портьера упала на кота, вызвав вопли, зато верёвку с кистью они добыли. Выбравшись из-под тяжёлой ткани, Андреас встал около двери.

– Залезай мне на спину и привяжи верёвку к засову, – велел он Ларе.

– Как?! – оторопела та.

– Зубами, когтями – как тебе угодно.

– Может, стул из столовой подтащить?

– Не успеем. Лезь!

– Надо петлю сделать, помогай.

Пока Андреас лапами прижимал к полу кисть, Лара завязывала другой конец верёвки в петлю. Потом взяла её в зубы, вскарабкалась коту на спину и тотчас свалилась.

– У тебя спина неустойчивая! – опережая упрёки, пожаловалась она.

Андреас открыл было пасть для возражения, но передумал.

– Ругаться некогда. Не стремись сохранить равновесие, вставай на задние лапы и опирайся передними о дверь.

– А ты стой смирно!

– Скорее!

Лара встала, как советовал кот.

– Чего ты возишься?

– Ш-ш, – зашипела Лара, пытаясь надеть петлю на засов.

Наконец ей это удалось. Туго затянув верёвку, она победно бухнулась на пол, а Андреас подхватил кисть зубами, чтобы осторожно потянуть верёвку вправо, задвигая засов.

– Теперь мы заперты, – выдохнул кот.

В ту же минуту в дверь постучали. Лара и Андреас затаили дыхание, словно их могли услышать. После нескольких ударов дверь безуспешно подёргали и наконец оставили в покое.

Лара услышала, как удаляются шаги, и запрыгнула на подоконник. Нежданные гости прохаживались по двору. Их было двое – молодой человек в бежевом камзоле и широкополой шляпе и прелестная девушка в тёмно-зелёном муаровом платье, края которого были подогнуты, чтобы явить взору более светлую ткань нижней юбки по моде, принятой у богатых дам.

Не успела Лара задать Андреасу вопрос, как он оказался возле неё.

– Ох ты ж.

– Это кто? – резким тоном спросила Лара.

– Помнишь лягушонка на моём званом ужине?

– При чём здесь лягушонок? Кто, чёрт побери, эта девица?

– Это Эрнестина, – ответил кот, спрыгивая на пол.

Андреас помчался в кухню. Лара поспешила за ним, но когда догнала, он уже перелезал через открытое окно.

«А вдруг он решит просить у них помощи? Этого допустить никак нельзя!»

Не придумав ничего лучше, она последовала за котом. Окна кухни находились на торцевой стороне. Лара увидела, как Андреас перебежками достиг золочёной кареты, перед которой стояли его знакомцы, и забрался внутрь. Отринув страх и стараясь быть незамеченной, она побежала тем же путём.

Когда Лара плюхнулась на сиденье рядом с ним, Андреас чуть не взвыл, но ограничился тем, что грозно оскалил пасть.

– До чего же восхитительный дом, – звенел, как колокольчик, голос девушки.

– А внутри он ещё роскошнее, – заверил её спутник. – Вот только мне казалось, что этажей четыре, а не три.

– Как бы я хотела здесь жить!

– Будешь, сестрица. Если проявишь усердие.

Лару обуревали чувства, каких она прежде никогда не испытывала. И дать этим чувствам волю она могла лишь одним доступным ей способом – вылезти из кареты, запрыгнуть нахалке на голову и…

– Давай попросим их нас расколдовать, – задышал ей в ухо Андреас.

Лара замотала головой.

– А если я им память подотру?

– Всё равно нет!

– Эрхарт, смотри, там кто-то есть! – боязливо воскликнула Эрнестина.

– Ты кто таков? – раздался зычный бас её брата.

– Прошу прощения, ваша милость… – послышалось издали.

Лара и Андреас, не сговариваясь, выглянули наружу – у отрытых ворот переминался с ноги на ногу молодой бородач с мешком за спиной.

– Входи, – разрешил Эрхарт.

Мужчина неуверенным шагом прошёл во двор.

– Меня прислал Хельмут…

– Никакого Хельмута не знаю.

– Он работал у вас конюхом, – пояснил бородач.

– У меня? Ах, ты, верно, пришёл к хозяину дома, – догадался юноша.

– А вы не хозяева?

– Увы, нет. Если ты ищешь господина Ботманна, то он, по всей видимости, уехал.

– Честно говоря, я ищу госпожу Ботманн.

Брат и сестра обменялись долгими недоумёнными взглядами. Таким же взглядом Андреас наградил умиравшую от отчаяния Лару. Наконец Эрнестина приложила платочек к вишнёвым губам и молвила:

– Это, надо полагать, я.

Оказалось, что за десять дней человеческой жизни кот успел разжиться невестой.

– Быть может, Андреас приготовил для тебя подарок, – тихо заметил Эрхарт.

Загорелое лицо бородача осветила улыбка облегчения.

– Очень рад, госпожа. Готов сегодня же начать урок.

Дрожь била Лару и не отпускала.

– Какой ещё урок? – растерялась девица.

– Я вот что спросить хотел. Хельмут сказал, вы изволите платить десять крейцеров…

– Десять чего-о?! – взвизгнул Эрхарт, мигом утратив свой бас. – Да за такие деньги… Чему же ты будешь учить?

– Плотничать.

– Плотничать?!

Бородач полез в свой дырявый мешок.

– Дерево строгать. Госпожа, вы же сами хотели, – обратился он к Эрнестине, потрясая рубанком. – Хельмут сказал, вы очень просили найти для вас плотника!

Девица холодно повернулась к брату.

– Это такая забава?

– Мне известно не больше твоего…

– Твой мануфактурщик надо мной насмехается? Думает, что, если он богат, а мы в долгах, ему позволено меня унижать и указывать, на деньги от каких именно доходов он меня покупает?

– Я почти убеждён, что виной всему стало недопонимание.

– А мне, напротив, всё ясно, – всхлипнула Эрнестина. – Мне было трудно смириться с тем, что Ботманн нам не ровня, но своё тщеславие я преодолела. Я отдаю себе отчёт в том, что моё единственное приданое – дворянский титул. Чем зарабатывает муж, не имеет важности, лишь бы мне не доводилось думать о деньгах, но это…

– Пока ты не замужем, делать будешь то, что я велю, – оборвал её Эрхарт. – Если Ботманн хочет, чтобы ты строгала, ты будешь строгать!

– Ни за что!

– Не время думать о гордости. Где ещё я найду тебе такого состоятельного мужа?

– Тогда сам за него выходи! – Девица приподняла юбки и, минуя плотника, побежала к экипажу.

Брат погнался за ней.

– Эрнестина!

– Ваша милость, а как же наше учение? – попробовал вмешаться бородач.

– Уйди, презренный.

Плотник задумчиво сунул рубанок в мешок и повернул назад.

– Стойте! – не вытерпела Лара, хотя её мяуканье было напрасным.

Ей хотелось кричать от досады, но всё, что она могла, – это упасть на сидение ничком.

– Плотник… мой плотник…

Рядом послышалось дыхание кота.

– Как тебе Эрнестина?

– Какое мне дело до твоей невесты, когда у меня тут плотник уходит?!

– Да не собирался я на ней жениться! – притворно возмутился Андреас. – Это Эрхарт, лягушонок тот, пристал: «Не желаешь ли жениться на моей сестре? Дворянским титулом обзаведёшься, в высший свет попадёшь». А на что мне их свет? Одни змеи да лягушки…

– И не стыдно тебе? Ты же кот! Чуть жизнь ей не испортил.

Андреаса ответ не устроил:

– Это всё, что ты имеешь сказать?

– Сволочь ты, – добавила Лара.

– Так зачем тебе плотничать, киса? Ты надеялась смастерить для меня клетку?

Лара почувствовала, как у неё увлажнились глаза.

«Какая злая ирония – кошки умеют плакать, но не умеют смеяться».

– У меня есть мечта, – надломленным голосом сказала она. – Я хочу делать мебель.

– О… Стало быть, вот о какой учёбе ты говорила?

Лара клацнула клыками.

– Да! И если бы не ты… – Она гневно посмотрела на сохранявшего спокойствие кота. – Стоит мне хоть на шаг приблизиться к исполнению своей мечты, как ты начинаешь мне препятствовать. Я почти договорилась с мастером об уроках, но ты превратил меня в кошку, а, когда я смогла до него добраться, мастер уже передумал! Его тупоумная жена, видите ли, боится, что я приду в её дом и всех совращу! Как будто для того, чтобы кого-то совратить, мне непременно нужно выдумывать повод и тратить баснословные деньги… Потом я поручила конюху найти мне плотника, и вот опять… – Не в силах продолжать, она выбралась из кареты.

– Лара.

– Чтоб ты знал, я тебя ненавижу!